Разбитые души

      — Сомнус, — сказал Северус, накладывая на Гарри сильные сонные чары. У них было много дел, и было бы легче, если бы он проспал все это.       Он посмотрел на маленькую девочку, которая только начала шевелиться.       — Мне нужно, чтобы один из вас искупал ее, а другой купил одежду, — оба мальчика ошарашено посмотрели на него. — Ну? — рявкнул он.       — Я пойду за припасами, — быстро вызвался Джордж. — Но мне нужен список того, что купить.       — Я составлю список, младенцам нужно много всего, — Поппи улыбнулась, глядя на девочку, которая начала облизывать губы во сне. — Я бы поторопилась, она скоро проснется и, судя по всему, будет голодной.       Северус протянул Джорджу пластиковую карточку.       — Она работает как кредитная карта магглов. Отдай ее продавцу, и они возьмут деньги прямо из моего хранилища. Не потеряй ее!       — Вот, держи, дорогой, — Поппи протянула Джорджу длинный список.       — Ого! Кто бы мог подумать, что маленькой девочке, которая меньше, чем моя нога, понадобится столько вещей, — пошутил Джордж.       — Мистер Уизли, ничего не говорите никому внизу, поняли?       — Да, сэр, — он все равно ничего не расскажет им о Гарри, они не заслуживают знать. Его невинного брата пытали в Азкабане, а он еще и был беременным. Гарри мог потерять эту милую, маленькую девочку.       — Наложи чары, люди будут удивляться, почему ты ходишь за покупками в детский магазин, — Джордж кивнул головой и, бросив последний долгий взгляд на Гарри и его ребенка, ушел.       Джордж сбежал по ступенькам, направляясь к камину. Он проигнорировал всех, кто задавал вопросы о Гарри. Он просто хотел забрать Гарри и его ребенка и спрятать их навсегда.       — Джордж Фабиан Уизли, ты остановишься сию же минуту, — завизжала Молли Уизли.       Джордж сердито развернулся и встретился взглядом со всеми, кто был в комнате.       — Что? — рявкнул он.       — Не смейте разговаривать со мной таким тоном, молодой человек. Мне все равно, взрослый ты или нет, ты все равно мой сын, и ты проявишь ко мне уважение. Ну, как Гарри?       — Я не знаю, они все еще проверяют его состояние, — Джордж повернулся и направился к камину.       — Куда ты идешь, сынок? — спросил Артур.       — Я скоро вернусь, нужно принести Гарри одежду, — он надеялся, что его ложь сработает и что за ним не будут следить.

***

      Северус трансфигурировал пустой флакон из-под зелий в неглубокую пластиковую ванночку.       — Наполни ее теплой водой, — сказал он, протягивая ее Фреду.       Фред сделал, как ему сказали, и поставил маленькую ванночку на стол.       — Вот, дорогой, приятная мягкая ткань и нежное мыло, — сказала мадам Помфри, протягивая их Фреду.       Фред стоял над ребенком, который пытался проснуться. Он протянул руки, затем отдернул их, протянул их, затем отдернул. Он сделал это еще раз пять, прежде чем Северус огрызнулся.       — Что ты делаешь?       Фред подпрыгнул, когда его учитель зелий закричал на него.       — Извините, я не знаю, как поднять ребенка. Посмотрите на нее, она такая маленькая. Гарри убьет меня, если я ее сломаю.       Самым маленьким живым существом, которое он когда-либо держал, был пигмейский пух, а ребенок совсем не похож на пигмейского пуха.       — Северус, начинай с Гарри. Я помогу с ребенком, а потом присоединюсь к тебе, — ребенок Гарри был невероятно маленьким, Поппи могла понять, почему подросток боится брать ее на руки.       Улыбаясь маленькой девочке, мадам Помфри осторожно подхватила ее, поддерживая ее крошечную головку. Она не смогла сдержать вздох, когда малышка открыла глаза.       — Северус, — сказала она, задыхаясь.       Мастер зелий, думая, что что-то не так, бросился к ней. Он как раз снимал остатки отвратительной мантии Гарри.       — Красота, — пробормотал он, протягивая руку, чтобы погладить щеку малышки. Он никогда не видел таких глаз, как у нее. У нее были сияющие изумрудные глаза Гарри, но также в ней были и крапинки серых глаз ее отца. Сочетание этих двух вещей создавало впечатление, что ее глаза сверкают. — Я никогда не видел таких глаз.       — Чего вы ожидали? Ее отец сам Гарри Поттер, — Фред заглядывал через суровое плечо мастера зелий. Глядя на мужчину, он был потрясен, увидев любовь в его глазах. — Ого, похоже, какая-то маленькая девочка собирается обвести летучую мышь подземелий вокруг своего пальчика, — Фреду едва удалось увернуться от удара по затылку, любезно предоставленного той самой летучей мышью подземелий.       Погладив в последний раз щеку малышки, Северус повернулся, чтобы исцелить ее тяжело раненого папу.

***

      Измученный Северус рухнул в кресло, весь в поту. Последние пять часов он провел, леча Поттера. Он посмотрел на другую сторону комнаты, где Поппи трансфигурировала кровать два часа назад, и потерял сознание из-за истощения. Исцеление таких травм было чрезвычайно истощающим для магии целителя. Если бы Гарри был в Святом Мунго, целители бы работали посменно, чтобы не истощать свое магическое ядро. Он даже не думал, что сможет справиться с простым «люмосом» прямо сейчас.       Фред и Джордж сидели на кровати рядом с Гарри, играясь с крошечным младенцем. Они быстро преодолели свой страх держать ее на руках и теперь спорили о том, чья очередь ее обнимать. Они на собственном горьком опыте узнали, что не могут отнести ребенка дальше, чем на несколько футов от ее отца. Когда Поппи отнесла ее в ванную, Гарри начал дико метаться по кровати, его магия лилась из него в поисках дочери. Разлука, похоже, повлияла и на ребенка. Она начинала кричать и трястись каждый раз, когда она была дальше, чем в трех футах от него. Снейп не понимал природу их связи, и прямо сейчас он был слишком измотан, чтобы разобраться с этим.       Сжав переносицу, Северус попытался отгородиться от образа тела Гарри, когда он наконец смог снять с него мантию. Количество повреждений, нанесенных его маленькому телу, было… Тошнотворным. Теперь он мог понять, почему такие мерзкие создания, как Фенрир Сивый и Беллатриса Лестрейндж, жалели Гарри. Даже в худшем случае они никогда не пытали кого-то до такой степени. Это было чудо, что Гарри и его дочь выжили.       Возможно, он и не вылечил внешние раны Гарри, но, по крайней мере, он вылечил внутренние в какой-то степени. По крайней мере они перестали угрожать жизни мальчика. Он никогда не использовал так много костероста и кроветворного на одном пациенте. Он не думал, что в теле Гарри была хоть одна кость, которая не была сломана за последние восемь месяцев, чаще всего по несколько раз. Также были нанесены серьезные повреждения от изнасилований и родов. Как Гарри защищал ребенка во время пыток, он никогда не узнает.       На теле Гарри едва ли было место без синяка или шрама. Его били, хлестали, кусали, на его плоти вырезали слова, и все это делалось маггловским способом. Судя по следам укусов и повреждениям ануса, Диггори был садистом в своих изнасилованиях. Он предполагает, что должен быть благодарен, что у Гарри были все конечности, но ему пришлось отрастить шесть зубов. Гарри предстоял долгий путь восстановления.

***

      Северус успел задремать, поэтому он проснулся от сигнала, что кто-то снимал его охранные чары. Оглядевшись, он заметил, что Фред и Гарри спят на кровати с ребенком между ними, Поппи все еще спит на трансфигурированной кровати, а Джордж спит на полу. Выглянув в окно, он увидел, что было раннее утро. Потирая лицо руками, он понял, что у него осталось всего несколько минут, прежде чем чары падут под настиском взломщика. Взмахнув палочкой над Гарри и ребенком, он с облегчением увидел, что с ними обоими все в порядке.       С рычанием он бросился к двери. Только двое могли снять его охранные чары: Билл Уизли и Альбус Дамблдор. Было крайне важно, чтобы Альбус не узнал о ребенке. Он хотел получить опеку над Гарри, прежде чем кто-либо узнает о малышке. Он не сомневался, что Амос Диггори будет бороться за опеку над ней, если узнает. Увидев, что этот ублюдок сделал с ее папой, он не собирался подпускать его к ней ближе, чем на двадцать футов.       Приоткрыв дверь, он с облегчением увидел, что там стоит Билл, а не Альбус.       Билл поднял руки в знак мира, когда увидел взгляд, обещающий смерть, который бросил на него профессор.       — Я просто хочу предупредить вас, они собираются ворваться сюда и потребовать ответов. Я подумал, может быть, вы бы хотели пойти к ним, прежде чем они придут сюда и будут беспокоить Гарри.       — Очень хорошо, мистер Уизли, — Северус оглянулся в комнату и увидел Поппи, она кивнула ему, давая понять, что прекрасно понимает, что происходит. Выйдя в коридор, он закрыл за собой дверь и восстановил чары.       — Это довольно впечатляющие чары, — похвалил Билл. — Но оказалось, что я еще более впечатляющий, — Билл подмигнул Северусу.       Северус чуть не споткнулся о собственные ноги. Билл флиртовал с ним?       — Если тебе что-то нужно, Северус, можешь мне доверять. Ты же знаешь, я никогда не считал Гарри виновным. Я видел этого мальчика всего несколько раз, но я мог сказать, что он был хорошим ребенком. Я также чувствовал, что он развивался в эмпатии и, следовательно, не мог совершить убийство.       — Ты это чувствовал? — спросил Северус с любопытством.       — Да. Я очень чувствителен к разным видам магии. Изначально я сомневался, пока не увидел его реакцию на садовых гномов в Норе. Я чувствовал, что он чувствовал их страх и боль.       Северус съёжился от шума, доносившегося с другой стороны кухонной двери. Он действительно не был готов иметь дело с этой кучкой идиотов. Они все отвернулись от Гарри, а теперь они думают, что имеют право знать, что происходит.       Неохотно он потянулся, чтобы схватить дверную ручку, но был шокирован, когда Билл накрыл его руку своей.       — Здесь Диггори. Кингсли рассказал мне о визитах Амоса в Азкабан. Все было так плохо, как он сказал?       — Это было хуже, чем ты можешь себе представить, — Северус закрыл глаза, пытаясь поднять свои окклюменционные щиты. Он хотел ворваться туда и дать Амосу попробовать его собственное лекарство. Он не знал, как он собирается пройти через эту встречу, не убив его. Северус задавался вопросом, знает ли его жена, что он делает с родственной душой своего сына.       Надежда Северуса не убить этого человека была выброшена в окно, как только он открыл дверь и услышал конец того, что тот говорил.       — Так как родственная душа нашего сына несовершеннолетняя, опека над мальчиком ложится на нас. Я заберу его домой с собой.       — Черта с два ты это сделаешь, — разозлился Северус.       — Пожалуйста, профессор Снейп, мы просто хотим поступить правильно с родственной душой нашего сына, — тихо сказала миссис Диггори.       — Я думаю, ваш муж сделал достаточно, — Северус бросил полный отвращения взгляд на бледного Амоса Диггори.       — Профессор Снейп, я горевал и был под впечатлением, что мистер Поттер убил моего сына. Если бы я знал…       — То есть, ты ожидаешь, что Гарри будет жить с человеком, который пытал и насиловал его восемь месяцев, потому что он скорбел? — Северус почувствовал, как Билл Уизли положил руку ему на спину.       Миссис Диггори повернулась к мужу в шоке и со слезами на глазах. Сириус бросился через стол, схватив Амоса за шею. Ремус попытался оттащить Сириуса от него, но, очевидно, не очень старался. Молли и остальные собравшиеся разразились криками и воплями.       Северус поднес руку к своей больной голове и начал ее тереть. Он открыл глаза, когда почувствовал толчок в плечо. Билл ухмылялся ему, держа в руке обезболивающее зелье. Северус с радостью принял его, выпив одним глотком.       Дамблдору снова удалось взять под контроль встречу. Миссис Диггори обхватила голову руками и плакала, отмахиваясь от попыток Амоса ее утешить.       — Гарри останется здесь пока его здоровье не придет в норму. Когда он будет готов, он вернется в Хогвартс и присоединится к остальным пятикурсникам, — объявил Дамблдор.       — Вы думаете, Гарри понадобится всего месяц, чтобы оправиться после восьми месяцев в Азкабане, где им кормились дементоры, где его пытали и насиловали? — резко спросил Северус. — С чего вы взяли, что он вообще захочет остаться в волшебном мире после того, как с ним обошлись?       Дамблдор выглядел по-настоящему грустным.       — Ему больше некуда идти. У него нет семьи, которая его примет, — он посмотрел на огорченного Сириуса. — Ему всего пятнадцать лет. Хогвартс будет для него лучшим местом.       — Закон на моей стороне, Альбус, — сказал Амос. — Я пойду к министру и добьюсь опеки над Гарри.       — Ты должен гнить в той камере, в которой пытал Гарри, ублюдок, — закричал Фред. Во всей этой суматохе никто не видел, как Фред вошел на кухню.       — Меня ни в чем нельзя обвинить. У меня было разрешение от министра магии. Как только Гарри проснется, мы заберем его с собой.       Миссис Диггори встала с огнем в глазах.       — Нет, Амос! Мы не заставим этого бедного мальчика оставаться в одном доме с тем, кто так с ним обращался. Я не могу поверить, что ты изнасиловал кого-то… Тем более, Гарри — родственная душа нашего собственного сына. Ты оставишь этого ребенка в покое и будешь держаться от него подальше. Как ты думаешь, что сказал бы Седрик, если бы узнал? Я пойду к адвокату. Я не могу оставаться замужем за таким больным и извращенным человеком, — сдерживая рыдания, она выбежала из комнаты.       — Амос, я думаю, тебе следует уйти, — Дамблдор с трудом сдерживал желание проклясть мужчину.       Амос встал и пошел к двери. Не оборачиваясь, он сказал:       — Она придет в себя, и когда это произойдет, я вернусь за мистером Поттером. Я в долгу перед своим сыном, — прежде чем кто-либо успел что-то сказать, он ушел.       — Северус, мой мальчик, как Гарри? — спросил Дамблдор.       — Он жив, — Северус не собирался давать им то, чего они хотели. То, что случилось с Гарри, их черт возьми не касается.       — Что с ним случилось?       — В каком он состоянии?       — Он что, сошел с ума?       — Его действительно изнасиловали?       — Он что-нибудь сказал?       Эти и еще сотню других вопросов задали мастеру зелий. Проигнорировав все вопросы, он обратился к Фреду.       — Все в порядке?       — Мадам Помфри хотела, чтобы вы знали, что Гарри скоро проснется.       — Отлично, — Северус повернулся ко всем собравшимся. — Я не собираюсь рассказывать вам подробности о Гарри. Если он захочет, чтобы вы знали, он вам расскажет. Я скажу вам, что он жив и его состояние стабилизировалось. Когда мы его принесли, он был в критическом состоянии, и нам потребовалось пять часов, чтобы вылечить его. Все это время он находился под сонными чарами, но должен скоро проснуться.       — Мы можем его увидеть? — спросил Рон.       — Если мистер Поттер захочет вас видеть, я разрешу.       — Я требую, чтобы мы были там, когда он проснется! — сказал Сириус, вставая. — Он мой крестник!       — Ты действительно тупой, Блэк. Из-за того, что ты разорвал связь крестного, Гарри может быть вынужден жить с мужчиной, который его изнасиловал. Тебе бы дали опеку, не Амосу, а теперь нет никого, кто мог бы встать у него на пути. Ты больше не его крестный отец, и если он не захочет тебя видеть, то ноги твоей не будет в той комнате. И это касается всех остальных, — Северус вылетел из комнаты, а его мантия развевалась за его спиной.

***

      Билл последовал за Северусом и Фредом из комнаты.       — У меня есть идея, как помочь Гарри.       — Клянешься ли ты хранить в тайне все, что увидишь и услышишь в этой комнате? — Северус действительно не хотел впускать туда постороннего человека, но Билл работал в Гринготтсе и надеялся, что они смогут помочь.       — Да, я ничего не скажу. Я на стороне Гарри.       Билл был в шоке, увидев, как его брат Джордж кормит счастливо сосущего ребенка. Он не думал, что когда-либо видел такого маленького ребенка, который не был бы в больнице. Ребенок был одет в бледно-розовую пижаму, покрытую серебряными звездами, такую ​​же шапочку и варежки. На плече Джорджа было накинуто пушистое розовое одеяло, а на его лице было выражение чистого обожания.       — Как думаешь, Гарри позволит мне оставить ее? — спросил Джордж, не отрывая глаз от маленькой красавицы.       — Это ребенок Гарри? У Гарри был ребенок? Когда? Как? — теперь Билл мог понять, зачем нужна такая секретность.