Разбитые души

      Эдвард сидел в кресле-качалке рядом с кроватью Гарри, укачивая свою маленькую дочь. Двенадцать часов спустя Гарри все еще спал, почти опустошив свое магическое ядро. Эдвард посмотрел в добрые глаза своей дочери и улыбнулся. Как он мог забыть ее? Как он мог забыть Гарри, свою родственную душу? Эдвард не вернул все свои воспоминания, но что бы Гарри ни делал, спасая их дочь, это начало медленно открывать его воспоминания. Эдвард видел все, начиная с того, как он спас Гарри от самоубийства, заканчивая тем, как он схватил кубок в последнем задании. Эдвард улыбнулся, когда его дочь схватила его за палец. Он так много упустил. Как Гарри смог выдержать беременность без помощи своей магии? Как Гарри сохранил им обоим жизни в Азкабане? Эдвард замер, он не мог поверить, что Гарри провел восемь месяцев в этой адской дыре. Эдвард поднял голову на Гарри и вздохнул.       — Фред, тебе не нужно прятаться в коридоре. Я не сержусь на тебя.       Фред медленно вошел в комнату, и его взгляд тут же упал на Гарри. Сегодня он был так близок к тому, чтобы потерять Гарри. Фред выдохнул, который сдерживал.       — Я не собираюсь извиняться за то, что поцеловал его.       Эдвард усмехнулся, он мог слышать мысли Фреда громко и ясно.       — Ты любишь его, Фред. Я не могу винить тебя за это. Я знал с первой встречи с Гарри на третьем курсе, что у тебя были чувства к нему.       — Ты вернул свои воспоминания? — спросил Фред, потрясенный. Не важно, как сильно он хотел Гарри. Важно, чтобы Гарри был счастлив еще больше, и он знал, что Гарри будет по-настоящему счастлив только с Седриком.       — Нет, не все из них, но большинство из них касались Гарри. За последние двенадцать часов они медленно возвращались, — Эдвард посмотрел на своего рыжеволосого друга. — Он наслаждался этим поцелуем, — тихо сказал Эдвард.       Фред ухмыльнулся.       — Это был потрясающий поцелуй. Я так долго представлял себе, каково это — целоваться с Гарри, — Фред усмехнулся, когда Эдвард начал рычать. — Не волнуйся, я знаю, Гарри никогда не будет моим. Я просто рад, что у него снова есть ты. Он был так потерян, — Фред посмотрел на Гарри. — Ему было очень больно, Седвард.       Эдвард посмотрел на Фреда, сбитый с толку.       — Как ты только что меня назвал?       Фред усмехнулся.       — Ну, как мы теперь тебя будем называть? Ты был Седриком семнадцать лет, но последние сто или около того ты был Эдвардом. Это чертовски запутанно.       Эдвард усмехнулся, но грустно посмотрел на Гарри.       — Я останусь с Эдвардом. Расскажи мне еще раз, что с ним случилось. Я знаю, что профессор Снейп объяснил кое-что раньше, но тогда я был сбит с толку. Я не думаю, что наполовину понял, что случилось. Это слишком ужасно, чтобы поверить.       Фред придвинул стул и сел рядом с Эдвардом. С грустью он посмотрел на Леору. Фред привык быть тем, кто всегда поддерживал и заботился о ней, когда Гарри не мог.       — Дай мне время, Фред, я пока не могу ее отдать. Мои инстинкты кричат, чтобы я забрал ее и Гарри и бежал. Мои инстинкты также говорят мне наказать тебя за то, что ты посмел прикоснуться к тому, что принадлежало мне. Давай не будем сейчас испытывать мою сдержанность, — предупредил Эдвард.       — Я слышал, что ты можешь читать мысли, мне придется найти чары против этого, — рассмеялся Фред.       — Пожалуйста, сделай это. Твой разум — больное, страшное место, Фред Уизли, — сказал Эдвард, ухмыляясь Фреду.       Фред рассмеялся, а затем опустил глаза на колени.       — Они предали его… Все они. Встали на суде, заявляя, что он зло, следующий Темный Лорд. Они кричали на него, обзывали и плевали в его сторону.       Эдвард закрыл глаза, пытаясь успокоить своего внутреннего вампира.       — Пожалуйста, скажи мне, что Сириус и Ремус не отвернулись от него. Они значили для него весь мир, — Эдвард вспомнил, как Гарри говорил ему, какие они любящие и замечательные. Он вспомнил, как Гарри плакал, когда не смог жить с Сириусом после третьего курса. Эдвард ненавидел оставлять Гарри на платформе, зная, что ему придется вернуться к своим жестоким родственникам.       Фред сверлил Эдварда огнем в глазах.       — Этот ублюдок разорвал их крестную связь, и это чуть не убило Гарри. Гарри до сих пор плачет во сне из-за Сириуса.       Эдвард не мог сдержать глубокого рычания, которое рокотало у него в груди. Как, черт возьми, этот человек мог так поступить с Гарри? Как он мог поверить, что Гарри темнеет? Крестная связь была заложена в магическое ядро. Разрывая связь, ты причиняешь вред магическому ядру ​​ребенка.       — Джордж и я были единственными, кто боролись за Гарри, но мы были связаны магической клятвой не раскрывать ваши отношения. Мы перепробовали все, что могли, даже умоляли Дамблдора позволить нам навестить Гарри, но нам отказали, — прошептал Фред. Фред ненавидел говорить о тех восьми месяцах пыток, о том, что он не мог помочь своему младшему брату.       — Правда ли, что сделал мой отец? — он вспомнил, как профессор Снейп рассказывал ему, что его отец пытал и насиловал Гарри, но в то время и его отец, и Гарри были для него чужими. Эдвард не мог поверить, что его отец, его герой, изнасиловал четырнадцатилетнего мальчика, виновного или нет.       — Он сделал больше, чем изнасиловал его. Он избивал его, хлестал, кусал, сломал ему множество костей. Этот ублюдок вырезал унизительные слова на его плоти и ослепил его. Он прижал Гарри к земле и, смеясь, вылил что-то ему в глаза. Монстр даже откусил половину уха Гарри! — разъярился Фред.       Глаза Эдварда были черными как смоль. Он знал, что если бы он не держал свою дочь, то ушел бы и разрушил дом. Когда Гарри станет лучше, он нанесет визит своему дорогому биологическому папаше.       — А моя мать? — спросил Эдвард сквозь стиснутые зубы.       — Твоя мать никогда ничего не говорила и не делала против Гарри. Твоя смерть уничтожила ее, но она не вымещала злость на нем. Гарри позволил твоей маме увидеться с Леорой и пообещал, что после того, как он обустроится, он позволит ей навестить его, — Фред встал и подошел к кровати, коснувшись руки Гарри. Фред не посмотрел на Эдварда, когда услышал его предупреждающее рычание. — Пожалуйста, не причиняй ему больше боли, Седрик или Эдвард. Гарри достаточно натерпелся. Он заслуживает того, чтобы его лелеяли, заботились о нем и любили.       Эдвард старался не оторвать руку Фреда, которая прикасалась к его паре. Прямо сейчас его эмоции были грубыми, его вампир слишком близко к поверхности.       — Я никогда больше не причиню ему вреда, и не позволю никому причинить ему боль. Я намерен отомстить тем, кто это сделал, особенно Амосу, — что касается Эдварда, то Карлайл был его отцом, а не тем человеком, который делал те ужасные вещи с его беременной второй половинкой.       Фред повернулся к Эдварду и посмотрел ему в глаза.       — И что ты собираешься делать со своей невестой?       Эдвард съёжился, у него не было ответа на это. Он всё ещё очень заботился о Белле, и он не хотел видеть, как она страдает. Эдвард честно не знал, как он будет объясняться с Беллой.       Фред зарычал, когда увидел нерешительность на лице Эдварда.       — Ты любишь ее больше Гарри? Стоит ли она того, чтобы Гарри и твоя дочь умерли из-за нее? Тебе даже не стоит об этом думать. Тебе не следует хотеть никого, кроме Гарри! — закричал Фред.       — Я хочу только Гарри, — прорычал Эдвард. — Но я просто не могу заставить уйти почти четыре года чувств. Моя любовь к Гарри намного сильнее моей любви к Белле, но я люблю ее и не хочу видеть, как ей причиняют боль. Я не знаю, что я собираюсь делать, но я не оставлю Гарри и свою дочь. Мне просто нужно придумать, как осторожно порвать с ней.       Фред продолжал сверлить Эдварда взглядом. Как Эдвард мог вообще думать об этой девушке, когда у него был Гарри.       — Если ты причинишь ему боль…       — Я не причиню ему боль. Гарри — все для меня, — бушевал Эдвард. — Теперь я знаю, что мои чувства к Белле не были настоящей любовью. Я знаю, что меня к ней привлекла ее кровь, но у нас все еще есть история. Гарри — моя родственная душа, мой муж, моя любовь, Белла — просто моя певица. Я не оставлю Гарри ради нее.       Фред еще минуту смотрел на Эдварда, затем кивнул.       — Я не хотел тебя обвинять, просто все, кто когда-либо заявлял, что любит Гарри, причиняли ему боль.       — Фред, я не собираюсь причинять боль своему мужу, — Эдвард посмотрел на ребенка, когда она начала капризничать. Он нежно положил ее голову себе на плечо и начал гладить ее по спине, укачивая ее, укладывая спать. — Это то, чего я хочу, Фред. Это моя семья, и я сделаю все возможное, чтобы гарантировать, что им больше никогда не будет больно.       Фред посмотрел на Эдварда с огоньком в глазах.       — Это значит, что я больше не смогу спать с Гарри?       — Прошу прощения? — спросил Эдвард с глубоким рычанием.       Фред рассмеялся над разозленным, защищающим свою пару вампиром.       — Я спал с Гарри каждую ночь с тех пор, как он вышел из Азкабана. Гарри — настоящий обнимашка.       — Моему мужу больше не понадобятся твои услуги, Фредерик, — Эдвард чувствовал вкус яда, наполняющего его рот. Он понимал, что Фред любит шутить, но он и так боролся со своими инстинктами, чтобы не убить Фреда. Он не только-только что нашел свою пару, о которой забыл, и свою крошечную дочь, но его пара была сильно ранена. Пока его инстинкты и связь родственной души не устоятся, он собирался защищать Гарри ото всех.       — Расслабься, Эдвард, между нами ничего не было. Гарри боялся оставаться один, и ему нужна была помощь с Леорой. Гарри все еще недостаточно здоров, чтобы заботиться о ней в одиночку всю ночь. Его также мучают ужасные кошмары. Я рад, что ты вернулся… Седрик. Теперь Гарри сможет исцелиться и будет счастлив, — Фред улыбнулся Эдварду и вышел из комнаты. Фреду было тяжело расставаться с Гарри, но он был счастлив. Он был счастлив, что у его снова маленького брата появился шанс на счастливый конец. Фред заглянул в спальню Леоры, которую Джордж, Розали и Эмметт старательно украшали. Эмметт сидел на полу, собирая красивую белую кроватку, Розали складывала и убирала детскую одежду, а Джордж использовал магию, чтобы раскрашивать и украшать стены под руководством Розали.       — Пришел помочь нам, братец? — спросил Джордж, рисуя единорога на стене.       Фред покачал головой.       — Не сейчас, думаю, я пойду на пробежку, как Озорник.       Джордж повернулся к Фреду.       — Ты в порядке? Ты хочешь, чтобы Хаос пошел с тобой? — обеспокоенно спросил Джордж. Джордж знал, что Фред, должно быть, страдает из-за Гарри.       — Нет, мне нужно немного времени побыть одному. Я не надолго, — Фред ободряюще улыбнулся Джорджу и выбежал из дома. Как только Фред добрался до леса, он принял анимагическую форму — рыжего волка. И Фред, и Джордж были шокированы, когда впервые перевоплотились. Они ожидали, что станут лисой, хорьком или каким-то другим озорным зверьком. Они не ожидали превратиться в одинаковых рыжих волков. Они никогда раньше не видели цельного рыжего волка. Джордж назвал его Озорником, а Фред Джорджа — Хаосом.       Фред мчался по лесу, не останавливаясь, пока не добрался до ручья с пресной водой. Тяжело дыша, Фред опустил голову, чтобы попить свежей холодной воды. Услышав хруст ветки, он вскинул голову и начал оглядываться. Увидев тень за деревом, Фред скривил губы, обнажив клыки, и зарычал.       Была очередь Сета следить за странной новой семьей. С тех пор, как они впервые переехали в Форкс, у Сэма был кто-то, кто шпионил за ними круглосуточно. Старейшинам нужно было знать, представляют ли они угрозу для племени. Они выглядели достаточно человечно, но не пахли как люди. По большей части семья держалась особняком, за исключением визитов Калленов. Сэм был недоволен тем, что Каллены ошивались так близко с границей. Также случались некоторые странные происшествия. Иногда в доме были какие-то странные вспышки света. Каждую ночь один из мальчиков просыпался с криком, иногда больше одного раза за ночь. Однажды в доме вылетели все окна, но не было слышно звука взрыва. Самое странное, что, когда они отвернулись на пять минут для пересменки, все окна вернулись в нормальное состояние.       Сет лежал под густыми кустами в своей волчьей форме, уставившись в окно наверху. В комнате было много движения, и, похоже, это было связано с Эмметом, Розали и одним из рыжих близнецов. Он видел, как они ранее тащили большие коробки и много чего-то похожего на детские сумки. Они несколько раз слышали звуки, похожие на звуки маленького ребенка. Внимание Сета привлекла входная дверь, когда другой рыжий близнец выбежал. Сет в шоке вскочил на ноги, когда как раз в тот момент, когда мальчик достиг границы леса, он превратился в рыжего волка. Он быстро позвал Джейка, который патрулировал границу, чтобы сообщить ему, что он собирается следовать за волком. Получив указание быть осторожным, он помчался за рыжим волком.       Сет шагнул за большое дерево, когда другой волк остановился, чтобы попить. Он тихонько всхлипнул, когда наступил на ветку, и она громко треснула. Он знал, что рыжий волк не мог этого не услышать. Он мысленно выругался, когда волк развернулся и начал рычать. Зная, что больше не сможет прятаться, Сет медленно вышел из-за дерева.       Фред старался не смеяться над щенком, когда тот выпятил грудь и попытался выглядеть устрашающе. Несмотря на то, что песочный волк был такого же размера, как и он, он мог сказать, что он был немного моложе. Фред знал, что это был один из оборотней из стаи, который шпионил за ними. Мысленно посмеиваясь, Фред взял палку и побежал к щенку.       Сет отступил назад, когда другой волк подбежал к нему с палкой в ​​зубах и радостно вилял хвостом. Как только рыжий волк посмотрел ему в глаза, он понял, что это его отпечаток. Он был так сбит с толку, как он мог запечатлеть самца?       Фред забеспокоился, когда другой волк в страхе отступил от него. Бросив палку, Фред наклонил голову набок и заскулил на щенка. Снова подняв палку, Фред подбросил ее в воздух и поймал ее ртом. Он посмотрел на испуганного щенка и одарил его волчьей улыбкой.       Сет не был уверен, как справиться с ситуацией. Этот рыжий волк, один из рыжих близнецов, был его отпечатком. Он слышал, как Джейк через их связь смеялся над ним. Он фыркнул на своего отпечатка, когда тот подбросил палку в воздух и снова поймал ее ртом. Когда рыжий волк подбросил ее в третий раз, Сет поймал ее ртом раньше, чем другой волк смог это сделать. Он уперся лапами в землю, когда рыжий волк схватил другой конец палки и начал дергать ее, игриво рыча.       Фред был счастлив, когда щенок начал играть с ним. Он почувствовал влечение к песочному волку, но не понимал почему. Фред начал рычать и трясти головой, пытаясь вернуть палку. В течение следующих двух часов оба волка играли и бегали по лесу. Они гонялись за кроликами, плескались в холодном ручье, боролись и теперь дремали, прижавшись друг к другу.       Сет зевнул и прижался ближе к другому волку. Он наслаждался своим сном, но теперь Сэм кричал на него, говоря, что хочет, чтобы он вернулся в резервацию, немедленно. Сет заскулил, он еще не был готов оставить свой след, но он должен был следовать приказам альфы. Сет грустно лизнул морду спящего волка, затем побежал прочь.

***

      Гарри застонал, когда начал просыпаться. Его голова болела так, будто Фред и Джордж использовали ее для тренировки биты. Он застонал, когда почувствовал, как прохладная рука прижалась к его лбу.       — Хммм, Фред, это приятно.       — Не то, что я надеялся услышать из твоих уст после столь долгой разлуки, — прошептал Эдвард на ухо Гарри.       Глаза Гарри резко открылись, услышав голос мужа, он попытался сесть, но рука на его голове удерживала его.       — Полегче, дорогой, профессор Снейп идет с обезболивающим зельем. Ты в безопасности, — тихо сказал Эдвард.       Оглядевшись, Гарри заметил, что тот лежит на кровати, положив голову на колени мужа. Слезы начали течь из его глаз. Гарри удалось сесть, несмотря на боль в голове и руку, пытающуюся уложить его обратно.       — Сед… Седрик, это ты? — с надеждой спросил Гарри.       Эдвард улыбнулся своему маленькому мужу.       — Это я, Гарри, — Эдвард нежно протянул руку и коснулся щеки Гарри. — Мне жаль, что я забыл тебя, Гарри, но теперь я все помню. Я обещаю, что никогда не оставлю тебя и нашего ребенка.       Гарри бросился к Седрику, рыдая. Отчаянно он прижался к Седрику, крепко обхватив его шею руками. Эдвард начал успокаивающе поглаживать спину своего мужа, шепча слова утешения. Эдвард схватил Гарри за лицо и запрокинул его голову назад. Глядя в его добрые изумрудные глаза, он наклонился и захватил губы Гарри в поцелуй. Поцелуй начался медленно и нежно, но вскоре Эдвард протиснул язык в рот Гарри, заново знакомясь с каждым дюймом рта своего мужа.       — Я бы предложил вернуться позже, но я почти уверен, что вы отчаянно нуждаетесь в обезболивающем зелье, мистер Поттер, — Северус ухмыльнулся, когда два мальчика отстранились друг от друга. Его холодное, мертвое сердце воспарило, увидев ослепительную улыбку, которую Гарри дарил своему мужу. Впервые Гарри выглядел так, будто он живет, а не просто делает вид, что существует.       Эдвард провел большим пальцем под здоровым глазом Гарри, собирая слезы.       — Любимый, профессор Снейп здесь, — Эдвард усмехнулся, когда Гарри просто продолжал смотреть на него.       — Ты обещаешь, что будешь здесь, если я поверну голову? — тихо спросил Гарри.       Эдвард грустно улыбнулся Гарри.       — Я обещаю, моя любовь, я никуда не уйду, — его сердце разрывалось, когда он слышал боль и одиночество в голосе мужа. Ему потребовалось много времени, чтобы завоевать доверие Гарри, когда он впервые встретил его. Гарри боялся малейшего прикосновения, но он жаждал ласки. Эдвард знал, что пройдет много времени, прежде чем он сможет покинуть Гарри, и это было хорошо, он не собирался когда-либо покидать его.       Северус прочистил горло. Если бы кто-нибудь спросил, он бы сказал, что прочистил горло, чтобы привлечь внимание мальчиков, а не потому, что тихий, испуганный голос Гарри был душераздирающим.       — Мистер Поттер, прошу вашего внимания. Я бы хотел просканировать вас и убедиться, что ваше магическое ядро ​​стабилизируется, вы были без сознания более пятнадцати часов.       Неохотно Гарри оторвал взгляд от мужа и повернулся к своему профессору зелий, крепко держа руку мужа. Северус слегка улыбнулся мальчику, когда увидел, что Гарри продолжает поглядывать на Эдварда краем глаза.       — Мистер Поттер, мистер Каллен никуда не денется, — Северус уже говорил с Седриком, и вампир решил сохранить имя своего приемного отца. Он больше не хотел, чтобы его каким-либо образом ассоциировали с человеком, который изнасиловал его мужа.       Гарри покраснел.       — Простите, профессор, — тихо сказал он. — Сев, почему ты назвал его мистером Калленом?       Эдвард нежно сжал руку Гарри.       — Гарри, после всего, через что заставил тебя пройти мой «отец», я не хочу иметь с ним ничего общего. Я оставлю себе имя Эдвард Каллен.       Гарри на мгновение замолчал.       — Значит ли это, что я тоже могу отказаться от фамилии Диггори и стать Гарри Джеймсом Поттер-Калленом? Я… я действительно не хочу быть Диггори… — прошептал Гарри.       Эдвард поцеловал Гарри в макушку.       — Я бы хотел, чтобы ты был Калленом. Я уверен, гоблины смогут изменить это для нас.       Пока мальчики обсуждали фамилии, Северус наложил на Гарри диагностирующее заклинание.       — Ну, Гарри, твое ядро ​​восстанавливается, и ты в лучшем состоянии со времен Азкабана. У меня также есть новости, которые, я уверен, тебе понравится услышать. Твой маленький карапуз набрал целый фунт.       — Правда? — воскликнул Гарри. Он был так обеспокоен тем, что она не набрала вес с рождения. Гарри повернулся и крепко поцеловал Эдварда. Северус тихо выскользнул из комнаты, когда увидел, что поцелуй становится чем-то большим, чем просто праздничным поцелуем.       Гарри застонал в поцелуй, когда почувствовал, как Эдвард скользнул рукой ему под рубашку и потер сосок.       — Эд… Эдвард, пожалуйста, займись со мной любовью… — умолял Гарри.       Эдвард прервал поцелуй, тяжело дыша.       — Гарри, мы не можем, ты не готов. Плюс, я вампир и могу причинить тебе боль.       — Пожалуйста, Эдвард, мне нужен ты. Мне нужно почувствовать тебя, мне нужно избавиться от его прикосновений. Мы родственные души, ты не можешь причинить мне боль, — Гарри просунул руки под рубашку Эдварда и нежно провел ими по его животу.       Эдвард закрыл глаза и застонал. Одно лишь легкое движение руки Гарри было лучше, чем, когда Белла хватала его за промежность. Проведя пальцами по волосам Гарри, Эдвард снова потянул его в еще один глубокий поцелуй. Пока его язык был занят исследованием рта Гарри, руки Эдварда снимали с Гарри рубашку.       — Гарри, наложи заглушающие чары на Леору, — Эдвард застонал, когда рот Гарри атаковал его сосок.       Не отпуская сосок Эдварда, Гарри щелкнул рукой по колыбели и наложил заглушающие чары, чтобы они могли слышать ее, но она не могла слышать их. Восемь месяцев он фантазировал о том, как занимается любовью со своим мужем, и он знал, что не сможет сдержать своих криков.       — Пожалуйста, Гарри, дай мне знать, если я буду слишком груб, — Эдвард положил Гарри обратно на кровать и осторожно прикусил его шею.       Гарри раздвинул ноги, чтобы Эдвард мог устроиться между ними. Выгнув спину, Гарри вскрикнул, когда рука Эдварда скользнула вниз по его пижамным штанам. Он обхватил рукой член своего молодого мужа и начал медленно двигать рукой. Еще одним взмахом руки Гарри испарил их одежду.       Эдвард зарычал, когда его голый член соприкоснулся с голым членом Гарри.       — Пожалуйста, Эдвард, мне нужно, чтобы ты был внутри меня, — заскулил Гарри.       Эдвард усмехнулся, его маленький муж всегда был таким нетерпеливым. Медленно Эдвард начал целовать свой путь вниз по телу Гарри. Он провел несколько минут, облизывая соски Гарри, а затем спустился к его пупку, где провел минуту, кружа языком внутри и вокруг него.       Гарри чувствовал, как его магия тянется к Эдварду, радуясь, что наконец-то нашла свою вторую половину. Гарри чуть не свалился с кровати, когда почувствовал, как язык Эдварда скользнул по его члену, облизывая его щель.       Эдвард раздвинул ноги Гарри шире, когда начал сосать меньший член. Как, черт возьми, он вообще мог подумать, что он натурал? Гарри был таким вкусным на его языке. Эдвард взял указательный палец и засунул его в рот рядом с членом Гарри, делая его хорошим и влажным. Глубоко взяв член мужа в горло, он начал вращать пальцем вокруг тугого кольца мышц вокруг входа Гарри.       Гарри заскулил, когда почувствовал, как палец Эдварда ласкает его складку. Расслабляя мышцы, он надавил на палец, когда Эдвард вошел. Гарри откинул голову назад, когда палец Эдварда начал нежно трахать его. Если Эдвард не поторопится, он кончит только от этого.       — Пожалуйста, пожалуйста, мне нужен ты сейчас, — умолял Гарри.       Эдвард вытащил члена своего мужа изо рта.       — Гарри, у меня нет никакой смазки, я не хочу причинить тебе боль.       Задыхаясь, Гарри наложил на себя заклинание смазки, но не растягивающее заклинание. Он хотел почувствовать жжение, когда Эдвард погрузит в него каждый дюйм своего большого члена. Ему нужно было, чтобы Эдвард заявил на него свои права, чтобы он забыл о руках Амоса на нем и в нем.       Эдвард сел и посмотрел на своего прекрасного, задыхающегося, покрасневшего партнера. Гарри был потрясающим, Белла даже близко не подошла к Гарри. Эдвард приставил кончик своего члена к входу Гарри и начал медленно входить. Гарри был невероятно узким, и ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не просто погрузиться в него и не заявить на него свои права.       — Черт, Гарри, ты такой узкий, — проворчал Эдвард. Наконец, он оказался по самые яйца в своем партнере.       Гарри впился ногтями в руки Эдварда, пытаясь приспособиться к ощущению Эдварда внутри себя. Он надавил сильнее, принимая Эдварда глубже, когда Эдвард снова начал двигать его член.       Эдвард медленно вытащил член и вонзил его обратно в узкий канал Гарри. Он был вознагражден, когда Гарри закричал и поднял колени выше, когда Эдвард пронзил его простату. Эдвард продолжал вытаскивать член и бить простату Гарри каждым толчком. Эдвард знал, что долго не продержится.       — Сильнее, Эдвард, мне нужен ты, сильнее, — взмолился Гарри. Эдвард положил обе ноги Гарри на плечи и начал вбиваться в него. Он беспокоился, что причинит Гарри боль, но блаженный взгляд Гарри быстро заставил его забыть об этой мысли. — Эд, Эдвард, я кончаю! — закричал Гарри.       Эдвард зарычал от удовольствия, когда крошечное отверстие его приятеля начало сжиматься вокруг его члена. Посмотрев вниз, он увидел, как сперма Гарри выстрелила между ними двумя. Эдвард не мог больше сдерживаться и с громким рычанием засунул свой член в задницу Гарри так далеко, как только мог, и кончил. Эдвард продолжал двигать своим членом в заднице Гарри, пока тот не был полностью выдоен. Он осторожно вытащил его и рухнул рядом с Гарри, притянув его к себе.       — Это было невероятно, Гарри. Я ведь не сделал тебе больно, правда? — спросил Эдвард.       Гарри поднял голову и посмотрел на мужа.       — Я люблю тебя, Эдвард, и я так скучал по тебе, — Гарри опустил голову на голую грудь Эдварда и заплакал.       Эдвард прижал Гарри к себе крепче.       — Тшшш, любимый, все будет хорошо, я обещаю. Мне так жаль, что я оставил тебя, но теперь я тут. Я всегда буду рядом.       Гарри продолжал плакать, пока Эдвард гладил его по спине. Он никогда не думал, что снова увидит своего мужа, никогда не думал, что снова сможет заняться с ним любовью. Он думал, что проведет остаток своей жизни в одиночестве и страданиях.