Разбитые души

      Дамблдор был в Норе, потому что у него больше не было доступа на площадь Гриммо. Он не знал, что происходит с Сириусом и Ремусом, но он не слышал о них почти неделю. Он знал, что они обвиняют его в заключении Гарри и побеге из волшебного мира. Это была его вина. Он должен был знать, что Гарри никогда не мог причинить вреда другому живому существу. Он мог бы уберечь Гарри от Азкабана, но он этого не сделал. Он был так расстроен и разочарован в Гарри, что его отправили на пожизненное заключение в Азкабан. Он протестовал, когда Амос потребовал поцелуя дементоров. Он хотел бы знать, что Амос делал с Гарри, пока тот был в Азкабане.       Дамблдор проводил мозговой штурм с Артуром, Молли, Тонкс и Кингсли. Они должны были найти способ выследить Гарри и вернуть его домой. Сириус и Ремус были не единственными, кто обвинял Дамблдора во всем, что случилось с Гарри, большая часть волшебной Британии также была против него. Гарри был их иконой, их идеальным маленьким принцем. Они, казалось, забыли, что тоже кричали, чтобы Гарри получил поцелуй, и называли его следующим Темным Лордом.       — Министерство ежедневно бомбардировали вопиющими, требуя, чтобы я ушел с поста директора, — вздохнул Дамблдор. Он не мог поверить, что после всего, что он сделал для волшебной Британии, они требуют его голову. Он признает, что был неправ в том, как обращался с Гарри. Он оставил его с Дурслями, зная, что они никогда его не полюбят. Он честно не думал, что они будут его оскорблять. Он понимал, что, вероятно, должен был проверить его, но именно для этого он нанял миссис Фигг. Как магический опекун Гарри, он мог бы вытащить Гарри из турнира, но он хотел посмотреть, как будут развиваться события. У него также были подозрения, что Гарри был эмпатом. Магические эмпаты были редки и неспособны убивать. Причинение еще одной большой боли или убийство могли уничтожить эмпата, особенно такого сильного эмпата, как Гарри.       — Что не так со всеми? Почему они хотят, чтобы ты ушел на пенсию? — потребовала Молли. Молли считала, что Дамблдор уступает только Мерлину. Дамблдор был сильным, умным, добрым и сострадательным.       — Может быть, потому что он позволил невинному ребенку попасть в Азкабан, — пробормотала Тонкс. Тонкс не была похожа на Молли, она видела Дамблдора таким, какой он есть. Да, Дамблдор был хорошим человеком, но он также был манипулятором. Дамблдор заботился только о «всеобщем благе», а не о людях, которые пострадали по пути. Дамблдор, возможно, был умен, но он совершил много ошибок и никогда не учился на них. Тонкс не знала Гарри лично, но никогда не считала его виновным.       Молли сердито посмотрела на Тонкс. Она не могла поверить, что осмелилась проявить неуважение к великому Альбусу Дамблдору.       — Может быть, если бы Гарри рассказал всем о своих отношениях с Диггори, то ничего бы этого не произошло, — она все еще была расстроена тем, что Гарри и ее сыновья-близнецы скрыли отношения Гарри с Седриком.       — Может быть, если бы Дамблдор позволил Гарри сняться с турнира, то Седрик был бы жив, а Гарри никогда бы не попал в Азкабан, — парировала Тонкс.       — О чем ты говоришь? — спросил Артур.       Дамблдор съёжился. Он надеялся, что никто не знает о том, что он мог вытащить Гарри из турнира.       Тонкс сердито посмотрела на Дамблдора.       — Дамблдор — магический опекун Гарри, он мог бы снять Гарри с турнира, если бы захотел. Гарри был несовершеннолетним, поэтому по закону не мог быть заключен магический обязывающий контракт без согласия его родителей или магических опекунов. Магические контракты являются обязывающими, только если ведьме или волшебнику исполнилось семнадцать лет. Кроме того, поскольку Седрик был чемпионом Хогвартса, это означало, что Гарри должен был быть зачислен в другую школу. Очевидно, что в турнире не было никакой другой школы, а Гарри был учеником Хогвартса. Гарри никак не мог быть учеником в двух разных школах. Дамблдор хотел, чтобы Гарри участвовал, — закончила Тонкс.       Молли выглядела так, будто была готова защитить Дамблдора, но ее муж победил ее.       — Альбус, это правда? Ты мог бы вытащить Гарри из этого ужасного турнира? — Артуру никогда не нравилась идея такого жестокого турнира. В прошлом погибло так много детей, соревнуясь за бессмысленное дело.       — Нимфадора — аврор, она знает наши законы, — сказал Дамблдор своим дедушкиным голосом. Внешне он вел себя спокойно и хладнокровно, но внутри он видел, что происходит. Эта информация, которая выйдет наружу, заставит его выглядеть еще хуже.       Артур встал и хлопнул руками по столу.       — Почему, Альбус, какого черта ты позволил Гарри участвовать? — Артур был зол: Гарри был для него как сын. Если бы Альбус позволил Гарри отказаться, то всего этого беспорядка можно было бы избежать. Артур сердито посмотрел на свою жену, когда она встала, чтобы защитить Альбуса. — Нет, Молли, не защищай его. Ты бы все еще защищала его, если бы он заставил нашего Рональда участвовать в таком опасном турнире?       Молли несколько раз открыла и закрыла рот. Если бы это был ее Рональд, она бы ворвалась в школу, требуя, чтобы ее сыну запретили участвовать в турнире. Она бы прокляла любого, кто попытался бы сказать, что она не может вытащить его из турнира.       Дамблдор вздохнул, он знал, что они не поймут.       — Мне нужно было знать, что задумал Темный Лорд. Метка Северуса становилась темнее, мы знали, что он возвращается. Мне нужно было участие Гарри, чтобы я мог узнать, что он задумал.       — Приманка! Ты использовал Поттера в качестве приманки? — разъярился Кингсли. — Тебе было все равно, что мальчик был на три года младше, чем нужно для участия в турнире, и был ужасно необразован. Тебя вообще волновала безопасность Гарри? Черт, они правы: ты — причина того, что этот ужасный кошмар случился с Гарри!       Дамблдор опустил голову.       — Я чувствую себя ужасно из-за всего, что пережил Гарри. Да, это была моя вина. Нам нужно найти Гарри и вернуть его домой. Здесь его место, с семьей и друзьями.       Тонкс фыркнула.       — Да, семья и друзья предали его, убили его мужа, отправили его в Азкабан, позволили его пытать и насиловать и заставили его рожать дочь в одиночестве в этом грязном месте. Я уверена, что он не может дождаться, чтобы мы нашли его и заставили вернуться домой.       Молли посмотрела на Тонкс. Она знала, что Тонкс права, но и Альбус тоже. Гарри нужно вернуться домой к ним. Они будут заботиться о нем, помогут ему восстановиться и воспитать дочь. Гарри сам был всего лишь ребенком, что он знал о воспитании маленькой девочки? Нет, Гарри нужно вернуться в Хогвартс, чтобы закончить свое образование, а она будет воспитывать его дочь в Норе.       — Нам нужно найти его, — потребовала Молли. — Гарри нуждается в нас. Как только мы его найдем, он сможет вернуться в Хогвартс, а я буду воспитывать его дочь здесь. Я знаю, ему будет тяжело, но он сможет видеться с ней на праздниках и летних каникулах.       Дамблдор улыбнулся Молли. Он знал, что всегда может рассчитывать на Молли, она всегда была его самой верной последовательницей. Если он вернет Гарри и заставит его сделать заявление о том, что он его простил, то этот беспорядок будет прояснен.       — Это замечательная идея, Молли. Я бы даже разрешил Гарри навещать свою дочь по выходным.       — Вы двое бредите! — выплюнула Тонкс. — С чего вы взяли, что Гарри просто так отдаст вам свою дочь? На случай, если вы забыли, Снейп — опекун Гарри. Вы не можете забрать Гарри без его разрешения, и он ни за что на свете не позволит вам забрать Гарри и этого ребенка.       Дамблдор улыбнулся Тонкс.       — Это правда, Северус — временный опекун Гарри, но я его магический опекун. Мне придется просить о многих услугах, но я смогу добиться отмены опеки Северуса, а затем позволить Молли и Артуру усыновить Гарри, — Дамблдор засунул в рот лимонную дольку. Да, это был замечательный план. Когда все это прояснится, его снова будут приветствовать как любящего, могущественного героя.       Глаза Тонкс расширились от шока, она не могла поверить, что они собираются сделать с Гарри. После всего, что они с ним сделали, как, черт возьми, они могли оторвать его от ребенка. К счастью, у нее был способ связаться с Грозным Глазом и предупредить их.

***

      Гарри цеплялся за руку Эдварда в машине скорой помощи. Он взбесился на фельдшеров, когда они попытались разлучить его с дочерью. Наконец, увидев, как это его расстраивает, они позволили положить Леору на носилки рядом с Гарри. Гарри не хотел возвращаться в больницу, и он не хотел, чтобы эти незнакомцы крутились вокруг него, пытаясь дотронуться до него. Он съеживался и закрывал голову каждый раз, когда кто-то из фельдшеров пытался дотронуться до шишки и синяков.       — Пожалуйста, не трогайте меня, — слабым голосом кричал Гарри. Он просто хотел увидеть рядом Северуса, своего будущего отца. Его голова была словно расколота, он был в замешательстве, и его тошнило. Почему они просто не могли оставить его в покое?       Эдвард сжал руку Гарри.       — Гарри, все в порядке. Они не причинят тебе вреда, им просто нужно проверить твою голову. Карлайл будет в больнице, когда мы приедем, он будет тем, кто тебя осмотрит.       Гарри едва мог держать глаза открытыми.       — Уххх! — простонал Гарри. — Хочу к папе, — прошептал Гарри, прежде чем потерять сознание.       — Пожалуйста, отойдите назад, мистер Каллен, чтобы мы могли осмотреть пациента, — потребовал фельдшер.       Хотя Эдвард не хотел, он послушался фельдшера. Он был в ужасе от того, что Гарри потерял сознание. Эдварда вывел из шока фельдшер, передавший ему его дочь.       — Пожалуйста, подержите ее, чтобы мы могли с ним поработать? У нее только небольшой порез на внутренней стороне верхней губы, — Эдвард кивнул и оцепенело взял свою маленькую дочь.       Через десять минут они подъехали к больнице, и Эдвард почувствовал облегчение, увидев, как их ждет семья Карлайла и Гарри. Гарри все еще был без сознания, но фельдшеры смогли поставить капельницу, и он был стабилен. Эдвард застонал, когда двери машины скорой помощи распахнулись, и Чарли стоял там, ожидая их.       Глаза Чарли расширились, когда он увидел, что мальчик без сознания.       — Что случилось? — спросил он.       — Шериф Свон, я должен попросить вас отойти, чтобы я мог осмотреть своего пациента, — приказал Карлайл спокойным, но строгим голосом. Он хотел осмотреть Гарри, и они делали все возможное, чтобы удержать Северуса.       Чарли кивнул и отошел в сторону. Он не мог поверить, что его милая Белла сделала это. Она не только навредила этому маленькому мальчику, но и навредила младенцу.       Карлайл быстро втолкнул Гарри в больницу и смотровую. Он кивнул Северусу, проходя мимо него. Он ненавидел видеть беспокойство на лице Северуса, но им пришлось сделать это немагическим способом, по крайней мере, пока они не вернут Гарри домой.       — Что, черт возьми, произошло? — прорычал Северус, как только Карлайл закрыл дверь смотровой. К счастью, они могли подождать прямо за дверью; Леора все еще не могла быть дальше десяти футов от Гарри.       — Простите, я шериф Чарли Свон. Вы родственник молодого человека, которого только что привезли? — спросил Чарли. Он слышал, что в городе появилась новая семья, но у него еще не было времени представиться им.       Северус бросил на Эдварда последний взгляд, прежде чем повернуться к маггловскому полицейскому.       — Да, я его опекун, Северус Снейп. Что случилось с моим сыном и его дочерью? — потребовал он. Северус был не только в ярости, но и встревожен до смерти. Он покинул Гарри всего несколько часов назад, что, черт возьми, могло случиться?       Северус и Чарли слушали, как Эдвард пересказывал историю о том, что произошло между ними и Беллой. Пока он рассказывал, Чарли прерывал его, задавая вопросы. Сердце Чарли упало, когда он понял, что его дочь действительно виновата в том, что навредила молодому человеку. Ему все еще нужно было взять у молодого человека показания, но было совершенно очевидно, что произошло.       — Когда Белла уехала во Флориду, вы двое счастливо планировали свою свадьбу. Что случилось за последние несколько дней? — Чарли был зол на Эдварда за то, что он снова навредил его дочери. Он знал, что ему не следовало позволять ей встречаться с Эдвардом после его возвращения в Форкс.       — Я могу ответить на этот вопрос, — сказал Карлайл, выходя из комнаты Гарри.       — Карлайл? — спросил Северус. К черту шефа полиции, ему нужно знать, как Гарри.       Карлайл положил руку на плечо Северуса.       — С ним все будет в порядке, мой друг. У него сильное сотрясение мозга и несколько ужасных синяков, но с ним все будет в порядке. Его слепой глаз распух и сильно ушиблен, поэтому я вызвал его офтальмолога.       — Подожди, он слеп на один глаз? — спросил Чарли. Его дочь не только напала на несовершеннолетнего мальчика, но и напала на частично слепого. У его дочери дела шли все хуже и хуже.       — Мой сын восстанавливается после очень травматического события и страдает от посттравматического стресса. Он только что получил хорошие новости о том, что его зрение может частично восстановиться на его слепом глазу, а теперь из-за твоей дочери этого может не произойти, — прорычал Северус.       — Мне жаль, я не знаю, что нашло на мою дочь, — вздохнул Чарли. Повернувшись к Эдварду, Чарли стиснул зубы. — Что произошло между вами двумя, Эдвард?       Прежде чем Эдвард успел ответить, Карлайл остановил его.       — Чарли, как ты знаешь, я усыновил Эдварда. Он был моим молодым пациентом, который попал в аварию и страдал амнезией. Я сблизился с ним и усыновил его. Когда Эдвард столкнулся с Гарри и его семьей, которых он знал до амнезии, это заставило воспоминания Эдварда медленно вернуться. Он был немного не в себе последние два дня, как я уверен, ты можешь понять. Кажется, твоя дочь разозлилась, когда Эдвард не ответил на ее сообщения, и помчалась домой пораньше, чтобы поговорить с ним. Вместо того чтобы спросить его, что случилось, она напала и обвинила во всем Гарри.       Глаза Чарли расширились.       — Это невероятная история. Я рад, что ты вернул себе память, Эдвард, но что происходит между тобой и моей дочерью? — серьезно спросил Чарли.       Эдвард вздохнул, он просто хотел пойти с Гарри.       — Честно говоря, я не вижу себя с Беллой после событий этого вечера. Гарри — мой самый близкий и дорогой друг, и она причинила ему боль, не дав мне объяснить. Она также причинила боль его недоношенной дочери, и она не проявила никаких угрызений совести. Когда все здесь уляжется, я поговорю с Беллой и покончу с этим, — Чарли кивнул, его дочь будет опустошена. Но он не мог винить Эдварда, Белла действительно все испортила.       — Я вернусь утром, чтобы взять у него показания, — Чарли пожал руки Карлайлу и мистеру Снейпу, бросил на Эдварда сердитый взгляд и ушел.

***

      Несмотря на то, что больничные правила запрещали принимать так много посетителей, Карлайл позволил Северусу и его семье увидеть Гарри.       — С ним все будет в порядке, нам просто нужно оставить его на ночь для наблюдения. Он проснулся прямо перед моим выходом. У него ужасная головная боль, и он немного сбит с толку, но ничего серьезного.       Карлайл жестом попросил медсестру выйти, чтобы они могли побыть наедине с Гарри. Гарри лежал на боку, испуганный и старающийся не плакать. Он проиграл битву со слезами, когда увидел Северуса.       — Пожалуйста, папа, забери меня домой, — сказал Гарри слабым, невнятным голосом.       Мертвое сердце Северуса перестало биться, и по телу пробежало теплое чувство. Гарри назвал его папой. Несмотря на то, что он собирался усыновить Гарри, он никогда не думал, что Гарри назовет его папой. Он надеялся, что Гарри будет достаточно комфортно это сделать, но, честно говоря, он не видел, чтобы это произошло.       Северус бросился к Гарри и начал осматривать его голову.       — Хорошо, что у вас крепкая голова, мистер Поттер.       Гарри хихикнул, но затем застонал, когда боль пронзила его голову. Эдвард быстро схватил кастрюлю как раз вовремя, чтобы Гарри успел в нее вырвать.       — Тсссс, расслабься, любимый, — успокоил его Эдвард.       — Карлайл, я дам ему обезболивающее и противорвотное зелье. Это не будет видно ни на одном из ваших тестов, но Гарри будет чувствовать себя намного лучше, — увидев, как Карлайл кивнул, Северус осторожно помог Гарри принять зелья.       Прошло несколько минут, но, наконец, Гарри смог открыть свой здоровый глаз, не застонав.       — Леора? — спросил он. Он забеспокоился, когда не увидел ее в объятиях своей семьи.       — Она прямо за дверью со своей крестной матерью, — улыбнулся Эдвард. — За исключением небольшого пореза на губе, с ней все в порядке.       Гарри оглядел всех в комнате.       — Извините, — невнятно пробормотал он.       Северус нежно провел пальцем по щеке Гарри.       — Гарри, это не твоя вина. Не извиняйся.       — Пожалуйста, отвези меня домой, — попросил Гарри.       Северус вздохнул.       — Мне жаль, Гарри, но тебе нужно остаться на ночь. Мы не можем позволить начальнику полиции заподозрить нас. Поскольку на тебя напала его дочь, он будет за нами пристально следить.       Гарри шмыгнул носом, но не заплакал. Он просто хотел вернуться домой, где ему будет безопасно и комфортно. Он никак не мог расслабиться и лечь спать здесь. Леоре тоже придется остаться в больнице, и ему это не нравилось.       — Твой окулист пришел, — прошептал Эдвард.       Все, кроме Эдварда, Карлайла и Северуса, вышли из комнаты, когда пришел офтальмолог. К счастью, глаз Гарри не пострадал больше, но операцию пришлось отложить на неделю-две, пока не сойдут отек и синяк. Эдвард и Северус остались в больнице с Гарри на всю ночь, а Розали и Эмметт остались в зале ожидания с Леорой.

***

      Чарли был расстроен из-за своей дочери. Она все еще отрицала нападение на мальчика, даже проведя ночь в тюрьме. Выйдя из больницы, он вернулся в кофейню и снова опросил персонал и владельца. Все показания были теми же, Белла появилась из ниоткуда и напала на Эдварда и мальчика. Чарли устало провел руками по глазам и вздохнул. Он оставался на станции всю ночь и был измотан. Он собирался отвезти Беллу домой, а затем вернуться в больницу, чтобы поговорить с мальчиком.       Чарли открыл дверь камеры, чтобы выпустить дочь. Она была зла на него за то, что он арестовал ее, и отказывалась разговаривать с ним. Это была долгая поездка домой, а Белла просто угрюмо смотрела в окно. Подъезжая к дому, Чарли схватил дочь за руку, не давая ей выйти из машины.       — Ты должна оставаться дома, не звонить и не писать Эдварду. У тебя большие проблемы, и мне не нужно, чтобы ты усугублял ситуацию. Эдвард близок с парнем, на которого ты напала, и не готов с тобой разговаривать, — потребовал Чарли.       Белла не признавала отца. Она злилась на него за то, что он заставил ее остаться на ночь в этой отвратительной камере, как обычного преступника. Что она собиралась делать, когда все узнали, что ее собственный отец арестовал ее.       Как только отец отпустил ее руку, она вышла из машины, хлопнула дверью и ворвалась в дом. Возможно, ей не разрешат позвонить Эдварду, но Чарли ничего не сказал о Джейкобе. Джейкоб любил ее и сделал бы для нее все.       Через пятнадцать минут Джейкоб уже стучал в дверь Беллы. Она звонила ему и так плакала, что он не мог понять, что она говорит. Все, что он смог разобрать, это то, что кто-то напал на нее. Он быстро повесил трубку и помчался к ней домой.       Белла открыла дверь, и сердце Джейкоба упало. Ее глаза покраснели и опухли, лицо покрылось пятнами от слез и дрожи. Как только она увидела его, Белла бросилась к Джейкобу, плача.       — Белла, что случилось? — Джейкоб поднял Беллу и отнес ее в дом.       — Джейк, это было ужасно! — завопила Белла. — Этот… этот новый мальчик, за которым стая следила, напал на меня.       — Что?! — разъярился Джейкоб. Он собирался убить маленького ублюдка за то, что тот прикоснулся к девушке, которую он любил.       — Там был Э-Эдвард, и он… он даже не помог. Они… они все обвинили меня и… и Ч-Чарли арестовал меня и… и мне пришлось провести ночь в к-камере, — Белла крепче прижалась к Джейкобу и начала истерически плакать.       Джейкобу было трудно контролировать своего волка. Он собирался убить и Эдварда, и нового мальчика.       — Какой мальчик это был, Белла, рыжие близнецы или черноволосый? — он хотел убедиться, что причинил боль нужному мальчику.       — Тот, черноволосый мальчик с ребёнком. Я так и-испугался, Джейкоб. Он с-сказал мне ужасные вещи, а затем ударил и толкнул меня н-на землю. К-когда Эдвард повернулся с-спиной, мальчик сказал, что придёт за мной, — Белла прижималась к Джейкобу, она знала, что он отомстит за неё. — Это не вина Эдвардса, он, у него был ребёнок…       — Я убью этого мальчика, чёрт возьми. Какого чёрта Чарли арестовал тебя? — благодаря запечатлению Сета на одном из близнецов, Джейкоб начал вставать на защиту семьи. Сэм был прав, о них нужно было заботиться, они были опасны.       — О-он сказал, что я-я начала это. Все, что я сделала, это обняла Эдварда, и мальчик взбесился. Даже владелец магазина обвинил меня. Что я буду делать, он собирается причинить мне боль! — закричала Белла.       Джейкоб поцеловал Беллу в лоб, затем встал.       — Ты останешься здесь, где ты в безопасности. Я позабочусь о мальчике. Я сделаю так, чтобы он никогда не смог причинить тебе боль, — Джейкоб повернулся и выбежал за дверь.       Если бы Джейкоб оглянулся, он бы увидел, как Белла ухмыляется.

***

      Гарри вернулся из больницы несколько часов и чувствовал себя намного лучше. Благодаря отцу и его зельям он почти выздоровел, за исключением синяков. Они не могли заставить синяки и отеки сойти, если бы вернулся начальник полиции.       Хотя его отец считал, что он неправ, Гарри отказался выдвигать обвинения против Беллы. Ему не нравилась девушка, и он был зол, что она причинила боль его ребенку, но он не хотел видеть ее запертой, он знал, каково это. Он чувствовал, что Белла злится, но она также была напугана и глубоко ранена тем, что Эдвард игнорирует ее.       — Эдвард, ты должен пойти и поговорить с Беллой. Это несправедливо оставлять ее в подвешенном состоянии, она действительно любит тебя, — Гарри не хотел, чтобы он уходил, но он хотел, чтобы эта неразбериха с Беллой прояснилась.       Эдвард обнял свою пару.       — Я не хочу оставлять тебя одного, — Билл был на работе, Фред и Джордж искали здание в волшебной деревне Сиэтла, чтобы открыть магазинчик шуток, а Северус пошел с ними, чтобы помочь им и купить ингредиенты для зелий. Гарри повернулся в объятиях Эдварда и поцеловал его в щеку.       — Грюм наверху, в своей комнате, со мной все будет в порядке. Пожалуйста, просто иди и порви с ней, чтобы она оставила нас в покое.       Эдварду не нравилось уходить от него, но он согласился. То, что он делал с Беллой, было неправильно, она этого не заслуживала. Эдвард страстно поцеловал Гарри, чмокнул дочь в губы и ушел.       Гарри вздрогнул, ему действительно не нравилось оставаться одному. Подхватив дочь, он поднялся по лестнице и постучал в дверь бывшего аврора. Гарри хихикнул, услышав ворчание в ответ.       — Я выйду и осмотрю двор, ладно? — Гарри хотел сделать игровую площадку для Леоры весной и хотел ее спланировать.       Эммет и Джаспер предложили ему помочь ее построить. Он знал, что Леора все еще будет слишком маленькой, чтобы играть на ней, но он все равно хотел иметь хорошее место, чтобы посидеть с ней, когда погода испортится.       Грюм открыл дверь и уставился на Гарри и ребенка.       — Бери свою палочку и не ходи в лес. Постоянная бдительность! — проворчал он.       Гарри улыбнулся мужчине со шрамом и пообещал следовать его указаниям. На улице все еще было холодно, поэтому он планировал пробыть всего несколько минут. Он укутал Леору и посадил ее в коляску. Взяв блокнот и карандаш, он выскользнул через заднюю дверь.       Джейкоб ухмыльнулся, увидев, как мальчик наконец вышел из дома. Он собирался заставить его заплатить за то, что он осмелился прикоснуться к его милой Белле. Он был недоволен тем, что у него есть ребенок, он не хотел, чтобы она случайно пострадала.       Гарри улыбнулся, осматривая задний двор. Несмотря на то, что они были глубоко в лесу, их задний двор был красивым и открытым. Схватив стул с задней террасы, Гарри подошел ближе к границе леса и сел. Оглядевшись, он вздрогнул, почувствовав ненависть и гнев. Он никого не увидел, поэтому решил, что это просто его паранойя. Засунув руку в коляску, он коснулся руки Леоры, чтобы она могла Вздохнув, когда все эмоции отключились, Гарри быстро начал рисовать задний двор. Он был так погружен в свои зарисовки, что не слышал, как кто-то приближался, пока его блокнот не выбили из его руки.       Гарри отпустил Леору и вскочил на ноги. Мгновенно его охватило чувство сильного гнева и неприязни. Перед ним стоял огромный подросток, почти семи футов ростом. У него были коротко стриженные черные волосы, он был без рубашки и весь перекатывался мускулами. Глаза этого человека были полны гнева и обещали ему боль. Эмоции, исходящие от него, мешали Гарри думать и дышать.       Джейкоб посмотрел на маленького мальчика и усмехнулся. Этот маленький засранец даже не доходил ему до плеч, и он был даже меньше Беллы. Кем он, черт возьми, себя возомнил, нападая на Беллу?       — Ты причинил боль Белле, — прорычал Джейкоб.       Гарри поднес руку к носу, когда почувствовал, что из нее что-то капает. Он заскулил, увидев, что это кровь. Эмоции, исходящие от незнакомца, были интенсивными и изнуряющими. Гарри посмотрел на свою дочь. Ему нужно было отвлечь его от своего ребенка, но он не мог отойти от нее дальше, чем на несколько футов. Он боялся, что если он выстрелит каким-нибудь заклинанием, то случайно ударит ее.       Гарри поднял руки в знак мира.       — Я не причинил ей вреда, это она напала на меня и отправила меня в больницу на ночь.       — Лжец! — закричал Джейкоб. — Она сказала, что ты ударил ее, и угрожал прийти за ней. Я здесь, чтобы убедиться, что у тебя никогда не будет такого шанса!       Джейкоб протянул руку, схватил мальчика за горло и ударил его о дерево. Джейкоб был шокирован тем, насколько легким был мальчик. Присмотревшись, он заметил, что мальчик выглядел совсем неважно. Он был бледным, с темными кругами под глазами, один глаз был опухшим и в синяках, и у него был еще один большой синяк на голове. Кровь также капала из его носа с пугающей скоростью. Гарри начал задыхаться, пытаясь дышать. Одной рукой он царапал большую руку у своего горла, а другой рукой шарил в поисках палочки. Он закричал от ужаса, когда он вспомнил, что оставил ее на коляске. Слезы катились по его лицу, смешиваясь с кровью, которая текла из носа. Когда Леора начала кричать, Гарри начал отчаянно пинать и бить мускулистого мужчину. Ему нужно было добраться до своей дочери и его палочки.       — Пожалуйста, стой! — прохрипел Гарри. — Моя дочь, пожалуйста…       Джейкоб зарычал и бросил мальчика на землю. Он чувствовал себя неправильным, причиняя боль такому маленькому и беззащитному человеку. Мальчик был даже вполовину меньше его.       — Держись подальше от Беллы. На этот раз я тебя предупрежу, но в следующий раз, если ты к ней приблизишься, я тебя убью, — Джейкоб повернулся, чтобы уйти, когда крики ребенка привлекли его внимание. Он как раз собирался заглянуть в коляску, когда в него врезалось маленькое тело. Ему не было больно, но он услышал щелчок и крик маленького мальчика.       Гарри с трудом поднялся на ноги, хватая ртом воздух. Лед побежал по его венам, когда он увидел, как гигантский человек направляется к его кричащему ребенку. В этот момент Гарри впал в слепую панику и забыл обо всем, включая то, что он может творить магию без палочки. Он бросился на человека, врезавшегося в него со всей своей силой, прежде чем тот успел украсть его ребенка. Врезаться в этого человека было все равно что врезаться в кирпичную стену. Гарри закричал, когда от удара его рука согнулась и сломалась. Гарри упал на землю, но быстро поднялся, игнорируя боль, и снова напал.       Джейкоб был шокирован тем, что даже сломав руку, мальчик шел на него. Неужели мальчик не чувствовал боли? Крики ребенка действительно начали донимать его тоже, по какой-то причине он отчаянно хотел ее утешить. Джейкоб снова толкнул ребенка на землю и поморщился, когда мальчик упал на его раненую руку.       Гарри снова с трудом поднялся на ноги, но был близок к тому, чтобы потерять сознание. Его рука чувствовала себя так, будто ее кто-то оторвал, эмоции, исходящие от этого человека, калечили его, а он все еще был слаб и восстанавливался после прошлой ночи.       — Пожалуйста, — умолял Гарри. — Не причиняй ей вреда…       Гарри, шатаясь, прошел мимо незнакомца и подхватил свою дочь.       Джейкоб замер.       — Эй, малыш, я не причиню ей вреда, я не монстр. Лучше отпусти ее, пока ты не сделал ей больно, ты ранен.       Джейкоб стоял между ним и домом. Ему нужно было добраться до Грюма, прежде чем он потеряет сознание. Гарри держал Леору левой рукой, своей незастрахованной рукой. По крайней мере, теперь, когда он держал Леору, эмоции незнакомца были отрезаны.       — Слушай, мне жаль, что ты думал, что я причиню ей вред, я никогда не причиню вреда ребенку. Я просто пришел предупредить тебя держаться подальше от Беллы, — прорычал Джейкоб.       Голова Гарри закружилась, и он упал на колени. Джейкоб бросился, чтобы поймать мальчика и ребенка, когда одеяло, покрывающее ребенка, соскользнуло с ее лица. Джейкоб упал на колени перед ними, когда впервые увидел ребенка. Его мир остановился на мгновение, и он не мог дышать. Внезапно она стала для него самым важным человеком на земле. Она была такой маленькой и хрупкой, с глазами, которые смотрели прямо в его душу. Джейкоб был в шоке, он не мог поверить, что этот крошечный человек был его отпечатком.       Сзади него раздался громкий взрыв, и Джейкоб развернулся, защищая свой крошечный отпечаток и мальчика позади себя. Джейкоб скривил верхнюю губу и зарычал на ужасно изуродованного человека, указывая на него палкой.       — Я оставляю тебя одного на десять минут, мальчик, чтобы принять душ, а ты привлекаешь неприятности. Волк, отойди от них, пока я тебя не кастрировал, — приказал Грюм. Грюм только что вышел из душа, когда услышал крик Гарри. Схватив палочку, он наложил на себя какую-то одежду и аппарировал на задний двор. Он не был уверен, что происходит. Оба мальчика стояли на коленях, но лицо Гарри было залито кровью.       — Это, это была моя вина, сэр. У нас возникло недопонимание, и он врезался в меня, сломав руку, — Джейкоб знал, что если он хочет увидеть его отпечаток, то ему придется заступиться за них.       Грюм прихромал к Гарри, чтобы осмотреть его. С рычанием он послал патронуса Северусу. Грюм мог сказать, что мальчик близок к обмороку, а его навыки исцеления отсутствуют. Грюм провел пальцами по синяку в форме отпечатка руки, распускающемуся на шее Гарри.       — Оставайся со мной, мальчик, Северус будет здесь через несколько минут, — Грюм оглянулся на чрезвычайно мускулистого подростка. — Ты, подними их и отнеси в теплый дом. Попробуй сделать что-нибудь глупое, и ты пожалеешь об этом, — Грюм ткнул палочкой в ​​лицо оборотня.       Джейкоб старался не смеяться над стариком. Что он думал сделать этой палкой? У сумасшедшего была деревянная нога и какой-то безумный вращающийся глаз. Покачав головой, Джейкоб потянулся, чтобы поднять мальчика, но тот закричал и пнул его.       — Не надо этого, Поттер, нам нужно забрать твоего ребенка в дом, пока она не замерзла насмерть. Пусть собака отнесет тебя внутрь, — если бы это был только Гарри, то Грюм просто левитировал бы мальчика в дом, но он держал ребенка. Было небезопасно использовать магию непосредственно на младенце или маленьком ребенке. Их магические ядра только развивались и были нестабильны, если бы они подверглись слишком сильному воздействию магии, то их ядро ​​могло бы сгореть, превратив их в сквибов или, возможно, убить их.       Гарри посмотрел на незнакомца со страхом. Он не хотел, чтобы тот прикасался к нему или к его ребенку, но Грюм был прав, Леора слишком долго пробыла на холоде.       Джейкоб вздохнул, увидев страх в глазах мальчика.       — Слушай, мне жаль. Я думал, ты причинил боль моему хорошему другу, и я переборщил. Обещаю, что не причиню вреда ни тебе, ни малышу, позволь мне отнести вас двоих в дом.       Гарри посмотрел на свою дочь, нос которой покраснел от холодного воздуха. Скуля, Гарри кивнул головой. Он не мог не вскрикнуть от боли, когда эти сильные руки обхватили его и подняли.