Мгновенная влюблённость

Джисон уже неделю не работал в офисе и наконец-то понял, что это была хорошая идея. Первые несколько дней без работы были тяжелыми, синдром самозванца захватил его. Действительно ли он заслуживает того, чтобы бездельничать, в то время как все остальные продолжают работать? Не говоря уже о скуке, которая никогда не была такой сильной. Постепенно он начинает наслаждаться свободным временем, найдя старые хобби. Например, снова взял в руки гитару. Он научился играть на гитаре, когда ему было 12, но перестал, получив диплом. Он никогда не думал, что у него будет время вернуться к этому занятию, но благодаря отдыху он постепенно начинает заново разучивать аккорды. Мышечная память возвращается. Может быть, он продемонстрирует Минхо, если почувствует себя достаточно комфортно или если станет достаточно хорош. А может, и нет… Если он не играет на гитаре или не тонет в одиночестве, то смотрит сериалы. Он смотрит серию за серией практически всех сериалов, пытаясь занять избыточное количество времени, которое у него теперь есть. Он скучает по офису, друзьям, рутине. Но столько времени наедине с собой у него не было уже много лет. Он все еще разговаривает с Минхо каждый день, а Феликс остается на выходные, чтобы устроить их «вечеринку», о которой он умолял Джисона уже почти год. Джисон не может не нервничать, ведь Феликс может узнать его секрет (у него есть к этому способности). Но разве это так уж плохо? Феликс — его самый близкий друг, они знают друг друга с тех пор, как начали работать в один и тот же день, и быстро сблизились. Феликс всегда был лучиком солнца в его жизни и заботился о нем без лишних вопросов. Но Феликс заслуживает того, чтобы знать. Джисон хочет рассказать ему. И, возможно, эти выходные — самое подходящее время. Если он не струсит.

***

В субботу днем в дверь Джисона звонят, а по ту сторону стоит очень оживленный Феликс. — Джи, Джи!!! Я так рад тебя видеть! Взволнованно восклицает Феликс, обнимая Джисона. — Клянусь, мы сто лет не общались, я так по тебе скучал! Джисон тоже обхватывает Феликса, обнимая его так же крепко, как и Феликса. — Прости, я был так занят, — извиняется Джисон, нежно обнимая Феликса за шею. — Не расстраивайся, я ведь тоже не особо прикладывал усилия, — отмахивается он от извинений Джисона. У него захватывает дух, он счастлив, что может проводить время с этим человеком, который успокаивает его как странный волшебник произнося заклинание и забирая все заботы Джисона. Феликс задыхается, слегка отталкивая Джисона назад, чтобы тот мог видеть его лицо. Глаза Феликса светятся от удивления: — Чуть не забыл! Сегодня вечером мы идем гулять! — поет он, улыбаясь так широко, что его глаз уже не видно. — Что? Джисон замирает, настороженно улыбаясь: «Что значит «мы идем гулять»? Если бы он знал, то, возможно, не согласился бы на эту тусовку. Может, придумал бы отговорку, что заболел. — Ну, я решил не говорить тебе, так как знал, что если скажу, ты придумаешь отговорку, что заболел, — говорит Феликс, с радостью прочитав Джисона и его неубедительные отговорки. Джисон хмурится, глядя на чересчур довольное лицо Феликса. — Да ладно, будет весело! Только мы вдвоем! Я даже наряды принес! Джисон на мгновение задумывается, взвешивая варианты: — Хорошо, но только на пару часов, — жалуется он, но никто не может отказать Феликсу. К сожалению, это касается и Джисона: Феликс радостно визжит и тянет Джисона прямо в спальню, чтобы одеться. — А что, мы уже будем собираться? Спрашивает Джисон, пока Феликс достает из небольшой сумки бесконечное количество вещей. — Да! У нас есть всего пара часов, и я хочу сначала поужинать! Говорит Феликс, протягивая Джисону разные предметы одежды. Джисон был бы глупцом, если бы сказал, что не скучает по этому — по тому, как Феликс наряжает его, чтобы пойти куда-нибудь на ночь. Когда они только познакомились, они делали это чаще, выходя на улицу почти каждый выходной день, а иногда и в рабочие ночи. Он скучает по тем временам, когда только окончил колледж, и не скучает по этому стрессу. Но он и сейчас испытывает стресс, только по другому поводу. — О! У тебя все еще есть это белье? Неожиданно спрашивает Феликс, уже роясь в ящиках Джисона. У Джисона уходит мгновение на то, чтобы сообразить, что он имеет в виду, но как только Феликс достает пару черных трусиков, он озорно улыбается. — Нет! Я не буду это надевать! Он отказывается, широко раскрыв глаза. — Я думал, мы давно похоронили эту историю, — говорит он, смущаясь своей молодости. — Да ладно тебе, Джи! Ты так хорошо в них выглядишь! Жалуется он, надувая губы. — Это было так давно. Джисон чувствует себя немного неуверенно при мысли о том, что ему придется носить белье, которое Феликс прозвал «белье шлюхи», поскольку, когда он надевал его на свидание, его непременно трахали. — Это ностальгия. -Это неловко. — Но ты выглядишь так сексуально! — Мне почти 30. — Тебе 25. Феликс смотрит на Джисона своими щенячьими глазами, понимая, что у него больше нет оправданий. Джисон стонет в знак поражения, а Феликс смеется. — Отлично. — Да! И я точно знаю, что ты можешь надеть!

***

Джисон отправляется в ванную, чтобы переодеться в одежду, которую выбрал для него Феликс, оставив свою спальню в распоряжении Феликса, так как он все еще решал. Джисон нехотя раздевается и смотрит на нижнее белье. Он вздыхает, прежде чем надеть его. Феликс был прав, ему очень идет это белье, черный цвет подчеркивает его цвет кожи. — Джисон! Феликс кричит из другой комнаты: — Тебе кто-то звонит! — Окей, можешь принести мне телефон? Отвечает он, распахивая дверь. — Я еще не переоделся. — Вот, — Феликс протягивает ему телефон, и Джисон снова закрывает дверь в ванную. — Алло? Он отвечает, не проверяя, кто это. — Джисон, как ты себя сегодня чувствуешь? Минхо. Джисон чувствует, как легкий румянец пробирается по его лицу. — Я чувствую себя хорошо, — запинаясь, отвечает он, стараясь не думать о том, что на нем только нижнее белье, а он разговаривает с человеком, в которого, возможно, влюблен. Влюблен. Черт. — Ты что-нибудь делаешь сегодня вечером? Я подумал, не хочешь ли ты прийти ко мне, может, я приготовлю еду и устрою вечер кино? Спрашивает Минхо, и Джисон слышит ласку в его голосе. Звучит неплохо, но… — Звучит прекрасно, но у меня уже есть планы на вечер, — торжественно отвечает он. — Может, в следующий раз? С надеждой предлагает он. — О! Да, это прекрасно. Что ты делаешь сегодня вечером? Спрашивает он, лишь слегка разочарованно. — А что? Спрашивает Джисон, улыбаясь прислонившись к раковине. — Мне просто любопытно, — усмехается Минхо. И Джисон может представить, как он прислоняется к стене своей квартиры, прижимая телефон к уху, и улыбается, растягивая губы. Джисон выкидывает все остальные мысли из головы. — Ну… — Джи! Кричит Феликс, открывая дверь в ванную. Джисон вскрикивает, пытаясь хоть немного прикрыться, и роняет телефон на кафель пола. Феликс замирает, глядя на открывшееся перед ним зрелище. Вот и все его достоинство. — О, — усмехается Феликс, — с кем это ты так радостно разговариваешь? Джисон хмурится, все еще пытаясь хоть немного прикрыться. Феликс наклоняется и берет телефон Джисона. — Ой… Феликс внезапно гримасничает и выглядит очень виноватым. — Джи, прости меня. Говорит он. — Что? Нервно спрашивает Джисон. — Я случайно нажал на кнопку видеозвонка… Джисон готов умереть. Он с чувством вины отдает телефон обратно Джисону и выходит из ванной, так и не сказав, зачем вообще пришел. — Это был Феликс? Минхо спрашивает, не обращая внимания, но один взгляд на его лицо говорит о том, что он все видел. Его уши покраснели, и он явно сдерживает улыбку. Он выглядит очень счастливым, думает Джисон. Жаль, что он не может его поддразнить, ведь Джисон, наверное, выглядит еще хуже. — Да, мы пойдем куда-нибудь позже, — бормочет Джисон, решив, что ему пора одеваться. — Понятно, — отвечает он. Джисон не может удержаться, чтобы не скривиться от неловкости, которая теперь заполняет линию. — Мы ничего не будем делать! Судорожно говорит Джисон, не желая, чтобы Минхо что-то неправильно понял. — Просто ужин и все, что выберет Феликс, ничего больше! — Хорошо, звучит весело. Пришли мне потом фотографии. До скорой встречи, — говорит он, немного менее воодушевленный, чем раньше. — Ох! Ладно, пока! Быстро говорит Джисон, и через секунду Минхо вешает трубку. Он вздыхает, на мгновение хватаясь за край стойки, прежде чем закончить собираться. Феликс подобрал для него отличный образ: обтягивающие кожаные штаны, которые сидят на бедрах Джисона так низко, что видна верхняя часть нижнего белья, и облегающая футболка без рукавов. Джисон также наденет свои огромные ботинки. Он чувствует себя лучше, когда может хотя бы частично видеть толпу, когда она оживлена. А так оно и будет, ведь сегодня суббота. Феликс делает Джисону небольшой макияж, несмотря на его жалобы по этому поводу — но опять же, Феликсу нельзя отказать. Они отправляются на ужин пораньше, удивляясь тому, как быстро они, оказывается, собрались, несмотря на все свои заморочки. Но это и хорошо — больше времени на обильную трапезу. Предположительно. Они разделили счет, так как Джисон не мог позволить Феликсу заплатить за него. Они просидели с чеком в руках почти 10 минут, споря о том, кто будет платить, и бедной официантке пришлось несколько раз возвращаться к их столику, чтобы забрать чек. Джисон до сих пор жалеет, что не заплатил, но уже слишком поздно — они уже идут в клуб, который выбрал Феликс. Они приходят туда раньше, но это хорошо, так как Джисон предпочел бы вернуться домой не в два часа ночи. Он сообщает об этом Феликсу, который только смеется и поглаживает его по заднице. — Мы посидим, пока ты не устанешь, — говорит Феликс под музыку, от которой у Джисона уже болит голова. Феликс направляется к бару, увлекая за собой раздраженного Джисона. — А что, если я скажу, что уже устал? Фыркает Джисон, скрещивая руки, пока Феликс открывает счет. Феликс смотрит на него, немного разочарованный, но Джисон лишь с усмешкой бьет его по плечу. — Ах ты, сучка! Восклицает Феликс, потрясенный тем, что его разыграли. Джисон удивлен, что он так быстро купился на его жалкую ложь. Джисон хихикает, берет коктейль, который тот протягивает ему, и делает глоток. Он чуть не подавился, слегка закашлялся, чтобы удержать всю жидкость внутри себя. — Черт, что это? Спрашивает он Феликса, который поднимает брови. — Он плохой? — Нет, просто не ожидал, — говорит Джисон, делая еще один, гораздо меньший, глоток. — Вот и хорошо. — Что это? Спрашивает Джисон, ему нужно знать, от чего держаться подальше в следующий раз, когда он отправится куда-то. Если вообще пойдёт. Феликс принюхивается и пожимает плечами. Джисон бросает на него раздраженный взгляд, а затем осматривает комнату в поисках столика. Он делает еще один глоток и слегка морщится: напиток действительно неплохой, но слишком крепкий, чтобы он мог в полной мере им насладиться. Он замечает небольшую кабинку в дальнем углу главного зала и быстро хватает Феликса, чтобы дотащить его до места, пока его не занял кто-то другой, и, к счастью, оно оказывается пустым. Джисон опускается на пластиковое сиденье, прислонив голову к столешнице, а Феликс садится напротив него. — Давай допьем этот напиток, а потом немного потанцуем, — говорит Феликс. — А ты не хочешь подождать, пока здесь станет немного больше народу? Спрашивает Джисон. — Разве ты не хочешь поскорее уйти? — Меня это не очень волнует, — пожимает он плечами, оглядываясь на Феликса. — Ладно, тогда давай подождем.

***

Примерно через час в зале становится многолюдно, и они наконец выходят из кабинки, чтобы пойти потанцевать. Музыка настолько громкая, что он чувствует ее на полу, а от басов у него слабеют ноги. Они с Феликсом, выпили всего по два напитка, заказав одно и то же, но Джисон удивляется, как хорошо Феликс умеет держать себя в руках, ведь он кажется таким невозмутимым. Феликс тянет его куда-то в середину толпы, и ему приходится протискиваться мимо людей. Поиск места всегда был для Джисона самой нелюбимой частью вечера: люди так близко к нему, а он старается случайно не споткнуться о кого-нибудь. Обычно он не любит подходить близко к незнакомцам, боясь, что кто-то может учуять его запах, если подойдет слишком близко. Даже с подавляющими препаратами, если у человека очень хороший нюх и он подходит к нему очень близко, то иногда он может уловить запах. И если это произойдет, то ему точно придется уйти. Джисон чувствует, что наконец-то может расслабиться, когда они находят небольшой уголок для веселья, и все, к счастью, занимаются своими делами. Феликс кладет одну из своих рук на бедра Джисона, вероятно, заметив его плохую переносимость алкоголя, и они танцуют друг с другом. Под музыку Джисон счастлив, особенно когда включается песня, которую каждый из них уже слышал раньше, и они получают истинное удовольствие. Как бы ни был Джисон не в своей тарелке, он все равно получает больше удовольствия, чем ожидает. Возможно, дело в компании и алкоголе, но это не имеет значения. Он улыбается и смеется вместе с Феликсом, который время от времени шепчет ему на ухо небольшие шутки. Рассказывает о людях, которые их окружают, выбирает какую-то странную предысторию малознакомого человека. Джисон делает то же самое, хихикая с ним над всеми, кого он видит. Он рассказывает Феликсу о парне, за которым наблюдает через несколько человек от него, и слегка смеется над тем, как плохо он пахнет. Ну, технически это не плохо, но феромоны от него более густые. Джисон перестает смеяться, когда встречается взглядом с парнем. Он поспешно отводит взгляд, слегка покраснев от того, что его застали за разглядыванием незнакомца. Он оборачивается и смотрит на Феликса, который недоумевает, почему тот вдруг остановился, но один взгляд — и он все понимает. Они отходят на несколько шагов вправо, чтобы оказаться вне зоны видимости мужчины, прежде чем снова начать разговор. Джисон солгал бы, если бы сказал, что запах парня не вызывает у него дискомфорта. Он удивлен, что другие не жаловались на то, что от него исходит слишком много запаха, так как обычно в таких местах начинают злиться, если от тебя слишком сильно пахнет. Они забыли о парне, отойдя на достаточное расстояние, его запах смешался со всеми остальными. Феликс опирается на плечо Джисона, продолжая рассказывать о людях, находящихся в поле его зрения, и о том, чем он занимался в последнее время. Они находятся достаточно близко, чтобы их груди соприкасались, так как в комнате слишком шумно, чтобы можно было слышать без того, чтобы человек практически не ел твое ухо. Но Джисону это нравится, ему нравится, что он может проводить время с Феликсом и, наверное, ему стоит делать это чаще. В конце концов они перемещаются в бар, оба начинают чувствовать усталость, но Феликс умоляет Джисона выпить с ним в последний раз. Феликс садится на один из единственных свободных стульев, Джисон встает за ним, заказывает еще два напитка и закрывает счет. Они болтают, и кажется, что их разговоры никогда не закончатся, когда Джисон чувствует очень знакомый неприятный запах, который становится все сильнее. Он едва успевает среагировать, как кто-то просовывает палец под резинку его трусов и тянет, а через пару секунд защелкивает ее обратно. Джисон застывает на месте, разворачиваясь так быстро, что чуть не столкнулся с мужчиной из-за того, что они были так близко. Джисон смотрит на мужчину и щипает Феликса, чтобы тот тоже повернулся, но тот быстро отводит взгляд. — Что это за лица, ребята? Вы слишком милые, чтобы вас можно было напугать, — воркует мужчина, снова протягивая руку к руке Джисона и слегка сжимая его бицепс, прежде чем Феликс практически оторвал его. — Что тебе нужно? Насмехается Феликс, явно недовольный. — Ну, я просто заметил, как этот симпатичный парень наблюдал за мной раньше. Дай угадаю, ты, наверное, стеснялся подойти? Спрашивает он, наклоняясь, чтобы посмотреть прямо на Джисона, который отказывается отвести глаза. — Меня это не интересует, — говорит он, снова поворачиваясь лицом к бару в надежде убедить его уйти — все равно сказать больше нечего. Вместо этого мужчина хватает его за плечо, с силой разворачивая к себе. — Да ладно! Даже ни одного свидания? Или даже просто перепихнуться в туалете! Я знаю, что ты хочешь этого, — говорит он, ухмыляясь и усиливая запах. — Он сказал «нет», оставь нас в покое. Феликс протягивает Джисону напиток и отводит его от бара. Они быстро уходят, надеясь потерять парня в толпе, пока идут к другому концу бара. Им повезло, парень не последовал за ними, а если и последовал, то пока их не нашёл. Они быстро допивают свои напитки, и обоим внезапно хочется уйти. Липкость клуба наконец-то стала невыносимой. Оба, спотыкаясь, возвращаются в квартиру Джисона, пройдя весь путь пешком, и смеются друг с другом над тем, как прошла ночь, даже если остатки воспоминаний о жутком парне не исчезли. Возможно, это подстегивает их вернуться домой еще быстрее. Джисон потягивается, поглаживая спину, и идет на кухню за водой. К счастью, до полуночи еще далеко, а значит, у них есть время посмотреть кино. Феликс сначала идет в ванную, чтобы умыться и переодеться, а Джисон в это время готовит закуски. Как только Феликс заканчивает, они меняются местами, причем Джисон идет переодеться во что-то более удобное. Они встречаются на диване Джисона, он тащит за собой несколько одеял. Он ожидал, что Феликс будет выбирать фильм, но вместо этого тот, похоже, обнюхивает диван — точнее, подушку. — Что ты делаешь? Скептически спрашивает он, вспоминая, почему диван пахнет, ведь он ничего не проливал на него в последнее время, да и вообще почти не пользовался им с тех пор, как Минхо… Минхо… — Джисон вздрогнул. Феликс, вероятно, чувствует запах Минхо на диване Джисона: накануне старший заходил к нему ненадолго, чтобы принести еду, но не задержался, так как у него были дела. Твою мать. Черт, черт, черт, черт, черт. Джисон думает, что может сойти с ума. Похоже, Феликс его не услышал: блондин все еще обнюхивает все вокруг, как собака, в поисках арахисового масла. — Что… что ты делаешь? Повторяет он громче, теснее прижимаясь к одеялу. На этот раз Феликс поднимает на него глаза, на его лице отражается растерянность. Феликс знает, что Джисон не любит альф. Диван Джисона пахнет альфой, которого они оба знают. Диван Джисона пахнет Минхо. — Джисон, почему от этого дивана пахнет нашим боссом? Спрашивает он, но Джисон понимает, что, скорее всего, уже знает ответ. Джисон только смотрит на него, широко раскрыв глаза от ужаса перед самым большим секретом. Если он расскажет Феликсу о Минхо, ему придется рассказать ему и о своей природе. Джисон чувствует, как у него отказывают легкие, пытаясь найти в голове хоть какое-то оправдание. Он вцепился в одеяла, кончики пальцев стали призрачно-белыми от напряжения, как и его лицо. У него такое выражение лица, которым мог бы гордиться только Кисс. Он чувствует, как глаза слегка слезятся, а горло сжимается. Почему он так себя ведет? Неужели все так серьезно? Феликс, видимо, заметил его смятение, так как вскочил на ноги и бросился через всю комнату, чтобы прижать Джисона к себе. — Что случилось, Джи? Ты в порядке? Судорожно спрашивает он, изо всех сил стараясь скрыть беспокойство. Не получается. — Мне жаль… — прохрипел он, прикусив губу, чтобы сдержать нахлынувшие эмоции. — За что ты извиняешься? Спросил Феликс, нахмурив брови, направляя Джисона к дивану, чтобы тот сел. И Джисон этому рад: на диване гораздо удобнее выглядеть идиотом. — За то, что не сказал тебе! Ты не сердишься? Спрашивает он, с беспокойством хватаясь за бицепс Феликса. — Нет? С чего бы мне злиться? Ты не обязан мне все рассказывать, — уверяет он, с улыбкой заправляя прядь волос за ухо Джисону. Наконец-то немного успокоившись, Джисон выдыхает. — Мне любопытно, раз уж ты так нервничаешь. Феликс усмехается и проводит рукой по пухлой щеке Джисона. — Даже не знаю, что сказать, — дуется он, сворачиваясь калачиком на одном из одеял. — Ну что, вы друзья? Феликс уговаривает, опираясь на буррито Джисона и накрывая их обоих другим одеялом. — Да… — Ты говоришь неуверенно, — подкалывает он, листая телевизор в поисках фильма. — Ну, это сложно. Я не знаю, кто мы сейчас. Он говорит, когда Феликс выбирает фильм. Начались титры, и оба уселись поудобнее. — Вы, ребята, мило смотритесь вместе, — говорит Феликс. — Ты даже не видел нас вместе, — возражает Джисон. Феликс просто пожимает плечами, отстраняясь от него и сосредотачиваясь на фильме. Некоторое время Феликс держит его рядом, Джисон наслаждается комфортом, но понимает, что если он собирается что-то сказать, то должен сделать это как можно скорее. Джисон ждет момента, идеального времени, чтобы сказать это. Момент, когда фильм затихнет, когда станет достаточно тихо, чтобы Феликс услышал, как он пробормотал это сквозь потрескавшиеся губы. Джисон шепчет это, глядя на профиль Феликса. В напряженной тишине он ждет ответа. Актеры болтают на заднем плане, но Джисон не обращает внимания на их слова. Он вообще не обращал внимания весь фильм, слишком сосредоточившись на том, что будет. — О, — говорит Феликс, — почему ты не сказал мне раньше? Он поворачивается лицом к Джисону, глаза слегка покраснели от обиды, брови нахмурены в замешательстве. — Прости, я не мог. Мне было страшно, и я рассказал только тебе и еще одному человеку, кроме моего врача и родителей. Феликс выглядит менее обиженным, но Джисон все еще напуган. Он не может понять, о чем думает Феликс, что он чувствует по этому поводу. — Это понятно, мир, в котором мы живем, жесток. Феликс переводит дыхание и улыбается Джисону: — Спасибо, что рассказал мне. Джисон возвращает улыбку, благодарный, но в то же время обеспокоенный тем, что мужчина не сможет отреагировать. Вместо этого они просто отворачиваются к экрану, не обмениваясь больше ни словом, пока фильм не закончится, и оба высказывают свое мнение о нем, после чего отправляются в комнату Джисона спать. Джисон предложил посмотреть еще один фильм, но Феликс заметил, что он устал. Что-то было не так. Феликс вел себя тише, чем обычно, но все равно обнимался с Джисоном в кровати, закинув ногу на ногу. Он не мог не нервничать, что-то в глубине души подсказывало ему, что Феликс скрывает свои чувства. Джисон не мог этого допустить, ведь он не только заботится о Феликсе и хочет знать его истинные эмоции, но и должен знать для собственного спокойствия. Если он не узнает об этом завтра, его тревога может сожрать его заживо. Вероятность потерять его слишком велика, а вероятность того, что Джисон никогда не оправится, астрономическая.

***

Он беспокоится, прислушиваясь к тихому храпу спящего Феликса. Джисону не терпится разбудить его, он всю ночь чувствовал себя неспокойно из-за тревоги. Джисон знает, что Феликс захочет поговорить об этом подробнее, ведь он из тех людей, которым нужно время, чтобы все обдумать, прежде чем говорить. Джисон знает это, но все равно не может не волноваться. Он надеется, что Феликс скоро проснется, ведь утро наступило уже несколько часов назад, и первый луч солнца пробудил Джисона от безмятежной дремы. Птицы не щебечут — трудности мегаполиса не дают покоя самым маленьким животным. Кроме редкого воркования голубя или гудка автомобиля, Джисон пребывает в тишине. Ему так и хочется взять телефон, вылезти из кровати на свой маленький балкон и позвонить Минхо. Ему нужна уверенность, и его пальцы подергиваются на животе. Он бы встал, но Феликс заслуживает того, чтобы проснуться по собственному желанию, даже если это означает, что Джисону придется подождать, чтобы начать волноваться. Он бы не пожелал этого своему злейшему врагу, ну, может быть, если бы чувствовал себя очень злым. Феликс окончательно проснулся после часа внутренних терзаний Джисона, который, видимо, тоже притворялся спящим, раз не хотел вставать. И почти сразу после того, как они оба наконец-то выкатились из постели, Феликс начал одеваться, чтобы отправиться в местный ресторанчик на поздний завтрак.

***

— Наверное, это странно, да? Спросил Феликс после продолжительного молчания. Они оба молча потягивали свои напитки в ожидании блюд для позднего завтрака. Феликс все еще держал во рту соломинку от своей замороженной Маргариты, постоянно попивая ее, чтобы как бы «расслабиться». Джисон наблюдал за ним, избегая зрительного контакта, но все же обращая на него внимание. Он формулировал ответ на любой вопрос Феликса, и теперь его беспокойство наконец-то вырвалось наружу. — Да, так и есть. Джисон делает паузу и смотрит на Феликса: — Тебя это не пугает? По-прежнему Джисон чувствует себя немного неуверенно. Не то чтобы омеги часто встречались. И он определенно не первый, кто это скрывает. Но все же, наверное, странно узнать, что твой давний друг скрывает что-то настолько важное. — Ну, меня это не пугает. Но это раздражает. Мы знакомы так давно, а я даже не знал о тебе чего-то такого важного! Я знаю твою любимую еду, но не твой пол! Он жалуется, хнычет и хватается за руку Джисона. — Какой же я друг, если даже не знаю о тебе важных вещей? Феликс выглядит грустным, он разочарован тем, что Джисон даже не задумывался об этом. — Не расстраивайся, я решил не говорить тебе. Это не твоя вина. Он успокаивает Феликса, чувствуя себя неловко из-за того, что расстроил его. Он слишком добрый, всю ночь Джисон внушал себе самые худшие мысли, а Феликс никогда бы так не подумал. Этот человек слишком добр для всего мира, несмотря на свой странный юмор и общительный нрав. Феликс дуется на него: — Я знаю, что уже спрашивал об этом, но почему ты считаешь, что не можешь мне сказать? Неужели ты думаешь, что мне будет противно или что-то в этом роде? — Нет! Нет, вовсе нет. Джисон помахал перед собой рукой. Ему необходимо, чтобы Феликс не думал так: — Я просто так привык скрывать это, что мне показалось это неестественным. Минхо узнал об этом только случайно. Ты первый, кому я рассказал. Я почувствовал, что ты должен знать. — Откуда Минхо знает? Спрашивает он, наклоняя голову и анализируя Джисона. — Помнишь, как я заболел и несколько дней не работал? Феликс кивает: — У меня началась неожиданная течка, когда я был в его офисе. Джисон краснеет от неловкого воспоминания и отворачивается, увидев веселое лицо Феликса. — Это прямо как из дорамы! Как тебе это удалось? Восклицает он, внезапно приходя в восторг от того, что Джисону удалось поставить себя в неловкое положение. — Я и не знал, что он такой милый. Он всегда выглядел очень злым и страшным. Феликс гримасничает при мысли о лице мужчины. — Я тоже так думал, ведь он тоже был альфой. Он просто раздражал меня своим существованием. Я рад, что больше так не думаю, не знаю, что бы я без него делал. Джисон улыбается, отпуская руку Феликса, пока официантка разносит их блюда. — Боже, как же ты влюблен! Визжит Феликс, вгрызаясь в свою стопку черничных блинчиков, но при этом утаскивая у Джисона шоколадные. — Эй! Я бы так не сказал! Мы еще только начинаем узнавать друг друга! Джисон краснеет, набивая лицо блинами. — Но он тебе нравится? Феликс дразнит его, делая рожицы. — Ну, да… — бормочет он, судорожно сжимая пальцы. Это первый раз, когда он признается в этом кому-то вслух. Он даже себе не говорил, только мыслям в голове. О том, как он понял, что Минхо ему нравится. Он заставил его ждать достаточно долго, и Джисон считает, что тот уже готов. Он попросил Минхо подождать около месяца назад. Ему потребовалось достаточно времени, чтобы разобраться в своих чувствах. Феликс радостно хмыкает: — Боже, как я рад, что у тебя наконец-то появился кто-то! Я так давно не слышал от тебя никаких историй! Он хмыкает с озорным блеском в глазах. — Да тут и слушать-то нечего, мы просто едим вместе и ездим на машине. Говорит Джисон, оттирая дно своей тарелки, чтобы убрать остатки шоколада. Он не любит тратить еду впустую, особенно если это что-то сладкое. — Правда? Ничего? Удивленно спрашивает Феликс. — Ни поцелуев, ничего? — Ну, я имею в виду, что мы иногда спим в одной постели. И сексом однажды занимались. Вспоминает он. — То есть вы спите в одной постели, но не целуетесь? Джисон считает, что в этом нет ничего странного. Но Феликс говорит так, будто это самая безумная вещь, которую он когда-либо слышал, и это сбивает его с толку. — Я имею в виду, мы целовались, когда спали вместе, но не с тех пор и не раньше. — Ну, это немного странно. Он что, недотрога? Кто бы не хотел целовать тебя все время?! Восклицает он. — Почему ты расстраиваешься? Джисон смеется: — Он идет в моем темпе, а я ничего не предпринимал. — Хочешь еще? — Что это за допрос? Шутит он. Минхо всегда был добр к нему, несмотря на то, что он старался его избегать. Еще до того, как они официально познакомились, сталкиваясь друг с другом только на деловых встречах, Джисон испытывал к нему что-то вроде ненависти. Он всегда выглядел неприступным и имел типичную внешность альфы. Поэтому он должен был не нравиться Джисону. Если честно, Минхо — единственный альфа, с которым он охотно общался с тех пор, как его представили. В колледже он целенаправленно избегал общения с ними, дружил только с бетами. В течение нескольких лет у него была одна альфа-подруга в сети, но после окончания колледжа они отдалились и только поздравляли друг друга с Новым годом и днем рождения. Больше он ни с кем не общается. Но, может быть, это и к лучшему для него. Влюбиться в альфу не входило в его список желаний, да и вообще в любой список. Минхо — лучшее, что когда-либо случалось с ним, их отношения начались с худшего. Это забавно, но как-то даже горько-сладко. — Я хочу большего, — вздыхает он, — это страшно, но я не думаю, что хотел чего-то так сильно целую вечность. — Ты вырос, Джи, — говорит Феликс, — приятно видеть тебя таким счастливым.

***

Они ненадолго возвращаются в квартиру Джисона, чтобы забрать вещи Феликса. У входа он обнимает веснушчатого парня и крепко обнимает его. Это безмолвное «спасибо». Феликс в ответ гладит его по голове, как хозяин гладит свою собаку. — Возвращайся в офис поскорее, хорошо? Без тебя там одиноко. Бормочет он, отстраняясь от Джисона. Он улыбается и выводит Феликса из подъезда в холл комплекса. — Обязательно, я поговорю с Минхо, чтобы он разрешил мне вернуться, надеюсь, на следующей неделе. Заверяет он. — Скрещу пальцы, — желает Феликс, протягивая мизинец Джисону, чтобы тот встретился с ним. Скрестим пальцы, чтобы он вернулся.