Новая жизнь капитана Кёрли

Кассандра вернулась домой, когда уже стемнело. Припарковавшись во дворе дома, в котором проживал Хилл, и который достался ему от давно почивших родителей, она не сразу покинула автомобиль. Тяжело вздохнув, женщина уткнулась лбом в руль, естественно минуя кнопку гудка, чтобы не привлекать к себе внимание раньше времени. Кассандра была совершенно растеряна. Она и до этого не слишком понимала, как быть хорошей матерью, а теперь, когда её глодало чувство вины за то, что заработалась и забыла о сыне, она и вовсе не знала, как смотреть собственному ребёнку в глаза. Тётя Клэр оставила Арчибальда у Хилла. Кассандра попросила об этом в СМС-ке. Сын и друг уже ждут её. Голова опустела. Мисс Барлоу хотела бы погрузиться в зловонную бездну тысячи своих мыслей, ежедневно поглощающую её, подобно болоту, однако реальность крепко держала её за шкирку. Сегодня был хороший день. Слишком мало негатива, чтобы вновь добровольно вернуться в гиблые топи. Взглянув на своё уставшее лицо в зеркало заднего вида, Кассандра покачала головой, вышла из машины и, не оборачиваясь к ней, закрыла с помощью датчика в ключах. Пару раз пискнув, автомобиль затих. Потоптавшись у порога, она зашла в дом. Восторженный возглас, едва различимый из комнаты в глубине, топот маленьких ног и спокойный шаг больших. —Мама, мамочка! - маленький темноволосый мальчик с большими серыми глазами, радостно запрыгав, кинулся к Кассандре в объятия. Она охнула, когда маленькое тельце врезалось в её грудь. Рефлекторно обняв мальчишку, Кассандра пригладила его кудрявые тёмно-каштановые волосы. —Привет, Арчи... - с улыбкой, спокойным голосом проговорила мисс Барлоу. —Мы приготовили лазанью, - сообщил Хилл, улыбнувшись. —Да! - кивнул Арчибальд. —Мы с дядей Джоном подумали, что ты с работы придёшь очень уставшая, поэтому сами приготовили ужин! —Ох... Мне жаль, что я так поздно пришла. —Ну что ты, мама, всё хорошо! - он обнял её за шею, прильнув к щеке родительницы. —Пойдём, скорее, кушать! Кассандра сняла плащ и не успела сообразить, как Арчи выхватил его, забрался на стойку для обуви и повесил одежду на крючок. Арчибальд вырос заботливым ребёнком. Кассандра терялась, когда он делал что-то такое. На кого он насмотрелся, живя без отца, она не знала, однако предполагала, что на Хилла. Женщина вымыла руки, и вся троица вошла в кухню. Хилл накрывал на стол, а Арчибальд, осторожно расчесав волосы матери, собрал их в хвост резинкой. —Это чтобы волосы тебе не мешали, - сообщил мальчик. Кассандра потрогала затылок с озадаченным видом, словно никогда не знала своего сына. Хвост получился аккуратным, без вылезших прядей. Рачительности малыша Барлоу можно было только позавидовать. Поставив на стол тарелки с остывающей лазаньей, Хилл уселся напротив подруги. Кассандра устало отпилила кусочек лакомства и вздохнула. —Как дела на работе? Как Кёрли? - спросил Хилл. —Всё в порядке. Кёрли тоже. Галлюцинации ловит, правда, - ответила Кассандра и отправила в рот вилку с едой. —Кто такой Кёрли, мама? - спросил Арчибальд, прожевав лазанью. —Капитан межгалактического грузового корабля, как я. Его корабль потерпел крушение, недавно его вернули на землю, твоя мама занимается его лечением, - объяснил Хилл и погладил Арчи по голове. —Тоже капитан! Как здорово! Мама, познакомишь меня с ним? - малыш взволнованно поёрзал. Его глаза так сияли восхищением и надеждой, что у Кассандры просто язык не повернулся отказать. —Давно тётя привезла Арчи? - женщина обратилась к другу. —Тебе ответить честно или чтобы успокоить? - улыбнулся он. —Давай честно... - уже всё осознав, вздохнула мисс Барлоу. —В пять вечера, так как ты пообещала ей, что вернёшься в шесть. Кассандра со страдальческим видом закрыла лицо руками. Она вернулась домой в десять. —Тётя ругалась, да? - брюнетка выглянула из-под сложенных на лице ладоней. —На чём свет стоит. Она опустила взгляд. —Кэсс, - Хилл накрыл её ладонь своей. —Не принимай близко к сердцу. Ты же знаешь Клэр, она та ещё скандалистка, да и характер у неё, мягко говоря, взрывной. —Хилл, я плохая мать... - проговорила она. —Не говори так. Если бы ты была плохой матерью, Арчибальд не радовался бы тебе так сильно. Они оба взглянули на мальчика, пододвигающего табуретку к раковине, на которую он затем забрался и принялся мыть тарелку. К этому руку приложила уже тётя Клэр. Именно она приучила Арчи мыть посуду. —Он такой молодец. Не знал, что бывают такие дети, - Хилл улыбнулся. —Весь в тебя. Кассандра на это ничего не ответила, только запрокинула назад голову, массируя виски. После ужина они собрались в гостиной, чтобы поиграть в настольные игры. Кассандра чувствовала себя странно, как будто находилась в кругу семьи. Хилл и Арчибальд очень походили на отца и сына, женщина не могла это не подметить. —Бросай кубик, мама, - Арчи протянул ей игральную кость. Взяв её с маленькой ладони сына, Кассандра встряхнула предмет в руках и бросила на стол. Кубик упал ребром с шестью точками вверх. Кассандра продвинула фишку на шесть ходов вперёд и передала кубик Хиллу. —Ты выиграла, Кэсс, - сообщил он женщине, не заметившей, что её фишка встала на самый последний кружочек на карте. —Да, мама, ты победила! Ты такая молодец! - Арчибальд бросился к ней в объятия, прижимаясь щекой к тёплой материнской груди. Кассандра вновь оцепенела, но не прошло и пары мгновений, как она обняла сына в ответ. Её ладонь покоилась на кудрявом затылке. Хилл прильнул к ней сзади, обнимая их обоих. Барлоу не стала ничего ему говорить, вместо этого устало прижалась спиной и прикрыла глаза. Мысленно её захлестнуло волной. Голова то наполнялась мыслями до отказа, то пустела. Она не могла расслабиться, так как не позволяла себе этого долгие годы и уже забыла, каково это, релаксировать и нежиться в блаженстве. А тут вдруг стало так хорошо, тепло и спокойно, что её, лежащую на холодном сухом песке, теперь вдруг накрыло с ног до головы, накрыло чем-то тёплым, даже горячим, залилось в уши, в рот, в нос, да оставило под собой. Она не поняла, как провалилась в сон. *** Проснувшись рано утром, о чём свидетельствовал чистый, практически белый, холодный, однородный свет из окна, Кассандра села и огляделась по сторонам, не понимая, почему проснулась не от будильника, а сама по себе. Обычно она спала как убитая до первого сигнала. Протянув руку к тумбочке и на ощупь отыскав телефон, Кассандра обнаружила, что тот стоит на зарядке, хотя вчера она оставила его в плаще, о чём прекрасно помнила, однако не придала этому особого значения. Нажав на кнопку включения и поморщившись от яркости, женщина увидела, что на часах уже шесть тридцать, запаниковала, а потом заметила, что сегодня суббота, и успокоилась. Она взглянула на себя и почувствовала смущение. Одета она была в пижамные шорты и майку. Под ними не было ни лифчика, ни трусов. Спальню Хилла она и в бреду узнает, а значит, этот патлатый гад вчера самолично полностью её раздел, переодел в пижаму и уложил, а она ещё и не проснулась при этом. Они с Хиллом не раз занимались сексом, поэтому Барлоу искренне не понимала, почему смутилась. Взгляд сместился немного вправо и вниз. У неё в ногах спали Хилл и Арчибальд. Арчи лежал закинув ноги на грудь мужчины, а тот обнимал одну из них рукой. Кассандра улыбнулась. Ну а как же не улыбнуться при виде такого чуда? Арчибальда поцеловали в лоб, Хилла - погладили. Она легла к ним, прильнула макушкой к другу и приобняла сына, после чего снова заснула. Второй раз Кассандра проснулась в одиннадцать утра. В воздухе витал аромат блинчиков, мгновенно пленивший её. Кассандра, выпутавшись из одеяла, которым её вновь заботливо укрыли, пошла на кухню. Хилл стоял у плиты и подбрасывал блин на сковороде. Арчи сидел за столом в пижамке и рисовал восковой пастелью. Женщина замерла в дверном проёме, наблюдая за ними, пока Арчибальд не заметил мать. —Мамочка проснулась! - обрадовался ребёнок. Хилл отправил блин в стопку к другим блинам и обернулся, чтобы на неё взглянуть. Он ничего не сказал, только улыбнулся. —Доброе утро, - Кассандра улыбнулась. —Арчи, умойся и переоденься. Она поцеловала сына в лохматую макушку и направилась к Хиллу, но не чтобы поцеловать или обнять, а для того, чтобы незаметно утащить блин. Однако мужчина уже наклонился, повинуясь не пойми какому зову. Кассандра приблизилась к нему, завела руку ему за спину, схватила блинчик и увильнула в сторону. Хилл огорчённо вздохнул и наполнил сковороду новой порцией теста с таким чувством, будто его чем-то несправедливо обделили. —Вот так вот, готовишь ей любимый завтрак, а она даже поцелуй зажала, - пожаловался он вслух. —Ты вчера меня догола раздел, ещё и лапал небось, а теперь с таким невинным видом просишь поцелуй, - Кассандра склонила вбок голову, покосившись на друга и жуя блин. —Ага, тебя полапаешь. Без рук потом останешься. И вообще, мы друзья, а не пара. Хилл, конечно, улыбался, однако его яркие глаза наполнила такая горестная печаль, что блеск в них будто и вовсе погас. Кассандра предпочла не смотреть ему в глаза, отведя взгляд. —Заниматься со мной сексом это тебе не мешало, - сказала женщина, скрестив руки на груди. Хилл хотел уж было шикнуть на неё, чтобы не говорила подобное в присутствии маленького ребёнка, однако, бросив взгляд за плечо, увидел, что Арчи на прежнем месте нет. Пошёл переодеваться по велению матери. —Сексом дружбу не испортишь, - усмехнулся мужчина. Даже в голосе у него проскакивали нотки горечи. Барлоу слышала их, а мозг всё равно игнорировал. —А дружба ли у нас? - вдруг как бы у себя самой спросила Сандра. Хилл молчал. От сковородки и пластиковой лопаточки руки он убрал, встал по стойке смирно и замер. Кассандра тоже не шевелилась и хранила молчание. —А что ж ещё? - в итоге Хилл сдался первым. —Но если быть до конца честным, то ты мне... Как семья. Женщина прильнула к его плечу и закрыла глаза. —Ты мне тоже как семья, Хилл. Кроме тебя и Арчи у меня всё равно никого нет. Наличие отца игнорировалось при наличии обиды на него. И, пожалуй, Хилл за последние пару десятков лет провёл с ней времени больше, чем отец за всю её жизнь. Хилл процедил через себя много слов, которые хотел бы прямо сейчас сказать, набрался сил и погладил Кассандру по голове. Мужчины не плачут. От боли, от горя, от печали, от любви - не плачут. Хилл запомнил это правило с детства, когда отец поучал его, и с тех пор ни разу не нарушал. По крайней мере, когда его кто-то мог видеть. Комок в горле пришлось проглотить. —Мама, - переодетый Арчи вошёл на кухню. Часть его волос была неряшливо собрана в пальмочку на макушке. Когда мальчик подошёл, Кассандра поправила его причёску. —Ты поиграешь со мной и дядей Джоном в футбол? —Конечно, Арчи, - Кассандра подняла его на руки, чем вызвала панику у Хилла. —Ты же знаешь, как сильно мама любит футбол. Поиграть в него с двумя самыми любимыми людьми я шанса не упущу. —Кассандра! Поставь Арчи, ты девушка, тебе нельзя тяжести поднимать! - Хилл растерянно замахал руками. Мисс Барлоу окинула его взглядом и вдруг засмеялась. Её мужчины озадаченно переглянулись. —Мама, ты почему смеёшься? - спросил удивлённый Арчибальд. —Ну разве Хилл не милый, когда пытается заботиться? - и она снова рассмеялась, покружившись с сыном на руках. Арчи засмеялся, а Хилл смущённо отвернулся к плите, выкладывая последний блинчик на тарелку. Услышать что-то подобное от Кассандры было практически невозможно. Если бы Хилл слышал, как часто Кассандра называет Кёрли милым, пусть и обходя конкретно это слово, но подбирая близкие синонимы, он бы уже умер от шока. И, возможно, зависти. После завтрака Кассандра и Арчи наперегонки отправились на улицу. Хилл накачал спустивший футбольный мяч Арчибальда, в двух местах зашитый аккуратными стежками за авторством тёти Клэр, прикрепил к стене на кнопку рисунок сына подруги, где юный художник изобразил их с матерью и его, Хилла, рядом, затем вышел за ними на улицу. Погода не была ни жаркой, ни душной. В самый раз, особенно для такого знойного лета, как это. Солнце светило ярко, Хиллу, чтобы увидеть Кассандру и Арчибальда, понадобилось приставить ко лбу ладонь козырьком. Мать с сыном радостно скакали по траве, играя в догонялки. Капитан «Шторма» поражался тому, какой проворностью обладала его подруга в свои сорок с лишним лет. Она будто и не старела, а так и осталась двадцатилетней озорной девчонкой. Мужчина подметил, что форму с той поры она тоже не потеряла(хоть Кассандра и была уверена в обратном), только вот ума приложить не мог, когда она успевала посещать спортзал и посещала ли она его вообще. В конце концов, Кассандра поймала Арчи. Тот, смеясь и повизгивая, пытался освободиться из её хватки и предотвратить попытки его пощекотать, однако тщетно. Брыкаясь и смеясь, мальчик в итоге повалил мать вместе с ним на землю. Упав в траву, оба радостно захохотали. Хилл улыбался. Откуда вдруг взялось так много приятного в его жизни? —Хилл, чего встал? Давай пас! - с небес на землю его спустил голос поднявшейся с земли подруги. —Дядя, ты не против, если сначала мы с мамой в одной команде поиграем, а потом поменяемся? - Арчи обнял её ногу, на что Кассандра с улыбкой погладила его по голове. —Отличная идея, Арчи, так и поступим! - И Хилл пнул мяч ногой, направляя его к ним, после чего встал на защиту импровизированных ворот, нарисованных Арчибальдом, пока сам Хилл был где-то далеко, в облаках. Младший Барлоу вёл мяч, пока его мать бежала рядом. Вскоре в сторону Кассандры был сделан пас, дальше вела уже она. Как не пытался защищаться Хилл, оборона была прорвана, и первый гол пришёлся на его ворота. Смех звучал со двора дома капитана Хилла до самого вечера. Ветер уносил его далеко и, пролетая мимо прохожих, будто бы заражал их тем позитивом, теми радостью и лёгкостью, что были в тот вечер властны над маленькой компанией, собравшейся в капитанском дворе. Уставшие, вспотевшие и все в пыли, двое Барлоу и Хилл лежали на траве. Кассандра жевала травинку, Арчи смотрел на небо сквозь разноцветные стеклянные камушки, находя это занятие очень интересным, Хилл смотрел то на неё, то на него. Кассандра молчаливая, спокойная, словно удав, редко улыбается, много думает, поджимая слегка полные губы, сама себе на уме, что и не поймёшь, о чём она может думать в такой момент. Она смотрит в небо, однако взгляд ни на чём не сфокусирован, зубы рефлекторно пережёвывают стебелёк какого-то злака, собранные волосы растрепались и распластались на траве шёлком шоколадного цвета. Хилл не удержался и намотал кончики на пальцы, чего Кассандра либо не почувствовала, либо просто не обратила внимания. Арчибальд - полная противоположность матери. Активный, не может сидеть без дела, много, но, справедливости ради, по делу, болтает, всё время что-то придумывает, постоянно ищет общения и новых знакомств, почти всё время улыбается. Что ему досталось от матери, так это любознательность. Хилл в жизни бы не подумал смотреть на небо сквозь цветные стекляшки и о чём-то фантазировать при этом. Тёплый жёлтый луч подкрался и прикоснулся к щеке Хилла, подобно котику, привлекающему внимание прикосновением мягкой лапки. Мужчина тихо вздохнул и сел. —А не пожарить ли нам колбасок на гриле? - предложил он. —Ура, колбаски! - Арчи тоже сел, позабыв про своё занятие. По его реакции и гадать было не надо, что он думает по поводу предложения. Кассандра поднялась следом, выплюнула травинку и кивнула. —Арчи, тащи уголь. Он в кладовке, как зайдёшь, сразу увидишь, - проговорил Хилл, глядя на ребёнка. —Да, капитан! - малыш отдал честь и побежал за дом, где кладовка и располагалась. Оставшись с Кассандрой наедине, Хилл так и не придумал, что ей сказать. Его глаза широко распахнулись, а скулы вспыхнули румянцем, когда подруга вдруг положила голову на его плечо, сложив руки на груди. —Э-э-э... - брюнет сглотнул. —О чём задумалась? —Двор у тебя уютный, - ответила Кассандра на его вопрос. —Да? —Угу. Мужчина окинул свой уголок земли взглядом. Низкая синяя изгородь, по классике американских фильмов красный почтовый ящик, вещь, без которой даже в их время не обходился ни один двор, и хотя газеты теперь представляют из себя самоуничтожающуюся, если станет не нужна владельцу, планшетку с голограммой, которую можно как прочесть самому, перелистывая, как старомодную бумажную газетёнку, так и прослушать новости, включив голосовую озвучку, при этом всём каждое описанное событие возможно посмотреть на проекции, записанной на голографические пиксели; газеты и письма всё ещё существовали, имели спрос, особенно среди любителей предаться ностальгии и вспомнить времена, когда люди получали информацию именно так, а планшетки надо куда-то класть, именно поэтому эти железные коробочки всё ещё украшали дворы. Ровно выкошенный газон, небольшая клумба с одним единственным кустом красной розы, большая беседка из белого дерева, по которой плетётся цветущий плющ, статуя играющего на лире ангела, утонувшая в кустах всё тех же красных роз, случайно проросших в этом месте рядом с деревянным сооружением, вишнёвый сад, сам дом, обычный одноэтажный домик, самолично построенный Хиллом и его отцом просто, но со вкусом, кладовка сзади и маленький огородик немного на северо-восток от дома. В этом хаотичном месте, сочетающем в себе не сочетаемые стили, на примере готического ангела и огорода через мощёную камнем дорожку от него, дома в американо-канадском стиле и донельзя простецкой беседки, Хилл не находил ничего уютного. Порой ему казалось, что он просто тащил сюда то, что ему нравилось. От части, так оно и было, потому что статую они с друзьями, в том числе и с Кассандрой, однажды в молодости по пьяне где-то утащили. —Знаешь, он хоть и уютный, но глядя на него, я не понимаю, как ты стал капитаном с такой неопределенностью, - сказала вдруг Кассандра, вероятно, поймав с другом одну волну. —На тебя насмотрелся и стал таким, какой я есть сейчас, - усмехнулся мужчина. —Неужели? - Кассандра запрокинула голову, ища взгляд Хилла. —Ну да. Ты всегда знала, что делать и к чему стремиться, имела серьёзный настрой и лупасила меня, если думал теряться. Ты научила меня брать себя в руки, научила справляться с паникой, и тогда, отправляясь на своё первое задание в качестве капитана, я понял, что на своём месте. Кассандра усмехнулась: —Всю жизнь чему-то учимся друг у друга. —Разве это плохо, что мы делаем друг друга лучше и растём вместе? —Нет, это очень хорошо, - Кассандра поднялась, поправила задравшуюся майку. —Ты больше не нюня и не раздражаешь меня. Хилл ехидно усмехнулся. Нельзя подобрать слов для описания того, как же он любил дерзость этой барышни. —А ты больше не агрессивная и вспыльчивая горилла, готовая поколотить меня за любой вздох. Взгляд Кассандры стал пронзительно гневным, прямо-таки воспылал огнём. По крайней мере, так показалось Хиллу. Он даже начал думать, что через глаза подруги на него смотрит сам дьявол. Мужчина уже собирался просить прощения за такое сравнение, как вдруг её длинные пальчики схватили его за шею и слегка придушили. —Ах вот, какого ты обо мне мнения... Если бы на лице у неё не сияла игривая улыбка, Хилл был бы уверен, что смерть настигла его и забрала чудные годы, которые он мог ещё провести среди живых. С довольным выражением лица, он запрокинул голову и захрипел, подыгрывая Кассандре в её игре. —Мама! Ты зачем дядю душишь? - вскрикнул притащивший пакет угля Арчибальд. —Затем, сынок, что дядя Хилл немного обнаглел, - Кэсс дала другу щелбан. —Я за колбасками. Оставшиеся на улице провожали её взглядом - Арчи смотрел озадаченно и удивлённо, а Хилл - с упоительным обожанием. *** —Готовьте операционную, я ненадолго отлучусь, - Кассандра беседовала с лаборантом, коллегой по квалификации и операционными медсёстрами, коим и дала поручение. —А вы, мистер Жекю, займитесь своей работой. После операции мы с вами обязательно всё обсудим, - сказала она лаборанту после того, как остальные коллеги покинули их. —Да, мэм, - кивнул мужчина. —Нам есть, что обсудить. И он, прихрамывая, зашагал к лаборантской, провожаемый взволнованным взглядом Кассандры. Женщина плотно сжала челюсти, неспокойно блуждая в собственных мыслях, возвышающихся над ней стволами огромных деревьев с серой, грубой корой, поросшей тёмным мхом. Не было ни конца, ни края этому тёмному, туманному лесу, и Кассандра уходила всё глубже и глубже, и взгляд её, такой же туманный, как лес тревожных мыслей, смотрел мимо людей и реальности из-под полуприкрытых век. —Мисс Барлоу, - её локтя коснулась пухленькая ручка с веснушками. Кассандра сразу поняла, кто вручил ей фонарик, а затем обрушил весь лес и разогнал туманную мглу. Для неё сияло огненное солнце, яркое, тёплое, доброе. На неё смотрела Элеонора, явно обеспокоенная состоянием подруги. Заглянув девушке в глаза, Кассандра ощутила, что её будто теплом обдало. Она невольно улыбнулась, согретая взглядом янтарных ласковых глаз. —Вы в порядке, Кассандра? - спросила Эля. —Да, всё хорошо, - Кассандра нахмурилась, потом её бледное лицо просияло осознанием. —Как долго ты здесь находишься? —С того момента, как вас выловили Жекю, Джонсон и девочки, - ответила она. —Я ждала вас. Не подумайте, я не подслушивала! Кассандра вздохнула. —Когда мы закончим с Кёрли, я всё расскажу вам обоим. Абсолютно всё, ничего не утаив. Пока что ни тебе, ни ему не стоит пытаться узнать причину моих переживаний. —Вы ни во что противозаконное не ввязались...? Барлоу не знала, так ли это. Вернее, не была уверена, что действует законно, однако ответила она, полагаясь на свои собственные ощущения: —Нет, не ввязалась. Давай сходим к Кёрли вместе. —Да, идём! Женщины проделали недолгий путь по коридору правого крыла третьего корпуса, где находились травматология и хирургическое отделение крупного медицинского комплекса имени Дарена Томпсона и Константина Елизарова, американца и русского, сподвижников прорыва в развитии медицины всего шестьдесят лет назад. Кассандра восхищалась ими, несколько раз перечитала каждый из пяти томов большого совместного труда учёных и другие их труды, личные в том числе. Хотя, конечно, старые друзья, отдыхающие сейчас где-то на турецких пляжах, в основном работали вдвоём. До того, как они ушли на заслуженный отдых, если можно считать им затишье в научной деятельности, Кассандра виделась с ними пару раз, и оба раза волновалась, как никогда раньше. Мужчины, оба весёлые и слегка чудаковатые, оценили стремление юной коллеги, и ей, а также нескольким другим студентам-медикам, Томпсон и Елизаров подарили блокноты со своими записями, пожелав, чтобы ребята пожинали плоды их трудов и делали свои вклады, а небольшие презенты, приподнесённые понравившимся студентам, должны были стать их талисманами. Вообще, она, тогда ещё двадцатидвухлетняя девчонка, могла бы и не получить талисман удачи в виде толстой книжки с десятками вклеек и закладками, если бы не Хилл. Видя, что подруга испугалась, он, пересилив свой собственный страх, затащил её в толпу и привёл прямо к Томпсону и Елизарову. А уже перед лицом своих вдохновителей бояться было бессмысленно. Тогда Хилл стал взрослее, а Кассандра поняла, что рядом с ней есть неприступная скала, за плечами которой она может спрятаться, когда хотелось побыть слабой и отдохнуть. Кассандра вкратце рассказывала это по пути к палате Кёрли, когда речь между ними с Элеонорой зашла о том, как они оказались в медицине. Флэминг сияла, слушая её, а Барлоу мягко улыбалась, не в силах оторвать взгляд от лучезарного веснушчатого личика. Дверь в палату слегка скрипнула, открываясь перед Элей, которую Кэсс пропустила вперёд первой. —Доброе утро, капитан! - поздоровалась Элеонора, ещё не видевшая его сегодня. —Доброе... Эля... - ответил ей мужчина без помощи голосового модуля. —И вам, мисс Барлоу... Кассандра вновь улыбнулась, садясь рядом с ним и Элеонорой. В палате специально для них с Элей находились два стула, так как нередко они собирались здесь, чтобы пообщаться с Кёрли. Не общавшийся ни с кем долгое время капитан был искренне счастлив тому, что ему уделяли время двое красивых женщин. —Готовы, капитан? - спросила брюнетка. Он кивнул. —Сегодня мы закончим с вашими мышцами, - сказала Кассандра. —После этого встанете на примитивные протезы и начнёте тренировки. В их время примитивными считались протезы, созданные в двадцать первом веке, способные только сжимать пальцы и слегка гнуться в суставах. —Затем, когда новые органы приживутся, вживим протезы и начнём обтягивать вас новой кожей. —Звучит жутко, - призналась Эля. —Разве что, жутко интересно. Ещё интереснее всё это делать на практике, хоть и весьма тяжело, - мечтательно произнесла Кассандра. —О, Кассандра, расскажите капитану о том, как вы так сильно полюбили своё дело! - Эля вспомнила об их разговоре на пути в палату. —Я думаю, ему тоже будет интересно послушать. —Он знает, Эля, я уже рассказывала ему, - женщина снова улыбнулась. —Правда? И когда вы всё успеваете... —Мы часто общаемся. Да, капитан? Кёрли кивнул и даже попытался улыбнуться. —Всё-таки, я рано прихожу на работу, чтобы поработать. Когда становится скучно, прихожу сюда и общаюсь с капитаном Кёрли. Кёрли закивал. Эля улыбнулась. То, как искрил радостью взгляд Кёрли, согревало её доброе сердце. Дверь за их спинами отворилась вновь, Барлоу и Флэминг обернулись, чего Кёрли, ввиду его положения, не требовалось делать. В палату вошли двое: мальчик и длинноволосый мужчина. В больницу заявились Арчибальд с Хиллом. —Мамочка! Тётя Эля! Здравствуйте! - Арчи обнял сначала руку матери, а затем - руку Элеоноры. Девушка крепко обняла мальчишку. —Привет, Арчи! - она потискала его за щёчку. —Как давно я тебя не видела. Как дела? —Хорошо! - улыбнулся Барлоу-младший. —Здо́рово! - хихикнула Элеонора. Затем внимание мальчика пало на Кёрли. Пока Хилл приветствовал девушек, Орион и Арчибальд изучали друг друга взглядом. Для мальчика стало неожиданностью то, что его погладили тем, что осталось от руки. Кёрли вновь попытался улыбнуться, когда уже убрал свою конечность, и хотя выглядело это жутко, Арчи несколько не испугался. Под слоем бинтов он смог различить ласковую улыбку, и тогда Арчибальд улыбнулся в ответ. —Здравствуйте, - сказал мальчик. —Привет, - ответил ему Кёрли.