Украденное баронство

Терис вышла во двор, щурясь от яркого солнца и зудящей в висках боли. Заснуть этой ночью ей так и не удалось. Предстоящий день в седле обещал быть мучительным. Но не таким мучительным, как ожидание встречи с Кестеном. Наблюдая за первыми лучами рассвета, прорвавшими серое марево утра, Терис твёрдо решила, что не собирается оправдываться или что-либо объяснять капитану. Если произошедшее поставит точку на тех редких и неловких искрах, что проскальзывали между ними — чем бы они ни были, — то так тому и быть. И даже к лучшему. Но стоило ей покинуть свои покои, как с каждым шагом, приближающим её к выходу из замка, уверенность её таяла, а в животе сворачивался тугой холодный узел. Каким взглядом встретят её сейчас тёмные глаза капитана? Насколько пренебрежительным сделается его голос? Она злилась, не узнавая себя: закусывает губу и дрожит, как нашкодившая девчонка в ожидании наказания. Сравнение, подкормленное неприятными воспоминаниями о юности, тут же заставило встряхнуться и расправить плечи. Ни в чём она не виновата! Она свободная и взрослая женщина и не должна… Нет, не так. Она должна сейчас думать о безопасности своих земель и троллях, что ей угрожают, а вовсе не о задетых чувствах хмурого рыцаря. Но во двор Терис всё же вышла с трепещущим сердцем и тут же сощурилась от болезненно яркого солнца. Когда зрение к ней вернулось и позволило осмотреть внутренний двор, он оказался заполнен суетой и множеством голосов. — Почему все так любят выезжать в походы на рассвете? Я еле встал, — потягивался Регонгар, не стесняясь сладко зевать во весь рот. — Встал? — фыркнула на него Октавия, закончив подвязывать стремена. — Да ты бы до полудня продрых, не выпихни я тебя из кровати. Невольно слушающая эту шутливую перебранку, Валери порозовела и, поджав губы, попыталась отвести своего коня подальше от громкоголосой парочки. Линдзи шныряла между всеми, вроде как проверяя походные мешки, но, кажется, в основном занималась тем, что запихивала каждому ещё пару запасных свитков бумаги. Харрим о чём-то беседовал с Джодом, и, к чести верховного жреца, Терис ни разу ещё не видела дварфа таким оживленным. Тристиан страдальчески пытался подступиться к своему рябому коню — о том, насколько плохо парень держится в седле, все узнали ещё в дороге после победы над Рогачом. И судя по тому, как неуклюже и несмело Тристиан пытался взобраться в седло, за прошедшие месяцы он так и не смог выделить время потренироваться в верховой езде. Или не захотел. Да, двор был полон людей и пропитан нарастающим воодушевлением скорого отъезда. Единственный, кого Терис не смогла отыскать, был Кестен — капитан впервые за то время, что они обосновались в столице, не вышел её провожать. — Терис! С добрым утром! — длинные ступни Линдзи радостно зашлёпали по ступеням. — Отличная погода! И все готовы! И мы… — Заканчивайте приготовления. Попроси, пожалуйста, конюха седлать моего коня. Я скоро вернусь — у меня перед отъездом есть ещё одно важное дельце, — перебила Терис полурослицу и поспешила со двора.

***

Терис без труда отыскала на рыночной площади описанную стражей тифлингшу-торговку: лавчонок в Зеленоборске было всё ещё мало, а голубоватое лицо девушки, увенчанное парой чёрных рогов — приметное. — Доброго утречка вам, прекрасная баронесса! Заходите, не стесняйтесь, не скупитесь! Лучшие товары, чары, свитки, тайные заговоры и зелья для лучшей баронессы Речных королевств! Покупайте-покупайте, не пожалеете! Тифлингша тараторила, проглатывая часть звуков, но делала это с широкой улыбкой на лазурных губах. — Ты ведь Зарси? — Да-да, ваше высоко-милейшество! Зарси. Зарси-буквоежка. Терис внимательнее осмотрела её безвкусно расшитую бордовую мантию, сверкающую искрами поддельных камней и причудливых символов, вряд ли имеющих хоть какой-то смысл, и пробежалась взглядом по товарам. Всё, от свитков до недорогих ювелирных украшений, от вырезанных костяных фигурок до сверкающих перламутром чешуек, от пузатых флакончиков с разноцветными жидкостями до витых жезлов в форме змей. На прилавке лежало всё, что могло привлечь простого покупателя и сойти за магическую диковинку. — Это твоих братьев вчера прогнала с площади стража? — спокойно спросила Терис, вертя в руках будто приглянувшуюся ей фигурку белого тигра. — Ваша высоко-милейшество, да мальцы они совсем ещё. Что с них взять? Глаз да глаз. А глаз-то у меня всего два! А тут и покупатели, и за лавкой следи. Вот они и бедокурят по недогляду. Вы простите, я им такую взбучку устрою… — И много у тебя братишек здесь? — перебила её Терис, боясь, что конца заверениям не будет. — Да, всего три сорванца. Но и этих же кормить надо. А я одна за старшую осталась… — Ну как же одна? Старшенькие братики и сестрички-то у тебя тоже ведь есть. В Рестове небось остались? — хитро прищурилась Терис и увидела, как в глазах Зарси сверкнул испуганный огонёк. — Да с чего вы взяли, ваше высоко-милейшество? Одни мы, одни. Папку с мамкой потеряли, и вот в пути живём, торгуем, чем боги пошлют, — тараторила тифлингша всё так же быстро, но уже не столь бойко, голос её выдавал волнение. Терис решила, что пришло время прекращать спектакль — Зарси не производила впечатление заносчивой и взрывной особы, и это было как раз то, что нужно для сделки. — Кто тебя послал? Карнис или Кайзи? — в лоб спросила Терис, заставив тифлингшу удивлённо захлопать глазами. Да, немногим жителям Бревоя, и уж тем более знати, были известны имена старших плутифлингов, промышляющих в этих землях. Члены этой многочисленной банды, раскинувшей свою сеть из самого Мендева, называли друг друга просто Семья. Все они друг другу были «сестрёнками» и «братишками» и ловко прибирали к рукам всё, что плохо лежало или плохо охранялось. Но что намного важнее, у них была очень хорошо организованная сеть сбыта наворованных ценностей. Украденную в Рестове брошь можно было обнаружить лишь на прилавке в Абсаломе, где она не могла вызвать лишних вопросов. Банда Терис много и часто сотрудничала с плутифлингами — хитрые пройдохи, предпочитающие избегать кровопролития. — Так кто твой старший? — требовательнее повторила Терис. — Карнис, — нехотя выдавила Зарси, судя по бегающему взгляду и нервно дергающемуся хвосту, уже прикидывающая пути побега. — Это хорошо. Кайзи слишком жадная и недальновидная. И перебарщивает с вином, — примирительно улыбнулась Терис. — Откуда вы… Чего вы хотите? — взгляд тифлингши наконец остановился на лице Терис и стал серьёзнее. — Заключить с тобой договор. — Со мной? — удивлённо приподняла Зарси одну бровь и криво усмехнулась. — Не! Я в таком не сильна. Могу весточку родным написать, если пожелаете, но нас с братишками отпустите, пожалуйста… — Выслушай сперва, — опять пришлось перебить её Терис. — Я предлагаю тебе шанс стать «старшей». Внутри вашей семьи это дело не быстрое, но если мы с тобой заключим договор — Карнису некуда будет деваться. Оставайся вместе с братишками жить здесь. И торговать я тебе не запрещаю, даже наоборот: сниму с тебя обязанность платить в казну торговую пошлину. — Но? Будет ведь «но», верно? Не в сказке, как-никак, живём? — нервно хохотнула Зарси. — Взамен на привилегии в торговле плутифлинги не будут промышлять воровством в моих поселениях. На дорогах со временем найдётся немало зажиточных купцов и толстосумов-аристократов, кошельки которых не сильно обмельчают от ваших ручонок. Но в деревнях и городах моего баронства жители должны быть в безопасности. Зарси прикусила губу, обдумывая предложение. — А за безопасность кошельков в столице передо мной будешь отвечать лично ты. Мне всё равно, как ты этого добьёшься, сколько ещё братишек привезёшь сюда. Я даже выделю вам дом. Настоящий. Сможешь приглашать в гости родню, какую пожелаешь. Я готова закрывать глаза на ваши делишки, щедро платить за интересные вещички и важные документы, которые вы сможете заполучить в соседних королевствах, и даже обучать ваших младшеньких грамоте и счёту при храме, пока не вижу в ежедневных отчётах стражи упоминаний о воровстве. Терис не знала, какая именно часть соглашения так впечатлила Зарси, но глаза её сверкнули радостно и даже как-то по-детски, хоть ответила она и сдержанно: — Мне нужно сообщить условия Карнису. — Конечно. Передай ему привет от Терис и напомни, что он задолжал мне пару золотых. А это я возьму, — она убрала фигурку тигра в сумку и бросила монетку, которая тут же была ловко поймана голубоватой ладонью. — Я вернусь через несколько дней и буду ждать твоего ответа. Зарси перевела преувеличенно застенчивый взгляд с блестящей золотом монеты на Терис, и у баронессы не осталось сомнений, каким будет ответ тифлингши.

***

К возвращению Терис все уже были готовы к отъезду: вещи оказались крепко приторочены к сёдлам, весь отряд нетерпеливо переминался с ноги на ногу, а лошади фыркали, возмущённые задержкой. Настроение у Терис сделалось приподнятым от того, как удачно прошла встреча с Зарси. Она чувствовала воодушевление, и больше всего ей теперь хотелось оказаться в седле. Скакать без оглядки в объятия выцветающей заре и новым свершениям, втаптывая все сомнения и печали в дорожную пыль. Поэтому, игриво чмокнув своего коня в бархатный нос, Терис без лишних вопросов вскочила в седло. — Отправляемся! — задорно крикнула она и уже готова была сорваться с места, когда сзади позвали: — Ваша милость! Низкий тембр знакомого голоса заставил ещё мгновение назад радостно порхающее сердце камнем рухнуть вниз. У Терис даже проскользнула трусливая мысль притвориться, что она ничего не слышала и со всей силы ударить пятками коню по бокам. Но это было слишком глупо и по-детски, даже для неё, и Терис нехотя развернулась. Кестен стоял на ступенях дворца в своём обычном, немного потрёпанном доспехе, заложив руки за спину. Брови его были нахмурены, но не больше обычного, и взгляд вовсе не сделался ледяным. — Удачной поездки, ваша светлость. Будьте осторожны. В голосе капитана не было ни злости, ни обиды. Он смотрел на Терис спокойно, даже бесстрастно. И отчего-то это оказалось даже больнее, чем ожидаемый ею гнев. — Спасибо, капитан, — кивнула Терис и отчаянно пришпорила коня.