Без пяти полночь
5 мая 2026 г., 00:35
Примечания:
Текст ивентовый, события — хэдканонные, кто такая рыжая дама — догадывайтесь сами.
Впервые о том, что среди антиванской знати завёлся предатель, Луканис услышал, конечно же, от Виаго.
Алехандро Уртадо де Риальто успешно вёл дела в Тревизо уже почти двадцать лет. Младший сын знатного рода из Риальто, он подался в купцы ещё в юности и перебрался в «величайший порт Тедаса», потому что никогда не страдал скромностью и ненавидел полумеры. Он сделал себе состояние на кораблестроении и морских перевозках, и трудно было бы найти в порту Тревизо хоть один корабль, который не принадлежал бы Алехандро, не был бы куплен у него или арендован для транспортировки самых разных грузов, от древесины до специй, от рыбы до драгоценностей. Не обходилось, разумеется, и без периодической контрабанды, но Алехандро знал меру и никогда не зарывался.
Вороны это ценили – а такие богатства, коими владел Алехандро прямо под носом у Воронов, невозможно было бы заработать без ведома самих Воронов. Периодические заказы от влиятельных представителей Восьми домов и готовность в любой момент предоставить им широкий спектр услуг, будь то перевозка людей и грузов, прикрытие или даже место будущего убийства, позволили Алехандро с лёгкостью проводить любые махинации и устранять соперников по первому требованию. Всем было прекрасно известно, что он подлец, для которого не существует ничего святого, однако Воронов это волновало меньше всего, пока они были убеждены, что он как минимум не дурак и не самоубийца, а потому редко сомневались в его лояльности.
И ошиблись.
Когда Тревизо оккупировали мятежные кунари из Антаама, Алехандро стал едва ли не главным патриотом в городе – трудно было бы найти человека, который громче него кричал о сопротивлении и свободе. Среди Воронов кто-то видел в этом безрассудство, кто-то клоунаду – ведь Алехандро всё-таки никогда бы не полез в стычку ни с одним кунари, не в его возрасте и не с его габаритами – но никому поначалу и в голову не приходило подозревать его. Никому, кроме Виаго, который постоянно жаловался, что такие крикуны только мешают заниматься делом. Глаз на предателей у него и Тейи был уже намётан, так что он осторожно копал под хитрого торгаша, по всей видимости, тайком ото всех остальных, чтобы не вызвать подозрений.
Он попросил Луканиса о разговоре вскоре после того, как Рук вознамерился крепко взяться за губернатора Ивенчи.
– Будь моя воля, я скормил бы этого барыгу голодным пираньям! – воскликнул Виаго, протягивая Луканису внушительную стопку страниц с подробным докладом от одного из своих людей.
– А я думал, ты предпочитаешь таких травить, – усмехнулся Луканис, бегло просматривая страницы. Следы камека на кораблях, принадлежащих Алехандро. Ну конечно. Теперь понятно, откуда у Антаама столько этой дури – похоже, в стремлении подружиться с кунари Алехандро обскакал даже Ивенчи. А может, и вовсе надоумил его?
– Это не обсуждается, – почти обиженно вскинулся Виаго. – Луканис, мои новички-cuchillos не один месяц батрачили юнгами на его кораблях и наблюдали. Я уверен, что ошибки быть не может.
– Единственная ошибка здесь – это решение старика Алехандро связаться с врагом, – даже слишком спокойно ответил Луканис. – Я поговорю об этом с Руком, раз уж он всё равно разбирается с Ивенчи, но нанести визит нашему хитрому другу я бы всё-таки хотел самостоятельно. Руку и так есть, чем заняться.
«Убийство?» – встрепенулся Злость; Луканис уже научился воспринимать его как фоновый шум и почти не реагировал: «Да! Убить!».
По крайней мере, энтузиазма в нём хватало на двоих.
– Это ещё не всё, – нахмурился Виаго. – Я подослал своего человека к его брату. На наше счастье, он не так дальновиден как Алехандро и в жизни ценит, разве что, вино и женщин. Так вот, мой контакт выяснила, что наш дорогой друг очень ловко обошёлся со своим завещанием.
– То есть?
– Алехандро Уртадо де Риальто, храни Создатель его душу, человек щедрый и бездетный, а потому завещал практически все свои богатства и прибыльное дело, за исключением некоторой суммы, которая в любом случае отойдёт его брату… скажем так, ряду своих друзей. Разумеется, все эти «друзья» имеют к нам непосредственное отношение. Однако, если вдруг Алехандро по какой-то неведомой причине будет убит, – ирония в голосе Виаго доставляла Луканису несказанное удовольствие, – его состояние отойдёт губернатору Ивенчи.
– Ах вот оно что… перестраховался, значит, – кивнул Луканис. – Что ж, значит, придётся устранить его так, чтобы убийство доказать было невозможно.
– Проще устранить Ивенчи, а потом взяться за этого cabrón, если хочешь знать моё мнение.
– Я не уверен, что Рук справится с Ивенчи до летнего праздника.
– Причём тут это? – не понял Виаго. Луканис таинственно улыбнулся.
– Позови Тейю. Сейчас узнаешь.
***
Чтобы дело прошло гладко и губернатору не достались ресурсы, которые он мог бы передать в загребущие лапы кунари или применить ещё как-нибудь не по делу, Луканис, Виаго, Тейя и Рук разработали сложносочинённый план. За первую часть плана отвечал Рук – он увлекался резьбой по дереву и знал многих хороших мастеров в Тревизо. Его знакомые, которые предпочли остаться анонимными, изготовили несколько марионеток для представления уличного театра. Луканис долго рассматривал их, когда один из Воронят дома де Рива доставил их в «Бриллиант» Кантори, где Вороны разрабатывали операцию. Деревянные куклы, одетые в крошечные костюмы тончайшей работы, изображали нескольких персонажей: Кунарийского захватчика, Хитрого торговца, Коварного политика и Антиванского Ворона. Вторую часть Луканис исполнил самостоятельно. Всего-то ничего – попросту нанести старому лису визит с одной-единственной целью – нет, пока не напугать и уж тем более не наказать, упаси Создатель, это всё позже, позже – получить приглашение на ежегодный летний бал-маскарад, куда представителей Воронов Алехандро звал всегда. Теперь, когда Луканис вернулся в Тревизо, он вновь стал отличной кандидатурой и прекрасно это понимал. Алехандро – тоже: «не передать словами, как я был бы счастлив видеть вас, signor Dellamorte», «прошу, будьте моим почётным гостем, signor Dellamorte», «вы окажете мне большую честь signor Dellamorte»… – Ну разумеется, друг мой, – заверил его Луканис. – Тревизо переживает сейчас, увы, не лучшие времена, но мы, думаю, можем позволить себе небольшой праздник. К тому же, это удачный повод обсудить одно важное дело. Видите ли, у дома Делламорте есть для вас работа. «Упокоиться с миром!» – грохнул Злость под черепной коробкой. Эту фразу он подцепил у Эммрика и теперь щеголял ею по любому поводу. Как дитя, в самом деле. Луканис устало прикрыл глаза и помассировал висок. – Почту за честь, signor Dellamorte, – заискивал купец, и Луканис заметил, как по его полному лицу стекает нервный пот. – Вот и прекрасно. Вы ведь не против, если я приеду с дамой? Третью часть взяла на себя Тейя. Ещё за месяц до бала она велела двум Воронам из дома Кантори научиться как можно более искусно обращаться с марионетками, составить сценарий и целую неделю перед самым праздником играть представление на улицах Тревизо по несколько раз день в разных локациях. – Когда до Алехандро дойдёт, что мы всё знаем, он струсит, – уверенно заявляла Тейя. – Это должно ослабить его бдительность. Он будет понимать, что твой визит наверняка означает его неминуемую гибель, но не сможет ничего предпринять. О, как бы я хотела посмотреть на его лицо, когда он всё осознает! «Только бы раньше времени. Со страху. Не помер!» – хохотал и куражился Злость. – Это можно устроить, – повёл плечами Луканис; ему стоило одного дня и пары записок заполучить приглашения для и Виаго с Тейей тоже. Кстати, о Виаго: четвёртая часть плана безраздельно отошла к нему на правах мастера ядов. Как выяснилось, Алехандро со знанием дела вложился в охрану своего особняка, а ещё обязательным условием для посещения бала сделал отсутствие при гостях любого оружия. Значит, придётся изворачиваться. – После того, как яд попадёт в кровь Алехандро, у вас будет около получаса, – сообщил Виаго, протягивая Луканису маленький металлический футляр в виде воронова крыла. Внутри на подложке из красного бархата лежала длинная тонкая иголка с набалдашником – крошечным вороньим черепом. – Если мы хотим не просто умертвить его, но и сделать всё, чтобы его наследство попало в правильные руки, нужно, чтобы у него осталось время привести твою очаровательную спутницу, куда следует. Кстати, кто она? – Родственница Рука по линии жены. – Луканис внимательно рассмотрел иглу, раздумывая, куда бы получше (и побезопаснее) будет её спрятать. – Никогда не слышал, чтобы у покойной Констанции были родственницы в рядах Воронов. – Именно поэтому я её и выбрал. – Хм… Наконец, ради исполнения пятой части плана как раз и пришлось вновь обратиться к Руку – на этот раз ради того, чтобы Микеле де Рива связался с той самой таинственной родственницей и пригласил её на бал от имени внука Первого Когтя. Как выяснилось, дама была польщена приглашением и очень быстро ответила согласием. – Они с Констанцией так похожи, – рассказывал Микеле, когда они с Луканисом пили кофе в «Кафе Пьетра» за пять дней до бала. – Мы редко видимся, но каждый раз, когда я с ней встречаюсь, мне кажется, что моя жена восстала из мёртвых и помолодела лет на двадцать. – Выходит, ей и есть лет двадцать? – Она всё-таки старше моего сына. Может быть, ей где-то к тридцати. Невежливо интересоваться о возрасте дамы, сам понимаешь. Луканиса это немного утешило. Привлекать к такому делу вчерашнего Воронёнка было бы рискованно. – И всё-таки, как я её узнаю? – У Констанции в роду все рыжие, высокие и красивущие как демоны желания. Ты её ни с кем не спутаешь. – Звучит обнадёживающе, – рассмеялся Луканис, мысленно надеясь, что Нэв не будет против, если на один вечер главной женщиной в его жизни будет не она. – Особенно, видимо, для Злости. Внутренний демон молчал. Он притаился и ждал своего часа.***
Праздничный вечер начался замечательно: Тейя приехала самой первой и к прибытию Луканиса уже успела увидеть хозяина дома, так что теперь пребывала в замечательном настроении. – Его страх за милю почуять можно. Говорят, он всю неделю на нервах и с недавних пор просто терпеть не может кукольный театр, – подмигнула она Луканису, едва тот вошёл в просторный зал, погружённый в полутьму. Под высокими потолками, до которых едва бы дотянулись и пять вставших друг на друга Луканисов, левитировали, мерно покачиваясь в воздухе, сотни свечей. Свет от них бликовал на позолоченной лепнине, плясал расплывчатыми отражениями по мраморному полу в чёрно-белую клетку, и из-за этого казалось, что всё помещение сверкает и искрится, но полностью всё равно не освещено. Это было сделано специально – чтобы гостям в масках тяжелее было узнать друг друга. «Как Тень», – поделился Злость: «Неясное место. Опасное». Луканис внимательно осматривался по сторонам и аккуратно нащупал приколотую на ворот рубашки ядовитую иглу – накануне он специально снял один из вороньих черепов со своей любимой цепочки и в одно из звеньев продел иголку, которая заканчивалась точно таким же черепком. Виаго продумал всё. Благодаря его маленькому изобретению Луканис без проблем миновал охрану. – А где Виаго? – Разведывает пути к отступлению снаружи. Он скоро будет. Рук уже на месте? – Да. Они с Хардинг и Даврином уже должны были проникнуть на базу Антаама, — кивнул Луканис, всё ещё изучая гостей. Где же обещанная рыжеволосая красавица, которая должна помочь ему устранить Алехандро Уртадо де Риальто?.. – Создатель милостивый, – вдруг ахнула Тейя. – Ты только взгляни… Кажется, это к тебе. Луканис обернулся ко входу и раскрыл рот от изумления. По лестнице, которая вела к широко распахнутым дверям в зал, поднималась высокая женщина в пышном платье насыщенного тёмно-лилового цвета, расшитом чёрными и серебряными нитями. Из-за многослойной юбки в пол казалось, что она не вошла, а вплыла в помещение, легко маневрируя между многочисленными парами. Глубокое декольте выгодно подчёркивало небольшую, аккуратную грудь, длинные волнистые рыжие волосы струились по оголённым плечам, а длинную лебединую шею украшало серебряное колье с крупными сапфирами. Такой же камень красовался в серебряной оправе кольца на безымянном пальце её правой руки. – Господин Делламорте? При виде Луканиса её тонкие алые губы растянулись в лукавой улыбке. Как бы Луканису ни хотелось, разглядеть верхней половины её лица он не мог, хотя чёрная маска с редкими, почти призрачными фиолетовыми узорами казалась почти невесомой. Лицо самого Луканиса скрывала плотная маска с вороньим клювом, а к его плащу, надетому поверх парадного костюма, крепились эполеты с перьями, но узнать его ровно поэтому и было несложно. Составить же полноценное впечатление об облике красавицы у него не вышло — она казалась одновременно знакомой и незнакомой. Луканис поклонился и протянул ей руку. – К вашим услугам, госпожа..? – Он осёкся, осознав, что не знает её имени. – Де Рива. Этого будет достаточно. – Мраморно белая тонкая рука с массивным кольцом на безымянном пальце легко и непринуждённо легла в его ладонь. – Я вас оставлю, – шепнула Тейя и отправилась ко входу встречать Виаго. Заиграла музыка, и очарованный Луканис вместе с таинственной красавицей закружились в танце. – Вы великолепно выглядите, госпожа де Рива, – поспешно сделал комплимент Луканис. – Как мило. Благодарю вас, друг мой. Вы уже видели хозяина дома? – поинтересовалась его спутница, и Луканис мигом отметил её холодный, расчётливый взгляд, который внимательно изучал зал. – Боюсь, что нет. – Ах, полагаю, это он нас боится, – тихо рассмеялась де Рива; Луканису казалось, что рядом с такой женщиной он со своим маленьким ростом смотрится нелепо, и это-то при том, что сапоги на нём были с небольшими каблуками. – Впрочем, вечер только начинается… Пока мы не заняты общением с нашим дражайшим хозяином, может быть, вы могли бы оказать мне маленькую услугу, господин Делламорте? – А именно? – Луканис насторожился. Злость тоже. Рыжая красавица наклонилась к Луканису близко – очень близко – и прошептала ему прямо на ухо: – Мне всегда хотелось узнать, каково это: танцевать с чужими внутренними демонами. Злость отозвался мгновенно. Луканис попытался сдержать его, но было уже поздно: нестерпимо желая жить и наслаждаться жизнью, Злость взмахнул крыльями, как раз когда танцующая пара выплыла на середину зала, и им повезло, что гости сочли секундное появление теневых крыльев всего лишь вычурным магическим эффектом. – Как захватывающе. – Наконец у красавицы де Рива загорелись глаза, но в этом огне можно было запросто сгореть. – Ещё немного, друг мой. Я дам вам знать, когда остановиться. Танца Луканис не запомнил; только лиловый морок, только беспорядочные блики, только жадный, ненасытный взгляд женщины, которая кружилась вместе с ним в едином порыве. Когда её удивительно холодная ладонь коснулась его щеки, чтобы разбудить его и усмирить Злость, это было сравнимо с ведром холодной воды, которое тебе вылили прямо на голову посреди безмятежного крепкого сна. – Пора, мой друг, – шепнула де Рива. – Представьте же меня скорей хозяину дома. – У вас есть план на случай, если что-то пойдёт не так? – поинтересовался Луканис у рыжей красавицы. – Не тревожьтесь об этом. – Де Рива быстро показала ему, что кольцо её при нажатии скрытого поршня легко открывалось и закрывалось как крохотная шкатулка, в которой пряталось опасное тонкое лезвие. – Скорее же познакомьте нас! Луканис ловко отстегнул цепочку с ворота вынул из него отравленную иглу. – А, мой дорогой почётный гость! – Алехандро Уртадо де Риальто уже и сам спешил к ним, и Луканис сразу понял, что его бегут умасливать и задабривать, настолько старый пройдоха давил из себя натужную радость. – Создатель милостивый, какая красавица с вами приехала, господин Делламорте… – Добрый вечер, Алехандро, – сдержанно кивнул Луканис. – Госпожа де Рива, позвольте представить вам нашего доброго друга, Алехандро Уртадо де Риальто, богатейший купец величайшего порта в Тедасе. – Польщён, польщён. – Алехандро мигом припал к ручке рыжеволосой бестии, а та улыбалась с холодным, бесстрастным взглядом, изображала восторг всем, кроме глаз. – Должен сказать con la mano en el corazón, я никогда ещё не встречал такой прекрасной женщины! Я просто обязан пригласить вас на танец, госпожа де Рива… – Я вас оставлю. – Луканис задержался всего на долю секунды, чтобы вежливо склонить голову перед хозяином дома, но игла уже сделала своё дело. Толстокожий, полный Алехандро, полностью поглощённый созерцанием его спутницы, ничего не почувствовал. – У вас полчаса, – шепнул Луканис, проходя мимо де Ривы. Она едва заметно кивнула. Спустя ещё один танец, который Луканис якобы проскучал (а на деле внимательно следил за рыжеволосой красавицей и Алехандро), пришло время уезжать — как только хозяин дома умыкнул его спутницу из бальной залы, Луканис сделал вид, что уезжает без дамы.***
Переодевшись в «Бриллианте» Кантори, Луканис отправился дальше по улицам Тревизо и в какой-то момент, остановившись на мгновение, сверился с городскими часами. Без пяти полночь. Через пять минут Алехандро Уртадо де Риальто умрёт от сердечного приступа, вызванного неизвестным ядом, который приготовил лично Виаго специально для этого случая. Через пять минут рыжеволосая красавица де Рива заберёт из его кабинета завещание, а также все документы, которые имеют отношения сотрудничеству с Антаамом и контрабандным перевозкам камека. Через пять минут на крыше её будут ждать Виаго и Тейя, чтобы безопасно увести её из особняка, получить от неё все бумаги и больше никогда её не увидеть. Через пять минут он уже будет на базе Антаама и присоединится к Руку и остальным, чтобы раз и навсегда покончить с губернатором Ивенчи. «Через пять минут прольётся кровь!» – грохочет Злость, предвкушая уже второе развлечение за эту долгую, насыщенную ночь. А Тревизо, вопреки недавним печальным событиям, всё равно находит в себе силы праздновать, и в окнах домов до раннего утра слышатся громкие голоса и горит свет.
