Прах звёзд

Двигаясь между искрящимися панелями и остатками боевых действий, он осматривал инженерный отсек с почти болезненной тщательностью. Каждое движение было выверено, каждая тень оценивалась с холодным расчётом. Его разум, привыкший к логическим выкладкам, был перегружен фактами и вероятностями: перегрузка систем, остаточная радиация от взрывов, стратегическое расположение горнов. Однако всё это отступало на второй план перед единственным вопросом — где Венера? Его взгляд, острый и цепкий, наконец выхватил её силуэт среди хаоса. Она прижалась к одному из грузовых контейнеров, словно пытаясь стать его частью. Её тело было напряжено, руки прижимали бок, где темнело пятно крови. Фазеры горнов периодически вспыхивали вокруг, и каждое попадание, пусть и не направленное в неё, казалось Солкару ударом. Он заметил, как её плечи вздрагивают, но даже сейчас она сжимала в руке обломок трубы — её единственное оружие в этом неравном бою. На мгновение Солкар замер. Его разум осознавал её физическое состояние: кровопотеря средней степени, вероятная травма рёбер или внутренних органов, судя по её сгорбленной позе. Однако было нечто большее, чем медицинский анализ. Он почувствовал, как нечто глубокое и инстинктивное прорвалось через броню логики. Страх. Не за себя, не за успех миссии, а за неё. Это было нелогично. Его внутренний голос тут же поднял волну возражений. Он знал, что страх — эмоция, лишённая конструктивной ценности. И всё же, стоя там, на фоне ритмичного гула тревожных сигналов и разрядов фазеров, он не мог оторвать взгляда от её лица. Венера подняла глаза, и их взгляды встретились. В этом коротком моменте было больше, чем он мог осознать. Солкар быстро взял себя в руки. Он сделал знак одному из бойцов, чтобы прикрыть его, и начал продвигаться к ней. Его движения оставались столь же точными, но внутреннее напряжение возрастало. Каждый шаг, каждое движение казалось бесконечным — словно пространство между ними растягивалось. Подобравшись ближе, он увидел, как Венера пытается собраться с силами. Её дыхание было прерывистым, лицо бледным, но глаза горели упрямством. — Венера, вы ранены. — Его голос звучал ровно, но в нём было что-то, что она уловила. — Солкар... не сейчас. Системы... Я всё ещё могу... — Она попыталась подняться, но тут же пошатнулась, схватившись за контейнер. Он без лишних слов оказался рядом, обхватив её одной рукой, чтобы поддержать. Её тело казалось удивительно хрупким, но в её движениях всё ещё была сила. Он ощутил её дрожь и жар от раны, который не укрылся от его острых чувств. — Ваше состояние нестабильно. — Его голос был жёстче, чем он планировал, но это было не от упрёка, а от того, что внутри него всё кипело. Она подняла на него взгляд, и в её глазах было что-то большее, чем боль или страх. — Спасибо... — прошептала она едва слышно. Но времени на ответы не было. Горны начали перегруппировку, их резкие выкрики и шаги становились ближе. Солкар оглянулся, мгновенно оценивая ситуацию. Он понимал, что их шансы выбраться уменьшаются с каждой секундой. Инженерный отсек охватывало тревожное напряжение. Вокруг мигали красные индикаторы, сигнализируя о начале необратимого процесса. Тревожный гул системы самоуничтожения усиливался, отражаясь в металлических стенах и добавляя давящего ощущения катастрофы. Венера, опираясь на одну из панелей, сдерживала боль от ранения. Её голос звучал устало, но уверенно: — Горны вмешались в главный контроллер. Они запустили протокол самоуничтожения. У нас есть всего несколько минут, чтобы остановить это. Солкар взглянул на неё, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на тревогу. Он молча подошёл к терминалу, активируя свои устройства. — Укажите на точки доступа, которые были модифицированы, — сказал он ровным тоном. Венера указала на панель энергоснабжения и вспомогательные терминалы системы охлаждения. Её инженерный опыт подсказывал, что горны использовали цепь байпасов для активации протокола. Она зажала рану на боку, но продолжила работать, вынимая инструменты из пояса. — Если мы сможем разорвать связь между управляющим ядром и аварийной системой, процесс должен остановиться. Но у нас мало времени. — Она бросила быстрый взгляд на обратный отсчёт, который неумолимо приближался к нулю. Солкар, не отрываясь от терминала, быстро оценивал ситуацию. Его логический анализ позволил моментально выстроить план действий. — Я перенаправлю энергетический поток через изолированные каналы. Это замедлит процесс, но для окончательной деактивации потребуется перезагрузить главный процессор. — А чтобы добраться до него, придётся отключить аварийные замки вручную, — добавила Венера, уже прикидывая, как добраться до панели под напряжением. Они начали действовать синхронно, как единый механизм. Венера сосредоточенно работала с энергосистемами, её руки ловко управлялись с инструментами, несмотря на дрожь, вызванную болью. Каждый раз, когда искры сыпались с повреждённых кабелей, она отступала лишь на мгновение, а затем продолжала. — Ты рискуешь получить серьёзный разряд, — заметил Солкар, мельком глядя на неё. — Сейчас это не важно, — коротко ответила она. Солкар вернулся к своим задачам, но его взгляд периодически возвращался к ней. Он не мог позволить себе отвлекаться, но её состояние вызывало в нём нехарактерное беспокойство. Логика диктовала сосредоточиться на предотвращении взрыва, однако внутри него возникало иррациональное желание защитить её. Тревожные сигналы усилились, когда они подошли к завершающему этапу. Венера указала на терминал, который теперь мигал жёлтым светом: — Здесь замкнуты основные цепи. Если я отключу их вручную, мы сможем обойти блокировку. — Это небезопасно, — ответил Солкар, останавливая её. — Ничего нового, — она попыталась улыбнуться, но её лицо исказилось от боли. Солкар на мгновение замер, как будто анализировал не только её слова, но и её выражение. Затем он быстро активировал свои инструменты. — Позвольте мне. Ваше состояние снижает вероятность успеха. Его голос звучал холодно, но в его действиях сквозила забота. Венера наблюдала за ним, тяжело дыша. Она заметила, как его действия, внешне механистичные, становились чем-то большим. Каждый раз, когда рядом с ней падала искра или обрушивался кусок панели, он мгновенно реагировал, как будто защищал её. Обратный отсчёт подошёл к критической отметке. Солкар завершил размыкание цепей, и система замерла на последних секундах. Громкий сигнал прекратился, красный свет сменился на зелёный. Тишина, наступившая после напряжённого гула системы, показалась почти осязаемой. В этот момент из динамиков инженерного отсека раздался голос с мостика: операция завершена, а федеративный флот успешно нейтрализовал оставшиеся горнские суда. Командир подтвердил, что пленные взяты под стражу, а угроза кораблю устранена. Они остались стоять, переводя дыхание. Венера прислонилась к ближайшей панели, её плечи опустились, но взгляд оставался твёрдым, несмотря на боль. Солкар медленно выпрямился, его взгляд скользнул к её боку, где на ткань формы проступило пятно крови. — Ваша травма требует немедленной медицинской помощи, — произнёс он. В его голосе звучала привычная вулканская сдержанность, но тон был чуть мягче, чем обычно. Венера слабо усмехнулась, убирая волосы с лица дрожащей рукой. — Спасибо, что спас нас, — произнесла она, слегка задыхаясь. — Даже если ты всё ещё притворяешься, что тебе всё равно. Солкар на мгновение задержался взглядом на её лице. Его разум говорил, что нужно незамедлительно сообщить медицинскому персоналу, но что-то в её состоянии заставило его действовать иначе. Не говоря ни слова, он подошёл ближе, аккуратно наклонился и поднял её на руки. — Это не требуется, — начала Венера, но её голос был слабым, а попытка сопротивления — едва заметной. — Ваша мобильность ограничена, а дальнейшая потеря крови недопустима, — чётко ответил Солкар, направляясь к выходу из инженерного отсека. Его движения оставались уверенными и плавными, как будто вес её тела был ничтожным, а внешние обстоятельства больше не представляли угрозы. На палубе было тихо. После прибытия подкрепления Федерации и успешной нейтрализации горнов экипаж уже возвращался к своим обязанностям. Несколько офицеров встретили Солкара с удивлёнными взглядами, но ни один не осмелился что-либо сказать. Венера, глядя на его сосредоточенное лицо, попыталась нарушить молчание. — Ты, кажется, немного вышел за пределы протокола. Он не отвёл взгляда от своего пути. — Вулканцы действуют рационально. Ваше состояние требует немедленной помощи. Венера позволила себе слабую улыбку. Солкар остановился у дверей медицинского отсека, которые раздвинулись с лёгким шипением. Медики тут же подбежали, принимая её из его рук. На мгновение он задержался, наблюдая, как её укладывают на биокровать, как один из врачей вводит регенеративн ый препарат. — Ваш вклад был существенным, — сказал он, прежде чем развернуться и выйти.