Till On Ice

На следующий день Тилл словно парил в воздухе. Он выиграл золото. Настоящую золотую медаль на соревнованиях. Да, это были юниоры, и он формально давно вышел из этого возраста, но он также поставил личный рекорд. Он был на седьмом небе от счастья. А ещё — его любимые люди пришли поддержать его: Мизи, Суа... и теперь Иван. Что удивительно — Тилл чувствовал себя... спокойно? при мысли о том, что влюбляется в Ивана. Он был напуган, не поймите неправильно, но... Иван всё это время был рядом. Помог справиться с панической атакой, помогал улучшать прыжки, прекрасно ладил с Мизи и Суа (а это, между прочим, критически важно), да и даже встал на его защиту перед Ураком. Именно это поразило его больше всего. Он, конечно, не ожидал, что Иван просто будет сидеть и молча наблюдать, как его унижают, но уж точно не предполагал такой резкой перемены в его поведении. Он всё чаще вспоминал, как крепко Иван обхватил его за талию… Он сидел посреди кровати, в каком-то странном трансе. Мозг бешено перебирал сотни моментов, в которых он чувствовал что-то странное по отношению к Ивану. Теперь всё вставало на свои места. Даже забавно, если подумать. Стук в дверь вырвал его из размышлений. Он вскочил и открыл — и тут же оказался в объятиях своей подруги с розовыми волосами. За ней, разумеется, шла Суа. Он сам пригласил их — хотел поговорить о том, что творилось у него в голове. — Мы принесли снеки!! — с энтузиазмом воскликнула Мизи, потрясая пакетом из круглосуточного с кучей сладостей и закусок. Суа выглянула из-за неё и, ничего не говоря, подняла в руках пакет с напитками. — И попить тоже. — С её губ сорвалась лёгкая улыбка. Люди её побаивались, но на самом деле, если узнать её поближе — она просто обычная девушка. Молчаливая, как и Иван, кстати. Тилл на секунду задержал на ней взгляд, потом впустил обеих внутрь. Они втроём сели на пол, раскладывая лакомства. Мама Мизи, как оказалось, тоже собиралась принести им парочку горячих булочек и охлаждённого чая. Сначала они обсудили стандартные вежливые темы — как дела, что нового, что ели сегодня и прочее. Но вскоре воцарилась тишина. Тилл глубоко вдохнул, сцепил пальцы и, отведя взгляд в сторону, пробормотал: — Я, э-э, кажется, влюбляюсь в Ивана. После этих слов он закашлялся, пытаясь спрятать лицо в руках. Глаза Мизи округлились, а потом она расплылась в широченной ухмылке. — ТАААК! Вот ты и осознал. Серьёзно? Только сейчас понял? Чувак, ты влюбляешься в него с того момента, как вы встретились… снова. Тилл слегка нахмурился от слова «снова», но решил, что она говорит про финал Гран-при. Там у них действительно были пару пересечений, но тогда он был совсем не в форме. Он старательно игнорировал подколки Мизи, нервно ковыряя ногти. — А… что мне теперь делать?.. — Голос был тихим, почти застенчивым. Мизи и Суа переглянулись — таким милым он был редко. Мизи задумчиво постучала пальцем по подбородку: — Ну, ты можешь просто сказать ему. Но я знаю, что ты этого не сделаешь… Хм-м-м… Суа тоже задумалась. — Подождите… — подала она голос, мягкий и спокойный, как всегда. — А если собрать всех за ужином? Глаза Мизи засветились. — Точно! Отличный повод! Устроим мини-праздник по случаю твоего первого золота! И Иван будет, и все остальные! Тилл приосанился — идея ему явно понравилась. — Я всё ещё думаю, что тебе стоит просто признаться, но давай хотя бы проведём вместе побольше времени! — Мизи хлопнула в ладоши. Они тут же накидали план, кого пригласить, позвонили и договорились: ужин — в выходные. Мизи и Суа вызвались позвать Лука и Хёну, а вот Тилл должен был сам пригласить Ивана. Он достал телефон и пролистал контакты до Ивана. Усмехнулся: в имени было столько эмодзи, что всё выглядело нелепо и… очаровательно. Тилл не стал менять. Открыв чат, он заметил, что последним сообщением была фраза «позвони, если что-то случится». Сердце сжалось. Он быстро набрал: Тилл: «эй иван, эм… мизи и суа попросили меня пригласить тебя на ужин в выходные, будем отмечать моё первое золото лол. мы позвали лука и хёну, ну и мизисуа, само собой. пойдёшь?» Он нажал «отправить» и тут же положил телефон, решив не сходить с ума, пока ждёт ответа. Но не успел он и пару слов сказать девочкам, как телефон завибрировал. 😘😘 ivan 😘😘: «Конечно, Тилл. Я буду.» Тилл на секунду завис. Так быстро? И без всяких сомнений? Сердце застучало чаще. — Иван будет. — пробормотал он, стараясь не смотреть на глупую ухмылку Мизи. — «Он меня не любит» — кто ж так быстро отвечает на сообщения, если не любит? — с издёвкой повторила Мизи его прежние слова. Тилл покраснел, закрывая лицо ладонями, а девочки рассмеялись. Остаток вечера прошёл весело и как нельзя лучше. Они сплетничали про других фигуристов, обсуждали свои программы. Мизи жаловалась, что журналисты снова лезут с расспросами о её отношениях, но все знали — Мизи и Суа неразлучны. Оставшаяся неделя пролетела, как в тумане. Вечером у Тилла были тренировки с Иваном, и хотя он теперь понимал, что влюблён, всё проходило... на удивление нормально. Хотя Тилл чувствовал себя, как бомба с часовым механизмом. Иван, похоже, не обращал внимания на его нервозность — наоборот, чаще улыбался и стал как-то… смелее в прикосновениях. Что, разумеется, только усиливало смятение Тилла. Казалось, Ивану даже нравилось, как он краснеет и теряется. Наконец настал вечер ужина. Тилл уже десятый круг ходил по комнате. Ужин не был формальным, но выглядеть хотелось достойно. Он выбрал обычную чёрную футболку, заправленную в чёрные джинсы — просто, но в его стиле. Привёл в порядок волосы, но не стал менять привычную укладку — не хотел, чтобы друзья дразнили за то, что «старается». Примерно через час Мизи написала, что они выходят. Тилл быстро написал Ивану: «мы выходим, увидимся там!» — и почти сразу получил ответ: обычный смайлик. — Пфф. Чудак, — пробормотал он с улыбкой и вышел из дома. И тут же — как назло — на встречу шёл Иван. Слегка растерявшись, Тилл убрал телефон. — И-Иван?.. Ты что тут делаешь? Он пытался сохранить хладнокровие, но вид Ивана, с аккуратно уложенными волосами и в светлой повседневной одежде, сбил его с толку. Иван подхватил его за плечи, удержав от падения: — Осторожно. Не хватало ещё, чтобы ты упал, — сказал он мягко, его руки будто окутывали теплом. Тилл на секунду даже захотел просто обнять его — так уютно ему было рядом. Он отпрянул, почесал затылок. — Эм, а почему ты здесь? — Проходил мимо, подумал, может, сходим вместе. Или... у тебя уже были планы? И в голосе будто проскользнула неуверенность. Тилл тут же замахал руками: — Нет-нет! Всё нормально!! Голос прозвучал громче, чем нужно, и Иван приподнял бровь. Тилл вспыхнул и прикрыл лицо. — Боже… да, всё хорошо. Пошли! Он схватил его за запястье и потянул вперёд, чувствуя, как дрожат пальцы. И вдруг — Иван мягко освободил руку и переплёл их пальцы. Тилл снова покраснел. Да он просто жалок. Они шли молча, держась за руки, и всё же Тиллу было спокойно. С Иваном он чувствовал себя в безопасности, будто впервые за долгое время мог расслабиться. Когда они подошли к ресторану, Иван отпустил его руку. С одной стороны — облегчение. С другой — пальцы словно остыли. Он бы с удовольствием продолжал держать его за руку, но не хотел лишних вопросов, особенно от Хёны — та могла начать. Войдя, они заметили свою компанию. Мизи сияла, Хёна приподняла бровь, а Суа с Лука просто молча уставились на них. Тилл быстро уселся рядом с Мизи: — П-привет. Все уже здесь, так быстро, хех… И поприветствовал Луку и Хёну с натянутой улыбкой. Иван сел рядом, снял пальто, кивнул всем в знак приветствия, не произнеся ни слова. Неловкость повисла в воздухе, но когда подошёл официант с меню, разговор пошёл оживлённее. Когда им принесли блюда и вино, Мизи подняла бокал: — За первое золото Тилла! Пусть будет ещё много! Все чокнулись, выпили. Потом Лука заговорил: — Кстати, Тилл. Твоя новая программа — Unknown Till the End — как ты её придумал? Он чуть наклонился ближе к Хёне, та не отстранилась. Тилл отвёл взгляд от Ивана, слегка покраснев. — Ну, я всегда интересовался музыкой, но не было шанса что-то своё написать… — он замялся, отпил глоток вина. — …и вдохновился одним фигуристом, за которым давно слежу. Он сам сочинил потрясающую программу, и я решил попробовать. Он поспешил сделать ещё один глоток. Терпимость к алкоголю у него была низкая, так что напиваться не стоило… Хёна громко рассмеялась и закинула руку на спинку стула Луки: — Тилл, ты просто убиваешь меня. Но программа действительно отличная. Рада, что тебе наконец дали свободу написать её. Она не имела в виду ничего плохого, но за столом повисла тишина. Все невольно вспомнили, как раньше Тилла держал на коротком поводке Урак. Неожиданно для всех Иван поставил свой бокал с вином на стол с глухим стуком. — Он ещё и тренируется не покладая рук. За такое короткое время он так далеко продвинулся. Настоящий прорыв. Говорил он чётко и спокойно, и Тилл снова отвёл взгляд. Мизи тут же поддержала: — Согласна! Он же на банкете на финале Гран-при в прошлом году был таким зажатым и молчаливым! Тилл, почувствовав укол в адрес себя, подал голос: — Только не напоминай. Я ведь реально всё время от всех шарахался, да? Он выдохнул — почти со смехом. И вдруг заметил, что за столом воцарилась полная тишина. Он поднял глаза от тарелки — и увидел на лицах всех гостей недоумение и лёгкий шок. Даже Иван и Суа выглядели так, будто увидели привидение. — …Что?.. — Мизи уставилась на него, прищурившись. — Тилл… милый… Ты что, не помнишь?.. — От её взгляда у него внутри всё похолодело. Он никогда не должен был это поднимать. Медленно он покачал головой. — Всё, что я помню — это как я был в депрессии из-за проката и начал осушать бокал за бокалом. А потом как-то добрался домой… — Тилл почесал затылок, чувствуя себя немного неловко. Что же он такого сделал, что все теперь так удивлены, что он этого не помнит? Хёна тем временем уже заходилась в смехе и не могла остановиться. Лука и Суа только качали головами. А Иван продолжал сверлить его взглядом своими тёмными глазами. Мизи тяжело вздохнула и наконец выложила правду: — Тилл. Ты напился вусмерть. Ты улетел в космос после… ну, трёх бокалов? Потом тебя просто понесло. Ты пытался устроить драки с другими фигуристами. Ты подошёл к Луке с Хёной и буквально сказал им: «Соберитесь уже и начните встречаться!» Она сделала паузу, давая Тиллу немного провалиться сквозь землю — что он и начал делать, судя по выражению лица. — А я ещё не закончила. Потом ты начал рыдать из-за того, как мила я с Суа, и умолял нас «перестать быть такими чёртовски милыми». А потом ты подошёл к самому мистеру Ивану и… Тилл резко закрыл ей рот рукой. Он чувствовал, что лучше не знать. Но, увы, за нее договорил Иван. — …и сказал мне, что я «ужасно талантлив и что это преступление — быть таким красивым». Всё. На этом жизнь Тилла официально закончилась. Он покраснел до корней волос и спрятался за руками. — Я больше никогда не буду пить, — пробормотал он, не отнимая ладоней от лица. Он сидел так довольно долго, пока остальные продолжали веселиться. Он чувствовал себя чудовищно неловко — особенно оттого, что он сказал Ивану, что тот красивый. Причём не наедине — а перед всеми. В частной беседе это ещё можно было бы как-то списать… но так?.. Чёрт. Он даже не заметил, погружённый в свои мысли, как близко к нему сидел Иван. Их бёдра почти соприкасались. Он не заметил и того, что рука Ивана лежала у него на бедре, мягко рисуя круги, словно стараясь его успокоить. При этом сам Иван продолжал беседу с остальными, ничем не выдавая своего прикосновения. Ужин наконец подошёл к концу (СЛАВА БОГУ), и все начали прощаться. Тилл почувствовал, что Иван хотел бы его проводить, но, будучи собой — неловким и тревожным, — он быстро попрощался с остальными и буквально сбежал по улице. Обернувшись, он увидел, как фигура Ивана одиноко стоит, глядя ему вслед. Оказавшись на безопасном расстоянии, Тилл согнулся пополам. Спрятал лицо в ладонях, вжался в себя. Это значит, что он назвал Ивана «красивым»… уже дважды. ДВАЖДЫ. Боже, какая жуть. Он знал, что уже признал свои чувства к Ивану, но… Чёрт. Это оказалось куда сложнее, чем он думал. С Мизи ведь всё было не так сложно, правда? Всё с ней было таким естественным. Может, потому что они выросли вместе. Всё время проводили втроём, и даже когда он влюбился в Мизи, они почти никогда не оставались наедине. Через какое-то время он наконец выпрямился и поплёлся домой. Механически поздоровался с соседями, пробормотал что-то и бросился в ванную. После сегодняшнего ему был жизненно необходим горячий источник. Откинувшись назад в ванне, он начал думать о своей жизни.