Аппаратные неполадки (Г.Г. Гаррисон)
29 ноября 2024 г., 15:47
…Космопорт на Альфе Центавра считался самым паршивым местом во всей Галактике, если не считать столовой Космического Легиона в понедельник. Механик второго класса Джим «Отвертка» О’Тул как раз заканчивал очередную смену в шестом доке, когда заметил, что его антигравитационный ключ на 49 с половиной исчез. Опять.
— Чтоб тебя черти драли, Свен! — пробормотал Джим, направляясь к каюте старшего инженера. Свен Йоргенсон, белобрысый гигант с Новой Швеции, имел привычку «одалживать» инструменты, а потом «забывать» об этом.
Дверь каюты отъехала в сторону с противным скрипом (который Свен якобы не мог починить уже третий месяц), являя взору самого старшего инженера, склонившегося над какой-то схемой.
— Йоргенсон, верни мой чертов ключ, или я… — начал Джим и осекся. То, над чем склонился Свен, было вовсе не схемой. Это была голограмма из последнего номера «Горячие Шлюзы Ориона», того самого, который капитан официально запретил, но тайно коллекционировал.
— О, Джимми, — Свен выпрямился во весь свой двухметровый рост. — А я как раз думал о тебе.
— Да? — Джим сглотнул. В каюте вдруг стало очень жарко, хотя термостат показывал стандартные 20 градусов по Цельсию.
— Знаешь, эти новые гидравлические системы… — Свен подошел ближе, от него пахло машинным маслом и чем-то неуловимо мужским. — Они требуют особого… обращения.
— Какого еще обращения? — просипел Джим, чувствуя, как его приборная панель начинает давать сбои.
— Вот такого, — прошептал Свен, и его губы накрыли губы Джима. На вкус они были как смазка для двигателей высшего класса — терпко и почему-то с привкусом клубники.
Они рухнули на койку, которая тут же издала предупреждающий сигнал о превышении расчетной нагрузки. Руки Свена, способные голыми пальцами согнуть титановый стержень, теперь ласкали Джима с неожиданной нежностью.
— Компьютер, активировать протокол 'Не беспокоить', — выдохнул Свен между поцелуями.
— Протокол активирован, — отозвался компьютер с явным ехидством в голосе. — Включить романтическую музыку?
— Заткнись! — хором ответили оба.
Одежда летела на пол, как детали при разборке старого звездолета — хаотично и бесповоротно. Форменные брюки Джима каким-то чудом оказались на лампе, отбрасывая на стены причудливые тени.
— Сейчас я покажу тебе, как работает шведский поршень, — прорычал Свен, нависая над Джимом.
— Надеюсь, у него хорошая смазка, — выдохнул тот в ответ.
Первый толчок заставил койку издать такой скрип, что где-то в коридоре проснулся бортовой кот и в панике бросился к спасательной капсуле.
— О боже… тоесть, о Великий Космос… — стонал Джим, цепляясь за плечи Свена. — Глубже… то есть, выше… то есть… ах!
— Внимание, — вдруг раздался голос корабельного компьютера, — фиксируется аномальная вибрация в каюте старшего инженера. Возможно землетрясение. Напоминаю, что мы в космосе, и здесь не бывает землетрясений.
Но им было уже не до компьютера. Ритм их движений ускорялся, как перегретый двигатель на форсаже. Все датчики в каюте зашкаливало.
В момент кульминации Свен выкрикнул что-то на шведском, подозрительно похожее на инструкцию по сборке мебели из ИКЕА. Джим ответил длинной тирадой технических терминов, большинство из которых были анатомически невозможны.
После они лежали, тяжело дыша и глядя в потолок, где мигала лампочка системы пожаротушения, явно сбитая с толку повышенной температурой их тел.
— Знаешь, — сказал наконец Джим, — я, кажется, забыл, зачем пришел.
— А я нашел твой антигравитационный ключ, — усмехнулся Свен, доставая искомый инструмент из-под подушки. — Может, повторим… калибровку?
В этот момент в дверь постучали.
— Эй, Свен! — раздался голос капитана. — Ты не видел последний номер 'Горячих Шлюзов Ориона'? Чисто для технического анализа, конечно…
Примечание: Все совпадения с реальными механиками, инженерами или представителями Новой Швеции случайны. Никакие гидравлические системы при написании рассказа не пострадали.
