Случайная встреча

      День за днём пролетали в делах, бегая в университет, а потом прибегая на мост, Зофия проникала всё глубже в Производства, наблюдая за их жизнью. Не всегда время позволяло спускаться, но, практически ежедневно, Зофи сидела с Мэй допоздна, рассматривая небо и воду, обсуждая всё, что могло прийти в голову.       Мэй не скупилась на рассказы о быте, показывала заброшенные и восстановленные людьми места, приводила на улицы, которые сияли ярче, чем весь верхний район. Чем больше Зофия видела это, чем глубже знакомилась с жизнью, тем отчётливее понимала, что разруха и грязь — не желание людей, а факт их действительности, нехватки адекватного управления и отсутствия воровства на рабочих местах. Ведь улочки и дворы, где всем заправляли люди, а не бюрократы, были чисты и уютны. На них играла музыка, подавались вкусные напитки и еда, велись громкие, яркие разговоры на любые темы. Грязь окружающей действительности будто не попадала в такие тёплые и безопасные места.       Богатые районы казались всё более бездушными и, хоть и чистыми внешне, грязными внутри. Поддержание всех светских бесед, ни о чём, давалось всё сложнее, создавалось впечатление потери времени, которое можно было бы провести в более приятной компании.       Взбежав по мосту, Зофи прошла мимо поста полиции и, махнув компании приятелей Мэй, прошла на другую сторону реки. Мэй ожидала её там, получая плату за очередной заказ.       — Ну, Принцесса, не забывай, это — исключительный момент. Встречаться мы продолжаем у поста. Пойдём, нас ждут Производства, — Мэй улыбнулась, и сердце Зофии запнулось, при взгляде на эту улыбку. Казалось, что где-то внутри пропустили удар, а потом начали нагонять разрушенный, но некогда чёткий, ритм, — Всё в порядке? Ты вся покраснела.       — Нет, всё хорошо, пойдем, — Выдохнула Зофи, притягивая ремень сумки к своей груди, стараясь незаметно нажать кулаком в район непослушного сердца.

***

      Улица сменялась улицей и, поворот за поворотом, девушки углублялись в Производства. По краям дорог начали чаще мелькать лавки и пекарни, забегаловки и бары, люди зазывали к себе, предлагали скидки и интересный товар, кричали и торговались на перебой. Но повернув на очередную улицу, даже Мэй дёрнулась от того, что увидела. Вокруг входа в бар лежали ещё живые тела, кто-то пускал слюни, кто-то бился в конвульсиях, а кто-то делал последние тяжёлые вдохи. Из открытой двери, вышибала вытащил очередного бедолагу, лицо которого покрывала сеточка вен, выбрасывая его из помещения на грязную плитку.       — Ещё неделю назад такого не было, — тихо проговорила Мэй, притягивая за запястье Зофи, заставляя девушку идти максимально близко, чтоб никто не тронул её, — Эта фигня слишком быстро распространяется.       — Они тут торгуют наркотиками? — Шепотом спросила Мэй, прижимаясь, не оглядываясь.       — Да, хотя раньше это было приличное место. Давай быстрее отсюда уйдём, ещё кто-то привяжется.       Петляя улицами, девушки вышли к небольшой площади с фонтаном, Мэй оглянулась в очередной раз, выглядя всё мрачнее, и, остановившись перед нерабочим украшением, повернулась к Зофи.       — Что-то не так? — Напряжённо спросила девушка, всю дорогу замечая резкие движения спутницы.       — Девушки, познакомиться не хотите?       — Что ж это такая красавица в нашей дыре делает?       Два парня, преследовали их всю дорогу от притона. Только сейчас Зофи поняла, зачем Мэй так часто сворачивала, петляя узкими улочками и дворами.       — Беги, Принцесса, — кивнула Мэй в ближайший поворот, в ответ получила лишь взгляд напуганных янтарных глаз. Но, развернувшись на каблуках, Зофия сорвалась с места.       Фора была недостаточна, чтоб затеряться, и даже частые повороты — не позволяли сбросить хвост преследования. Свернув ещё несколько раз, в неизвестные направления, Зофия пнула ящики, чтоб замедлить преследователя, но, при очередном повороте, врезалась в стену дома. Тупик, из которого она не могла выбраться. Обернувшись, заметила, что тяжело дышащий парень приближался медленно, будто кот на охоте, старающийся не спугнуть птичку. Зофи даже не прикидывала разницу в росте и весе, не думала, как ей сбежать. Оттянув сумку за спину и просунув в неё руку, незаметно старалась нащупать спасение.       — Я и не думал, что на каблуках можно так быстро бегать, ну ничего, мне понравилось. Ты так и не ответила. Что же такая красавица тут делает? Наверное, деньгами пришла сорить и развлекаться? О тебе уже слухи ходят, какая-то девчонка сверху нервишки себе щекочет прогулками к нам — Ухмыльнулся парень, — Ну ничего, мы поможем пощекотать, больше не будешь сюда спускаться. Пару раз возьмёшь поглубже в рот, пройдёшься по кругу и вернёшься домой.       Тяжело дыша, Зофи расслабила тело, мило улыбнулась, сделав шаг навстречу парню.       — Как жаль, что, слушая слухи, вы даже не пробуете узнать, может дама только этого и хочет, — Прикасаясь к его плечу, промурчала девушка, стреляя глазками, наблюдая за удивлённой реакцией. Грязные ладони схватили её талию, резко притягивая, прижимая к себе. И держать расслабленное лицо, становилось всё тяжелее.       — Как же, значит, мне повезло… — Начал парень, пока его тело не содрогнулось от испуга. Холодный металл обжигал грудь даже через одежду. Зофия продолжала смотреть в его глаза, крепко впиваясь тонкими пальчиками в плечо, не позволяя дёрнуться, взводя курок.       Громкий хлопок выстрела разлетелся по округе. И как только подстреленный сделал неровный шаг назад, Зофи дернулась в сторону, вырываясь из отвратительных объятий. Оттолкнув с пути покачивающегося парня, рассматривающего зияющее в его груди отверстие, девушка побежала обратно к площади, на ходу заталкивая пистолет поглубже в сумку.       — Зофи! — Испуганный крик пролетел над зданиями, позволяя девушке быстрее сориентироваться, на полном ходу вылетая на площадь.       — Мэй, я тут, — Упав на колени, перед сидящей у фонтана девушкой, прошептала Зофия.       — У тебя кровь!       — Это не моя, не моя — Успокаивала она, только замечая кровавые брызги на одежде, содрогаясь и покрываясь мурашками от этого, от понимания, что произошло.       — Ты нашла полицейских? Этот выстрел, я так испугалась, — Притягивая в свои объятия собеседницу, касаясь её рук и спины, чтоб быть уверенной, что она не ранена, причитала Мэй.       — Я не знаю, кто стрелял. Парень был в притык и его пристрелили со спины. Но я цела, всё хорошо. Ты как? — Всё ещё в объятиях выдавила Зофи.       — Нормально, но фингал будет. Это ссыкло убежал, как прозвучал хлопок, — Правый глаз девушки медленно отекал, а белая склера розовела. Аккуратно прикоснувшись ледяными пальцами к тонкой коже, Зофия потянулась, нежно целуя формирующийся фингал.       — Прости, что так получилось. Парень говорил, что обо мне уже ходят слухи. Я привлекла слишком много внимания. И ты за это пострадала, — Пальцы всё ещё лежали на щеке Мэй, мягко поглаживая не идеальную, но такую приятную кожу.       — Здесь по-другому не прожить, Зофи. Я столько раз получала синяки, что это далеко не первый и, скорее всего, не последний. Но его было хоть приятно получить, в надежде, что ты доберёшься до безопасности, — Мэй найдя опору в бортике фонтана, медленно поднялась, и, взяв ладонь собеседницы в свою, помогла ей встать, — Ну вот, замарала сильнее платье, сбила колени. Зачем так падать-то было, особенно на плитку?       — Я переживала за тебя, вообще-то. Выхожу, а ты на земле бледная сидишь. Ну и как это понимать? Вдруг тебя ножом пырнули? — Сжимая пальцы чужой руки, начала пререкаться Зофия.       — Больше так не делай, тебе не стоит так волноваться. Но, спасибо, мне приятно, — Ярко улыбнулась Мэй, вызывая очередной сбой в работе сердца у собеседницы, — Давай зайдём куда-нибудь на обед, заодно приведём тебя в порядок.

***

      Ближайшая забегаловка гостеприимно открыла свои двери для девушек, предложив не только место, но и всё, чтоб обработать сбитую кожу. Сделав владельцу заказ, Мэй опустилась на стул рядом с Зофи, кладя её ногу себе на колени, аккуратно промывая царапины.       — Коленки будут жёлтые, не только от синяков, но и йода.       — Ничего, я люблю жёлтый цвет, — Улыбнулась Зофия.       — Чего ты тогда постоянно в любом цвете, но не в жёлтом?       — Жёлтый — цвет безумия и болезни, у нас все стены больниц в него окрашены. А жёлтые цветы — к расставанию, — Грустно сказала Зофи, — А ты какой цвет любишь? Зелёный?       — Нет, зелёный просто прикольно смотрится на волосах, мало кто захочет из своей причёски сделать куст. Я люблю фиолетовый. Его так мало в нашем мире, да и у вас тоже. А ещё, последнее время, мне начал нравится янтарный, — Выдохнула Мэй, встречаясь взглядами с собеседницей.       — Точно. У меня для тебя подарок, — Зофи аккуратно залезла в сумку, чтоб Мэй не могла подсмотреть, и достала небольшую коробочку. И под удивлённый взгляд протянула её.       — За что это мне? — Снимая крышку, спросила девушка.       — В благодарность за всё. Это янтарь, — На ладони Мэй лежал вощёный шнурок с висящим на нём камне, — Там внутри воздушные полости, из-за которых он будет ярко переливаться.       — Спасибо, я даже не знаю, что ещё сказать…       — Ничего не надо, просто прими.       Две тарелки с едой опустились перед девушками, на что Зофия внезапно нахмурилась.       — Не стоило брать мне еду, я не голодна…       — Тебе надо поесть, ты с самого утра на ногах и с каждым днём выглядишь всё болезненнее. Не беспокойся, это не отрава, и не отвратительно.       — Я беспокоюсь не из-за этого, — Зофи опустила взгляд в похлёбку, налитую в небольшую миску, — Я не могу есть нормально, после еды мне становится плохо и… это рушит все планы на день.       — А почему ваши медики это не вылечат? — Беззлобно спросила Мэй, касаясь горячими пальцами ледяной ладони рядом.       — Потому что они не знают, и никто не знает, кроме Нелли и, теперь, тебя. Когда всю жизнь тебе говорят, что ты недостаточно идеальна, что ты — не красива, как должна. Что всё, что ты делаешь — плохо и неправильно. И ешь ты неправильно, ведь из десяти блюд можешь засунуть в себя только два, а это не прилично, — На янтарных глазах навернулись капли слёз, быстро утертые тонкими пальцами, — И плакать неправильно, ведь это слабость, которую никто не должен видеть. Становится тошно, от всего, от себя в первую очередь.       Мэй напряжённо сидела, держа пальцы девушки в своей ладони.       — Слушай, ты сейчас не в высшем обществе, тут тебя никто не осудит, если ты не запихнёшь в себя всё со стола. Ты можешь поесть, сколько захочешь, а как только наешься, остановиться. Не есть весь день — тоже не выход. Рано или поздно организм не справится и просто начнёт разрушаться. Просто попробуй поесть со мной, если что-то пойдёт не так, мы закончим и уйдём, хорошо? — Заглядывая в глаза Зофии, сказала Мэй. И получив от собеседницы согласие, придвинула к ней миску с едой, — А кто такая Нелли?       — Моя камеристка… служанка, которая помогает лично мне со всем. Её наняли, когда мне было двенадцать, с тех пор, она рядом, — Проглотив первую ложку, и прислушиваясь к своему организму, сказала Зофи.

***

      Уличные музыканты играли медленную мелодию и люди вокруг танцевали парами. Мэй облокотилась плечом на угол здания, перенося вес на правую ногу, пока Зофи стояла рядом, наблюдая за людьми, покачивая головой в такт музыке.       Из танцующих вышел молодой парень, протягивая Зофие ладонь, приглашая на танец. От такой внезапности девушка шагнула назад, поднимая испуганные глаза на Мэй.       — Иди, если хочешь, ничего он с тобой не сделает, — кивнула девушка.       И, сделав книксен, Зофи вложила свою ладонь в его, направляясь на импровизированный танцпол. Чувствуя себя в своей тарелке, она расслабилась, положившись на партнёра по танцу, двигаясь в такт ему, скользя по не ровной плитке классическими па, срывая с губ окружающих вдохи восхищения. По всем правилам, с прямой спиной, слегка отклонившись и отвернувшись от партнёра, она не давала ни одной возможности окружающим что-то придумать о них. Элегантна, даже в чужом пиджаке, прикрывающем пятна крови, и со сбитыми коленками, она мило улыбалась.       В конце партии, парень проводил Зофию обратно и, поклонясь, улыбнулся, уходя.       — Ты очень красиво двигаешься, — Улыбнулась Мэй       — Спасибо, обязана по факту рождения, — Пожала плечами Зофи, — А ты умеешь танцевать?       — Не так, но умею. А вашим меня было некому обучать. Да и не кажется мне это интересным, — выдохнула Мэй.       — Так давай я научу? — Протянула ладонь девушка, — Ты учишь меня вашим штукам, я тебя своим?       Мэй, усмехнувшись, пожала плечами и шагнула к Зофии. Шаг за шагом, объясняя основы, Зофи держалась на расстоянии вытянутого предплечья, ловко уворачиваясь от неловких движений ногами.       — Ну, а когда ты уже более уверена, что не отдавишь никому ноги, можно подходить ближе — Сделав шаг, Зофи положила одну ладонь на плечо Мэй, вторую вложила в её.       — Всё равно не интересно, прикосновений практически нет, — Закатила девушка глаза.       — Знаешь, как высший свет бастовал против Вальса? Называя его пошлостью даже за такую близость, — Улыбнулась Зофи, — К тому же, молодёжь прошлого уже всё придумала. Ведь можно сделать ещё полшага.       Сделав эти несчастные полшага, закинув руку к шее Мэй, Зофия прижалась к ней всем телом, срывая удивлённый вздох. И через секунду почувствовала горячую ладонь на своей пояснице.       — Только это не позволено в официальных танцах, — Прошептала она на ухо, слегка подталкивая девушку к началу движения. На губах играла наглая ухмылка, а в зрачках мерцали чертята, — Ну и главное, надо просто доверять партнёру.       Мягкие шаги Зофи делала мимо ног Мэй, не глядя вниз, только в глаза, ни разу не задев и не пнув её ботинки. Аккуратно проскальзывая по плитке мимо трещин и выпирающих камней.       — Классические танцы не про страсть, они про нежность. А вот танцы, которые танцуются на закрытых мероприятиях для своих, вот они и страстны, и быстры. Но, танцевать такое на улицах — не удобно. Я тебя как-нибудь научу, — Пообещала Зофия, аккуратно касаясь правой щеки девушки.

***

      Вечерний воздух уже нёс прохладу приближающегося сентября. Приобнимая за плечи Зофию в своём пиджаке, Мэй провожала её до Ричарда. Синяк налился, расцветая всполохами красного и фиолетового, напоминая о неприятной стычке. Остановившись перед центром моста, Зофи не нашла глазами мужчину, поэтому, развернувшись к сопровождающей, разрешила себе обнять её крепче. Чтоб обхватить шею руками, пришлось подниматься на мыски, отрывая каблуки от земли, а Мэй слегла пригнуться. Но прижав Зофию к своему телу, она выпрямила спину, отрывая девушку от поверхности моста. Мягкое прикосновение губ оставило еле заметный след от помады на щеке.       — Спасибо. За всё. Я рада, что именно ты пошла мне на встречу в первый день, — тихо проговорила Зофи, касаясь каменной кладки ногами, — Не думаю, что с кем-то ещё, я бы чувствовала себя так же спокойно.       Ладони Мэй всё ещё лежали на талии Зофи, когда она заметила движение у поста, поспешно опуская руки, чтоб не создать проблем.       — Мне приятно это слышать, тогда, до завтра? Не забудь вернуть мой пиджак, — подмигнула Мэй, собираясь уходить.       — Да, только мой отец сегодня должен вернуться из отъезда, мы завтра пойдём на конюшню. Вот адрес и время, когда мы должны закончить, если придёшь, я буду рада тебя видеть. И, вечером обещают дождь, давай останемся здесь, где-нибудь его переждём?       Кивнув, Мэй махнула Ричарду, улыбнулась на прощание Зофи и пошла в сторону дома.       Посмотрев в след несколько секунд и обернувшись вокруг своей оси, Зофия прошла мимо мужчины, молча кивнув ему, усталость и внезапное опустошение, от прощания с Мэй, заставляли в груди закипать злость и недовольство. Стресс, перенесённый за день, накладывался сверху пониманием, что она выстрелила в человека. И паника начала душить.       — В Производствах нашли труп, с пулевым ранением. У твоего проводника фингал, а у тебя разбитые колени. Ты всё ещё считаешь, что это место достаточно безопасно? — Резко схватив девушку за плечо, Ричард развернул её к себе, встряхивая.       — Отпусти меня, я тебе не котенок, которого можно за шкирку встряхивать! — Отпихнула его Зофи, взрываясь, делая шаг назад и обхватывая себя руками, — Не трогай меня вообще, кто тебе такое право давал? Я — не твоя жена. Это я пристрелила, я убила человека, чёрт. Не поверишь, умею это делать, оказывается.       Зофия тряслась мелкой дрожью, пока на глазах собирали слёзы. Усталость давила на голову, заставляя щуриться на яркий свет, от боли.       — Зофия, я волнуюсь! Ты пока не жена, но скоро станешь. Это знает весь высший свет. И как это будет выглядеть в их глаза? Я, твой друг, жених, муж, пускаю тебя одну в Производства, никак не реагируя на это? Я не враг тебе, как бы ты не хотела, чтоб это было так. Я как был твоим другом в детстве, так им и остался. Мне жаль, что ты воспринимаешь наш будущий брак, как трагедию, а не как что-то светлое и какие-то возможности. Но этого не изменить. Так что не надо меня наказывать за то, в чём я не виноват, своим холодом, — Смягчаясь с каждым словом, более вкрадчиво, проговаривал мужчина, стягивая с себя форменный китель, пытаясь накинуть его на плечи, казалось бы, начавшей замерзать девушке.       — Да мне плевать, как это будет выглядеть. Я устала от этого всего, постоянно третировать себя тем, что они подумают. Пусть узнают, что я убила, хочу посмотреть на их лица, чёрт, — Распалялась девушка, отталкивая руки с теплой одеждой, хватаясь одной рукой за голову, — Мы не можем быть друзьями, Ричард, с момента, как меня продали твоей семье, с одним лишь уговором, чтоб мой род не исчез, не потерялся во времени, как многие другие. Не могут супруги быть друзьями, не тут. Да и Я! Я не могу быть твоим другом, понимая, что мне придётся всю оставшуюся жизнь подчиняться тебе, рожать детей, потому что таких традиций придерживается твоя семья. Потому что такие традиции вкладывает мне в голову, каждый званый ужин, твоя матушка. И такие же традиции у тебя в голове, никуда ты от них не денешься. Но пока у меня есть дни, когда я могу жить свободно, когда я могу делать, всё, что мне позволяет отец, я буду этим пользоваться. Потому что потом, я буду сидеть в ещё более маленькой золотой клетке, и съедать себя изнутри, что не пробовала что-то, не узнавала, не пыталась, когда было время. И наказание в этом случае заслужили все.       Резко развернувшись на каблуках, сотрясающаяся от холода и адреналина, тяжело дышащая от душащей паники Зофия, обнимая себя за плечи, застучала каблуками по плитке, удаляясь от обескураженного мужчины. А, в тени не горящих фонарей Производственной части моста, шевельнулась тень, прослушавшая всю перепалку.