No choice / Нет выбора

Драко Вейлы – это волшебные создания, которые встречаются по всему миру, но имеют происхождение из Болгарии. Они всегда женского пола, считаются невероятно красивыми и известны тем, что легко соблазняют мужчин и подчиняют их своей воле. В последний раз, когда я проверял, я не был женщиной. Они имеют очень светлые волосы и бледную кожу, которая, как говорят, светится при лунном свете. Но когда им угрожают, они теряют свой красивый мирный вид и становятся больше похожими на птиц. Вейлы также становятся парой на всю жизнь с единственным мужчиной, когда им исполняется 18. Их пары выбираются за них, и Судьба делает этого человека видимым для вейлы, пока не стало слишком поздно. Однако, если вейла и её партнёр не спарились до 18-летия вейлы, то вейла и её партнёр не выживают. Постойте, что значит «спарились»… Как бы рано вейла ни узнала свою пару, особая магическая связь проявится, как только они разделят поцелуй. После этого они установят ментальную связь, и будут всегда чувствовать эмоции друг друга, особенно вейла. Чем ближе 18-й день рождения вейлы, тем сильнее она будет защищать своего партнёра, и, несмотря на предыдущие отношения, влюбится в него. Если у них рождаются дети, то эти дети, как мальчики, так и девочки, могут стать полу-вейлами, но это случается редко. Гораздо чаще это девочки. Такие полу-вейлы, как и их матери-вейлы, также заключают союз на всю жизнь в возрасте 18 лет, и имеют такую же ментальную связь с партнёром. Это всё объясняет. История вейлы восходит к 1800-м годам, когда… Я остановился, когда услышал покашливание мадам Пинс. «Библиотека закрывается», – фыркнула она. Я посмотрел на свои часы. 10 часов? Поскольку я не собирался читать о скучной истории «моего вида», я поставил книгу на место. У меня была вся необходимая информация. Идя по коридору обратно в общую комнату, я размышлял о том, что прочитал. Ментальная связь, да? Что ж, поскольку я точно видел, что в моей голове не крутятся какие-нибудь девчачьи глупые эмоции, этого ещё не произошло. Но, конечно, кого я целовал-то? Собственно, это была только Пэнси. Я вздохнул с облегчением. Не думаю, что смог бы провести с ней остаток моей жизни. Я усмехнулся про себя. Это было уже слишком. Должен признать, ментальная связь – это круто, но идея защищать кого-то и влюбляться в кого-то против своей воли не казалась мне привлекательной. «Я должен поспать, – подумал я. – Сегодня был напряжённый день». Я подошёл к портрету Дамблдора и уже собирался назвать пароль, как вдруг почувствовал знакомую боль в затылке. Вот отстой! Только этого мне не хватало прямо сейчас. Я сделал глубокий вдох и с силой схватился за затылок. К счастью, боль утихла так же быстро, как началась. Я поднял взгляд и увидел, что Дамблдор с беспокойством смотрит на меня. – С тобой всё хорошо? – спросил он. – Я в порядке, просто голова болит, – пробормотал я. – Апаресиум. Бывший директор поднял бровь, но портрет распахнулся, впуская меня. Грейнджер, конечно же, сидела на диване и читала книгу. – Ты поздно, – безэмоционально произнесла она, не отрываясь от книги. – Да, – пробормотал я. Она подняла взгляд, и я понял, что всё ещё держусь за голову рукой. Я быстро убрал руку. – Сегодня «грязнокровки» не будет? – спросила она. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что она имеет в виду. – Я не в настроении, – сурово сказал я. Она вздохнула. – Я решила, что должна тебе сказать, – начала она, – я заходила в твою комнату, и ты выглядел так, будто тебе очень больно. Ты знаешь, что произошло? Я указал на свою голову, опустив взгляд. – Просто головная боль. Должно быть, аллергия, – соврал я. Она хмыкнула и хотела что-то сказать, но я прервал её. – Что ты вообще делала в моей комнате, Грейнджер? Следила за мной? – Слабая попытка пошутить с моей стороны и совершенно неудачная, признаю. Прежде чем она успела ответить, я почувствовал, как боль возвращается в мою голову. Я ахнул, и Грейнджер снова посмотрела на меня с беспокойством. – Ты в порядке? – спросила она. Я кивнул, стиснув зубы. Быстро поднявшись по лестнице, я остановился наверху и посмотрел назад, на неё, хотя боль не утихала. Через секунду я отвернулся и пошёл в свою комнату. Нет, это невозможно.

***

Гермиона Сегодня были отборочные соревнования по квиддичу, и Рон, Джинни и Гарри могли говорить только об этом. Мы сидели за завтраком, и они всё говорили и говорили о потенциальных игроках для команды Гриффиндора и команд других факультетов. Мне, естественно, не было интересно, и я сидела рядом с ними, но читала книгу о продвинутых заклинаниях. Внезапно Джинни толкнула меня локтем. – Посмотри на стол Слизерина, – прошептала она. Я подняла взгляд и посмотрела вдоль стола Слизерина. Многих я знала, кого-то нет, а в конце стола я увидела Малфоя, который сидел в стороне от остальных, с Пэнси и Блейзом. Они не разговаривали. – И что? – прошипела я. – Я могла бы поклясться, что Малфой сейчас просто пялился на тебя! – воскликнула она. – Возможно, у тебя появился поклонник… Я засмеялась, видимо, слишком громко, потому что Гарри и даже Рон оторвались от еды и уставились на нас. Я смущённо отвела взгляд, но потом снова повернулась к Джинни. – Откуда ты знаешь, что он смотрел не на тебя? – спросила я её, слегка нахмурившись. Она пожала плечами и повернулась обратно к Гарри и Рону, чтобы обсудить загонщиков в команде Хаффлпаффа. Тем временем я снова посмотрела на стол Слизерина, и, действительно, Малфой наблюдал за мной, но на его лице не было ничего, кроме лёгкого презрения. Я на мгновение прищурилась, но тут Малфой схватил Блейза, и они покинули Большой зал. Я вернулась к своей книге с самым незаинтересованным видом. Даже не беспокойся, сказала я себе.

***

Точка зрения Драко Я встретился с Блейзом и, конечно, с Пэнси, и мы вместе поднялись в Большой зал из подземелий. Я, понятное дело, колебался, рассказывать ли им правду. Пэнси-то точно будет в ярости. Я больше не буду логичной целью её “привязанности”. Может сказать только Блейзу? Возможно, он сможет мне помочь. Я собирался повернуться к нему, когда понял, что Пэнси стоит между нами, держась за мою руку. Я вздохнул. Это может оказаться сложнее, чем я думал. Прямо перед тем, как я собрался толкнуть двери Большого зала, моя головная боль вернулась. Я громко выдохнул, и Пэнси это заметила. Она крепче сжала мою руку. – Дрэйки? Ты в порядке? – проворковала она, затем повернулась к Блейзу: – Блейз, давай заведём его в зал. – Подождите! – воскликнул я, прижав руку ко лбу и прикрыв глаза. – Мне нужна всего лишь секунда. Я прислонился к стене, а Пэнси и Блейз остановились рядом со мной. – Что-то не так? – спросил меня Блейз. Ну, оказывается, я вейла, и у меня ужасные головные боли, потому что вопрос лишь в том, сколько времени осталось до того, как я буду вынужден влюбиться в одного человека на всю оставшуюся жизнь! Вот что не так! – Сильная головная боль, – сказал я. Ну, это была не ложь, просто не вся правда. В течение минуты я стоял, закрывая лицо руками, пока моя голова не перестала болеть. Я открыл глаза, и обнаружил, что моё зрение опять было размытым. – Давайте войдём, – выдохнул я. С Пэнси, всё ещё ведущей меня под руку, мы вошли в Большой зал, но я видел его абсолютно по-другому. Я никого не мог различить. Образы всех, сидящих за столами, были нечёткими, но, если я оглядывался на сам зал, всё было кристально ясно. Это по-настоящему пугало, я не мог этого объяснить, но что-то серьёзно было не так. Я оглянулся на студентов и проследил взглядом всю длину зала, пытаясь сканировать людей. Я знал, что они там, я мог их слышать, но я никого не мог увидеть, пока не остановился на полпути к столу Гриффиндора. Какого чёрта? Посреди всей этой мути и тумана я чëтко увидел копну волос и стройную фигурку Грейнджер, уткнувшейся в книгу. Она была единственной, кого я мог ясно видеть из всех. Что происходит? И тут меня осенило. Ебать. Вы, должно быть, шутите. Мне нужно было убедиться, поэтому я снова посмотрел на зал, пытаясь разглядеть ещё кого-нибудь. Я даже обернулся на Пэнси рядом с собой. Я знал, что это Пэнси держалась за меня, потому что она была там с самого начала, но если бы не это, я бы не смог узнать её – я еë не видел. Затем я снова посмотрел на Грейнджер. Она почти светилась. Это была она! Только сейчас я почувствовал, что Блейз схватил меня за плечо и трясёт. – Драко! – крикнул он мне в ухо. – Очнись! Я так и сделал – моргнул несколько раз, и моё зрение вернулось к норме. Я мог видеть его, стоящего передо мной, и Пэнси у меня под боком. Они оба смотрели на меня обеспокоенно. – Пойдём, посадим его, – сказал Блейз Пэнси и они вместе потащили меня к дальнему концу нашего стола, где никого не было. Я сидел там молча, бессмысленно уставившись на Грейнджер, пока не увидел, что Уизлетта засекла мой взгляд. Она подтолкнула Грейнджер, и я понял, что мне лучше посмотреть в другую сторону, пока не стало слишком поздно. Я отвернулся и воззрился на Блейза, который всё ещё смотрел на меня, как на раненого. – Ты в порядке, приятель? С тобой что-то происходит в последнее время. Я не ответил, но почему-то снова перевëл взгляд на Грейнджер. На этот раз она тоже смотрела на меня, прищурив глаза, что меня удивило. Затем она отвернулась. Нет, я должен рассказать ему. И немедленно. – Мне нужно поговорить с тобой, – серьёзно, но тихо сказал я Блейзу и потянул его под руку из зала.

***

– Ты – что?! – воскликнул Блейз. Мы стояли снаружи Большого зала, вне пределов слышимости. – Вейла, – прошипел я. – Ради Салазара, выслушай меня! Я объяснил ему всë, что узнал. Судьба свяжет меня с одним человеком на всю оставшуюся жизнь, и я влюблюсь в этого человека и буду очень, можно сказать, собственнически к нему относиться. Мне придется до 18 лет в буквальном смысле слова "спариться" с этим человеком, иначе мы оба... умрём. – Не похоже, что какой-либо из этих вариантов предпочтителен, – пошутил Блейз. Я рассмеялся, но затем продолжил более серьёзным тоном. – И... и как только мы поцелуемся, между нами возникнет что-то типа связи, – объяснил я ему. – Типа, я как будто смогу считывать её эмоции, и, мне кажется, это будет так же действовать и в обратную сторону. – Это... действительно нечто, – сказал Блейз, явно впечатлённый услышанным. Я кивнул. – Итак, – Блейз коварно улыбнулся, – Кто? – Кто – что? – спросил я. Блейз усмехнулся. – Твоя, – он сделал руками кавычки, – "пара". Мне было страшно отвечать. – Это, – я запнулся, – Грейнджер. Я думал, что он разозлится, но он улыбнулся и посмотрел в потолок, посмеиваясь. – В общем, это даже неплохо! – объявил он. – Что? – спросил я, сбитый с толку и слегка раздражённый. – Ой, только не веди себя так, будто ты жалуешься, – пояснил Блейз. – Я знаю, что у тебя могли быть некоторые... не очень приятные стычки с ней в прошлом, но ты должен признать, что она привлекательна. Я просто заржал над его словами. Блейз смотрел на меня несколько мгновений, но затем широко улыбнулся: – Ну, по ходу, это случится, хочешь ты этого или нет, – вроде как пошутил он, но увидев, как я смутился, закончил, – не то, чтобы у тебя был выбор. Сделав такой глубокомысленный вывод, он развернулся и ушёл обратно в зал, оставив меня стоять снаружи в одиночестве.