За лиловыми облаками

Сяо Яо не могла себе позволить вернуться на гору Сюань Юань в белой одежде Сян Лю. Сменив свой внешний облик, мужчина и женщина в белых одеяниях отправились в Чжи И, чтобы купить новую одежду. Сян Лю повел Сяо Яо в единственную во всём городе лавку, которая не принадлежала семье Тушань. Примерив три варианта наряда, Сяо Яо выбрала бело-голубое платье с синим поясом и вышитыми синими цветами лотоса на рукавах. Также она взяла новое хлопчатое исподнее и голубые тканые туфли. Поправив перед зеркалом прическу и ощупав кончиками пальцев перламутровую шпильку, Сяо Яо осознала, что пришло время прощания… *** Прибыв на гору Сюань Юань, Сяо Яо мечтала только об одном – провалиться в сон. Поприветствовав в саду Жёлтого императора, она направилась прямиком в свои покои и искренне обрадовалась тому, что не встретила на пути Цзина. Уснуть не получалось. Девушка кружилась в водовороте мыслей. Ей не было жаль Хоу, но он был братом Цзина. Его смерть была на руку лидеру лисьего клана, но кровные узы и сотни лет проведенные бок о бок не могли быть запросто стёрты из памяти. В душе Сяо Яо теплилась надежда, что Цзин не возненавидит её. В том, что он скроет подлинную личность убийцы, она не сомневалась. Мысли девушки плавно перетекли в другое русло. Что, если Чжуан Сю не позволит ей отправиться на гору Юй? Он – её любимый гэгэ, но в первую очередь он – император, чье слово – закон для каждого в Сюань Юань. Сяо Яо не осознавала причину, но была уверена в том, брат не отпустит её так просто... *** Сяо Яо свободно парила над океаном. Соленые волны вздымались и с громким рокотом разбивались о скалы острова, где шла ожесточенная битва. Тысячи лучников направили свои стрелы на одинокую фигуру мужчины, стоявшего ровно и гордо, словно бросая вызов неумолимой судьбе. Его волосы и яркое белоснежное одеяние развевались по ветру, создавая впечатление, будто он не принадлежал этому миру. Сяо Яо попыталась подлететь к мужчине, но чем усерднее она старалась, тем дальше удалялась от острова. Застыв на месте, она с ужасом наблюдала, как сотни и тысячи стрел летели навстречу Сян Лю и пронзали его тело, заливая белое одеяние алой кровью. Несколько красных снежинок упали на волосы и одежду Сяо Яо. Растаяв, они стекали по её лицу и платью, словно она была ранена. Девушка прикоснулась к липкой жиже на лбу и взглянула на свои пальцы. Закричав от ужаса, она, словно птица, подстреленная охотником, полетела вниз, пока не разбилась о волны. Сяо Яо проснулась и резким движением встала с постели. Сквозь пелену слёз она не различила очертания комнаты, потеряла равновесие и упала. Биение другого сердца вернуло девушку в реальность и придало сил подняться. Тяжело дыша, она села обратно на кровать и закрыла глаза. "Это сон. Это всего лишь сон. Сян Лю не может умереть. Это невозможно". Сяо Яо решила поскорее отвлечься, чтобы не тревожить Сян Лю своим состоянием. Выйдя из покоев, она заметила Жёлтого императора, читающего трактат о военном искусстве. Услышав приближающиеся шаги, он взглянул на внучку. – Позавчера пришла весть из Гаосин. Владыка лишил тебя титула принцессы. Ты больше не можешь называть себя Гаосин Цзюй Яо. Выбери себе другое имя. Чжуан Сю настаивает на имени твоей матери, но я желаю, чтобы он сделал тебя принцессой Сюань Юань. Сяо Яо горько улыбнулась. Ее догадки подтвердились: всё, что говорил Великий император, было ложью. Его слова о любви и о том, что он всегда будет считать её своей дочерью, – всё ложь. – С этого дня меня зовут Си Лин Цзюй Яо. – Чжуан Сю прибудет ближе к ночи. Он огорчен твоим внезапным исчезновением. Именем его обрадуешь, если таков твой выбор. – Ты не хочешь спросить, где я была? – Полагаю, ты была в Гаосин и, судя по твоей новой шпильке, встречалась с Сян Лю. – Дедушка, ты так внимателен. Жёлтый император не знал о её встрече с родителями, и Сяо Яо не хотела ворошить прошлое. Время невозможно обратить вспять и выбор, сделанный тысячу лет назад, не изменить. Даже Сян Лю погряз в войне и стал врагом её семьи как следствие этого выбора. Возможно, именно груз вины и ответственности побудил бывшего владыку Сюань Юань пойти на личную встречу с Гун Гуном. – Ты уже говорил с Гун Гуном? – Я не получил от него ответа. Упрямства ему не занимать. Сяо Яо разочарованно вздохнула. – Я погуляю во дворе. – Иди. Чжуан Сю обрадуется, увидев тебя. Сяо Яо чувствовала себя виноватой перед братом. Она сорвала веточку с цветами огненного дерева, отщипнула один цветок и поместила в прядь волос возле уха. Затем ударила веткой по запястью и с помощью духовных сил превратила её в браслет. Цветы огненного дерева были символом их связи, и Сяо Яо таким образом надеялась смягчить сердце брата. Как и ожидалось, облачная карета Чжуан Сю приземлилась на гору Шен Нонг вскоре после заката. Сяо Яо ждала брата на качелях у огненного дерева, нервно постукивая пальцами по коленкам. Едва фигура Чёрного императора возникла перед Сяо Яо, девушка поднялась и стала перед ним в готовности выслушать всё, что он о ней думает. Она невзначай заправила за ухо выбившуюся из прически прядь волос так, что цветочный браслет не мог не остаться незамеченным Чжуан Сю. – Вспомнила о том, что у тебя есть брат? – Гэгэ... Я... – Сначала ты бросила меня в таверне и отправилась в Гаосин поговорить с учителем. Это я могу понять. Потом ты уехала вместе с Тушань Цзином, но никто не видел тебя рядом с ним. Тушань Хоу был убит, и через два дня ты возвращаешься в Сюань Юань. Цзин молчит, словно воду в рот набрал. Может, ты мне расскажешь, что происходит? – Если хочешь знать правду, я скажу тебе. Это я отравила Хоу. Если бы я не убила его, он рано или поздно убил бы Цзина. Но это между мной и ним, я не хочу тебя в это впутывать. – Ты снова решила сблизиться с Тушань Цзином? Уже забыла, как плевала кровью из-за его предательства? В голосе Чжуан Сю звенело раздражение. – Я ничего не забыла. Лишь хотела помочь, памятуя о старой дружбе. Его слабость –доброе сердце, этим и воспользовался Хоу, а И Ян и старая госпожа помогли ему. – Ты слишком добра к Тушань Цзину. Меня это беспокоит. Я заметил у тебя новую шпильку. Никогда не видел подобной работы. Это Цзин тебе подарил? – Нет. Это шпилька из Гаосин. К Ан Нян во дворец приходил мастер, и я выбрала эту шпильку. – Похоже, мастер обладает незаурядными силами, если он способен сделать перламутр настолько прочным и в то же время податливым для работы. – Гэгэ, я ничего не смыслю в этом. И я не буду входить в одну реку дважды. Течение реки изменилось, и я уже не та, что была прежде. – Боюсь спросить, что ты собираешься делать дальше. Хочешь, я распоряжусь о большой экспедиции в окраины Сюань Юань для сбора трав? Я отправлю с тобой лучших лекарей и Мяо Пу. Она сможет позаботиться о тебе. "Это так ты хочешь оградить меня от войны?", – подумала Сяо Яо и решила изменить направление разговора. – Не нужно. Гэгэ, ты же знаешь, что меня лишили титула принцессы Гаосин. Я взяла имя матери. Чжуан Сю схватил Сяо Яо за плечи и радостно вскрикнул: – Это замечательно! Сяо Яо не могла понять, почему эта новость так обрадовала его. – Гэгэ, чему ты радуешься? Мой настоящий отец – Чи Ю. Ты знал об этом? Я столько лет жила во лжи и притворстве. – Учитель рассказал тебе? – Да. – Я не знал, но догадывался. А что касается имени, думаю, тётушка тоже обрадовалась бы. Твой старший брат – владыка Сюань Юань, и тебе вовсе необязательно иметь статус принцессы, чтобы чувствовать себя под защитой. Я не позволю никому причинить тебе вред. Садись на качели, я раскачаю тебя. Сяо Яо послушно села и крепко ухватилась за канаты. Чжуан Сю взглянул на цветочный браслет сестры и расплылся в улыбке. – Гэгэ, я хотела поговорить с тобой об этом. Я слишком слаба и беспомощна. Я не в состоянии использовать даже самые простые заклинания, и любое заурядное божество или зверь могут застать меня врасплох. Я хочу восстановить свои силы. – И что ты собираешься для этого делать? – Я решила отправиться на гору Юй и там практиковаться под руководством Королевы матери. Улыбка медленно сползла с лица Чжуан Сю, а его руки замерли, остановив качели. – Ты хочешь бросить всё и отправиться на гору Юй? Ты хоть понимаешь, сколько времени тебе потребуется на то, чтобы просто восстановить меридианы, не говоря уже о пробуждении силы? – Я всё обдумала. – Ты обдумала? А меня ты спросила?! Или я в твоём сердце совсем ничего не значу?! Сяо Яо повернулась к брату. В глазах девушки сверкали молнии. – Ты прекрасно знаешь, что это не так! – Тогда зачем тебе это?! Я стал императором, чтобы защитить тебя! Тебе не нужно ни о чем беспокоиться. – Если ты хочешь меня защитить, позволь мне стать сильной! – Но тебе рядом со мной ничего не угрожает! – Ты хочешь, чтобы я зависела от тебя как ребенок? Гэгэ, я не всегда буду рядом с тобой! – А рядом с кем ты хочешь быть!? Сяо Яо фыркнула, встала с качелей и быстрым шагом направилась в дом. Красный цветок огненного дерева упал под ноги Чёрному императору. Сделав шаг в сторону удаляющейся фигуры Сяо Яо, он наступил на него, втиснув в землю хрупкие лепестки. *** Сяо Яо пробыла на горе Шен Нонг две недели. Каждые три дня Чжуан Сю прилетал в поместье, чтобы поговорить с дедушкой и провести время с Сяо Яо за чашей вина или чая, беседуя на отвлеченные темы. Они больше не говорили о горе Юй, но в воздухе над ними каждый раз висело едва заметное напряжение. Цзин так и не появлялся. Очередной визит брата на гору принес с собой весть из Цинцю. Черный император велел Мяо Пу отдать Сяо Яо письмо, написанное главой лисьего клана. Взяв его в руки, Сяо Яо нетерпеливо направилась в свои покои. Она искренне надеялась, что Цзин в порядке и не держит на неё зла. Развернув письмо, девушка принялась читать: "Сяо Яо, прости, что впутал тебя в разборки своей семьи. Я сам виноват в случившемся. Узнав о смерти Хоу, И Ян в отчаянии во всём призналась мне. Циэр действительно не мой сын, но я заменю ему отца. Я продолжаю лечиться по твоему рецепту и чувствую себя хорошо. Спасибо тебе за доброту и отзывчивость. Я занят делами в Цинцю, так что в ближайшее время мы не увидимся". Письмо было коротким и сдержанным, словно его написал кто-то другой, но это, безусловно, был почерк Цзина. Сяо Яо почти физически ощутила стену, которая выросла между ними. Легкая грусть заполнила сердце девушки, но в то же время она была рада. Цзин больше не ищет повода для встречи с ней, и это было к лучшему. Сяо Яо искренне желала ему встретить свою настоящую любовь. Любовь, лишённую зависимости, страха, неуверенности, пустых обещаний и обманутых надежд. Чистую и мягкую, как свет звёзд среди ночного неба. Сяо Яо поднесла письмо к свече и подожгла его. Языки пламени страстно играли в её глазах, но это было лишь отражение. Вернувшись, Сяо Яо застала двух императоров за ужином. Служанка мигом поставила на стол еще одну порцию супа из свиных ребрышек с корнем лотоса и, поклонившись, вышла из комнаты. Чжуан Сю обратился к сестре: – Сяо Яо, мне нужно с тобой поговорить. Но сначала поешь. – Я оставлю вас. Жёлтый император тяжело вздохнул и вышел вслед за служанкой. Сяо Яо догадывалась, о чем пойдёт разговор. Она давно была готова к нему. Наспех выпив суп, она пристально посмотрела в глаза брату. – Сяо Яо, я... Я отправил войска в Гаосин. Мы уже взяли первую крепость и уверенно движемся вперед. Все сражения проходят за пределами поселений, гражданским ничего не грозит. Сяо Яо ничего не сказала. Лишь тень боли промелькнула в её глазах. Чжуан Сю ожидал от нее чего угодно: крика, истерики, обвинений, рукоприкладства, но только не спокойного молчания. – Ты…Ты знала? – А что, если и так? Ты всё решил и не хотел, чтобы я знала. А я не хотела тебе говорить, что я уже знала. – Отплатила мне той же монетой? Ты даже не представляешь, как я волновался сегодня перед встречей с тобой. – Поделом тебе. Я думала, ты мне доверяешь, но ты боялся, что я буду давить на тебя. Скажи мне одно: что ты чувствуешь, ведя войну против человека, который тебя вырастил и научил всему, что ты сейчас умеешь? – Сяо Яо… Он не… Он не такой хороший, как ты думаешь. Если бы не он, мы бы не стали сиротами. Знаешь ли ты, что именно из-за него умер мой отец? Твоя матушка лишилась пальца, умоляя его спасти моего отца, но он не сжалился! Она поклялась на крови, что обеспечит безопасность воинов Гаосин, но он не отправил войско на помощь и не спас моего отца, когда мог это сделать! Именно из-за него моя матушка убила себя на моих глазах! Ты помнишь этот день, Сяо Яо? Каждую ночь, закрывая глаза, я вижу, как моя мать вонзает кинжал в свою грудь и падает в могилу отца, и ты ждешь от меня мягкосердечия? Слова Чжуан Сю застали Сяо Яо врасплох, и слёзы потекли из её глаз. Она не знала об этом, и предпочла бы остаться в неведении. Её сердце пронзила боль, и она прижала к груди руку, сжатую в кулак. И только биение другого сердца рядом с её собственным привело её в чувства. – Я не знала. – Сяо Яо, я делаю это ради нас. Только имея полную власть в своих руках, я смогу защитить тебя, где бы ты ни находилась. – А как же Ан Нян? Ты о ней подумал? – Она всё поймет, когда придет время. Я всё ей объясню. – Ты хоть знаешь, что она чувствует к тебе? Ты понимаешь, как ей сейчас больно? – Сяо Яо… Я… Чёрный император взмахнул рукой и на столе появился кувшин с вином и две чаши. Взяв свою чашу в руки, Сяо Яо горько улыбнулась и сказала: – Думаешь, в вине можно утопить все свои печали? – Дай мне хотя бы попытаться. Чжуан Сю улыбнулся, но не осмелился взглянуть сестре в глаза. Они ударились чашами и выпили вино, ощутив как приятное тепло разлилось внутри. Чжуан Сю молча наполнял чаши, и они вместе молча их опустошали, пока очертания комнаты не утратили резкость. Сяо Яо положила голову на стол, играя перед лицом своей чашей. – Сяо Яо, тебе не нужны силы. Моих сил и власти хватит на нас двоих. Просто выходи за меня замуж и никогда не оставляй меня! Чжуан Сю склонился над головой Сяо Яо, заглядывая девушке в глаза. Но она не отрывала взор от чаши. – Гэгэ, ты пьян. Ты очень-очень пьян. – Сяо Яо, я говорю искренне… Мне не нужны все эти женщины. Я прогоню их всех! Мне нужна только ты! Чжуан Сю взмахнул рукой, подражая метле, сметающей опавшие листья. Но Сяо Яо уже не слышала его. Её глаза были закрыты, а сознание перешло в беззаботный мир снов. Мужчина провел дрожащими костяшками пальцев по щеке Сяо Яо, но ни один мускул на её лице так и не дрогнул. *** Сяо Яо проснулась в своих покоях. Смутно припоминая вчерашний вечер, она никак не могла вспомнить, как сюда попала. Последнее, что она помнила – крутящаяся на столе чаша и лицо Чжуан Сю, который что-то эмоционально говорил. Но что? Девушка не могла воссоздать этот момент в памяти. Резко поднявшись с кровати, она ощутила боль в голове и обхватила её руками. – И зачем я столько выпила? Она медленно поднялась с кровати. Едва покинув покои, девушка уткнулась носом в черный халат Чжуан Сю и подняла на него глаза. Улыбка брата была привычно сдержанной и в то же время теплой. – Похмельного супчика? – Пожалуй. Чёрный император скрылся за ширмой, и через мгновенье вернулся с глубокой голубой тарелкой в руках. Сяо Яо залпом выпила отвар из чабреца, эхинацеи и корня аира на воде из нефритового источника. Ощутив заметный прилив бодрости, она улыбнулась. – Гэгэ, о чем мы вчера говорили? Кроме... кроме войны. Я не могу вспомнить. – Ты всегда умела пить лучше меня. Думаешь, я запомнил? – И ты не помнишь… Сяо Яо грустно вздохнула. – Гэгэ, ты уже улетаешь? – Военные действия только начались. Я должен быть со своими людьми. – Понимаю. – Но я не мог улететь, не увидев тебя. – Я провожу тебя. Сяо Яо и Чжуан Сю вышли из дома в сопровождении Мяо Пу и направились к золотой облачной карете. Когда трое встали перед входом в карету, руки Чёрного императора своевольно потянулись к Сяо Яо. Мужчина хотел обнять девушку на прощание, но, будто опомнившись, лишь взял её за плечи. – Оставайся здесь и жди меня. Я не позволю тебе долго скучать. – С дедушкой не может быть скучно. И хотя оба выглядели непринужденно, над ними уже давно висел ореол недосказанности. Когда люди выверяют каждое слово, прежде чем произнести его, их отношения едва можно назвать близкими. И Сяо Яо чувствовала, как расстояние между ней и братом росло с каждой встречей. Когда облачная карета взмыла в небо, солнце слепило Сяо Яо глаза. Она так и не увидела, как Чжуан Сю исчез за зелеными холмами. Вернувшись обратно в дом, Сяо Яо принялась за изготовление ядов. Спустя два шичэнь усердной работы в небольшой шкатулке красовались девять разноцветных волнистых ракушек с жемчужинами внутри и большая фигурка белого орла с золотой короной на голове.