За лиловыми облаками

Эти четыре дня они плавали вместе, шили одежду вместе, готовили и ели, смеялись и вспоминали прошлое, встречали и провожали солнце. Они оба хотели провести так всю свою жизнь, но после каждого заката видели в небе лишь серые тучи, предвещающие разлуку. Сегодня закат был ярко-красным. Купаясь в огненных лучах солнца, Сяо Яо бережно достала из сумки свадебные наряды и неторопливо провела рукой по шелковой сияющей ткани. Они не были идеальны. Облачись в них бывшая принцесса и её жених на официальной свадебной церемонии, всё светское общество засмеяло бы их. Но здесь не было никого, перед кем Сяо Яо была бы вынуждена изображать из себя ту, кем она не является. Когда девушка протянула Сян Лю его наряд, ей на миг показалось, что алые одежды слились в её руках с солнцем. Она тепло улыбнулась этой мысли и принялась за последние свадебные приготовления. Облачившись каждый в своё ханьфу, Сяо Яо и Сян Лю повернулись друг к другу и оба остановили взгляд на уровне груди. Девушка уже видела то, что добавил к её вышивке от себя демон: у сердца Сян Лю сиял цветок персика, точь-в-точь повторяющий форму родинки Сяо Яо и символизирующий её саму. Девушка уже знала об этом цветке, но увидеть его сейчас на Сян Лю было очень приятно. Сяо Яо, напротив, удалось удивить своего будущего мужа: на её груди серебрилась маленькая незамысловатая фигура змея с девятью головами. Когда Сян Лю увидел её, его сердце вздрогнуло. И когда Сяо Яо успела? Ведь она только сегодня видела его сущностную форму! Спустя мгновение демон понял, почему она совсем не возмущалась и, кажется, даже была рада его длительному отсутствию после их прогулки. На самом деле Сяо Яо просто тешилась тому, что он ничего не заметил. Сейчас они не были взрослыми демоном и божеством, которые навидались ветра и инея, как никто другой. Они были детьми. Детьми, которые не прожили свое детство, пряча от родительских глаз смешные поделки, сделанные своими руками, пока те не были готовы стать сюрпризом. Детьми, у которых неумолимые руки судьбы отобрали счастье получать и радость дарить наивную детскую любовь. Они встретились взглядами. Их сердца были полны самых светлых чувств, и все они отражались в их глазах. И всё же самые тёмные уголки души демона не покидало колкое чувство чего-то неправильного, противоестественного, чуждого и непонятного. Он не мог и не хотел выражать эти ощущения в словах, но задал Сяо Яо один простой вопрос: – Ты правда не считаешь девятиглавого змея чем-то... неправильным? – Он несравнимо прекрасен... Ты прекрасен. Сян Лю не знал, что ответить, но ему было что показать Сяо Яо. – У меня есть для тебя кое-что. Он протянул руку, и на ней через мгновенье появилась серебряная корона феникса – традиционный свадебный головной убор невесты. – Она не такая роскошная, как на твоей свадьбе с Фэн Луном, но... – Замолчи! Сяо Яо нахмурила брови, а её глаза метнули в сторону Сян Лю молнии. В этот миг она по-настоящему разгневалась на него за напоминание о той нелепой свадьбе. «И ни в одну из его голов не пришла идея остановиться и не произносить сейчас этих слов!», – подумала девушка. К горлу подступила обида, а на глазах едва не выступили слезы. Сяо Яо взяла украшение из рук Сян Лю и принялась рассматривать. Корона была невысокой и весьма утонченной. Посередине сиял большой овальный аквамариновый камень небесно-голубого цвета. От него серебряными змейками в разные стороны извивались стебли волшебных растений, и в каждом их завитке сиял маленький круглый аквамарин. Верхняя часть короны была усеяна цветами. Их форма походила на цветы персика, но дивные лепестки сияли перламутром, а сердцевиной каждого цветка служил жемчуг. По бокам изделия ниспадали по три тоненькие серебряные цепочки, которые завершались тремя крохотными перламутровыми жемчужинами. – Ты сам её сделал? Сян Лю едва заметно кивнул. – Она очень красивая. Правда. И когда ты успел? Сяо Яо больше не могла на него злиться. Девушка улыбнулась и потянулась руками к его лицу. Ласково коснувшись виска, она кончиками пальцев провела по белоснежной пряди волос и остановила взгляд на губах, таких ярких и до дрожи манящих. Стоило ей приподняться на носочки, как Сян Лю сам притянул её к себе, запустив ладонь в растрёпанные волосы, и порывисто поцеловал. Его сердце бешено стучало, а в теле поднялась волна желания. Он жаждал большего, жаждал каждой клеточкой своего существа, пока это было возможно, пока между ними не было пропасти в тысячу ли и десятки лет ожидания… Но усилием воли демон не дал разуму помутиться и спокойно разомкнул объятия. Как же до невозможности очаровательно она выглядела после поцелуя! Сян Лю на мгновение закрыл глаза – невозмутимо смотреть на неё сейчас было выше его сил. – После нашей... прогулки у меня на голове полный беспорядок. Ты поможешь мне сделать прическу? – Ездовым животным уже послужил, и с этой задачей справлюсь. Голос Сян Лю был притворно серьезным, а взгляд устремился вдаль – туда, где солнце соприкасалось с горизонтом. – А ты думал, быть моим мужем легко? Сян Лю лишь усмехнулся в ответ. Распутав непослушные черные пряди духовной силой, он бережно расчесывал их обычной тисовой расческой. Демон мог запросто сделать прическу с помощью магии, но касаться волос любимой девушки было слишком приятно, и он не отказал себе в этом удовольствии. Светлая корона феникса на темных волосах выглядела удивительно красиво. Сяо Яо достала зеркало, чтобы полюбоваться работой Сян Лю, но резко опустила его и крепко сжала руками, будто боялась, что демон выхватит артефакт из рук. – Если ты вздумаешь стереть воспоминания, я никогда тебя не прощу. Когда ты лечил меня, ты сказал, что я должна стереть их. Но я не хочу! – Я больше не буду просить тебя это сделать. Тогда всё было иначе. Мы тогда... не были вместе. Сяо Яо осознала, что имел в виду Сян Лю и с грустью посмотрела на зеркало в своих руках. – Прости, я неправильно тебя поняла. Девушка подняла зеркало и поднесла к лицу. Её прическа не выглядела традиционно, не сияла роскошью, но была поистине изящной, и очень понравилась Сяо Яо. – Признавайся, где и с кем ты учился делать женские прически. Подавив приступ смеха, Сян Лю ответил: – Перед нашим "вторым знакомством" я взял несколько уроков у женщины, которая держит лавку украшений в Сюань Юань. Это первый раз, когда я делаю её своими руками без помощи магии. – А применяя магию кому ты делал прически? Голос Сяо Яо был очень серьезным, но Сян Лю улыбался. – Тебе же. Перед тем, как ты улетела из Циншуй после самой незабываемой ночи в моей жизни. – А... Сян Лю не стал подбирать слова, и с неподдельным удовольствием наблюдал, как щеки Сяо Яо заливает румянец, а руки взволнованно теребят подол ханьфу. Девушка совсем забыла о том, что беспокоило её мгновение назад. Сяо Яо заглянула в сумку и достала оттуда помаду. Отвернувшись от демона, она плавным движением пальца нанесла её на губы и улыбнулась своему отражению в зеркале. Последние приготовления перед свадьбой были закончены. Солнце скрылось за горизонтом. Грозно темнеющий небосвод обрушился на Сяо Яо как штормовая волна. Она сжала кулаки и старательно пыталась обуздать эмоции, но ничего не получалось. Ощутив неладное, Сян Лю бережно взял её за руку. В месте прикосновения девушка ощутила тепло, которое мягким течением распространилось по телу, заставляя его расслабиться. – Спасибо. *** На небе в полную силу засияла луна. Мужчина и женщина в алых одеждах стояли в серебре её света посреди моря в дивной жемчужно-белой ракушке. На небольшом возвышении внутри неё лежало зеркало, хранящее воспоминания. Маленькая ласточка и пухлый пушистый птенец орла держались лапками за края ракушки и пристально наблюдали за своими хозяевами. Время от времени они искоса поглядывали друг на друга и демонстративно отворачивались, стоило им встретиться взглядом. – Первый поклон Небесам и Земле. Демон и божество говорили вместе и вместе склонились в почтительном поклоне. – Второй поклон предкам. Они посмотрели на луну и склонились перед ней, как склонились бы перед своими родителями: только если бы мама и папа Сяо Яо были живы; только если бы Сян Лю знал, кем были его мама и папа. – Третий поклон друг другу. Они взялись за руки и выразили друг другу почтение. – Отрежешь по пряди наших волос? Я хочу, чтобы ты сохранил их здесь, в нашем доме. "В нашем доме". Эти слова зазвенели в головах Сян Лю, и он не сразу осознал просьбу Сяо Яо. – Сян Лю? – А, да. Демон в мгновение ока отрастил острый, как лезвие меча, коготь. Несколько ловких движений – и в его ладони сияли черная и белая пряди волос. Сяо Яо взяла их и бережно завязала узелок. – Я буду хранить их в этой шкатулке. Сян Лю достал из сундука белую нефритовую шкатулку размером с ладонь и поместил туда переплетенные волосы. Юми и Маоцю взлетели и закружились вокруг молодоженов, радостно чирикая. Сян Лю спросил их: – Хотите выпить за нас? Маоцю сел на возвышение в ракушке и указал крылом на место под своими лапками – именно там Сян Лю хранил утварь. Юми приземлилась рядом, выдерживая расстояние вытянутого крыла. Сян Лю достал красное вино и три чаши. Одна из них, светло-голубая и не очень глубокая, была для птиц. Наполнив вином, он поставил её между ласточкой и орлом, но птицы лишь обменялись острыми взглядами, а с места так и не сдвинулись. – Понял. Демон достал глубокую белую ракушку, которую обычно использовал для супа, и перелил часть вина из чаши туда. Он поставил её под клюв Маоцю, а чашу переместил ближе к Юми. Птицы в один голос чирикнули и принялись пить. – Почему вы не ладите? Сяо Яо смотрела на них с удивлением. – Возможно, они нравятся друг другу. Обе птицы подавились напитком, а Юми вдобавок громко чихнула. Сяо Яо рассмеялась, но её подопечной явно было не до веселья. Ласточка измерила свою хозяйку неодобрительным взглядом и улетела, не допив свою порцию. – Надеюсь, она долетит до суши, – Сяо Яо беспокоилась о своей крылатой подруге. – Она выпила немного. Но если она совсем не умеет пить, это может быть опасно. Услышав, что жизнь Юми находится под угрозой, Маоцю мигом взлетел и направился в сторону, где скрылась ласточка. – Не переживай, Маоцю присмотрит за ней. – Кто знает, может когда-нибудь мы будем наблюдать за их свадьбой, как они за нашей. – Птицам не нужна свадьба, чтобы быть вместе. – Демонам тоже, но мы с тобой поженились. – Ты права. Сян Лю не хотел спорить со своей женой и просто обнял её. Сяо Яо погрузилась в раздумья. Она вспоминала сегодняшний день: необузданную силу волн, которые вздымал змей, неумолимую скорость, прекрасные сияющие морские цветы, рубиновые глаза и волшебной красоты перламутровые чешуйки. – Чешуйки! Сян Лю вздрогнул от неожиданности. – Что? Ты о чем? – Ты сделал цветы на короне из своих чешуек!? Сяо Яо вырвалась из его объятий, отошла к краю ракушки и пристально на него посмотрела. Она была так взволнована и возмущена, что, казалось, могла испепелить Сян Лю взглядом. – А, ты об этом. Возможно. Сян Лю был совершенно спокоен. – Почему ты калечишь себя ради того, чтобы угодить мне? Перестань это делать! Я не хочу, чтобы тебе было больно! То место, на хвосте… Это оттуда ты вырвал эти чешуйки? Скажи мне! Сян Лю молча смотрел на Сяо Яо. – Я все поняла. Можешь не отвечать! Девушка сложила руки на груди, продолжая пристально смотреть демону в глаза. – К середине следующего месяца там отрастут новые чешуйки. Ничего страшного не случилось. Мне не было больно. – То, что ты привык к боли, не значит, что это нормально. Я-то думала, какое чудовище могло тебя ранить! А это ты сам! Потрогав корону руками, Сяо Яо осознала, что зашла в своих словах слишком далеко. Сян Лю хотел как лучше, а она сгоряча накричала на него, засыпав обвинениями. – Прости. Просто я беспокоюсь о тебе. Я не хочу быть причиной твоей боли. Твои чешуйки очень красивые, но я предпочла бы любоваться ими на тебе, а не держать в руках как сорванный цветок. – Сяо Яо, всё правда хорошо, тебе не о чем так беспокоиться. Ты можешь взять эту корону с собой, и у тебя всегда будет под рукой частичка меня. Разве это плохо? Искренняя забота Сяо Яо тронула глубинные струны души демона. Он посмотрел на небо. Казалось, мириады звезд Небесной Реки сегодня сияли только для них двоих. – Сяо Яо, взгляни на Восточный Дворец Неба. Созвездие Синь сегодня особенно яркое. – Кажется, Небеса рады нашему союзу. "А утром, должно быть, пойдет дождь…", – подумала девушка. От осознания неизбежного всё внутри Сяо Яо сжалось и через миг вдруг расширилось от натиска страстного желания, словно сдерживаемое веками пламя вырвалось из глубоких недр её души. Зрачки Сян Лю расширились, и он в изумлении уставился на девушку, ощущая всем своим существом кипящую бурю в её душе. Не чувствуя ног, они ринулись друг к другу, срывая одежды и падая на сияющее белое дно ракушки. Словно дикий мёд и вино, они упивались друг другом как никогда раньше. Никакой яд не способен так одурманить демона, как возможность прикасаться к ней и видеть, насколько ярко и безудержно она отзывается на его ласки. Никакое вино не может так опьянить его, как возможность вдыхать её аромат, слышать её неровное дыхание и разделять ощущения, столь сладкие, что любые сравнения с нектаром или сахаром покажутся сущей нелепостью. Это не мимолетная сладость вкуса, которая тут же исчезает, оставляя за собой лишь пустоту. Это состояние души и тела, усиленное вдвое, а, казалось, возвышенное до края небес, благодаря магии, соединяющей их сердца. И имя этой магии – Любовь. Всего на несколько коротких мгновений Сян Лю вырвался из жгучего пламени ощущений и аккуратно прижал руки Сяо Яо к перламутру ракушки. Он ласкал взглядом её прекрасное лицо: изящную родинку в форме цветка, длинные ресницы, трепещущие от неги, нежную кожу, залитую румянцем, и губы, подобные лепесткам пиона после дождя. Спустя миг Сяо Яо всем своим естеством ощущала ненасытный пылающий взгляд, скользящий по её телу. Казалось, демон жаждал запомнить каждый изгиб и каждую родинку на её изнеженной коже. И с каждым мгновением этой тянувшейся бесконечно паузы волна желания внутри неё росла, рискуя превратиться в цунами, смывающее все существующие рамки приличия и внутренние запреты… Им обоим казалось, что есть только эта ночь, а завтра просто не наступит. И пусть эта ночь была лишь мигом в океане вечности, они без оглядки променяли бы всю безграничную вечность лишь на один этот миг. *** Холодные лучи рассветного солнца рассекали небо, стелясь по воде лиловыми бликами. Проникая сквозь облака, они острыми шипами пронзали сердца мужчины и женщины, паривших среди океана в сказочно прекрасной, словно из мира грёз, белой ракушке. Не в силах что-либо сказать, они лишь стояли и крепко обнимались, оттягивая момент прощания. Даже если судьба навсегда разорвет их объятия и до конца времен они больше не увидят друг друга, их мгновения вместе стоили этой цены.