За лиловыми облаками

Шли годы. Сяо Яо уже давно приняла своё положение, и даже внутреннее сопротивление судьбе угасло. Казалось, вместе с магическими способностями она развивала и силу духа: принятие и усердие, уверенность в себе и самообладание, смелость и решительность. Чувство тоски никогда не покидало девушку, но она больше не утопала в мутных водах беспросветного уныния и печали. Во время очередного визита Сян Лю А Би уволок его в свои покои и беседовал с ним до самого вечера. Чуткий нюх и зоркий глаз лиса привели его к подозрениям, а длительность беседы говорила о серьезных намерениях. В тот день Сяо Яо успела лишь сказать Сян Лю слова приветствия и провела его взглядом в небо. После прощания со старым приятелем А Би выглядел изнуренным, но сказал Сяо Яо, чтобы они с Сян Лю больше не прятались. Чёрный император навещал сестру каждый месяц. Всякий раз он привозил травы и рассказывал новости: о войне и жизни на захваченных территориях, о дедушке и учителе, об их совместном с Сяо Яо прошлом и планах на будущее. Планах, в которых Сяо Яо всегда была рядом с ним. Однажды во время практики в голову Сяо Яо ворвались вспышки прошлого, и среди всего прочего она различила смутные очертания вечера, когда Чжуан Сю рассказал ей об отправке войск в Гаосин. Сяо Яо вспомнила каждую деталь разговора, и осознание тяжелой ношей легло на её сердце. В его глазах она была не только любимой сестрой – он видел в ней желанную женщину. Так было тогда. А что сейчас? Она не знала. На шестнадцатом году пребывания Сяо Яо на горе Юй в канун праздника влюбленных Цисидзе Чжуан Сю впервые заговорил о личной жизни Цзина, а не о помощи клана Тушань в лице его главы. С улыбкой на устах он поведал о том, что Цзин помолвлен и возьмёт в жены небогатую, но очень одаренную дочь клана Буо Фу. Сяо Яо искренне надеялась, что Цзин встретил свою настоящую любовь, но её губы растянулись в неприродной улыбке. Когда-то давно он обещал ей, что бросит всё и всегда будет рядом, а сейчас он был главой великого клана и собирался жениться второй раз. От Е Ши Ци не осталось и следа. Витая в воспоминаниях, Сяо Яо не заметила взволнованный взгляд Чжуан Сю, изучающе направленный на неё. Брат быстро сменил тему, и едва заметное напряжение между ними вскоре улетучилось. Двадцать семь лет Сян Лю наведывался на гору Юй всего дважды в год. Но он каждый раз готовил для Сяо Яо маленький подарок. Большинство из них были гусиным пёрышком, присланным за тысячу ли, но она бережно хранила каждую вещь: записку с признанием в любви, изумрудную ветку коралла, пурпурную сердцевину демона-рыбы, алый закостенелый морской цветок, самодельную расческу из красного коралла, шелковый серебристый платок с вышитыми неоновыми рыбками, три шпильки из красной сердцевины демона-рыбы, небольшой кувшин из лавки в Циншуй, разрисованный маленькими оранжевыми креветками, всевозможные разноцветные ракушки, три браслета из самоцветов, ожерелье и серьги из жемчуга, кулон из голубого нефрита инь и... выписку из клиники "Наступление весны". Сян Лю выкупил её и нанял несколько лекарей для работы. Давно Сяо Яо не была так счастлива, как в тот день, когда узнала об этом. На радостях она не рассчитала силы и чуть не сожгла Сян Лю волосы, когда закружилась в танце, случайно метнув искры в его сторону. Только рассказ Чжуан Сю о том, что война движется к своей кульминации, заставил её по-настоящему взволноваться. Месяцами она не могла сосредоточиться на практике в ожидании новостей от брата. Его не было дольше, чем обычно, и с каждым днём тревога Сяо Яо росла. Чёрный император явился на гору Юй спустя три с половиной месяца со времени последнего визита. Он рассказал встревоженной Сяо Яо о временной заморозке военных действий и ведении переговоров. Сяо Яо с тревогой слушала рассказ Чжуан Сю о том, как Ан Нян среди ночи прорвалась в военный лагерь Сюань Юань и чуть не умерла от меча стражника. Еще больше она забеспокоилась, узнав о том, что отец отправил её возглавить поход против семьи мятежников, которые добровольно сдались и перешли на сторону Чёрного императора. Но настоящим потрясением для девушки стала причина, из-за которой войну удалось приостановить. Великий император выдвинул предложение Чжуан Сю о брачном союзе со своей единственной дочерью, заявив о готовности видеть её владычицей и отдать Гаосин в качестве приданого. Сяо Яо не могла себе даже представить, что сейчас переживает Ан Нян. Ненавидела ли она Чжуан Сю или любила несмотря ни на что? Была ли она рада осуществлению давней мечты или лила реки слёз? Чжуан Сю ничего не говорил о чувствах Ан Нян, и Сяо Яо думала о том, что он вовсе не способен понять её хрупкое сердце. В одном девушка была уверена точно: сестра согласится на брак ради спасения отца и тысяч других жизней. Но почему Чжуан Сю решил посоветоваться с Сяо Яо в этом вопросе? Что, если его чувства к ней не угасли и были причиной его сомнений? Он не один раз женился ради укрепления власти и своего положения. Сейчас же на кону стоял мир во всём Дахуане, и Чжуан Сю как император был обязан принять решение в пользу всего народа. Выслушав Сяо Яо, он сухо кивнул в знак согласия и по традиции попросил не поздравлять его. Сяо Яо было больно видеть Чжуан Сю таким уставшим и безутешным. Но её сердце наполнилось надеждой, что мирная жизнь, пускай даже спустя сто или двести лет, залечит его с Ан Нян душевные раны, и они вместе будут счастливы. *** Следующий визит Чжуан Сю стал для Сяо Яо настоящей неожиданностью. Вслед за ним из облачной кареты вышла Ан Нян и, уперев руки в бока, пристально посмотрела в глаза Сяо Яо. От взгляда сестры девушке стало не по себе. Они не виделись так долго, и Сяо Яо не знала, о чем на самом деле та думает. Ан Нян должна была возненавидеть её, но в глазах сестры читалась лишь глубокая обида. Ан Нян сделала три шага навстречу Сяо Яо и звонко разрезала тишину своим голосом: – Си Лин Цзюй Яо! Не считаешь меня больше сестрой?! Ни слова объяснения, ни слова прощания... Улетела сюда, оборвав все концы! Ты хоть знаешь, что я пережила за эти годы?! Ты хоть раз подумала обо мне, хоть раз вспомнила?! Я думала, мы сестры, но я для тебя совсем ничего не значу! – Ан Нян, это совсем не так... – Не так? А что не так я сказала?! – Ан Нян, я же говорил тебе... Чжуан Сю взял будущую супругу за плечи в попытке умерить её пыл. – Гэгэ, позволь нам поговорить наедине, – хрипло сказала Сяо Яо. Чувство вины все сильнее сжимало её грудь. – Хорошо. Девушка жестом пригласила сестру пройти к беседке и та, скрестив руки на груди, направилась к озеру. Её шелковое платье цвета морской волны дополнял широкий синий бант, а в изящной прическе сверкали светло-зелёные авантюриновые шпильки. Ан Нян выглядела как всегда безупречно, и Сяо Яо была рада видеть её такой. – Ан Нян, позволь мне сказать первой. Принцесса Гаосин хмыкнула и ожидающие взглянула на Сяо Яо. – Я даже не знаю, с чего начать. Сестра, я даже... – У меня нет такой бесчувственной сестры! – Ан Нян... Я думала, что ты возненавидишь меня за то, что я не дочь твоего отца... Я даже подумать не могла, что ты всё ещё хотела со мной общаться. Я… Я такая трусиха и эгоистка! Думала только о себе, о том, как мне больно. Я не знала, что ты ждала меня, и даже не удосужилась написать тебе. Прости меня, если сможешь... – Двадцать восемь лет назад ты отправилась с отцом в Чишуй, но он вернулся один и был сильно ранен. С тех пор я ничего от тебя не слышала, и ты смеешь оправдываться?! – щеки девушки пылали от возмущения и обиды. – Он не сказал тебе, что случилось в тот день? – Нет! – Я расскажу тебе... Слушая рассказ о прошлом родителей Сяо Яо и своего отца, и о том, через что им пришлось пройти в раскаленной пустыне, Ан Нян ни разу не перебила Сяо Яо. Лёд в её глазах медленно таял, скатываясь слезами по горячим щекам. Вдруг она словно невзначай положила руки на стол, вытянув их в сторону Сяо Яо, и та накрыла её ладони своими. Этот жест означал примирение, и на душе Сяо Яо стало теплее. – Если бы я только знала... Ан Нян безрадостно смотрела на переплетенные руки. – Если бы я только поверила в тебя чуточку больше... Я очень сильно ошиблась. Как ты жила всё это время? Как отец? Чжуан Сю принял решение вести войну как император, а не как наш гэгэ. Я ничего не могла с этим поделать. Маленькая ласточка пролетела над столом и, чирикнув, села на волнистое крыльцо беседки. – Привет, Юми! – Ан Нян впервые за сегодня улыбнулась. Она была рада отвлечься от тяжелой беседы. Устремив взгляд на сверкающее яркими бликами озеро, девушка начала свой рассказ с событий того далекого дня, когда впервые узнала о нападении, а закончила помолвкой с Чжуан Сю. От шока и отрицания происходящего она год за годом шла к принятию действительности. Избалованная принцесса Гаосин усердно училась, стала опорой отцу, видела поле битвы своими глазами и хотела положить конец страданиям народа. – ... Сестра, я чувствую, что изменилась. Я больше не та капризная девочка, которую ты встретила в Циншуй. И Сяо Яо тоже чувствовала это. За двадцать восемь лет, полных испытаний и боли, Ан Нян взрастила в себе смелость и чувство долга, понимание ответственности и трезвость ума. Она встретилась с реальным миром и научилась с достоинством в нём жить. Но, лишившись наивности, её сердце не закостенело, и Сяо Яо была счастлива видеть это. – Ты всё еще любишь его? Ан Нян лишь кивнула, но в этом кротком жесте читалось очень много невысказанных слов и утаённых чувств. Когда сестры крепко обнимались, к беседке подошёл Чжуан Сю в сопровождении А Би, и все четверо непринужденно беседовали до тех пор, пока солнце не коснулось верхушек персиковых деревьев. *** Теперь Сян Лю появлялся за снадобьями каждые три месяца. Он не озвучил причину, но Сяо Яо понимала: грядёт новая война и Гун Гун заботится о запасах лекарств. Однажды Сяо Яо засиделась в медитации и пропустила момент прибытия Сян Лю на гору. Когда она вышла к берегу озера, то заметила в беседке четверо мужчин: Сян Лю, Ли Яна, А Би и совсем юного паренька, которого она не знала. Поймав сияющий взгляд демона, девушка улыбнулась и радостно присоединилась к компании. Незнакомец окинул её взглядом, но так и не представился. – Сяо Яо, не узнаешь гостя? Сян Лю выглядел непривычно радостным. – Впервые вижу. – Ты видела его очень много раз. Сяо Яо принялась рассматривать молчаливого юношу. Шелковое золотистое ханьфу, волосы цвета миндального масла, строгая осанка, отсутствие манер и... орлиный взгляд! – Маоцю?! – Да, госпожа. – Маоцю, когда? Как? Поздравляю тебя! – Спасибо, госпожа. – Он обрёл человеческую форму в прошлом месяце и ещё не свыкся. Не серчайте на него за отсутствие манер и немногословность. Вы через это проходили, сами всё знаете. А Би и Ли Ян утвердительно кивнули, и Маоцю принялся рассматривать их так, будто видел впервые. Сяо Яо решила мысленно призвать Юми. Ей было интересно, узнает ли ласточка своего старого друга. – Маоцю, тебе нравится твоя новая форма? – Да, госпожа. – Ты очень привлекательный молодой человек. Голос Сяо Яо был очень теплым и любезным. Такое радушие заметно ободрило юношу, и он искренне улыбнулся. – Спасибо, госпожа. Маоцю перевёл взгляд на стол, и Сяо Яо показалось, что орёл засмущался. В этот момент прилетела маленькая ласточка и села на её плечо. Маоцю одно короткое мгновение смотрел на неё, а затем вовсе опустил голову. Его щеки залил румянец, а руки под столом смяли золотистую ткань. Сян Лю похлопал орла по плечу, и тот умоляюще взглянул на хозяина. – Юми, ты узнала этого прекрасного юношу? – поинтересовалась Сяо Яо. Ласточка чирикнула, продолжая пристально разглядывать Маоцю. На лице паренька мелькнула тень разочарования, а глаза не могли скрыть смятение. Внезапно маленькие чёрные зрачки ласточки расширились, и она мигом вспорхнула с плеча Сяо Яо, решив как можно скорее исчезнуть из поля зрения орла. От волнения Юми не рассчитала траекторию полета, врезалась в козырек беседки и лапками вверх упала на песок. Сяо Яо и Маоцю ринулись к ней с протянутыми руками, но птичка резво перевернулась сама и взмыла в небо, наспех скрывшись в саду персиковых деревьев. – Вспомни, что я тебе говорил в день нашей свадьбы. – Теперь я вижу, что ты прав. Сяо Яо громко рассмеялась, заставив Маоцю покраснеть еще больше. – Вашей свадьбы? А Би переводил взгляд с демона на девушку и обратно на демона. – Мы тайно поженились перед тем, как я прилетела сюда. – Вот оно что. Если бы я знал, то подготовил бы подарок. – Не беспокойся. Твоя поддержка для нас – лучший подарок... Маоцю, Юми тоже вот-вот обретёт человеческую форму. Здорово, правда? Орёл ничего не ответил. Ли Ян подошел к нему и отвёл в сторону, чтобы побеседовать с ним с глазу на глаз. А Би, в свою очередь, отправился во дворец, позволив Сяо Яо насладиться обществом Сян Лю наедине.