4.
8 декабря 2024 г., 19:04
Путь обратно в класс казался бесконечным. Уилл держал голову опущенной, его взгляд был устремлен на потертый линолеумный пол. Пульсация на его лице была постоянным напоминанием о ярости Джейсона, но не только физическая боль тяготила его. Это было унижение, стыд и постепенное осознание того, что ему придется столкнуться со своими одноклассниками, выглядя вот так.
Когда он вошел в класс, в комнате, казалось, стало нервирующе тихо. Несколько шепотов пронеслись по рядам парт, тихих, но резких. Уилл чувствовал их взгляды на себе — на порезе в уголке рта, на слабом посинении скулы.
—Ого, — пробормотал кто-то себе под нос.
Он быстро скользнул на свое место, его плечи сгорбились, словно пытаясь сделаться невидимым. Он чувствовал жар взглядов, даже когда избегал зрительного контакта.
Макс, сидевшая через несколько столов, наклонилась к нему. Ее голос был тихим, но настойчивым. —Уилл, ты в порядке? Что-то случилось?
Уилл слегка покачал головой, не доверяя себе сказать что-то, чтобы голос не выдал его. Макс нахмурилась, но она не стала настаивать.
Прежде чем кто-либо успел задать вопросы по поводу внешнего вида Уилла, в класс вошла учитель, преподающая искусство, хлопнув в ладоши.
—Ладно, класс, успокойтесь. Сегодня мы начнем что-то веселое!
Шепот стих, хотя любопытные взгляды в сторону Уилла не прекратились.
—В течение следующих двух недель мы будем работать над совместным художественным проектом. Я уже разделила вас на группы по четыре-пять человек, и каждая группа создаст одну работу на тему, которую вы выберете вместе, — Она замолчала, оглядывая комнату с веселым выражением лица. —Это научит вас командной работе, креативности и воплощении ваших идей в жизнь. Есть вопросы?
Уилл неловко пошевелился, его желудок скрутило. У него было плохое предчувствие.
Учительница начала зачитывать группы, ее голос эхом отражался от стен класса. Уилл слушал вполуха, его разум был слишком занят мыслями о том, как он должен выглядеть в глазах всех остальных.
—Третья группа: Макс Мэйфилд, Дастин Хендерсон, Лукас Синклер, Майк Уилер и Уилл Байерс.
Голова Уилла резко поднялась, сердце пропустило удар. На мгновение он подумал, что ослышался.
Макс повернулась к нему с приободряющей улыбкой.
Уилл слабо кивнул, но его желудок скрутило. Из всех возможных исходов он застрял в одной группе с Майком. Он рискнул взглянуть в сторону Майка и обнаружил, что тот уже смотрит на него. Майк быстро отвел взгляд, выражение его лица было нечитаемым. Как же это иногда раздражает Уилла, привыкшего понимать людей по языку их тела, или по банальному выражению лица.
-…Отлично, — саркастически пробормотал Уилл себе под нос.
Учительница снова хлопнула в ладоши.
—Ладно, все, найдите членов своей группы и начинайте мозговой штурм!
***
Стулья заскрипели по полу, когда ученики начали пересаживаться. Уилл присоединился к Макс, Дастину и Лукасу за столом у окна, сев как можно дальше от Майка, но так, чтобы это не было заметно. —Хорошо, — сказал Дастин, потирая руки. —Давайте сделаем это. Есть идеи? Они начали выдвигать предложения, и Уилл обнаружил, что медленно расслабляется, пока Макс и Дастин препираются о том, должны ли в проект входить роботы или драконы. Лукас попытался выступить посредником, закатив глаза на них обоих, и Уилл даже сумел тихонько рассмеяться. Затем Макс сказала всем помолчать, видимо, чтобы прояснить что-то. —Хорошо, давайте проясним одну вещь. Мы не делаем какой-то скучный, только приятный проект. Если мы это делаем, это должно быть круто! —Круто, но также что-то, что не заставит миссис Харрис прочитать нам еще одну лекцию о «уважении к искусству». — ухмыльнулся Лукас, вспоминая, как Дастин с Уиллом однажды подрисовали радугу и цветы Мона Лизе в этом же самом классе, что вызвало волну негодования у учительницы. Странно, но это была идея Уилла. Дастин, подхвативший намек Лукаса на ту ситуацию, кивнул. —Согласен. Никаких радуг, никаких цветов. —Эй, радуга может быть крутой! — шутливо протестовал Уилл. Дастин бросил на него притворно-серьёзный взгляд, и Уилл ухмыльнулся, слегка расслабившись. Идеи группы лились свободно, Макс выдвигала смелые концепции, Лукас их дорабатывал, а Дастин добавлял свой обычный чрезмерный энтузиазм. Уилл, сначала нерешительный, медленно начал присоединяться, его глаза загорались, когда разговор становился таким оживленным. Как в старые-добрые. Мысль Уилла зацепилась за это выражение. Что, если изобразить что-то, что связывало всех их? Что-то, что нравилось всем, и то, что у всех отзывается с теплотой в душе? Уилл нерешительно прокашлялся, обращая внимание всей группы на себя. —А что, если мы возьмём за основу персонажей, которых мы уже знаем? Например, наших персонажей, с которыми мы играли в Подземелье… Лицо Макс засияло. —О боже, да! Мой плут полностью украл бы всё внимание! Лукас закатил глаза, решив поддразнить Макс. —Ты про ту, что умирала в каждой второй кампании? Мэйфилд одарила Лукаса своим фирменным взглядом, означавшим: «тебя не спрашивали, немощь». —Она жертвовала собой, чтобы спасти ваши задницы! Они рассмеялись, и на сердце Уилла стало немного легче. —Я могу нарисовать это. Если вы все скажете, что вы хотите, я могу набросать персонажей. Дастин заинтригованно потер ладони. -Уилл Мудрый снова в деле! Макс и Лукас с энтузиазмом кивнули, предлагая идеи того, как должны выглядеть их персонажи, в то время как Уилл быстро записывал и начинал набрасывать контуры. Все они начали вспоминать свои старые кампании, их голоса были полны смеха и ностальгии. Уилл почувствовал укол горько-сладкой радости, когда он слушал, вспоминая те беззаботные дни, когда все было проще. Майк, однако, молчал. Он откинулся на спинку стула, скрестив руки, его глаза метались между остальными, пока они говорили. Его взгляд ненадолго задержался на избитом лице Уилла, прежде чем отвести глаза. Уилл заметил, но ничего не сказал, вместо этого сосредоточившись на воспоминаниях, которыми делились другие. Майк неловко поерзал на своем месте. Он взглянул на полунарисованные фигуры на странице Уилла, и что-то шевельнулось в его груди. Прежде чем он смог опомниться, он заговорил. —А что, если... мы сделаем это больше похоже на ту кампанию, которую мы начали, когда были детьми? Ту, с темным замком и порталом. Остальные удивленно повернулись к нему. Даже Уилл поднял глаза, его карандаш остановился на середине штриха. Дастин постучал пальцами по столу, вспоминая одну из сотен кампаний, которые они закончили. —Ты имеешь в виду ту кампанию? Ту, где твой паладин был проклят, и мы едва выбрались живыми? Майк кивнул, его голос стал тише. -Да. Ту. Наступил момент молчания, пока все вспоминали. Прошли годы, но воспоминание было теплым, почти осязаемым. Уилл уставился на Майка, его сердце подпрыгнуло во второй раз за день. Он не мог поверить, что Майк помнит эту кампанию — она была одной из его любимых. —Я думаю, что это хорошая идея. Майк на мгновение встретился взглядом с Уиллом, что-то невысказанное прошло между ними, прежде чем он отвернулся. —Ага. Как хотите. Прозвенел звонок, возвещая об окончании урока. Пока остальные собирали вещи и направлялись к выходу, Уилл задержался на мгновение, медленно выдохнув. «Похоже, судьба решила не давать мне сегодня передышки…» — подумал он со слабой горькой улыбкой, собирая свои вещи.***
Майк прислонился к холодным металлическим шкафчикам, скрестив руки на груди, ожидая, когда Джейсон неторопливо подойдет. Коридор был полон шума от студентов, направляющихся на следующий урок, но Майк чувствовал себя странно оторванным от происходящего. Его мысли все еще были заняты уроком искусства, тихим принятием Уиллом его синяков, мимолетным удивлением ребят, когда Майк предложил кампанию «Повелитель теней» для их проекта. —Йоу, Уилер! — прорвался сквозь его мысли голос Джейсона, громкий и властный, как всегда. Он прошел по коридору с обычной развязностью, перекинув через плечо свою куртку с надписью «Letterman». Пара учеников младших курсов обходили его стороной, когда он проходил мимо. —Майк выдавил из себя улыбку. —Эй. Джейсон хлопнул Майка по плечу. —Чувак, ты не поверишь — Мелисса Эндрюс полностью разглядывала меня во время урока химии. Прямо смотрела в глаза, кусала ручку и все такое! Майк пожал плечами, притворяясь заинтересованным. —Да? Звучит круто. Джейсон хищно ухмыльнулся. —Да, черт возьми, так и есть. Я думаю пригласить ее на вечеринку в пятницу вечером. Кстати об этом, — Он вытащил из кармана пачку жвачки и предложил Майку одну, от чего тот отказался, —...ты же все равно придешь, да? Думаю, на этот раз мы устроим жести. Возьмем виски, может, потом завалимся у Ника. —Конечно, — автоматически ответил Майк. Джейсон прищурился. —Ты не кажешься слишком заинтригованным. Что случилось? Ты, кажется... не в себе. Майк колебался, не желая вникать в истинную причину своей рассеянности. —Ничего. Просто застрял с унылым групповым проектом на уроке искусства. Джейсон фыркнул. —Дай угадаю — Макс? Эта цыпочка всегда такая старательная, — Джейсон даже закатил глаза, — особенно в том, чтобы защищать Байерса. —Она, Дастин, Лукас… — Майк намеренно замолчал, точно зная, к чему это приведёт. Джейсон приподнял бровь. —И? —И Байерс, — признался Майк, откидываясь на шкафчики и готовясь к реакции Джейсона. Джейсон громко и резко рассмеялся. -О, чувак, ты попал. Отряд неудачников воссоединился, да? Ты, должно быть, в восторге. Майк закатил глаза, то ли от слов Джейсона, то ли от предвкушения работы со старыми товарищами. —О да, ещё в каком. Джейсон заговорщицки наклонился. —Чувак, лучше не позволяй ему тянуть тебя вниз. Ты же видел, какой он жалкий, да? Даже за себя постоять не может, не получив при этом по заднице. Майк не ответил, стиснув челюсти. —Но всё равно, — продолжил Джейсон, не обращая внимания на напряжение Майка. —Забудь о нём. Знаешь, что важно? Мелисса Эндрюс. Мужик, у нее есть эта штука, где она... Джейсон пустился в подробное, чрезмерно наглядное описание, которое Майк слышал лишь наполовину. Он время от времени кивал, издавая уклончивые мычания в знак согласия, но его мысли были в другом месте. Правда была в том, что эти разговоры начали казаться Майку пустыми. Они всегда были одинаковыми: горячие девчонки, вечеринки, розыгрыши. Не было никакой глубины, никакой настоящей связи. Просто цикл бессмысленной болтовни, призванной заполнить тишину. —...а потом мы напугаем до чертиков этого новенького, как его зовут, Брайан, вроде? Чувак выглядит так, будто он сейчас заплачет каждый раз, когда пройдет мимо нас, — Джейсон рассмеялся над собственной жестокостью, и Майк выдавил слабый смешок, чтобы поддержать иллюзию. Он чувствовал, что задыхается. Слова, выходящие из уст Джейсона, были похожи на статику, заполняющую воздух шумом, но не оказывающую никакого воздействия. Майк задумался, когда это стало его жизнью — улыбаться, кивать, притворяться, что ему небезразлично то, что ему неинтересно. —Ты в деле? — спросил Джейсон, вырывая Майка из раздумий. Майк моргнул. —Чего? —План, чувак! Мы собираемся пойти в парк после школы, может, погонять в футбол, может, найти кого-нибудь, с кем можно повозиться. Ты согласен? —Да, конечно, — не задумываясь ответил Майк. Джейсон ухмыльнулся, хлопнув его по спине. —Узнаю своего братана. Ладно, увидимся позже. Майк смотрел, как Джейсон уходит, его смех эхом разносится по коридору. Как только он скрылся из виду, Майк расслабился. Он тяжело выдохнул, откинув голову на шкафчики. Образ избитого лица Уилла снова всплыл в его голове. Слова Джейсона теперь казались тяжелее, более резкими. На мгновение Майк почувствовал, как что-то мерзко проползло по коже — что-то вроде сожаления. Но он быстро отбросил это, выпрямился и направился на следующий урок. Какое это имело значение? Это была не его проблема. Смех и товарищество, которые он раньше разделял со своими старыми друзьями, казались далеким воспоминанием, и он не знал, как найти дорогу обратно. И вообще, нуждается ли он в этом?***
Майк захлопнул за собой дверь, и звук эхом разнесся по пустому дому. Его рюкзак с тяжелым стуком упал на пол, и он скинул кроссовки, не потрудившись аккуратно поставить их. В доме было жутко тихо, если не считать слабого гудения холодильника и случайного скрипа старых деревянных половиц. Он глубоко вздохнул, потирая затылок, когда вошел в гостиную. Тяжесть дня прилипла к нему, как мокрое пальто, удушающее и неотвратимое. Он не стал включать свет; тусклого оранжевого сияния заходящего солнца, струящегося через окно, было достаточно. Его взгляд бесцельно блуждал, пока не остановился на полке у телевизора. Там, между парой пыльных трофеев и стопкой забытых книг, стояла рамка с фотографией. Майк подошел ближе, его пальцы коснулись края рамки. Это была фотография его, Лукаса, Дастина и Уилла, сделанная в их школьные годы. Они только что выиграли школьный научный конкурс, и их радость была ощутимой. Лукас держал кубок высоко над головой, его рот был открыт в победном крике. Дастин улыбался до ушей, показывая большой палец вверх в камеру. Майк и Уилл стояли рядом, их плечи почти соприкасались. Его взгляд задержался на Уилле. Они были так близки тогда, так непринужденно друг с другом. Улыбка Майка на фотографии была широкой и искренней, и Уилл соответствовал ей. Не было никакого напряжения, неловкости, никаких стен между ними. Воспоминание всплыло, непрошеное и яркое. Это было в ночь перед конкурсом. Они были в подвале Майка, сбившись в кучу вокруг импровизированной модели своего проекта. Уилл ходил взад-вперед, проводя руками по волосам, бормоча о том, что проводка может не выдержать во время демонстрации. Майк схватил его за плечи, заставив остановиться. —Уилл, все в порядке. Ты уже миллион раз все проверил. Все получится. Уилл посмотрел на него широко раскрытыми глазами и неуверенно. —А что, если не получится? А если закоротит, и мы… —Тогда мы разберемся, — твердо прервал его Майк. —Вместе. Как всегда. Уилл помедлил, затем медленно кивнул. Легкая, благодарная улыбка тронула его губы, и на мгновение Майк почувствовал необъяснимое тепло в груди. Майк смотрел на фотографию, его грудь сжималась. Они выглядели такими счастливыми — он выглядел таким счастливым. Тогда все было просто. Ему не нужно было притворяться, что его волнуют глупые шутки Джейсона или смеяться, когда это было не смешно. Тогда он знал, кто он. Воспоминание исчезло так же быстро, как и появилось, оставив Майка смотреть на фотографию в его руках. Его большой палец провел по лицу Уилла, края рамки были прохладными на его коже. Он быстро поставил фотографию обратно на полку, как будто держа ее дольше, он мог обжечься. Он провел рукой по лицу, проводя пальцами по челюсти, словно пытаясь физически вытолкнуть воспоминание из головы. Отвернувшись от полки, он увидел календарь, приколотый к стене над столом. Одна дата была обведена жирным красным маркером: уже завтра. Под кругом, его торопливо нацарапанным почерком, было имя: Джейн. Его девушка возвращалась в Хоукинс. Майк медленно вздохнул, почувствовав проблеск облегчения от этой мысли. Присутствие Джейн всегда имело свойство приземлять его, отвлекать от всего остального. И все же... было что-то еще. Слабое, ноющее беспокойство, которое он не мог точно определить. Он покачал головой, отворачиваясь от календаря. «Это неважно», пробормотал он, больше себе, чем кому-либо другому. Но когда он направился в свою комнату, фотография и вызванные ею воспоминания застряли где-то на задворках его сознания, отказываясь оставаться незамеченными.***
Кроссовки Уилла тихонько скрипели на полированном линолеуме в школе Хоукинса, когда он шел по оживленному коридору. Он сжимал свернутый эскиз в своей слегка вспотевшей руке, бумага была мягкой под его пальцами от того, как часто он менял хватку. Макс, Лукас и Дастин были в восторге. Их одобрение пришло быстро, в паре с восторженной болтовней об их старых кампаниях D&D. Макс смеялась над тем, как ее персонаж-плут всегда умудрялся украсть всеобщее внимание смелыми трюками. Лукас вспоминал о доблестных речах своего паладина, а Дастин развлекал их историями о сверхъестественной способности своего барда очаровывать все, включая монстров. —Уилл, это потрясающе! — воскликнул Дастин, его голос разнесся по всей художественной комнате. —Ты даже запомнил мелкие детали, например, лютню моего персонажа! —У тебя настоящий дар, Байерс, — добавил Лукас с усмешкой. —Уверен, это затмит все остальные проекты. Даже Макс, которая часто скупа на похвалу, наклонилась, чтобы изучить детали. —Это охренительно, — сказала она. —Серьезно, Уилл, ты попал в точку. Нам повезло, что ты в нашей группе. Комплименты должны были укрепить уверенность Уилла, но теперь, идя по коридору, он чувствовал, как его нервы возвращаются. Майк был последним, кому нужно было увидеть эскиз, прежде чем они приступили бы к основной работе. Уилл замедлил шаг, заметив его у своего шкафчика, роющегося в своих вещах. Майк был один — к счастью, Джейсона не было видно. Его сердце болезненно забилось в груди, когда он приблизился. Он тяжело сглотнул, заставляя себя сократить расстояние. Уилл не мог остановить всплывающую мысль — Майк наблюдал за ним раньше. Он покачал головой, как будто пытаясь отогнать эту мысль. Это ничего не значило. Не могло. —Э-э, привет, — сказал Уилл, его голос прозвучал тише, чем он предполагал. Майк оглянулся через плечо, сначала его выражение лица было нейтральным, но он слегка нахмурился, когда увидел, кто это был. —Чего ты хочешь? — спросил он, захлопывая свой шкафчик с металлическим лязгом. Уилл колебался, крепче сжимая эскиз. —Я... я закончил эскиз для проекта, — сказал он, протягивая скрученную бумагу. —Макс, Лукас и Дастин уже посмотрели на него, и им понравилось. Мне просто... мне нужно, чтобы ты тоже его одобрил, чтобы мы могли начать. Майк поднял бровь, беря эскиз из рук Уилла с видом безразличия. Он развернул его и молча просмотрел рисунок. Уилл переступил с ноги на ногу, его ладони были липкими. Он следил за лицом Майка в поисках какого-либо знака одобрения или критики, но было трудно сказать, о чем он думал. После того, что казалось вечностью, Майк наконец заговорил. —Это... неплохо, — пробормотал он. Уилл слегка нахмурился. —Неплохо? Губы Майка дрогнули, словно он пытался сдержать улыбку. —Ладно, ладно. Это хорошо. Ты действительно уловил характеры всех. Даже бард Дастина выглядит круче, чем я помню. Уилл выдохнул, не осознавая, что затаил дыхание. —Спасибо, — тихо сказал он. Между ними повисла неловкая тишина, обычный гул коридора заполнил паузу. Уилл взглянул на свои туфли, затем снова на Майка. —Сегодня она возвращается домой, — внезапно сказал Уилл, его голос был едва слышен. Майк поднял глаза от наброска, на его лице промелькнуло замешательство. —Кто? —Джейн, — уточнил Уилл, встретившись глазами с Майком. —Твоя девушка. Моя сводная сестра. Майк моргнул, явно застигнутый врасплох. —О... точно. Да. Я знаю. Уилл помедлил, прежде чем добавить: —Мама говорит об этом уже несколько дней. Она... очень рада снова ее увидеть. Майк кивнул, выражение его лица было трудно прочесть. —Да. Я тоже. Уилл некоторое время изучал его, пытаясь оценить его тон. —Я уверен, она будет рада тебя видеть, — неуверенно сказал он. —Ага, — снова сказал Майк, но его голосу не хватало уверенности. Вернулась тишина, тяжелая и неловкая. Уилл перевел разговор на более безопасную тему. —Так, э-э, это значит, что ты одобряешь набросок? Майк снова взглянул на рисунок, затем на Уилла. Он вернул его, кивнув. —Да, все в порядке. Давайте просто закончим проект побыстрее. Эти слова ударили Уиллу по ушам. Он это серьезно? Я что, настолько противен ему? Эти мысли были смесью разочарования и раздражения. Майк мог бы хотя бы сделать вид, что ему приятно с ними работать. Это же не сложно? По крайней мере, так думал Байерс. Уилл уставился на Майка, его живот сжимался от каждой секунды тишины. Его пальцы сжимали лямку рюкзака. Он ненавидел это — ненавидел, как Майк мог заставить его чувствовать себя таким ничтожным, даже не пытаясь. Но прежде чем он успел остановиться, слова вырвались наружу. Когда я стал таким бесстрашным? —Мы настолько надоедаем тебе, Майк? Что, общение с нами - не твой уровень? —Его голос дрогнул на полпути, но ему было все равно. Глаза Майка расширились, и он удивленно смотрел на Уилла, явно не ожидая таких слов в свой адрес от него. Уиллер отвел взгляд в сторону, собираясь с мыслями. —Я не это имел в виду. — Его голос прозвучал резче, чем он предполагал, и он поморщился. —Я просто... я не знаю, ладно? Мы можем просто закончить этот проект? Пыл Уилла сразу утих, будто бы его спустили с небес на землю. Он снова почувствовал себя мелким и ничтожным под взглядом Майка, волна стыда накатила на него. Контролируй себя… Он прекрасно помнит, что было вчера, после тех необдуманных слов Джейсону, и уже дома поклялся себе: никаких вспышек раздражения. Но вот он стоит в школьном коридоре, и говорит Майку такое… Что-то злит его во всём этом, настолько, что он не знает, куда прятаться от этого гнева. Он боится своих эмоций. Боится эмоций, которых испытывает при Майке. Радует одно, что Майк не будет причинять вред просто так… Взгляд Уилла невольно зацепился на ожог на запястье. Ну, по крайней мере, сейчас не будет. Так или иначе, нужно закончить мысль, ведь Уилл не хочет выставить себя еще большим идиотом перед Майком. Он стал неувереннее, но голос не потерял отчужденность и небольшую обиду. —Все ясно по твоему тону, - отрезал Уилл, его голос дрожал, несмотря на резкость его слов. —Не волнуйся, после этого проекта я не буду тебе мешать. Можешь снова игнорировать меня — или смеяться надо мной вместе с Джейсоном. Я буду молчать, как и положено, верно? Ты ведь этого хочешь? Его грудь вздымалась, когда он закончил, и на мгновение он пожалел, что сказал все это. Но гнев, бурлящий внутри него, не позволял ему остановиться. Майк приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать, но, видимо, от шока, не проронил не слова. Уилл пару секунд посмотрел Майку в глаза, у себя в голове называя себя полным идиотом, а затем опускает взгляд и говорит с таким холодом, что Майк покрывается мурашками и приходит в себя. —Забей, — Уилл разворачивается и успевает сделать пару быстрых шагов вперед, пока рука Майка не сомкнулась на запястье Уилла, крепко, но не грубо. Внезапное давление на свежее место ожога заставило дыхание Уилла резко сбиться, его тело инстинктивно отпрянуло. —Уилл— Начинает Майк почти умоляющим тоном. Не успевает он договорить, как Уилл резко, со всей силы вырывает свою руку из хватки. —Я сказал, забей, Майк! — теперь он точно идет прочь, быстро. Его рука крепко сжимает набросок до безобразия - придется переносить его на новый лист. Майк же раздраженно стонет, ударяя кулаком по шкафчику - достаточно сильно, чтобы звук дошел до Уилла. Майк застыл, когда Уилл ушел, его рука все еще была поднята, словно он тянулся к чему-то, чего уже не было. Сердце Уилла колотилось, когда он выдернул запястье, боль острая и яркая на его коже. Почему он просто не мог молчать? Почему Майк всегда действовал ему на нервы? Он сжал кулаки, ногти впились в ладони, когда он заставлял себя продолжать идти. Дыши, Уилл. Просто дыши. —Хватит вести себя как ребёнок, Уилл! — голос Майка проносится по всему коридору, заставляя кидать на него заинтересованные взгляды. Уиллу уже все равно. Он идет прочь, и даже не думает плакать. Он зол, слишком. Сейчас ему не нужно одобрение Майка. Он хочет, чтобы Майк исчез. Чтобы не мозолил глаза, не смотрел на него, не заставлял чувствовать себя так хреново и так хорошо одновременно. Он хотел разлюбить Майка, чтобы не делать себе больно. Но разве эта боль не приятна? Боль, которую доставляет любимый человек?
