Глава 122 "Проба и разговор"
1 февраля 2026 г., 15:20
Вспомнив о счастье, присущем большинству людей, и о благодарности, которая приходит вместе с возможностью его испытывать, Гарри взмахнул своей палочкой в замысловатом и элегантном узоре. Он тренировался с палочкой две недели, и это было заметно, так как, когда он наконец произнес: «Экспекто Патронум», то из палочки вырвался яркий белый туман и заполнил всю половину купе. Он задержался на несколько секунд, пытаясь сформировать связную форму, а затем рассеялся, как пушинка на ветру.
Не обращая внимания на неудачную попытку, Гарри попытался повторить ее, но зуд на задворках сознания заставил его посмотреть на дверь купе, где на него в оцепенении смотрело лицо в форме сердца. Он прервал вторую попытку произнести заклинание и вместо этого взмахнул палочкой.
Дверь в купе с грохотом распахнулась, и Гарри нахмурился. В это Рождество он усилил свой телекинез, так как это был, по-видимому, эффективный способ причинить вред существам с врожденным сопротивлением магии.
«Ты действительно чертов гений, не так ли?», - с горечью спросила Тонкс, продолжая стоять у двери.
В кои-то веки у нее были черные волосы, и Гарри должен был сказать, что это ей идет. Бледные женщины из Соединенного Королевства, очень хорошо смотрелись с черными волосами.
«Никому не говори, это секрет», - пробормотал Гарри. «Чего ты хочешь?» - спросил он, испытывая легкую горечь от того, что его избегала старшекурсница.
Тонкс недобро фыркнула, но потом вдохнула и успокоилась. «Слушай, я просто хотела извиниться. За то, как прошла наша дуэль. Думаю, будет лучше, если мы больше не будем проводить их».
«Хорошо, ты можешь извиниться. Я прощу тебя», - ответил Гарри.
«Я только что извинилась».
«Ты сказала, что хочешь извиниться, но на самом деле не извинилась».
«Прости, ладно, я сорвалась. Это было слишком, почему я вообще сражалась со вторым курсом? Как я смогу стать аврором, если этот этап я уже провалила?», - с горечью спросила Тонкс, все еще стоя на месте.
Гарри задумался, хочет ли она знать ответ на этот вопрос, но потом решил, что все равно должен его дать.
«Как ты думаешь, есть ли на аврор, способный победить Альбуса Дамблдора на дуэли?» - спросил он.
«Что? Нет!», - сказала Тонкс, широко раскрыв глаза, и задумчиво поднесла руку к подбородку. «Ну, может быть, Поттер или Блэк...»
«У них не будет ни единого шанса, и ты это знаешь», - сурово отчитал ее Гарри.
В магическом мастерстве Дамблдора он нисколько не сомневался.
Тонкс зашипела, а затем недоверчиво спросила.
«Ты же не сравниваешь себя с Дамблдором?»
«Разница между аврором и Дамблдором в том, что аврор тренируется, чтобы быть способным выполнять свою функцию. У них есть произвольно установленный боевой потенциал, которого они должны достичь, прежде чем получить право на роль. Дамблдора никогда не волновали его боевые качества, он просто любил магию и изучал ее до усрачки в течение нескольких десятилетий. Становление одним из самых могущественных волшебников в мире было непреднамеренным следствием его страсти. В этом и заключается проблема амбиций: в какой-то момент ты их реализуешь. Жажда знаний, однако, никогда не исчезает. Как и страсть. Я люблю магию, это единственная вещь, без которой я не смогу жить в этом мире, даже если оставлю Волшебное общество позади. Для тебя она может быть лишь инструментом, с помощью которого можно завоевать социальный престиж, присущий аврору, но для меня это образ жизни. Ты, как олень, идешь к воде, только когда хочешь пить, а я просто люблю плавать. Результаты этих двух разных взглядов совершенно очевидны!», - Гарри почти кричал, задыхаясь. «Я не Дамблдор, но я точно не аврор», - закончил он уже спокойнее.
«Это так чертовски высокомерно!», - фыркнула Тонкс, наконец-то поставив ногу в купе. «Ты не знаешь меня, не знаешь, сколько я тренируюсь. Ты ничего обо мне не знаешь!» - закричала она.
«Я ничего о тебе не знаю», - ответил Гарри. «Но в душе ты простой человек. Ты хочешь выйти замуж, родить детей, сделать престижную и успешную, но не слишком сложную карьеру и иметь домик на берегу моря. Это неплохая мечта, но как только ты сравниваешь себя с кем-то одержимым, у тебя не остается ни единого шанса. Просто смирись с тем, что ты обычная, а самое особенное в тебе - это наследственная черта», - подначивал он с блеском в глазах.
Она вела себя невероятно самоуверенно, полагая, что ее еженедельные тренировки, которые, вероятно, длились на пять процентов дольше, чем его, сделают ее кем-то еще, кроме пушечного мяса. Он пытался защитить ее от бесполезной смерти, как это было в оригинальных книгах.
Волосы на голове Тонкс начали яростно переливаться разными цветами, а на лице появилась гримаса гнева и немного слез.
«Я тебе покажу, - угрожающе прошептала она.
«Я должен быть в состоянии найти окно в расписании где-то к концу года», - пренебрежительно сказал Гарри, - «Я мог проиграть в прошлые два раза, но теперь все кончено, и мы оба это знаем. Используй это время для тренировок и, возможно, заставишь меня попотеть».
Тонкс уставилась на него со сжатыми кулаками, из которых, казалось, вот-вот потечет кровь.
«Ты проиграешь», - сказала она и ушла.
Гарри опустился на свое место, как только девушка закончила свой уход, и задумался, правильно ли он поступил. В каком-то смысле Тонкс действительно заслуживала отпора за то, как она вела себя по отношению к нему, но он, очевидно, вышел за рамки любых средств возмездия и вместо этого пошел на совершенно беспардонную провокацию.
Дело в том, что Тонкс явно нуждалась в пинке под зад, чтобы реализовать свои амбиции. Он просто вел себя как хороший парень, помогая ей обрести необходимую мотивацию.
Если это позволит ему провести еще один тренировочный поединок против человека, который, скорее всего, решил больше с ним не драться и которого ему нужно было победить, чтобы получить катарсис, то так тому и быть.
Уже довольно давно Гарри стало казаться, что он идет навстречу великой и неотвратимой судьбе. Возможно, такое высокомерие было нормальным для человека, преуспевающего на всех фронтах, даже если сравнение с другими людьми его возраста было неоправданным.
Как бы то ни было, то, что Тонкс была груба с ним, не сильно повлияло на него, и главное, что занимало его мысли, - это стремление выучить патронус и волнение перед разговором с Флитвиком.
Ему не терпелось услышать, что тот скажет об успеваемости Гарри, ведь, по крайней мере, на уровне класса она была просто образцовой.
«Ты не видел Тонкс?» - внезапно спросил голос из все еще открытой двери купе.
Гарри лениво поднял голову и увидел Чарли Уизли, дикие рыжие волосы которого ярко контрастировали с черной формой Хогвартса.
«Кажется, вы были знакомы на вечеринке в клубе слизеринцев», - настаивал мальчик. «Мы договорились встретиться в начале поезда, но теперь я не могу ее найти».
Гарри наклонил голову в сторону мальчика: в каком-то смысле отношения могли отвлечь Тонкс от ее желания стать аврором.
Однако он не хотел вставать между подростками и тем, как они совершают ужасные ошибки, о которых будут сожалеть долгие годы.
Некоторые уроки должны быть усвоены, и если Тонкс хотела попробовать долгосрочные отношения с дикаркой, которая при первой же возможности сбежит в Румынию, чтобы жить с драконами, то она могла делать все, что хотела.
«Проверь женские туалеты, она почему-то выглядит расстроенной», - невинно сказал он, получив благодарный кивок, после чего рыжеволосый поспешил уйти.
Гарри было любопытно, как мальчик выведет Тонкс из туалета, если она там будет, но он решил, что практика важнее.
Взмах его палочки закрыл дверь в его купе, и вскоре белая яркая дымка заполнила внутреннее пространство комнаты.
