Обратная сторона эйфории

Собирая некоторые вещи вроде нижнего белья, зубной щетки и прочего, Антон удивлялся. Будто он собирался переезжать к человеку, с которым несколько месяцев назад случайным образом познакомился. Ах, если бы все было именно так. Если бы статусы, как в социальных сетях, можно было видеть рядом с человеком, то у него бы стоял «всё сложно». Причём это не банально о любви, а в целом про жизнь. В телефоне было несколько вкладок с квартирами, которые можно было себе позволить, несколько психологических статей на разные темы, сообщения от друзей и приложение с музыкой. А ещё парочка новых вещей, купленных с зарплаты, на которые, к слову, ушла даже не половина. Все-таки подготовка к съезду из квартиры уже началась и сильно тратиться нельзя было себе позволять. Стало даже интересно, как эту ситуацию видит сам Арсений. Также ли ему тяжело? Какие мысли его посещают? И самое главное, знает ли он, чего хочет от их отношений. И если да, то чего? Потому что сам Антон в душе не понимал. То, что между ними зародилась химия, отрицать было бессмысленно. Только вот как бы не произошёл взрыв. Он просто не мог позволить себе сблизиться больше, чем можно. А всё из-за одного, но огромного «но». И пока грань не пересеклась, ещё оставалась возможность не упасть вниз, куда-то далеко, на десятки этажей. Только вот с каждой встречей, с каждым взглядом и неслучайным касанием контроля над ситуацией оставалось всё меньше. А иногда вообще не имелось. Особенно если присутствовал алкоголь. Тогда спасали, наверное, какие-то всевышние силы. Антон включил качевый ремикс, дабы поднять себе настроение и переключиться на другой лад. Вещи были почти собраны, и оставалось только ждать звонка Попова, который обещал разобраться с его мегатайными делами и заехать на такси, чтобы вместе добраться. На всякий случай проверил газ, воду и закрытые окна. Все-таки квартира будет пустовать несколько дней. Ещё он заранее выкинул мусор, дабы по возвращению не ощутить себя на свалке с ароматами тухлых очисток и прочего.

***

Арсений, наскоро убирая вещи и то, что плохо лежит, услышал дверной звонок. Глянув в глазок, он удивился, увидев весьма неожиданного гостя. – Здорово, Сень, – Антон весело глядел на стоявшего в непонимании хозяина квартиры. – Чего, не ждал? – Ну, вообще то нет, – пустив в дом мужчину, он мысленно прикидывал, зачем к нему пожаловали. – Проходи, я тут правда убираюсь. – Я мимо проезжал, решил к тебе зайти, – присев на диван, гость оглядывал обстановку, которую не видел уже очень давно. – Планировку сделал? – Да уже где-то пол года назад, – Арсений едва не перевернул ведро с водой, поглядывая на часы. Гостей он все таки ждал, да только других. Хотя Захарьену тоже был рад, причём намного больше, чем тому, кто должен был прийти совсем скоро. И закончить им нужно было быстро, ведь там, на другом конце города, его ждал ещё один человек. Интересный денёк сегодня выдавался, что Арсений, если честно, уже подустал, а ничего ещё даже не начиналось. – Я ненадолго, если что. Хотел предложить тебе Новый год отпраздновать театральным коллективом. Мы решили собраться все вместе. Кто-то даже с жёнами и детьми приедет. Он удивился ещё больше тому, что Захарьин до сих пор общается с людьми, которые когда-то играли вместе с ними в театре. Лет прошло уже много, и Арсений даже не совсем помнил имена тех ребят. Да и театральная жизнь длилась не больше года, ведь они захотели открыть свое дело и ушли вместе, из-за нехватки времени на все. Жаль, что тогда были совсем зелёными и ничего не понимали в бизнесе и ведение финансов. – Ой, слушай, у меня тут уже другие планы наметились, извини, – Арсений, сполоснув ведро, убрал его на место, оглядев обстановку. После присел, сосредоточив внимание на собеседнике. – Но мы могли бы встретиться попозже. – Я бы с удовольствием, только улетаю скоро. Работу предложили. Вроде как условия хорошие. Мужчина глянул на Арсения, слегка печально склонив голову. Как там говорится? Ценность человека проверяется расставанием и расстоянием? В этот момент Арсений всю радость растерял. Они общались редко, но метко. Лишь пару раз в месяц созваниваясь, а лично встречались ещё реже, но обоим было достаточно. А может, каждый из них просто боялся делать это чаще, не решаясь ломать стену стабильности. – Я это.. просто попрощаться хотел. Все-таки вернусь сюда я не скоро, – продолжил он, откинувшись на мягкую спинку. – Блин, – Арсений топал ногой, размышляя, что делать, если нормально попрощаться действительно хочется, но времени на это совершенно нет. – Ты прям после праздников улетаешь? – Да, первого числа, ранним утром, – Антон жевал нижнюю губу. По его лицу было видно, что он ждал только одного. – Чего же ты раньше не сказал? Посмотрев в глаза напротив, Попов увидел разочарование. Да, не этих слов от него ожидали. И да, он прекрасно понимал то, что, наверное, на него даже могут затаить тихую обиду, которую никогда не покажут, но она определённо будет чувствоваться. Только вот поделать с этим ничего не мог. Он словно между двух огней стоял. А если быть точнее, то между двух людей, которые были абсолютно разными, но с одинаковыми именами. С Шастуном они уже всё обговорили, и отменять всё в последний момент, придумывая нелепые оправдания, Арсений не мог. Но и с Зоханом очень неудобно получалось. Хотелось бы, конечно, иметь возможность клонироваться. – Не знаю даже, как-то повода не было. Да и предложение поступило не так уж давно, – неспешно встал. – Ладно, свидимся ещё когда-нибудь. – Подожди, – Арсений, не раздумывая, крепко обнял, – ты только это.. не обижайся, пожалуйста. Я бы правда хотел. – Да ладно, – он похлопывал по спине. ‐-Главное, чтобы компания, с которой ты отмечал, была хорошей. Арсений расцепил руки и лишь пару раз кивнул, то ли самому себе, то ли подтверждая слова. А Зохан и не спрашивал ни о ком. Наверное, и сам понимал то, что ему нужно было. – Только прошу тебя, не увязни в этом всём, – перед уходом сказал он, похлопав по плечу. Арсений не стал ничего отвечать. Тяжело рухнув в кресло, он понял, что потерял собственный якорь. Захарьин всегда мог остановить от чего-то необдуманного. Наверное, он и был тем самым «взрослым» в их дружбе.

***

Наматывая уже десятый круг по маршруту спальня-кухня-коридор парень начинал нервничать, думая о том, где же заветный звонок. И словно читая мысли, его телефон, наконец, зазвонил. Услышав короткое «я у подъезда» он подхватил рюкзак и ключи. Арсений стоял рядом с чёрной машиной, похоже, для того, чтобы открыть дверцу, изображая личного водителя. Поездка была долгой и молчаливой. Только радио разбавляло атмосферу. Глядя на хмурое лицо, Антон всё хотел спросить, к чему же такое настроение, но останавливал себя хотя бы до того момента, как они выйдут из машины. Он уже успел немного выучить выражения лица своего передругазнакомого и умел различать задумчивость и действительно плохой настрой. Хотя в этом случае лицо справа скорее выражало все вместе. Челюсть стиснута, напряжённые брови, поджатые губы и взгляд в одну точку, почти не мигающий. Произошло что-то явно серьёзное. Ровно так же, как поддержать и выслушать Антону хотелось по-детски начать капризничать. Мол, чего это именно перед праздником, когда они собрались весело провести время и отдохнуть, у Попова вдруг настолько плохое настроение. Конечно, он не собирался всерьёз обижаться за это и уже тем более выговаривать за что-то. Это так, мысли. Они ехали уже больше получаса. Антон удивлялся тому, что каждый раз Арсений приезжал к нему, преодолевая такое расстояние. И это имело значение. – Не думал, что ты так далеко живёшь, – отвлек он от пустого рассматривания пейзажа за окном. – И это ты каждый раз так долго ко мне едешь. Неужели всегда на такси? – А? Да, есть такое, – Арсений снова отвернул голову, на что его дернули за локоть. – Смотри-и ёлка, – указывал, дергая за рукав, дабы вновь привлечь внимание. – Блин, у тебя на районе красивее. Ему в ответ слабо улыбнулись. Уже было невтерпеж с вопросами, но, к счастью, ехать оставалось недолго. Потому оставалось только подумать, как бы ненавязчиво спросить так, чтобы ему рассказали хотя-бы половину правды о том, что происходит в жизни. Наконец, ощутив свежий воздух, они шли до супермаркета, чтобы заранее закупиться на ближайшие дни. Помимо продуктов и алкоголя, также смотрели всякие игрушки и гирлянды. Ну как, в основном Антон на них засматривался, ведь Арсений сказал, что дома у него все было. Оставалось только достать и начать украшать. Корзины на кассе у них были абсолютно разными. У Антона покупки были такими, словно ребёнку, наконец, дали карманных денег. Несколько вкусов чипсов, бошьшая бутылка спрайта, шоколадный рулет с клубникой, несколько готовых салатов и главный лот – ананас. Он явно отвечал за все вкусное в доме. Арсений подошёл более разумно, как танцор, которому нужно было поддерживать форму. Тоже салаты, только те, в которых майонеза либо не было вовсе, либо по минимуму, фрукты, курица гриль и несколько бутылок алкоголя. Антон, стоя в очереди, неловко переложил бутылку Егеря в чужую корзину, так как понимал, что денег на всё не хватит, но при этом всё очень хотелось. – Ты уверен? – Арсений, разглядывая, крутил бутылку в руках. – Да я отдам тебе за неё, не переживай. Рука устала держать корзинку, потому Антон втиснул её между собой и огромной очередью перед кассой. Вот каждый раз он брал именно такую, дабы не набирать много продуктов, и каждый раз в итоге таскал тяжесть в руках. – Да нет, я не об этом. Просто у нас тут вино, ещё вино и... Егермейстер. Он же не вкусный, – говорил он, медленно продвигаясь вперёд. – Не знаю, мне нравится, – под недовольный взгляд женщины, сзади которой он случайно наступил на ногу, Антон пытался впихнуть корзинку на кассу, но впереди стоящему человеку было слишком впадлу подвинуть свои продукты, дабы освободить немного места. Чек вышел немаленький, даже без учёта бутылки, которую он вручил Арсению. Но раз решили гулять, то нужно гулять. У Попова, к слову, вообще денег ушло в два раза больше, ведь тот, похоже, был любителем необычного и взял папайю с маракуйей, которые стоили целое состояние. По крайней мере, для Антона. Он уже пожалел о том, что взял полтора литра газировки, ведь пальцы онемели не только от мороза, но и от тяжести пакета. Они, наверное, и половину накупленного не съедят за несколько дней. – Потерпи, до дома немного осталось, – глядя на измученного парня, перекладывавшего пакет из одной руки в другую, успокаивал Арсений. – Любишь спрайт пить, люби и пакет с ним носить. Антон криво усмехнулся, только сейчас вспомнив про существование рюкзака за своей спиной.

***

Только войдя в дом, он ощутил приятный запах дыни, заметив большой бутылек с теми самыми ароматичечкими палочками. Арсений указал на кухню и ушёл мыть руки, передав свой пакет. Пока Антон выкладывал продукты, то заодно огоядывал обстановку. Было намного просторней, чем у них с Димкой. Новый ремонт, приятная цветовая гамма, все со всем сочиталось. Красиво, ничего не сказать. Порывшись по шкафчикам, Антон достал несколько тарелок для фруктов, выложив половину из них и нарезал рулет. Всё остальное отправилось в холодильник, который, к слову, был полупустым. И именно в момент разглядывания содержимого Арсений вошёл на кухню. – Ты таким образом охладиться решил? – усмехнулся он. – Если так, то могу включить кондиционер. – Тебе бы в стендап с такими шутками, – захлопнул дверцу, оглядывая сверху-вниз. Слегка мокрые волосы, которые Арсений пригладил к затылку, майку «алкоголичку» в которой очень выгодно смотрелись жилистые плечи и красивая шея. А после его оставили одного. Выйдя на балкон. За это время он успел помыть руки, сбросить дополнительный слой одежды, наконец, ощутив свободу, и полностью осмотреться. В квартире действительно было жарковато, но после холодной улицы такая температура ощущалась приятно. И вот минут десять спустя он все же решил посмотреть, что же за удлиненный Винстон курит Арсений. Тот сидел также как и Антон – полураздетый и кажется, совсем не ощущая холода. – Ты не замёрз? – он взял из чужой пачки одну химозную палочку. На вопрос ему отвлеченно помахали головой. – Слушай, я заметил, что ты сегодня без настроения. Может, расскажешь? – Да ничего серьёзного, – неизвестно какая по счету сигарета загорелась оранжевым кончиком. – Ну Арс, заканчивай со скрытностью. Я же вижу, что что-то не так. Не хочу навязываться, но... – Но навязываюсь, – усмехнулся он. –Ладно, прости. На самом деле я так не думаю. У меня просто друг улетел в другую страну. Может, конечно, Антон ничего в дружбе не понимал, но из-за такого вряд ли столь сильно переживают. Конечно, он не мог знать, насколько близкий это был друг, но, в конце концов, Попов же не потерял его насовсем. А выглядел, как будто так и произошло. Когда-нибудь он привыкнет к этим загадками Арсения, которые можно было разгадать, лишь прочитав между строк или выловив ключевое слово. Но пока такими навыками завладеть не удавалось. Вот и приходилось пока только гадать, какую часть правды рассказал Арсений. – Надолго? – он решил подбираться медленно. Вдруг да получится. – Не знаю, но скорее всего, да, – Арсений немного отвернулся, скрестив руки. – Но вы же не потеряли связь? – нет, Антон не даст закрыться. Он уже начал хоть и клещами, но вытаскивать информацию. – Ну, как сказать.. мы и до этого не особо часто на связь с друг другом выходили, но теперь, думаю, будем еще реже, – Арсений отвернулся, уже совсем боком. Он поежился, растирая плечи. – Ладно, пойдём, а то дубак. Тем самым разговор был окончен, но тема не закрыта. И самому не хотелось портить всё своими выяснениями и вопросами, но без этого было ещё хуже. Пусть они и мало знакомы, но Арсений уже являлся не чужим человеком. Только вот копни глубже и поймёшь, что яма очень глубоко и где там дно, наверное, даже самым близким не известно. Попов был изведан лишь на три процента. И нет, Антон не хотел залезать в самую душу, черпая из неё все самое сокровенное. Но того, что он знал или быть точнее, ему позволяли знать, было ничтожно мало и раз уж он ступил в эти дебри, то нужно было продолжать продираться на свой страх и риск. – Я думал, у тебя дом уже украшен, – жуя рулет, он пытался не плюнуть крошками вперёд себя. – Тоже думал, что украшу ещё в начале декабря, но руки как-то не доходили. Если хочешь, то можем начать сейчас, – получив согласие, Арсений достал скрученную верёвкой искусственную ёлку и пакет со всякой всячиной. – Давай я тогда начну её пока собирать и приводить в цивильный вид, а ты выбирай место под гирлянду. Можешь и мишуру к стене прилепить, там ее много. Антон серьёзно подошёл к задаче, решив смастерить из парочки серебристой мишуры что-то на подобии снежинок. Долго он связывал, перевязывал и перематывал скотчем бедное украшение, что успело немного полысеть, но своего добился. Первая отправилась в зал на свободную стену, а вторая на кухню. Далее шла длинная гирлянда, которую пришлось клеить в две руки под потолком. В какой-то момент парни поняли, что та не достаёт до розетки, и пришлось делать все заново. – Бля, Тох, может ну его? У меня уже руки затекли, – разминая уставшие конечности, молил Арсений. – Не, ну давай закончим, красиво же будет, – Антону из-за роста почти в два метра было, конечно же, удобнее. – Тем более нам только она осталась. Ёлку то мы быстро украсим. Арсений тяжело выдохнул, но продожил. С ёлкой действительно было гораздо проще. К слову, игрушки для неё были очень красивыми. Стеклянные, разных форм и размеров. Один комплект даже в виде стопок книг треугольной формы. Остальные были в основном красных, алых цветов, хорошо сочитаясь с темно-зеленой ёлкой. – Она у тебя большая такая, – оглдывал Антон искусственное дерево, ростом почти с него. Арсений, судя по взгляду, явно хотел пошутить, но промолчал. Опустив голову, он скрывал самоловольную улыбку. Антон же растянул уголки губ, поджав их. Порой шутки Попова были просто невыносимы, но от того не менее смешны. Сам же он, когда шутил на такие темы, все казалось не к месту или прямо говоря, кринж. – Кстати, как работа зимой? – Ну, людей в этот сезон меньше, чем летом, но в целом хватает. Что удивительно, так это те люди, которые первого января с утра очень рвались на тренировку, когда мой менеджер сказала им, что занятий в это время не будет. – И что, скандал устроили? – Антон, высунув кончик языка, пытался впендюрить игрушку в самый низ, но та упорно не хотела держаться на ветке. – Да, епта, ну что ты. – Да, вот примерно такие комментарии были от некоторых, – присев на корточки, он забрал украшение от греха подальше и сам без труда повешал. – Кстати, моё предложение по танцам ещё в силе. – Ой, ты же на деле видел, насколько я плох, – Антон взял со стола ещё один кусочек рулета под осуждающий взгляд. – Во-первых держи ложку и перестань крошить на пол, там уже пол десерта, а во-вторых не так уж ты и плох. Ни у кого с первого раза идеально не получается. – Да не, у меня и со второго не получится, – Антон прыснул смехом, вместе с крошками на стол. – Упс...

***

Ближе к вечеру внезапный снегопад уже прилично застелил белыми мягким слоем землю. На улице было очень красиво. Крупные снежинки продолжали падать с неба. – Тох, пошли прогуляемся, – тянул за рукав Арсений задремавшего парня. – Да ну, там же холодно сейчас, – потирая глаза, он приподнялся с дивана. – Зато красиво. Видел, сколько навалило? – глядя на вопросительно лицо, продолжил, – а, ты же третий час валяешься. – Да, реально много, – Антон тем временем заинтересовался идеей о том, чтобы выйти на улицу. – У тебя термос есть? Арсений пару минут чем-то гремел на кухне, а затем снова вернулся в комнату с стальной бутылкой. – У меня есть горячий шоколад, – быстро сообразил он. – Отлично. Только можешь одолжить какой-нибудь свитер, а то чувствую, замерзу, – ему протянули ярко-красную вещь, приятно ощущающуюся кожей. Несколько слоев одежды уже были на парнях, а термос с обжигающим напитком в рюкзаке. Потому оставалось только придумать маршрут, по которому можно было уютно прогуляться. Так, чтобы не отвлекал шум транспорта и толпы людей, спешащих закупиться к празднику. – Здесь есть небольшой скверик, можем туда пойти, – Арсений открывал и закрывал шкафчики в прихожей, одновременно проверяя карманы в поисках ключа. Антон на это тихо посмеивался, убеждаясь, что данное событие у всех остаётся неизменным.

Как убеждали продавцы в магазине, это была идеальная для зимы подошва. Как же они откровенно наеобманывали. Антон несчадно скользил по заледеневшему асфальту, который покрылся тонким слоем льда. С равновесием у него всегда были проблемы, а тут целый каток. Стараясь шагать осторожно, он напрягал каждую мышцу ног, чтобы в нужный момент быть готовым к трюку на льду. Несколько раз его ловили крепкие руки. Но в какой-то момент Арсений, видимо, расслабился, посчитав, что препятствия миновали. И именно тогда, не заметив в полутьме заледенвший участок, Антон очень эпично полетел назад. – Арс, ну зачем ты повёл нас гулять в снег, – потирая ушибленный зад, возмущался он. Заботливо подняв и оттряхнув от снега, Арсений теперь держал его за локоть, рискуя завалиться вместе. Постеленные на лавочке пакеты, которые еще не успели намокнуть, были очень кстати. С другой стороны улочки шла пара, которая, похоже, тоже подметила эту лавочку. Но Антон, освободившись от хватки, рванул вперёд, рискуя упасть, распластавшись, как звёздочка, и больше не всать. Но в приоритете сейчас было тёплое насиженное местечко, а остальное было на втором месте по уровню важности. И он успел, заняв собою сразу два места, тем самым показывая противникам, что те проиграли. И девушка, которая тоже ускорилась, но не успела, не дойдя пары метров, спешно развернулась, пробубнив что-то под нос. Арсений, которому победа, похоже, была абсолютно не интересна, лишь махал головой и посмеивался над таким экшеном. Теперь уже не беспокоясь о конечностях, которые можно было легко повредить, поскользнувшись или упав вместе с тем, кого страхуешь, оно попивали действительно горячий шоколад. Тепло разливалось по телу, не давая замёрзнуть. Антон, нехотя передав свою грелку в виде термоса Арсению, достал сигарету. – Каждый раз думаю, как ты их куришь? Они ж крепкие и вонючие, – брезгливо отмахиваясь от дыма, говорил Попов. – У меня тот же вопрос. Как можно лопать сразу две, противно же. Одна химия. Далее следовали долгие рассуждения о том, что сейчас в целом от табака осталось одно название и химия присутствует в любом случае. Но Антон настаивал на том, что капсулы добавляют ещё больше вреда, да и к тому же «Арс, ну они же перебивают вкус. Ты просто не распробовал». Арсений на это отмахивался, настаивая на том, что безкапсульные сигареты вообще невозможно курить. Остановились они на том, что надо бы вообще бросать это все дело. Конечности постепенно начинали каменеть, оповещая о том, что пора домой, в тепло. Да и термос почти опустел, уже не сохраняя тепло оставшегося напитка. Антон напоследок решил выкурить ещё одну, наблюдая за тем, как красиво выглядел снегопад в свете фонаря. Он глянул на Арсения, который, похоже, разделял его романтику, записав в Инстаграм историю. Находясь в раздумьях и стирая раз за разом подпись к видео, тот не замечал, как его профиль рассматривают. Несколько снежинок легло на ресницы, нос от холода немного покраснел, а губы обветрились. Антон обводил глазами лицо раз за разом, не боясь быть замеченным. Уж слишком красиво было это всё. Заснеженные дороги, неяркие фонари, прохожие, выгуливающие одетых в смешные костюмчики собак и Арсений. Весь такой уютный, в своём шарфе, который обвивал до подбородка, чёлкой, которая немного взмокла и ложилась на длинные ресницы, и в перчатках, одну из которой тот держал в зубах, чтобы печатать в телефоне. Самому хотелось достать телефон, дабы оставить в нем этот момент. И плюнув на всё он полез в карман. Закончив с подписью, Арсений убрал телефон и наконец-таки заметил излишнее внимание к своей персоне. – Чего? – вопросил он, надевая уже неприятно-холодную перчатку. – Ничего, красивый ты, – рассмеялся Антон, вспомнив ту самую фразу из игры. Уже в голове он добавил продолжение, но, судя по лицу, напротив, в теме был только он один. – Ага, – отозвался Арсений. – Антош, ты настолько замёрз? – саркастично вопросил он, приложив руку ко лбу. – Арсюш, ты просто стареешь и не шаришь за тренды, – поднявшись с лавочки, он растирал заледеневшие ладони, и пальцы, которые всё больше переставали слушаться, не желая сгибаться и разгибаться. Неожиданно его руки обхватили, а после вручили перчатки. Не став долго упираться, он натянул их на себя, ощущая чужое тепло. – Спасибо, конечно, но ты сам не замёрзнешь? И, добавив градус нежданчиков, Арсений засунул в карман его руку вместе со своей. – Так быстрее согреется, – объяснил он. –И меньше вероятность того, что ты упадёшь. – Ага, потому что упадём мы вместе, – обхватив чужие пальцы, он пытался не слишком очевидно давить лыбу на лице. Во-первых он был рад тому, что настроение Арсения значительно улучшилось и соответственно обстановка стала приятнее. Ну а во-вторых так действительно было теплее, и он чувствовал, что пальцы стали постепенно согреваться, особенно те, что находились в чужом кармане. Они так и шли, держась за руки, и даже можно было не переживать о том, что подумают окружающие. А что думал сам Антон? Да ничего особо он и не думал. Просто не хотелось. Было хорошо и нарушать этот момент каким-то размышлениями и разного рода вопросами в своей голове было бы ну очень некстати. Всё потом.

***

Антон грелся в ванной, попивая растворимый кофе со вкусом карамели. Горячая вода обжигала, отчего кожа была красной, и в первые минуты покрывалась муражками. Но было приятно, что аж до рассоабленного стона. Для полной погруженности включил спокойную музыку на телефоне. В их с Димой съёмной квартире только душевая кабина, что являлось огромным упущением. У Арса же, была ещё старых времен чугунная широкая ванна с большим расстоянием между спинкой и стеной, куда можно было поставить и стакан с чаем, и телефон положить, и при желании, свой ужин, если очень хотелось. – Ты там не уснул? – стучал в дверь Арсений. Сделав потише, Антон подал голос, что не захлебнулся во сне и с ним все в порядке. Он всего лишь хотел как следует согреться и полежать в водичке. Даже если прошёл уже час и приходилось в десятый раз добавлять горячей воды. – Выходи давай, я тоже хочу, – продолжал он. – Иначе я сейчас к тебе сам залезу. – Залезай, места хватит, – Антон не ожидал того, что дверь распахнется, обдавая холодным, по сравнению с его парилкой воздухом. – Эй! Он дёрнул шторку на себя, отчего та вместе с карнизом полетела вниз. Арсений, громко хохоча, удалился, пока получивший по голове Антон, матерясь, пытался поставить всё обратно. – Вот ты козёл, – подрагивая от резкой смены температуры, бурчал он. – Я к тебе тоже завалюсь. – Да пожалуйста, – самодовольно произнёс Арсений. – Места ведь много, – на последок подмигнул он. И Антон действительно ждал пока спустится вода, Попов сполоснет ванну и также удобно устроится в ней. А пока он поспешил одеться, дабы не замёрзнуть вновь, и пошёл искать еду. Так как салаты они решили оставить на завтра, пришлось в прямом смысле рыться в чужом холодильнике, чтобы найти хоть что-то съестное. Остановился на яичнице. Спустя некоторое время, за которое уже и еда была съедена, и посуда за собой была помыта, Арсений успел притихнуть. У Антона уже созрел план мести. Но какого было разочарование, когда, дернув за ручку, он понял, что дверь была закрыта. – Козел, – повторился под ехидный смешок за дверью. Уже спустя пару десятков минут Арсений вышел с ванны, румяный, с его фирменной укладкой и давящий ну слишком уж довольную лыбу. Шастун же, недовольно фыркнув, отвернулся, всем своим видом показывая, что тот его совершенно не интересует, и уткнулся в телефон. – Если ты так сильно хотел присоединиться, то мог бы и сказать. Я бы впустил. – Ой, иди лучше вытрись получше, а то вон, капает с тебя, – он сделал звук на видео погромче, окончательно развернувшись спиной. В какой-то момент всё же надоело играть в обиженного на то, что его месть не удалась, и Антон начал раздумывать чем бы им заняться. Хотелось, чтобы эти несколько дней были максимально интересными и непохожими на обычный рутинный день, из которых состояло девяносто процентов его жизни. Из вариантов была бутылка вина или егеря и какие нибудь игры, с которыми можно было связать алкоголь. – Чего ты ходишь, как неприкаянный? –отвлёкся от активной переписки с кем-то Арсений. – Да скучно как-то. Предлагаю открыть бутылку вина и поиграть во что нибудь. Он встал напротив, нависая. Арсений выключил экран телефона, вздохнув. Достав белое сухое и два бокала на столик, вопросительно глядел на затейщика. – Во что играть то будем? – Ну, не знаю. Давай в правду или выпивку, – Антон решил, что это будет очень хорошим способом для того, чтобы узнать больше информации. По крайней мере, он надеялся на то, что в игровой форме Арсений начнёт рассказывать больше. – Ну, давай, – слегка нехотя отозвался он, разлив выпивку по бокалам. – Я начну. За что тебе стыдно больше всего? – Хороший вопрос, – задумчиво ответил Антон. – Наверное, за то, что давно не навещал родителей. Они живут в другом городе, и у меня никак не получается к ним съездить. Мы хотели собраться на Новый год, но не получилось. Ладно, теперь мой вопрос. Есть ли в твоей жизни то, что ты хотел бы изменить? Или, например, сделать по-другому? – Да, – коротко ответил Арсений, под осуждающий взгляд. – Что? Ответ не обязательно должен быть развёрнутым. – Ну, блин, так нечестно, – несогласно возразил, вскинув руками. – Такой ответ не принимается. – Ладно, ладно. Я бы хотел изменить некоторое окружение. Достаточно информации? – он получил не менее недовольный, но всё же кивок. – Почему ты продолжаешь со мной общаться? Антон свёл брови к переносице, закусив нижнюю губу. Вопрос поставил в тупик. Нет, он, конечно, понимал, что в какой-то момент игра перестанет быть игрой, но это произошло слишком быстро. Захотелось опустошить бокал, но Антон не стал этого делать. Ведь если бы он стал закрываться, то и Арсений бы последовал его примеру. – Это довольно сложный вопрос, – молчал несколько минут, тряся ногой. – Не знаю, я просто... хочу? – А как же моя зависимость? – Арсений тоже заметно занервничав. Судя по всему, он уже пожалел о своём вопросе. Но слово, как говорится, не воробей. – Я просто надеюсь на то, что всё будет хорошо, и ты с этим справишься. Может, я ошибаюсь, но ты ведь сейчас не...? – заканчивать фразу не было необходимости. – Нет, но это даётся мне очень тяжело, – всё лицо разом опустилось вниз. – И я не хочу давать тебе ложных надежд. – Хорошо, – тихо выдохнул Антон. –Продолжим игру? – Да, сейчас твой вопрос, – Арсений потянулся к бокалу, но остановился. – Сегодня на балконе, когда мы говорили о твоём друге.. ты ведь не из-за него был в таком настроении? Теперь рука уже уверенно взяла бокал в руки, разом опустошив. Тем самым он и ответил на вопрос. Антон, если честно, и не надеялся услышать хоть какой-то ответ, но всё равно слегка расстроился. Всё больше ему хотелось узнать, что же за страшную тайну хранит Арсений. Но, похоже, узнать это придётся не скоро. – Я даже и не знаю, что такого тебе задать, – крутя бокал в руке, сказал он. –Когда у тебя были последние отношения? – Давно. Не могу назвать точно, но примерно год назад. А у тебя? – вопросил он, уже выстраивая цепочку вопросов, но Арсений внезапно выпил. И тут он перестал понимать, что к чему. Вот что это должно значить? Арсений действительно женат или просто находится в отношениях? – Не смотри на меня так, – он вытер остатки алкоголя с губ рукой. – То есть ты в отношениях? – он нарушал правила игры, задавая второй вопрос подряд, но было уже как-то всё равно. – Нет, – подумав, ответил Попов. – А что тогда? – не выдержав, Антон наконец-то сделал глоток вина, окончательно забив на игру. – Не забивай себе этим голову. Просто захотелось выпить, – он отвёл глаза, заняв руки подушкой, которая криво лежала. – Ты же врёшь мне сейчас? За его вопросом последовал ещё один бокал. Антон не понимал, захотелось ли «просто выпить» Арсению, или это игра продолжалась. Он тоже налил себе ещё, поморщившись от количества. На кухне он открыл пачку чипсов, закусив ими, и решил в комнату больше не возвращаться. Начинало слегка раздражать это увиливание. А ещё где-то внутри начало зарождается нечто вроде ревности. Он это чувство гнал. Ведь было бы глупо ревновать человека, с которым даже не встречаешься. Антон с чувствами то своими разобраться до конца не мог, какая там ревность. Они так и закончили играть, оставшись в молчаливом недопонимании, но разбираться с этим не стали. Арсений, допив вино, отправился на балкон, а Антон в другую комнату, решив, что если и будет с этим всем разбираться, то точно не сегодня.