Обратная сторона эйфории

Сестра сидела на другой стороне односпальной кровати, поджав ноги под себя, и внимательно слушала. Каким-то образом они разговорились о всяком десятом и личном. Та рассказала о парне, в которого была долго влюблена. Очень ярко, до кончиков пальцев. Думала, что ничего не получится, сомневалась в себе, а тот взял и пригласил её на свидание. И вот сейчас, спустя три месяца просто восхитительных отношений, наполненных бесконечной нежностью, она вдруг поняла, что всё. Ей стало банально неинтересно. И парня было жалко, и с собой она ничего поделать не могла. Вот таким тяжёлым периодом с ним решила поделиться Вика. Остальные в доме, а то-есть мама и Ира что-то вытворяли на кухне. Там играла музыка, гремела посуда, Майя что-то рассказывала, девушка иногда посмеивалась. А в комнате Антона сейчас витала своя обстановка. Они с сестрой давно не общались и даже не переписывались, разве что поздравляя с праздниками. Просто выросли, просто росто у каждого своя жизнь. Но вот теперь настало время откровений. Антон решил признаться. Момент – и он уже рассказывал о прошлых неудачных отношения. Вика активно использовала мимику, удивляясь, сопереживая и в конце злясь на бывшего своего брата. Ещё момент и он уже рассказывает об их с Ирой отношениях, своей неопределённости, Арсении и его: – Ублюдский поступок. Но я ничего с собой не могу поделать. – Понимаю тебя, – она качала головой, поджав губы. – Может, сейчас всё идёт правильно? Может, так и должно быть? – Антон крутил на запястье подаренный ему браслет. – Ну, слушай, я думаю, нужно делать так, как чувствует твоё сердце, – девушка водила глазами по комнате с настолько вовлеченным видом, будто была третьей в их отношениях. – С другой стороны, он, конечно, тот ещё... Антон мысленно согласился со всем и запутался ещё больше. В таких ситуациях он ещё никогда не оказывался. И вот вроде все очевидно: Арс плохой, с ним всё закончено, и это самый лучший исход, но.. – Вы чего тут? – Ира выглянула из прохода. – Секретничаете? Брат и сестра переглянулись, ну совсем не подозрительно. – Вспоминаем былое, – сообразила Вика. – Понятненько, – девушка полностью появилась и едва заметно приподняла бровь. – Ну, как закончите, то приходите на кухню. Этот день вместе с семьёй был последним. Уже завтра рано утром пора было на поезд. Сильно не хотелось вновь возвращаться к обычной жизни, где нужно думать и что-то решать. Практика уже кончалась, впереди его ждали последние месяцы и выпуск. А ещё нужно было определяться где жить, с кем жить и вообще, как это делать. Если заходить ещё дальше в будущее, то его ждал поиск работы и себя. Всё это казалось слишком тяжким грузом. Хотелось вернуться лет так на десять назад и беспокоиться лишь о том, чтобы мама не проверила дневник, где сверкало несколько троек. Антон, как и многие подростки, хотел быть взрослым. Это казалось таким крутым, ведь можно было делать всё, что угодно. Никакой тебе домашки, запретов на прогулки и ночёвки, полная свобода. А ещё можно было бы не скрывать свою очень рано приобретенную вредную привычку. Теперь ему не приходилось закидываться пачкой мятных конфеток и обрызгивать себя дезодорантом перед тем, как подойти к маме. И гулять допоздна ему никто не запретит. Только сейчас подобное уже не ощущалось таким желанным. Прямо как в песне «могу идти куда угодно». Хотелось какого-то личного взрослого, который бы давал свои приобретённые с жизнью мудрые советы. Направлял, подсказывал как правильнее. Очнувшись от мыслей, Антон взглянул на Иру, которая, глядя в тарелку, похоже, также о чем-то активно думала. Вика с мамой этого не замечали, обсуждая нечто свое. Стало даже интересно, о чем так глубоко могла задуматься девушка. Ладно его вечно переполненная голова, но для Иры такое было несвойственно. В её жизни будто всегда всё было ровно, и она не несла за собой груз проблем. Невольно пришло осознание, что и Арс, и Ира являлись для него солнцем. Только вот парень был порой слишком жарким, часто ослепляющим. И если не наносить солнцезащитные крем, то обязательно сгоришь. Девушка же всегда была тёплым и согревающим. С таким не беспокоишься о неровном загаре или опасных ультрафиолетовых лучах. Одновременно с этим первое солнце являлось и колким льдом. Такой мог как охладить, так и заморозить к чертям. Другая сторона Иры являлась воздухом. Слабый ветерок, немного взъерошивающий волосы, придавая им новую форму. Иногда погода могла портиться, и листья уже начинали волноваться, падать с деревьев, а причёска теряла всякую форму. – Звоните нам вместе почаще. А лучше вообще включайте сразу видеосвязь, – обратилась Майя к паре. – Да, мам, обязательно, – на автомате ответил Антон.

***

Казалось, все люди на перроне были невыспавшимися, то и дело зевая. А может, состояние Антона делало видение таким. Он сам спал не более четырёх часов, то и дело вставая с кровати, дабы попить водички или сходить по нужде. Ирина тоже выглядела уставшей, и даже хорошо подобранному тону не удавалось скрыть синяки под глазам. Но оптимизма, конечно, в ней было к гораздо больше. – Блин, опаздывает, – глядела она на миниатюрные золотистые часы на руке. Антон сдвинул кепку поближе к лицу, жалея, что не взял с собой солнечные очки. «Арсений сегодня жарит не по-детски» — он представил лицо того на небе. Вспомнился мультик про телепузиков. Всё казалось странным из-за недостаточного количества сна. Странные мысли, странные чувства. Дереализация становилась уже какой-то обыденностью, настолько часто она приходила. Антон плыл по волнам, разглядывая бетонную плитку. Хотелось увалиться спать. Сумки с вещами так и манили сесть на них, а лучше вообще лечь, положив под голову. Рифмовые строчки сами по себе складывались в текст, представлялся мотив. Антон уже как-то пробовал писать музыку и даже что-то там сводить, но данное творчество никогда никуда не выкладывалось. Открыв заметки, он начал записывать пока какие-то отдельные несвязанные куплеты-припевы. К сожалению, неясный мотив записать не было возможности, но была надежда на то, что всё это просто останется в памяти. Хотелось увлечься этим полностью, придумать обложку и вложить в это всё свой особый смысл. Антон уже знал какой. Виднеющийся поезд не дал по полной мере раскрыться вдохновению. Но, по крайней мере, эту песню он оставлять уже точно не собирался. Он допишет, сделает звук и обязательно придумает завершающую всё обложку.

***

– У тебя классная мама, – Ира разбирала вещи, складывая какую-то часть в шкаф, а остальное заранее в стиральную машину. – А ещё вы очень похожи. Антон с видом золотистого ретривера сонно улыбался. Настроение немного улучшилось, по большей части благодаря девушке. Она, похоже, приняв таблетку бодрости, даже не ложилась ещё на кровать, то и дело занимаясь какими-то полезными вещами. Было желание помочь, но вялость перевешивала на чаше весов. Ему уже и чай с вареньем принесли, и печеньки. Оставалось только поцеловать в макушку, и тогда точно можно было ложиться спать, но за заботу нужно было отвечать тем же. Потому с огромными усилиями Антон оторвал себя от подушки и собрался взять стирку на себя. С ней то он точно должен был справиться. Семейная жизнь грозилась растянуться ещё на неопределенное время. Конкретный переезд они не обсуждали, всё происходило само собой. Антон иногда приезжал к девушке, когда квартира была свободна. Такое случалось нечасто, потому что в основном родители девушки всегда были в сборе. Сейчас те улетели отдыхать. Ира не полетела, ведь учебный год являлся последним, и нужно было готовиться. По крайней мере, ещё неделю квартира только в их распоряжении и Антон немного потерялся. Всё так стремительно менялось местами, что он не успевал за событиями. В целом его все устраивало, ведь Ира не напрягала вопросами об их отношениях, они не строили планов на десять лет вперёд, никто никого не ставил перед выбором. Как будто всё так, как и должно быть. Вот она, стабильность, нормальная жизнь с девушкой, и никаких сомнений быть не должно. Да только их жизнь не математика, где всё чётко и по схемам. У Антона в жизни два плюс два было равно пяти с половиной. А деления он вообще не проходил. Ира что-то расставляла на кухне, добиваясь перфекционизма и напевая нечто спокойное на английском. Наблюлая за ней, можно было и самому стать чуточку уравновешеннее. Линии становились плавными, тело подрасслаблялось, но будто чего-то не хватало. Например, не в тему пошловатых шуточек или подстебов. – Ко мне сегодня должна приехать подруга, ты же не против? – девушка повернулась лицом, сдувая с него выпавшую чёлку. – Конечно нет. Странно, если бы я запрещал тебе приводить друзей в твой же дом, – усмехнулся Антон, уже приготовившись к знакомству. Как оказалось, та самая подруга была уже в пути. Перед её приходом Ира решила навести настоящий марафет, побеспокоившись даже об укладке. Также она переоделась из домашнего в более опрятную одежду. Антон решил, что это какие-то девчачьи приколы. В сравнении он выглядел так, словно был бездомным и его только сегодня подобрали с улицы. Пришлось мыть голову и хотя-бы надевать носки без дырки. Не успел он уложить мини-гнездо на своей голове, как раздался дверной звонок. – Приветик! – гостья сняла туфли и обнялась с подругой. Антон неловко поздоровался и решил, что оставит девушек наедине, но не тут то было. Кузнецова позвала сразу обоих в зал. – Ну, знакомьтесь, – сказала она и ушла на кухню. Присутствовала неловкость, потому, представившись, они сидели молча в ожидании. Будто специально девушка долго возилась в другой комнате. – А вы с Ирой вместе? – внезапно задала вопрос Дарина. – Ну да, – он привычно крутил всё, что было надето на руках. – Это хорошо, – многозначительно отозвалась девушка. Наконец, вернувшись с двумя кружками чая и упаковкой уже открытого ранее для Антона печенья, Ира села посередине. Не став дожидаться активности от остальных, она начала беседу, стараясь затянуть в неё обоих молчунов. – Вообще, мы с ней ещё в школе вместе учились. Прямо как вы с Димкой, – она откусила песочную печеньку, которая сразу начала сыпаться в подставленную руку. – Правда, сначала мы враждовали немножко. – Ага, совсем немножко, – девушка убрала за ухо прядь каштановых волос. Она стала рассказывать о том, как между ними едва не вспыхнула сильнейшая ссора из-за недопониманий. Дарина откровенно делилась неприязненными чувствами к нынешней подруге, которые были в самом начале их знакомства. – И как в итоге вы начали дружить? –вопросил Антон, чувствуя потребность в никотине, но при этом имея интерес к истории. – Я просто поняла, что.. – Ира на миг остановилась, запнувшись на продолжении, – что Дарина не такой уж плохой человек. Просто у нас изначально не задалось. Если честно, мне всегда хотелось с ней заобщаться. – А я просто ревновала её к одному мальчику, но потом поняла, что тот просто бабник и клеится ко всем, – хохотнула девушка. – Потом оказалось, что у нас с ней совершенно разные вкусы на парней. Посидев ещё немного, Антон всё-таки не стерпел и отпросился на перекур. Странно было держать в своей руке двухкапсульный Винстон. Он просто ни с того ни с сего купил именно такую пачку в магазине. С минуту сигарета просто вертелась в руке, словно диковинная вещица. Решившись, чиркнул зажигалкой и сделал затяжку. Похоже, это была дополнительная стадия принятия под названием «копирование личности». Такими темпами можно было не только его сигареты начать курить, а полностью перенять образ жизни. Смахнув пепел, Антон повернулся, наблюдая за девушками. Дарина, активно жестикулируя, что-то говорила в то время, пока её подруга, положив голову на кулак, просто смотрела на неё. Почему-то за этим было интересно наблюдать. В какой-то момент девушки подсели ближе друг к другу, и одна из них, достав телефон, начала что-то в нем показывать. Ира по-прежнему смотрела прямо, лишь изредка опуская взгляд вниз. «Интересно» — Антон сложил руки на груди. Чувство дежавю. Он снова наблюдал за кем-то из-под прикрытия. Ещё немного и начнутся подозрения по поводу самого себя в странных пристрастиях. Пока Дарина продолжала что-то листать в телефоне, на её профиль всё откровенней глядели. Либо Иру совершенно не интересовала информация, либо.. Посчитав, что его наблюдения за людьми попахивают чем-то странным, Антон вернулся, чтобы делать это хотя бы в открытую. Присев рядом, он также глядел в чужой телефон, где был открыт профиль какого-то парня. По-видимому Дарина показывала своего молодого человека. И вот вроде обычные разговоры подруг, а вроде Ире было совершенно неинтересно. Она как-то слишком близко находилась к своей подруге, практически касаясь лицом её плеча.

***

Они долго валялись, обсуждая породы собак и в целом животный мир. Антон вспоминал Максика, все более желая себе такого же. Ира была такого же настроя, только уже стопроцентно принявшая решение. – Нет, правда, я возьму себе такую породу, – говорила она, листая галерею. – А я хочу, чтобы Бэл жил со мной, – надул губы Антон. – Может, вы как-нибудь договоритесь об этом? – осторожно спросила девушка. – Ой, не знаю, – выдохнул, откинувшись на спину. – Всё так непросто. К слову о «непросто» Антону пришла новая тема для разговора. И характер у неё был подобный, потому приходилось думать над тем, стоит ли начинать. Он уже как-то пытался заводить подобные разговоры, и ничем хорошим это не кончалось. Но, похоже, такова его суть – заводить максимально напряжённые темы. – Слушай, Ир.. – Антон на прикусил губу, словно готовясь прыгнуть с парашютом. –А вот Дарина, это случайно не та девушка, в которую ты когда-ато была влюблена? – Хм, – девушка поджала ноги и подняла глаза в потолок. – С чего ты решил задать такой вопрос? – Эй, вопросом на вопрос нечестно отвечать, – он хлопнул девушку ладонью по бедру. И всё-таки сейчас было гораздо проще. У него не тряслись поджилки от того, что поднялась волнующая его тема, Ира не смотрела на него волком, а в воздухе не подскакивала напряжённость. – Ой, ладно, – она тыкнула пальцем в бок, отчего парень, рассмеявшись, съежился. –Да, это она. – Ничесе, – Антон перевернулся на живот и приподнялся на локтях, сделав максимально безобидное лицо. – И вот ты сейчас вообще ничего к ней не чувствуешь? – Блин, Антон, ну вот что ты, – девушка нахмурилась. Он махал ногами, почему-то слишком сильно улыбаясь. Вот вроде понимал, что его девушка влюблена в другого человека, но было совершенно не обидно. Он чувствовал нечто иное, похожее на облегчение. Вот будто сейчас все встало на свои места. – Ой, да ладно, – Антон доверительно моргал и не выражал никаких негативных эмоций. А вообще это все казалось чем-то нестандартным. Почти выяснилось, что они не любят друг друга в обычном понимании, и в таких ситуациях люди просто молча уходят, но они вот продолжают валяться, при этом не выражая печали по данному поводу. И сейчас, скорее всего, они будут обсуждать это как ни в чем небывало. – Ну, если честно, то да, – девушка неловко скосила глаза. – Это всё странно, да? – Есть немного, – Антон в очередной раз сменил позу, теперь уже просто сев ровно. Дальше стало сложнее, ведь теперь нужно было что-то думать и принимать решения. Хотя изначально было ясно, что они зря влезли в отношения. Оставалось только не испортить этим всем дружбу. – Никогда не думала, что между нами может что-то быть, – усмехнулась Ира, растянув уголки губ в стороны. – Но я ни о чем не жалею. Наверное, нам обоим это нужно было, – она вопросительно глянула в глаза напротив. – Да, ты права. Но мы ведь всё ещё друзья? – Ну конечно, – легко отозвалась девушка, вновь затыкав Антона. Обстановка окончательно разрядилась. Будто бы ничего этого не было и непонятных отношения между ними не существовало никогда. В таких случаях обычно оставалась неловкость, стыд и невозможность смотреть друг другу в глаза, но только не в их случае. Всё осталось как прежде, разве что они стали друг другу ещё ближе. Уровень доверия и искренности повысился. Пожалуй, теперь они являлись лучшими друзьями, и Антон определённо считал это огромным везением, которое доставалось одной такой паре из ста. – А чего ты ей не признаешься? – Тош, она парней любит, – сделав акцент на пол, ответила девушка. – Не, ну а вдруг, – на его слова лишь помахали головой. Антон еще некоторое время пытался призвать девушку к действию, но та была непреклонна. Потому вместо этого стали решать жилищный вопрос. Никто не был против того, чтобы пожить еще вместе до конца отпуска родителей. А потом у Антона оставался лишь суп с котом. Двери в квартиру Кати были всегда открыты, но это казалось уже перебором. Ведь его друзья итак уже многое дали и сделали. Потому оставалось только брать кредит на снятие жилья и вместе с этим активно искать работу.

***

Вечер кино удался. Ужасы в двенадцать ночи – это именно то, что нужно было друзьям. Кроме Антона, конечно, ведь тот большую часть фильма просто сидел с закрытым руками лицом. Пока все остальные увлечённо хрустели чипсами да попивали свои напитки, он сжимал всё, что только можно было сжимать в ожидании скримера. – Да че ты, Тох, ну вообще не страшно же было, – саркастично говорил Дима. Антон закатил глаза и ускорил шаг, отбиваясь от строя друзей. Завтра утром ему нужно было ехать на собеседование, а у него перед глазами до сих пор были страшные картинки. – Идите нахрен, я больше с вами никуда не пойду, – отмахивался он, подрагивая от запугиваний друга. Если без шуток, то Антону на самом деле всё понравилось, пусть и было до жути страшно. Хотелось вот так почаще собираться всей компанией. Только в следующий раз уже без ночных ужастиков. К сожалению, таковое повторится, скорее всего, не скоро, ведь неделя подходила к концу. Скоро ему нужно было куда-то съезжать, вместе с тем вновь пытаясь балансировать между учебой и работой. Не факт, конечно, что заработок удастся найти быстро, но Антон был настроен серьёзно. Всё, лафа закончилась, и теперь отвертеться уже не получится. Да здравствует недосып и нехватка свободного времени!