Когда заканчивается сказка

— Говорят, — на бегу, еле как дыша, прохрипела Ася, — что медведи не будут трогать человека, если он притворится мертвым. — Не ровен час, и я действительно притворюсь мертвой, — ответила ей я, — только взаправду. Я бежать уже не могу! — Хочешь жить, Катерина, умей бегать от медведя, — догоняя меня сзади, сказал Гэндальф. В его словах была доля истины, так что спорить я не стала: на это попросту не хватило бы дыхания. Адреналин зашкаливал, и именно поэтому, я думаю, мы ещё как-то могли бежать. Каким-то чудом я смогла добраться до двери деревянного домика. Только вот почему-то весь отряд не заходил внутрь, а столпился около большой дубовой двери. О, нет, только не говорите, что она заперта… Если это так, то придется практиковать метод Аси. Ну, или же Бомбура придётся зверю оставить, а самим драпать куда подальше. — Ще… — попыталась сказать Ася, но сбивчивое дыхание не дало ей внятно произнести слово, — ще… — Щека болит? — спросила я. Ася судорожно покачала головой. — Ще… — Ще… что? Щетина отросла? Я не понимаю… — ЩЕКОЛДА, МАТЬ ВАШУ! — крикнула во весь голос Ася. — А, да. Это хорошая мысль. Тут же дверь щелкнула и отворилась. Забежали почти все, да вот дверь закрыть не успели. Здоровенная медвежья морда просунулась в закрываемую дверную щель. Она была настолько огромна, что я непроизвольно присела от ужаса прямо в сено, которого здесь было великое множество. Глаза при этом у меня были, наверно, размером с тарелки. Не знаю, каким образом, но гномы смогли оттолкнуть медведя, словно мешок картошки, после чего закрыть дверь. — Что это было?! — посмотрел с ошарашенным взглядом на Гэндальфа Ори. — Я даже не знаю, Ори, — выдохнула Ася, — трудный это вопрос. Сам-то как думаешь? — Это хозяин дома, — оповестил всех Гэндальф. Все разом уставились на волшебника, а тот лишь усмехнулся в бороду от такой реакции. — М-де, — я поднялась с земли и отряхнула от сена штаны, — ну, как говорится, очень гостеприимный был домик. Черный выход я уже вижу, так что… — Мы никуда не пойдём, — спокойно сказал Гэндальф. — Как ты собрался вести переговоры с медведем? — спросила я, — орлов я ещё могла понять, но… — Мы и не будем. Имя этого медведя — Беорн. И он оборотень. Иногда он громадный чёрный медведь, а иногда — громадный могучий человек. Мы договоримся с ним… Гэндальф замолчал, словно обдумывая последующие свои слова. — Гэндальф, давай на чистоту, — вздохнула я, — есть в твоем Беорне какие-то изъяны помимо того, что он в медведя от раз к разу превращается? — Он гномов недолюбливает, — просто сказал волшебник, проходя дальше в дом. — Как же хорошо, что у нас в отряде нет ни одного гнома, — язвительно заметила Ася. Гэндальф решил пропустить колкое замечание мимо своих ушей. Он просто посоветовал нам поскорее лечь спать. Но тяжело, знаете ли, заснуть, когда знаешь, что за тонюсенькими деревянными стенами ходить огромный гризли-оборотень. Однако же никто спорить не стал. Гномы просто разошлись по дому, изучая местность.  Сама хижина была просто огромных размеров, да и всё содержимое не уступало ей в габаритах. Одну часть домика занимала просторная кухня, другую — подобие сеновала, где ютился различный скот. Внезапное вторжение совершенно не произвело на них должного впечатления. Здоровенные, по обычным меркам, коровы и козы мирно продолжали стоять на своих местах. Атмосфера здесь была странная. После величественного Ривенделла домик Беорна казался совсем простым, но от этого не менее чудным. Воздух здесь был пропитан запахом парного молока, меда, свежескошенной травы и деревянных стружек. От этого не могло не навеять приятных воспоминаний детства.   — Вот это русское барокко не будь ко мне жестоко. Почему здесь всё вырезано из дерева? — спросила я. — А что, мне нравится, — заметил Кили, — только меня больше смущают размерчики. Ты только глянь на это кресло. А на стол! Что за великан этот Беорн? — Ты не слышал Гэндальфа? — спросил Фили, — человеческий облик Беорна не будет уступать в размерах медвежьему. Все остальные уже нашли себе место для отдыха на кучах сена. Сон на сеновале. Я, конечно, любила походные ночлеги под открытым небом, но на сене всё равно спать мягче, теплее и приятнее. Так и заснули. Ася смогла выбить нам самые презентабельные места на сене. Гномы не возражали. Они и тому было рады, что у нас на одну ночь есть какое-никакое укрытие от орков и медведя.  И, отдать должное, ночью я спала хорошо. Уже и без того было понятно, что медведь не будет трогать нас. Пока что. А вот какая будет у него реакция уже в человеческом облике, когда он узнает, что его домик оккупировали гномы-энтузиасты — уже другой вопрос. Пробуждение же выдалось несколько неожиданным. Только я открыла глаза, как увидела перед собой большой ворсистый и влажный нос одной из коров, что здесь стояли. Тот ещё видок. — Фууу, — подскочила я и вытерла мокрое от слюней лицо. — Мило смотритесь, — будничным тоном сказал кто-то позади. Это оказался Торин. Он мирно облокотился на какую-то деревянную балку и внимательно следил за моими действиями. — Торин, иди, знаешь, куда… — О! — подлетела ко мне Ася, — ты уже проснулась? — Я уже и умылась. Где все? — только сейчас я увидела, что места, которые были вчера заняты спящими гномами, теперь пустуют. — Перебирают перспективы, как подлизаться к Беорну, — ответила Ася. Тут же я заметила, что на голове совершенно ничего не подозревающей Аси сидит шмель. Причем не шмель, а шмелище! Как и всё в доме Беорна, этот полосатый товарищ был ОГРОМНЫЙ. Асе, которая-то и в нашем мире издавала звуки сирены, если на неё не так как-то прыгнет обычный кузнечик, нельзя было говорить об этом. — Торин, — я попыталась сделать спокойный и обычный голос, — Торин, спасай. Уловив траекторию моего взгляда и поняв, в чем состоит дело, король лишь закатил глаза. Но всё-таки подошел и смахнул с головы Аси этот неопознанный летающий объект от греха подальше. — Идемте уже к остальным, — сказал после он и отошёл обратно к отряду. — У меня сидело что-то на голове? — догадалась Ася. Я кивнула в сторону стола, где вокруг большой банки с медом кружилось несколько пчел (или же шмелей). Краска мигом схлынула с лица Аси, но я лишь поднялась со своего места и двинулась следом за Торином. — … выходите только по двое, — напутствовал тем временем всем Гэндальф, — запомнили? Все всё внимательно слушали? — Гэндальф, — позвала я, стараясь подавить зевок, — а можно повторить для особо отстающих? — В смысле отстающих? — возмущенно спросила Ася. — Да не в смысле, что отсталые, а в смысле, что мы отстали и прослушали всё, — пояснила я. — Первый вариант был тоже неплох, — усмехнулся Кили. Фили тут же прописал пинок брату. А он мне всё больше нравится. — Я пойду первым. Бильбо, ты пойдёшь со мной, — сказал Гэндальф. — Кто? — переспросил полурослик, — я? Разве это хорошая идея? — Да брось, Бильбо, — похлопала я его по плечу, — ничего там страшного не… — Ты тоже пойдёшь, Катерина. — Что?! — пискнула я, — нет! Вот как раз это уже не самая хорошая идея, Гэндальф. Ты не слышишь, как этот дровосек-любитель там своим топором рубает? — Ничего не знаю. Вы вдвоём идёте со мной. Все остальные по сигналу выходят после. — Гэндальф, возьми лучше Кили, — попыталась отвертеться я, — ему что-то очень весело, да и не жалко его. Бофур встал на место смотрильщика из окна, а серый маг лишь смерил меня пронзительным взглядом. — Хорошо! Но учти, что я делаю это без какого-либо особого желания, — проворчала я, проходя мимо. — Учту, — мило улыбнулся волшебник, направляясь прямо к Беорну. Что могу сказать. Вид, который открылся, только мы вышли за порог, действительно огорошивал. Огромный волосатый человек с гигантским топором наперевес колет бревна (спасибо, что не нас). — Ты волнуешься, — заметил Бильбо, глядя на Гэндальфа. — Основание есть, — мрачно сказала я. — Волнуюсь? Чепуха, — отмахнулся волшебник. Мы подошли почти вплотную к Беорну. Вблизи он казался ещё больше и опаснее. Во всей его внешности, как мне показалось, было что-то звериное и жуткое. Будто какая-то часть медвежьей натуры осталась и в его человеческом облике. — Доброе утро! — поприветствовался Гэндальф. — Кто ты такой? — хрипло от долго молчания спросил Беорн. — Маразматичный дедок, который вечно устраивает непонятную хренотень, сваливая её на наши головы, — негромко сказала я. — Я Гэндальф. Гэндальф Серый, — волшебник слегка толкнул меня ногой, чтоб помалкивала. — Не слыхал о таком, — Беорн покрепче перехватил топор и не мигающим взглядом уставился на нас. — Да вы счастливчик, — присвистнула я, вновь получая оплеуху от Серого. — Это еще что за комментатор там? — спросил Беорн. Я неуверенно выступила вперёд. Бильбо, которого, сомневаюсь, что даже было видно за Гэндальфом, подобного действия не повторил. — Я Катерина, — представилась я, стараясь смотреть великану только в глаза. Он вообще не моргал. Я не доверяю людям, которые не моргают. Они либо бояться вас, либо хотят убить, а этот гигант на вряд ли нас боялся. — И что вам нужно?! — Поздравить вас… — слова пришли сами, когда мой взгляд зацепился за небольшую рощу яблонь, стоящих рядом с домиком Беорна, — с Яблочным Спасом! Святой, между прочим, праздник.  Гэндальф смотрел на меня так, будто хотел убить. Хотя, кто его знает. Может, и в правду хотел. В любом случае, он уже явно пожалел, что втянул меня во всё это. — Ну, и поблагодарить за гостеприимство, — дополнила я, под взором сердитого волшебника. — А это что за коротышка? — спросил Беорн, когда случайно увидел Бильбо. Да, ему с такой высоты только мелких полуросликов и разглядывать. — Это Бильбо, — представила я друга, — он из… откуда ты там будешь? — понизила я голос. — Из Шира, — очень тихо сказал Бильбо. — Из Жира, — уверенно заявила я. — Занятное место проживания, — хмыкнул Беорн, — а он не гном случайно? — Обижаете, — расплылась я в улыбке, — он хоббит. — Полурослик, девица и волшебник, — подвел итог оборотень, — зачем вы здесь? — К…кажется, я уже отвечала на данный вопрос. Могу еще с Медовым Спасом поздр… Гэндальф больно ткнул меня посохом куда-то в бок. — Ну так говори сам! — с выступившими от боли на глаза слезами воскликнула я, — нечего дрыном тут своим тыкать в людей! — И скажу! — уверенно заявил волшебник, — дело в том, что мы попали в передрягу. Эти гоблины там в горах… — Не надо было к гоблинам соваться — это очень глупо, — рыкнул Беорн. — Вы абсолютно правы, — махнул в знак согласия рукой Гэндальф. В этот же момент сзади нас, по ступенькам, спустились Двалин и Балин. Двалин представил себя и брата, а Балин помахал рукой. Я тоже махнула ему в ответ, будто этот жест мог спасти нам наши жизни. — Я должен вам признаться, что в нашей группе есть несколько, — застопорился Гэндальф, — … эм… Катерина, не поможешь? — Хоббитов… переростков? — неуверенно предложила я. — Ну ты помогла, конечно! — запыхтел Бильбо. — Думаете, я гномов не узнаю?! — взвился Беорн, — и сколько вас таких? — Несколько, — неопределенно ответила я. — С каких пор двое — это несколько? — поинтересовался Беорн. — Раз уж на то пошло… — замялся Гэндальф, — нет, возможно, их больше, чем двое.  Глоин и Оин, которые сразу же выбежали после его слов, ярко подтвердили сей факт. Молодец, Гэндальф, нас всех тут прям так и зарубят. Да и Бофур тоже мне, дозорщик хренов. В каком, извините, месте он увидел здесь сигналы? В КАКОМ?! Таким вот странным образом очень скоро перед Беорном предстал весь отряд. Это было бы весьма комично со стороны, если бы не то обстоятельство, что нас всех прямо сейчас на блинчики с мясом порубят. Последним вышел Торин, тем самым ставя точку этому безумию, устроенному старым магом. И вот, то ли ветер подул как-то не так, то ли мне что-то стукнуло в голову, но я непроизвольно засмотрелась на него. На полном серьезе, в рядах неуклюже приседающих гномов, Торин сильно выделялся гордой королевской осанкой и ровным взглядом. Даже Беорн офигел от такого выхода. Вы прикиньте, он полностью закрыл глаза на всё только что произошедшее сумасшествие, потом пригласил всех в дом да ещё и завтраком угостил в придачу. Назревал вопрос: а какого хрена Торин сразу не вышел вместе с Гэндальфом?! * * * Беорн сам по себе оказался очень радушным хозяином. Он угостил нас пирогами с патокой и медом, различными сластями, а также разлил всем по кружке парного молока. Пока он играл в гостеприимного хозяина, параллельно шел разговор о насущных делах. Сначала Гэндальф прояснил оборотню историю всех наших злоключений, а также рассказал ему о цели нашего похода. Беорн, в свою очередь, рассказал нам историю о своих предках и Азоге. Именно этот белый гад истребил всех оборотней пытками в плену. Железные браслеты, висящие на руках Беорна, были тому доказательством. Также великан поведал о возможном союзе какого-то некроманта и орков из Дол Гулдура. Это означало, что если бы наш отряд не был наполнен упертыми баранами, то в Лихолесье мы бы не сунулись. Но так уж вышло, что наш отряд был наполнен как раз упертыми баранами, так что — увы. После прозвучало что-то про эльфов, на что Торин демонстративно вышел из-за стола. Но самое главное, Беорн вызвался нам помочь! Этому мы могли быть «обязанными» оркам Азога. Именно из-за них добрый великан решил снабдить нас провизией и пони. И вот мы сидим и вкусно завтракаем за столом, а вот уже седлаем крупноватых, как по мне, пони и готовимся выдвинуться в путь. — Я вот вроде бы и рада, что мы теперь пешком не будем идти, а вроде бы и нет, — сказала Ася, рассматривая пони. Пока Гэндальф пошёл перетирать последние новости с Беорном, у нас выдалась свободная минута на сборы. Рюкзаки заметно пополнели от еды, очень учтиво данной нам оборотнем, так что повозиться было с чем. — А я вот рада, — сказала я, — с ветерком и беззаботно поедем. — Ну, для кого как, — подошел Кили, — пони нам дали 13. Почти на каждую приходится большой рюкзак со снаряжением и провиантом. Поэтому Торин принял решение, чтобы на каждом пони сидело два участника отряда и плюсом рюкзак. Оставшихся пони просто так оружием лишним нагрузим. — Какие проблемы, Кили? — махнула я рукой, — мы итак собирались ехать вдвоём. — Тут… тоже загвоздка, — почесал за ухом Кили, — Торин сказал, что ехать мы будем почти без остановок, так что всем пони нужно быть относительно ненагруженными. Вы и мистер Бэггинс, при сравнении, весить будете поменьше всех остальных. Так что будем вас к кому-нибудь подсаживать. — Вот это поворот, — удивилась Ася, — и кто есть «в кандидатах»? — Тут не очень-то и густо, девочки, — донеслось от Фили, — все места почти заняты. — Фили, — помялась Ася, — а можно… — Давай, принцесса, — он подал руку, чтобы Ася смогла забраться на пони. Ася слегка покраснела, но всё равно выглядела весьма довольной со стороны. — А с кем поедет Бомбур? — поинтересовалась я, стараясь не смотреть на них. — С Бильбо, — ответил Кили, — но их пони всё равно, разумеется, не очень повезло. Даже жалко бедняжку. — А я тогда с тобой что ли? — Прости, Кать, — хитро улыбнулся Кили, — но я с Нори. Все остальные тоже уже по парам разбились. Остались только Торин да Двалин. — Выбор, хоть куда, — хмыкнула я. — А у тебя его, кстати, нет, — подъехал к нам Двалин, — давай, забирайся. Я старалась не выразить лицом свое отчаяние и негодование. Приплыли. Может, остаться у Беорна? Ему нужен новый пасечник? — А Торин один поедет? — спросила (не без особой надежды) я. — Он король, — ответил Двалин, — имеет право. — А Гэндальф? — А Гэндальф, как сам факт, едет один. Тебя долго ждать? — Двалин подал руку, чтобы я забралась к нему. Что делать, пришлось повиноваться. Оказавшись за спиной Двалина, я мельком увидела, как ржут втихаря Фили и Кили. Что ж, это будет очень долгий путь до Лихолесья.