Когда заканчивается сказка

POV Ася — Нужно уходить. Дракон уже на подлете, — Тауриэль стремительным шагом прошла мимо двух дочерей Барда и стала помогать им собирать самые необходимые вещи. — Мы дождемся отца! — решительно возразил Баин. Он вернулся сразу после погрома от орков. Точнее, погрома орков от эльфов. Да не столь и важно! Главное, вернулся и заявил, что на Эсгарот летит дракон, а Тауриэль это подтвердила, когда вышла и взглянула на возвышавшуюся вдалеке Одинокую гору. — Вы когда-нибудь задумывались, что эльфы — это своего рода читеры от мира Средиземья? — хмуро спросила Ася, разглядывая хорошенький профиль Тауриэль, — скачут по веткам, как обезьяны; стреляют так метко, что способны отбить одну стрелу другой, я сама видела; живут по тысячи лет, при этом не старея; внешность у каждого, как у боженьки; да и видят они на несколько десятков километров вперёд! — И также мы обладаем потрясающим слухом, — громко напомнила с другого конца комнаты Тауриэль. — А летать и ходить по воде случайно не научились ещё? — язвительно спросила Ася. — Нет, — добродушно ответила та, — но каждый эльф способен спокойно пробираться через самые глубокие сугробы, при этом ступая на самой поверхности и не проваливаясь. — Иди ты к черту! — не нашлась больше, что можно сказать, Ася, — знала я другую такую Вселенную, где тоже эльфы водились. Так вон там они также могли и колдовать вне правил, и по воздуху перемещаться. И знаешь, к чему это их привело? — Давайте быстрее! — крикнул Бофур, выглядывая на улицу через дверь. — Погоди, — остановил его Фили, скорчив серьёзное выражение лица и уперев руки в бока, — это какие такие там эльфы, как боженьки выглядят? — Ой, Фили, — устало вздохнула Ася, — не цепляйся к словам. — Нет уж, это важно! — Ребята, там дракон, — выглянул опять Бофур. — Твой дракон подождет! — злобно свернул глазами Фили. — А он об этом в курсе? — поднял брови Кили, — Фили, не будь ты ревнивым бараном! Если Смауг застанет нас в этом доме, то уже и ревновать будет не к кому. — И с каких пор ты стал таким предусмотрительным? — негодующе посмотрел на брата Фили. — С тех самых пор, когда у святого Апостола уроки взял там, — желчно пояснила Ася, указывая пальцем наверх. — Где? На крыше? — спросил Оин, — а всем можно записаться на услугу? — РЕБЯТ! — уже в панике вбежал Бофур. — Всё, уходим! — Тауриэль стала выводить Тильду и Сигрид из дома. — Мы ещё к этому вернемся, — кивнул Фили Асе. — Ой, давай иди уже! — не сильно подтолкнула она его к двери  На улице царила паника. Люди в ужасе выбегали из своих домов, толпились на и без того узких мостиках. Женщины плакали, колокола тревоги молотом били по ушам, мужчины снаряжали в лодки всё самое ценное в попытках убежать из города до прилета дракона. Вокруг стоял хаос и аншлаг. Кили уже мог самостоятельно идти, но всё-таки ещё сильно прихрамывал на больную ногу. Фили так и сяк старался как-то ему помочь против воли брата. Смотря на них, нельзя было не умиляться. Даже в этих ужасных условиях, даже при угрозе ярости Смауга всегда оставалось место такой простой и банальной, но всё-таки прекрасной вещи, как братская любовь. Фили и Кили были её полным воплощением. — Кто встанет у штурвала? — спросила Ася, когда вся их компания погрузилась в старую лодку Барда. — Давайте я, — вызвалась Тауриэль. — Ты и лодкой управлять умеешь? — не смогла сдержать удивления Ася, — где ты в своем болоте-то дремучем научилась? — Я живу подольше твоего, — хмыкнула эльфийка, берясь за управление, — довелось и на лодках мне плавать. — Наверное, ты и крестиком здорово вышивать умеешь, — не без колкости заметила Ася. — Вот зачем ты спрашиваешь? — с доброй улыбкой посмотрела на неё Тауриэль, — если знаешь, какой будет ответ. Ася, может, и хотела бы ответить что-то, но не успела. Прямо над Эсгаротом промелькнула чёрная тень, и в следующий же миг небо озарилось ярким пламенем. Смауг достиг своей цели: через пять минут почти весь город пылал. Ася не могла смотреть на мелькавший силуэт огромного ящера без восхищения и одновременно без ужаса. Смауг был поистине огромен, поистине безжалостен. Многие жители Эсгарота поплатились тем, что решили один раз помочь одинокому отряду гномов. Теперь их дома пылали, а их родственники горели заживо. Запах сожженных тел уже через какие-то минуты после прилета дракона заполонил весь воздух. От него мутило и становилось плохо, но самое худшее ещё только было впереди. — Эй, — обратила внимание всех Ася на самую высокую башню города, которая каким-то чудом ещё осталась стоять целая, — это не наш дурачок случайно там? — Отец?! — вырвалось у Баина. — Он ранил его! — воскликнул Кили, глядя, как Бард бессмысленно отстреливается с башни по дракону, — я видел! Он попал! — Стрелы на пробьют его чешую! — констатировала Тауриэль, — боюсь, ничто её не пробьет. — Слышь, Комбаин, — тронула Ася сына Барда за плечо. — Я Баин! — ощетинился тот. — Да до лампочки! Ты скажи лучше, что твой папаша пытается сообразить обычными стрелами? У него же большая чёрная такая была, он при нас ее показывал ещё… Баин ничего не ответил. Следующее, что он сделал, так это неожиданный рывок в сторону с попутным бегством из лодки. — Куда?! — крикнула вдогонку Ася, — ну ты что, обиделся, что ли? Ну не буду я больше тебя так называть, вернись! — Баин! — заплакала Тильда. — Возвращаться нельзя, — отрезала Тауриэль. — Хоть в чем-то мы единодушны, — отметила Ася. — Как вы её терпите? — посмотрела эльфийка на Кили, — а ведь это ещё той второй сейчас с нами здесь нет. — Эй, — в полный оборот развернулась к ней Ася, — за Катю и двор стреляю в упор. Не надо «ля-ля» мне тут… — Всё, успокойся, — прервал Асю Фили, — нам не до ссор сейчас. — Согласен, — поддержал Бофур, — у нас проблемы понасущнее. Тот же парнишка слинял. — Да уж, — вздохнула Ася, — статус нашей миссии на данном этапе — Баин проебаин. — АСЯ! — взорвалась вся лодка. — Ну простите, — развела она руками, — это моя обычная реакция на стресс! Я ничего не могу с этим поделать. После этих слов Ася решила всё же помолчать. Ибо если не можешь сказать ничего дельного, иногда лучше заткнуться. Их лодка плыла и пока, это казалось просто даром небес, проходила всё без препятствий. Остальным жителям не так сильно везло. Лодки эсгаротцев то застревали в узких водных проходах, то переворачивались от перегрузов, то сталкивались друг с другом. Через какое-то время дракон решил приземлиться и завести беседу о чем-то с Бардом. Стрелы у того явно уже должны были закончиться, так что судьба лучника была заранее предрешена. Он лишь выигрывал время, чтобы отвлечь дракона от города. Но и этого хватило ненадолго. После пяти минут разговора, которого почти никто снизу не слышал из-за жуткого гула людей в панике, Смауг вновь взлетел в воздух. Только вот на этот раз он летел как-то странно, какими-то пируэтами. — Что это с ним? — спросил Кили, смотря на дракона, выписывающего зигзаги в небе. Смауг взлетел на достаточную высоту, а после, замерев на какое-то короткое мгновение, стал стремительно падать вниз. — А Бард слова на южный ветерок не бросает, — протянула Ася, — пристрелил змею, как пить дать! — Но как? — поразился Бофур, — его так просто не убить. Как ему это удалось? Удар. Взрывная волна оповестила, что туша Смауга встретилась с твердой поверхностью. — Чёрная стрела, — многозначительно сказала Тауриэль, — только она могла.  — Это значит, дракон мертв? — не веря собственным ушам и глазам, радостно переспросил Бофур. — Рано радоваться, — печально осадил его Оин, — утро ещё покажет, чего стоил людям этот налет Смауга на Эсгарот. И утро показало. В хаосе ночного пожара было непонятно, насколько велики оказались потери помимо построек города, но стоило только солнцу взойти, как сразу всё стало наглядно видно.  Почти все жители Озерного города пытались спастись от огня вплавь по воде, и, как только стало ясно, что дракон куда-то пропал, они разом погребли обратно к берегу. На суше воцарилась полная неразбериха: кто-то пытался собрать уцелевшие пожитки, кто-то раздавал нуждающимся одеяла (ведь сейчас как-никак зима, а люди только что окунулись в ледяную воду и вылезли на сильно продуваемый ветром берег), кто-то пытался найти близких, кто-то в это время уже оплакивал своих. Самая странная компания на этом берегу, состоящая из одной эльфийки, четырех гномов и трёх девушек, сильно выделялась из общего состояния страха и беспомощности. Только две девочки в тщетных попытках дозваться своего отца ещё как-то подходили под общую атмосферу. Ася молча шла следом за Кили, Фили, Бофуром и Оином.   — Будь рядом, хорошо? — посмотрел на неё Фили. — А что может здесь ещё случиться? — Люди обезумели от холода, боли, гори утрат, — пояснил гном, — они сейчас могут решиться на всё. Не стоит же тебе напоминать, что вы с Катей являетесь официальными соотрядницами тех, кто фактически натравил Смауга на город? — Никто никого не натравливал, — возразил Кили, — эти люди могли бы и догадаться по ошибкам своих предков, что ставить город в нескольких милях от места, где засел живой дракон, не самая лучшая идея. — Ну, если уж так посмотреть, то Смауга всё-таки разбудил наш отряд, — почесал затылок Бофур. — А что мешало дракону в один прекрасный день встать да и решить вспомнить молодость, сделав ещё один рейд на город? — спросила Ася, — наша вина не очень-то и отличается от… да хотя бы от его, — она кивнула в сторону края береговой зоны, где сейчас чертыхался и пытался вылезти на твёрдую землю Алфрид, — друг, — обратилась к нему Ася, — а ты только подтвердил моё представление о некоторых вещах. Не вопреки распространенному мнению, ты, оказывается, всё же не тонешь. В ответ послышалась череда ругательств и проклятий. Алфрид так и порывался пустить свой гнилой язык в полный оборот. Если бы не четыре гнома, которые даже при отсутствии у них какого-либо оружия угрозу представлять не перестали, он так бы и накинулся на Асю и уже не просто с грубыми изречениями. Оценив же свое положение, он плюнул на это дело и стал докапываться до какой-то женщины, чтобы та дала ему одеяло. — Вон лодка, — указал Фили, — берем и отплываем к горе. Бофур, Оин, подсобите. Три гнома вместе подошли и совместными усилиями перевернули в правильное положение лодку, после чего стали спускать её на воду. — А мы точно не потонем? — с сомнением спросила Ася, рассматривая дырки в корме по всему периметру. — Вот и узнаем, — тяжело выдохнул Бофур, — где Кили, чего он не помогает? — Дела амурные, Бофур, — слабо улыбнулся Фили, — вон он, с эльфийкой всё своей обжимается. — С ума можно сойти, — покачал головой Оин, — ваши предки в гробницах переворачиваются. — Да ладно вам! — воскликнула Ася, — красиво же смотрятся. — Ага, учитывая, что она выше его на полторы головы, — усмехнулся Фили. — Хорошо, что у нас такой проблемы не возникает, да? — тоже с улыбкой заметила Ася. — Кили! — позвал брата Фили, продолжая толкать к воде лодку, — поторопись, мы уходим! — Дай ты им минутку! — шикнула на него Ася, — мы с Тауриелтором, конечно, не особо ладим, но, когда дела доходят до любовных, у нас на автомате срабатывает женская солидарность. — Ты всем будешь дурацкое коверкание имени делать? — спросил Фили. — Мне не сложно, — улыбнулась Ася, — ты не знаешь, на что ещё может быть способна моя фантазия. — Ой, кажется, ты зря рот открыл, — присвистнул Бофур. — Да я уже привык, — махнул рукой Фили, — думаешь, она нам с Кили клички не придумывала?  — Филе и Килька — это ещё нормальные версии! — заявила Ася, — скажи спасибо, что только консерворыбное затронула и что дальше не пошла. — Спасибо, — кисло поблагодарил Фили. — ПАП! — громко завизжали откуда-то из толпы. Ася сразу узнала голос Тильды и мигом обернулась на звук. Прямо посреди толпы жителей стоял Алфрид, а держал его за руку никто иной, как Бард, да и не один! Баин тоже был рядом. — Опа, будет срач, — потёрла руки Ася, двигаясь в сторону толпы. — Эй, иди обратно! — крикнул ей Фили, — я тебе что говорил? — Ты много что говорил, я должна всё помнить? — оглянувшись, спросила Ася. — Желательно, — нахмурился Фили. — Толкай лодку, юный принц! — бросила через плечо Ася, — нам ещё на ней через озеро переплывать. Она аккуратно пробралась через столпотворение людей прямо к центру, где сейчас Бард обнимал обеих своих дочерей. Люди стали выкрикивать, что это именно он сразил дракона, что они видели это собственными глазами. Бард стал кем-то вроде героя. Учитывая, что прошлый бургомистр куда-то свалил, должностное место не долго оставалось незанятым. А вот карьерная лестница Алфрида сильно пошатнулась при таком перевороте. Из-за этого он решил стал так называемым «летуном» и тут же пристроился восхвалять Барда, нового лидера разрушенного Эсгарота. Только вот… шмыга немного перестарался. Так перестарался, что люди, хорошо помнившие его предыдущие деяния при прошлом градоначальнике, чуть не разорвали его на куски. Да, Фили был прав. Людям нужно было выпустить на ком-то накопившийся гнев, а тут как раз попалась хорошая партия под роль ненужной борцовой груши, которая итак всем очень надоела. — Подумайте о детях! — стал кричать Алфрид, — что же тогда будет с бедными детишками?! — Если тебя повесят, с бедными детишками случится ровным счетом — нихрена! — громко крикнула Ася. — Дело девка говорит! — подхватили сразу несколько странных с виду мужиков из толпы. — Что ты вытворяешь? — недовольно поинтересовался Фили, возникая прямо за спиной Аси. — Не знаю! — воскликнула она, — но все орут, я не могу их не поддержать! Фили вздохнул. После этого он взял, с легкостью и особой бережностью подхватил Асю на руки и стал аккуратно выбираться прочь из толпы. — Быстрее будет, — ответил он на её вопросительный взгляд, — и безопаснее, чем потом тебя из этой кучи мордобоя вытаскивать.  — Если Алфрида вдруг решили бы закидать камнями, я бы тоже свою лепту преподнесла, — гордо заявила Ася, — чтобы ему точно «дали достаточно». Нет, я не злопамятная, — добавила она в ответ на усмешку со стороны Фили, — я просто злая и память у меня хорошая. Их лодка была на плаву, ожидая только Фили и Асю. Даже Кили уже сидел на борту, мрачно глядя, как его брат вылезает из толпы эсгаротцев с Асей на руках. — Нужно было обязательно выпендриться? — спросил он, когда эти двое стали забираться в лодку. — Не бурчи, Килька, — хмыкнул Фили, — устаканиться и у тебя с твоей рыжей всё. — Смотрите, парни, — активно работая веслом, предупредил Оин, — мы вас не сдаем дяде, что младшенький с этой эльфийкой закрутился, но и не будем отрицать этого, если король с нас спросит. — Ой, вы Торина каким-то Тарасом Бульбой выставляете сейчас, — фыркнула Ася, удобно расположившись на скамейке, — ну, не убьет же он парня за чувства! Тут дело такое, непредсказуемое.  — Не спешил бы я это утверждать, — без улыбки заметил Бофур, — уж больно у нашего предводителя сильная абгоресценция к остроухим. Четыре пары глаз с непониманием и удивлением устремились на Бофура. — Ну, это когда при виде кого-то у тебя возникают рвотные позывы, — пояснил он, понимая суть проблемы, — я в книжке читал. — Торину следует пересмотреть приоритеты, — склонила голову на бок Ася, — эльфы могут стать неплохими союзниками. Оставив вражду с Тр… — Стой! — перебил Фили, — прежде чем ты снова перековеркаешь имя владыки Мирквуда, хорошенько подумай, что именно ты скажешь. — Та не, — рассмеялась Ася, — у него итак имя, как ругательство выходит. А даже если я и попробую что-то сообразить, вы со своими средневековыми понятиями вряд ли это поймете. — Вот и хорошо, — успокоился Кили, — а то меня уже коробит от таких твоих высказываний. — Значит, эффект присутствует, — подмигнула ему Ася, — к слову сказать, а какой, вы думаете, эффект будет у всех наших, когда они узнают, что Смауга убил именно Бард? — С чего ты взяла, что… — Фили застопорился, — что… в Эреборе остался кто-то живой? Лодка погрузилась в тишину. Даже звуки скользящих по воде весел сразу же прекратились. Они отплыли уже на достаточное расстояние от берега, так что и жителей Эсгарота уже не было слышно. Тревожная тишина заполнила пространство. — Они живы, — неожиданно для всех уверенно заявил Кили. — Мы не можем быть уверены, — покачал головой Оин. — Кто-то должен был уцелеть, — поникшим от такой мысли голосом сказала Ася, — хоть… хоть кто-то. — Торин выводил свой отряд и не из таких передряг, — заверил Фили, — будем надеяться на лучшее. — Я вам отвечаю, — постаралась как-то подбодрить саму себя Ася, — когда мы только зайдем в это ваше королевство, я заору во весь голос «Седую ночь». Вот увидите, это сразу покажет, что в Эреборе нас ещё ждут.