Малфой. Грейнджер. Правда.

Я упал, мне не встать, ведь вокруг никого

Враги за друзей, друзья за врагов

Каждый сам за себя, мы играем в богов

Баста — Не дотянутся до звезд

Гермиона аппарировала туда, где наливали. — Пэнси! — крикнула она, идя по широкой прихожей. — Тащи сюда ту бутылку текилы, что мы купили! — Что происходит? — подняла брови Пэнси, сидевшая на диване в длинном шелковом халате, с журналом в руках и сигаретой в зубах. — Текилу! — рявкнула Гермиона и упала в соседнее кресло. Паркинсон посмотрела на нее как на душевнобольную, но призвала из бара бутылку и две стопки. Она разлила напиток, и Гермиона залпом выпила ее и свою порцию. Даже не поморщилась. — Да, так определенно лучше, — откинулась она на спинку, запрокидывая голову. — Ну? — Пэнси прищурилась, делая затяжку. — Кто добавился в твой список убийств? — Драко Малфой, — как приговор произнесла Гермиона. — Это тебя из-за его дня рождения так накрыло? — фыркнула Пэнси, но уже без издевки. — Я его видела, — поджала губы Грейнджер. — Во сне? — В Министерстве! Он открывает здесь компанию! — Твою ж мать… — закусила губу Пэнси. — Ага, именно. Он с тобой связывался? С Блейзом? — нервно спросила она. — Нет, — покачала головой Паркинсон, — Блейз ничего такого не говорил, а где я, он вообще не знает. Он тебе что-нибудь говорил? Что он хочет? — Да ничего. Только глаза свои мерзкие показывал, — встала Геримиона и начала расхаживать по комнате. — Может быть, это действительно просто совпадение? Хоть бы… — Может… это знак? — аккуратно спросила Пэнси, выдыхая дым. — Еще чего! — воскликнула Гермиона. — Ладно-ладно, не кипятись. Просто ничего не делай — он уедет и все, если приехал просто по делам. — Да, — кивнула Гермиона, — просто по делам. Ладно, я пойду. Извини, что побеспокоила и напугала. — Нет проблем. — Если он свяжется с тобой… — Я скажу, — серьезно кивнула Пэнс и проводила уходящую подругу взглядом. Когда дверь хлопнула, она налила себе стопку, поднесла к губам и тихо пробормотала: — Ну, все… спокойные времена закончились. И осушила рюмку до дна.

***

Спустя пять месяцев… — Дафна, может быть ты прекратишь эту бессмысленную истерику? — устало спросил Драко, сидя на диване в ее доме. — Истерику?! — закричала она. — Драко, почему ты не хочешь это обсудить?! Для тебя правда пять лет брака ничего не значат?! — Наш брак длится уже дольше пяти лет ровно на пять месяцев. Ты что, не помнишь уговор? — откинулся на спинку Малфой, медленно потирая переносицу. — Ты где училась: на Слизерине или на долбанном Пуффендуе? Мы заключили сделку. Поэтому просто подпиши бумаги и дай мне пожить спокойно! — Почему ты так уперся?! Новая любовница?! — сжала зубы Дафна. — Старая, — безэмоционально ответил блондин. — Я терпела все твои выходки, Малфой! Ты гулял направо и налево, постоянно пьяный, какие-то девки, и это ты хочешь со мной развестись?! После всего, что заставил меня пережить?! — Дафна, — он поднял взгляд, и глаза его были ледяными, — мы никогда не договаривались, что у нас закрытый брак. Не понимаю, что ты хочешь от меня услышать? Я тебя не люблю и не любил. Как и ты меня. Тогда к чему все эти эмоции? Тебе недостаточно отступных? Что ты еще хочешь? — Я хочу тебя! Я люблю тебя! — Дафна, не неси ерунды, — отмахнулся он, — ты не можешь меня любить. Я спал с другими женщинами весь брак. Я никогда не говорил о чувствах. Мы даже не жили вместе. Да, я старался тебя не обижать, но какая любовь? Приди в себя, — раздраженно закатил он глаза. — Я думала, мы семья! Да, хреновая, да, ненормальная, но мы пять лет были вместе, Драко! — Мы были сделкой, Гринграсс, — процедил он, вставая с дивана. — Не семьей. — Драко, — устало опустилась Дафна на диван, — может хватит? Это была всего одна женщина. Может, пора ее забыть? — Забыть кого? — равнодушно спросил Малфой, крутя в руках перо. — Не прикидывайся идиотом! — рявкнула Дафна. — Я не понимаю, о чем ты. — Ты хочешь вернуться к ней? Ты думаешь, она тебя простит после того, как ты поступил? — ухмыльнулась девушка. — Тогда ты идиот. — Ты много фантазируешь, — холодно отрезал он. — И забудь это имя в моем присутствии. — А что, правда не нравится? — сощурилась она. Он подошел ближе и склонился к ней, не повышая голоса: — Насколько я помню, ты стояла передо мной на коленях и умоляла жениться на тебе, Гринграсс. Так что перестань скармливать мне это дерьмо. Я не собираюсь ничего возвращать, и мне не нужно ничье прощение. Мы заключили с тобой сделку: пять лет наших жалких жизней в обмен на жизни других. Я свою часть выполнил, поэтому будь так любезна, хватит этого погорелого театра. Просто подпиши бумаги, забери все, что хочешь, и начни новую жизнь. Он выпрямился, обошел диван, и на ходу бросил через плечо: — Тео заберет бумаги. И ушел, не дожидаясь ответа. Он аппарировал в бар. Настроение было: напиться в хлам — именно этим он собирался заняться прямо сейчас. Нотта не было в городе, а значит, переживать о своей никчемной жизни ему придется самому. Спустя час он успел выпить четыре стакана, изрядно захмелеть, отвязаться от трех настойчивых ведьм, которых не смущало кольцо на его безымянном пальце, и заказать пятую порцию. — Место встречи изменить нельзя, — раздался знакомый голос. — Поттер, — не поднимая головы, констатировал Драко. — И тебе вечер добрый, Малфой. Выглядишь еще хуже, чем в прошлый раз, — невозмутимо заметил Гарри и кивнул бармену. Конечно хуже. Уже пять месяцев Драко был не в себе. Тот день, когда он увидел ее в кабинете Паркера, пустил какой-то новый виток мыслей. Он и раньше скучал, но теперь просто безумно хотел ее увидеть еще хотя бы раз. «Гребаная Грейнджер. Ну какова была вероятность пересечься с ней?» Он закрывал глаза и видел ее: она осталась все такой же красивой, такой же острой на язык и… все так же его ненавидела. Малфой видел чистое презрение в ее взгляде, когда она говорила свой долбанный тост. Он больше ни разу с ней не пересекался, хотя был в Министерстве Австралии еще пять раз. Грейнджер будто испарилась, и ему начало казаться, что он спятил, и ее вообще там и не было никогда. Он плохо спал, ел как птица, пил как тролль и пропадал в спортзале в надежде, что с потом уйдет навязчивая одержимость. Не вышло. — Так что случилось? — отхлебнул пиво Гарри, не глядя на него. — Тебе-то что? — устало спросил Драко, допивая пятый стакан. — Я больше не вижу рядом с тобой того, кто готов был бы выслушать, — спокойно сказал Гарри. — И в прошлый раз никого не наблюдал. — Могу сказать тоже самое и о тебе. — Туше, — усмехнулся брюнет. — Развелся? — Нет, — отрицательно покачал головой Драко, проводя рукой по лицу. — Дафна уперлась рогом и не хочет подписывать бумаги. Женщины… Вечно меняют правила игры, как только отплываешь от берега. — Правила игры? — Да. Мы договаривались на пять лет. Пять лет без детей и потом все — прости, прощай. А если бы появился ребенок — семь. Но эта идиотка просто… Салазар, зачем я тебе это говорю? — покачал головой Драко. — Вы заключили договор? — нахмурился Гарри и серьезно посмотрел на бывшего одногруппника. — Что за договор? — Поттер, ты лезешь не в свое дело, — устало сказал блондин. — Ты правда думаешь, что я стану выворачивать душу старому школьному врагу в каком-то зачуханном баре? — Это хороший бар, — парировал Поттер. — Ты прямо как твоя подружка — вечно цепляешься к словам, — хмыкнул Драко, потерев виски. — Я ей слово — она мне десять. Вообще не изменилась за пять лет. — О чем ты? Ты видел Гермиону? — встревоженно спросил Гарри. — Ага, — кивнул Малфой, откинувшись на спинку стула. Он говорил нарочито небрежно, но голос предательски дрогнул. — Где? — В Австралии. — Где? — побледнел Поттер. — Что ты там забыл? — Почему у вас одни и те же вопросы на двоих? — закатил глаза Драко. — Я там фирму открываю. Случайно пересеклись в Министерстве. — А, — слегка расслабился Поттер. — Это... хорошо. — Она меня ненавидит, — как факт сказал Малфой. — Конечно ненавидит. Ты разбил ей сердце и, более того, она вынуждена каждый день… — осекся он на полуслове. — Что она вынуждена? — поднял на него взгляд он. — Вынуждена помнить о твоем предательстве. Я хотел тебя убить, Малфой, но она меня остановила. Ты — такой кусок дерьма, — скривившись, сказал Поттер. — Я знаю, — еле слышно прошептал Драко, опуская глаза и сжимая стакан так крепко, что пальцы побелели. — Но я сделал это ради нее. — Использовал и бросил ее ради «нее»? — истерично рассмеялся Гарри. — Не неси херни. — Я любил ее. — Чушь, — отрезал Поттер. — Люди, которые любят, так не поступают. — Ты ни черта не знаешь, Поттер, — прорычал Драко. — Так расскажи мне! Малфой посмотрел на него. — Ты простил Пэнси? — прищурился парень, и Гарри замер под его светло-серым взглядом. — Причем здесь она? — выдавил он. — О, она как никто причем, — почти ласково сказал Драко. — Потому что она оставила тебя по тем же причинам, что и я Грейнджер. Гарри встал так резко, что стул с грохотом отлетел назад. — За мной, — прорычал Гарри и, взяв Драко за плечо, аппарировал на площадь Гриммо. Драко закружило, и весь огневиски поднялся в желудке. Он пошатнулся и оказался в гостиной, которая явно принадлежала холостяку: на столике около дивана были разбросаны бумаги, стояла начатая бутылка, а вокруг был легкий хаос из вещей. Гарри снял пальто и кинул на спинку дивана, оставаясь в черной водолазке, которую перехватывала аврорская кобура. — Выглядишь очень грозно, — закатил глаза Драко и сел в кресло настолько грациозно, насколько это было возможно после половины бутылки. — Налей мне. Поттер взмахнул палочкой — на стол встали два стакана, в которые лениво налился огневиски. — Рассказывай, — коротко бросил он. — Зачем мне это? — спросил блондин, подняв бровь. — Хочешь найти причину простить Пэнс? — Хочу знать правду. — А мне какая выгода от этого? — спросил Малфой. — Счастье подруги? — бросил Гарри, не моргнув. — Не мой приоритет, — поджал губы Драко. — Если я пойму, что ты был вынужден, возможно... я тебе помогу. — Зачем тебе это? — Потому что Гермиона — моя лучшая подруга, — резко сказал Поттер. — Мне, в отличие от тебя, не плевать на счастье дорогих мне людей. — Ладно, — закатил глаза Драко. — Мне уже, если честно, насрать. По мере рассказа лицо Гарри постепенно менялось: от скепсиса — к неверию, от неверия — к отвращению, от отвращения — к шоку. Малфой закончил и посмотрел на Золотого мальчика, который скорее был серебряным после услышанного. — Пэнс тоже? — тихо спросил Поттер. — Да. — Дерьмо… — Гарри выдохнул и трясущимися руками плеснул себе еще, осушив стакан залпом. — Да, — кивнул Драко. — Огромная куча дерьма. — Почему ты не рассказал никому? — А какой в этом был смысл?.. — Драко пожал плечами и откинулся на спинку, устало разглядывая потолок. — Блять, — разворошил темные волосы Гарри и уперся локтями в колени, наклонив голову. Они молчали несколько минут. — Я сейчас кое-что скажу, — поднял изумрудные глаза Поттер и серьезно посмотрел на школьного врага. — Я хочу, чтобы ты знал: я делаю это не ради тебя, а ради тех, кого я поклялся защищать. Гермиона сочтет это предательством, но я верю, что так защищу ее. Драко выпрямился. Его пальцы сжались на подлокотнике кресла, а взгляд стал внимательным — выжидающим. — В Австралии сейчас очень приятная погода, — медленно начал Гарри. — Не жарко и сезон дождей закончился. Я тебе очень рекомендую посетить эту прекрасную страну на днях. После семи часов вечера в соседнем доме от этого, — протянул он пергамент с адресом, — очень захватывающий и незабываемый вид. — Что? — нахмурился Малфой, не беря пергамент. — Ты все же свихнулся. — Может быть, я и сойду с ума однажды, но пока, к сожалению, я в полном рассудке, — усмехнулся Поттер. — Малфой, просто возьми гребаный адрес. — Ты что, переквалифицировался в мастера загадок? Что ты несешь? Какой вид, какой дождь? — Доверься мне и сделай, как я прошу. — Я что-то неверно понял, или ты сейчас попросил довериться тебе? — прищурился Драко. — Малфой, и держи себя в руках, — пропустил препирательства мимо ушей Гарри. — Если ты навредишь моей подруге или тем, кто ей дорог, я кину тебя в Азкабан. Я клянусь тебе своей жизнью.