Forget-me-not

Всего два дня спустя Сара вновь стояла перед воротами замка, по неясным причинам — настежь распахнутыми. Издалека доносились звуки веселой музыки, поэтому с направлением девушка определилась сразу же. Когда она подошла ближе, то смогла различить не только слова песни, но и голос, который их пел. Он, разумеется, был ей знаком: Сара, в отличие от некоторых королей, забывчивостью не страдала. Песня, которую исполнял Джарет в ее мечте, навсегда осталась в памяти, и если бы девушку спросили, какое воспоминание у нее является самым романтическим, она не секунды не колеблясь назвала бы его. Чтобы не тревожить исполнителя, Сара подкралась поближе к входу в тронный зал и осторожно выглянула из-за угла. Джарет, напевая что-то забавное, танцевал, подбрасывал вверх заливающегося смехом ребенка, а подданные приплясывали рядом. Почему-то в воображении Сары король гоблинов всегда представал фигурой загадочной, величественной, несколько отстраненной, невероятно серьезной и хладнокровной. В последней характеристике после их недавней беседы девушка начала серьезно сомневаться, но в остальном была свято уверена. Поэтому увиденный ею сейчас беззаботно улыбающийся Джарет, танцующий нечто смахивающее на народные пляски, чтобы развеселить маленького мальчика, оказался полной неожиданностью. И эта его новая сторона Сару влекла к себе. Джарет снова пропел припев, и когда отзвучали последние ноты, раздающейся прямо из воздуха музыки, ещё раз подкинул едва ли не под потолок ребенка, а затем передал его, уже успокоившегося и развеселившегося, заботам гоблинов. Сам король гоблинов устало опустился на трон и перекинул одну ногу через подлокотник. Джарет задумчиво устремил взгляд в окно и рассеянно принялся постукивать по голенищу высокого сапога хлыстом для верховой езды. Убедившись, что внезапный концерт закончился, Сара тихо вошла внутрь. — Добрый вечер! — поприветствовала она присутствующих. Гоблины невнятно поздоровались, слишком увлечённые процессом кормления мальчика, а Джарет вздрогнул, словно застигнутый врасплох. Он быстро опустил обе ноги на пол и выпрямился: — Сара? Какой приятный сюрприз! Сара почувствовала прилив гордости: он запомнил ее имя! — Она самая. У вас тут весело, как я погляжу, — окинула взглядом относительно небольшой и довольно неопрятно выглядящий зал. — Не без этого, — с гордостью улыбнулся Джарет. — Как видишь, в моем королевстве пополнение. Только теперь Сара задумалась, какая судьба ждёт ребенка, если отправивший его гоблинам человек проиграет. — Если тот, кто призвал гоблинов, не сможет пройти Лабиринт, что ты сделаешь с ребенком? — выпалила она, не в силах остановиться, нервно сжимая руки в ожидании ответа. — Ты превратишь его в гоблина? Джарет глубоко вздохнул и одним резким жестом прогнал гоблинов из комнаты. Те понятливо смылись, прихватив мальчика, двух куриц и бочонок с хмельным напитком. — Прежде всего, его отец — а это сделал именно отец этого ребенка — не проиграет. Просто потому, что он отказался проходить Лабиринт и выбрал взамен свою мечту. — То есть?.. — у Сары не хватило духу продолжить фразу. — То есть, мальчик в любом случае останется здесь. Казалось, на Сару будто навалилась неподъемная гранитная плита: девушка съежилась и сгорбила плечи — реальность оказалась жестока. — Гоблином, правда, он явно не станет, — задумчиво посмотрел куда-то в пространство Джарет, расхаживая по комнате. — Пока сложно сказать точно, но мне кажется, он ближе к сильфам. Заметила, как понравилось ему находиться в воздухе? Явная склонность к магии воздуха. — Подожди, но ты же говорил, что Тоби станет гоблином, если я не смогу пройти Лабиринт за тринадцать часов! — возмутилась Сара. — Тоби я… — Это мой брат, — быстро ответила Сара, пока король не спросил ещё что-то. — Ты же так тогда и сказал! — Ты уверена? — Джарет подошёл к окну и посмотрел на небо. — Я именно это сказал? Сара задумалась, припоминая: — Не совсем. Ты сказал, что он, цитирую, «станет одним из нас. Навсегда». — Вот! — Джарет стремительно повернулся к Саре лицом. — Не гоблином, а одним из нас! А «нас», как ты понимаешь, здесь очень много. Вот твой друг, например… Ты же говорила, у тебя здесь есть друг? — Даже не один! Целых три. — И кто они? По природе своей? — Ну, один дворф, про других я, честно сказать, не могу ответить точно. — Видишь? Они не гоблины! Стало быть и этот мальчик, и твой брат могли стать кем угодно. В некоторых случаях, довольно редких, они могут остаться людьми, пусть и обладающими магией. — Это как ты, например? — Не совсем, — уклонился от ответа Джарет. — Но суть ты уловила. Почему-то известие, что Тоби мог и не превратиться в гоблина, Сару парадоксально обрадовало. Впрочем, проиграй она тогда, это послужило бы крайне слабым утешением, ведь с братом ей пришлось бы навечно расстаться. — И кем бы стал Тоби? — Тоби? Он… — Ой, извини, — быстро оборвала Сара. — Это ты явно не помнишь. А что теперь будет с мальчиком? — Некоторое время он пробудет в замке, а потом, когда процесс перерождения завершится, я отправлю его к представителям его народа на воспитание. Говоря это, Джарет беспрестанно ходил по кругу. — Ты не лжешь? А зачем тебе вообще это делать? Заботиться о совершенно постороннем человеческом ребенке? Джарет наконец заметил, что Сара все это время ходит за ним по пятам и решил предстать радушным хозяином. — Присядь. Я думаю, лучше продолжить такой серьезный разговор в более удобной обстановке. Рядом с Сарой появилось уютное кресло и маленький столик, уставленный закусками и напитками. Король гоблинов словно стремился при каждой встрече накормить девушку. Впрочем, она, будучи не слишком искушённой в приготовлении пищи, в силу чего живущая в основном на фруктах и разогретых полуфабрикатах, и не думала сопротивляться. — В общем, думаю, лучше начать с самого начала, — неторопливо начал Джарет, после того, как они с Сарой с комфортом разместились у стола, а их кубки наполнились сами по себе. — Ты многое знаешь о нашем мире? Ну, и в целом о магии и волшебных существах? — Даже не знаю, — уклончиво ответила Сара. — Читала я многое, но вот все ли написанное является правдой — большой вопрос. — Что ж… Позволь я проясню тебе некоторые моменты, — Джарет на секунду задумался. Потом заметил, как Сара слегка скривилась, отпив из кубка. — Не любишь травяные сборы? — Не очень, — у Сары травы вызывали стойкую ассоциацию с микстурами от кашля. — Предпочитаю обычный чай или кофе. — С чаем, боюсь, небольшая напряжёнка: его попросту нет. Если честно, терпеть его не могу. А вот кофе в наличии, — Сару удивило, что король собственноручно принялся наливать ей напиток. — Сливки, сахар? — Только сахар, спасибо, — Сара с благодарностью приняла большую кружку, добавила ровно одну ложку сахара и тщательно перемешала. — Что ж, вернёмся к разговору, — Джарет снова сел на свое место. — Многие представители волшебных народов живут очень долго, гораздо дольше обычных людей. Есть, конечно, всякие исключения вроде магов или тех, кого взял на воспитание или полюбил кто-нибудь из фэйри, но они довольно редки. Но, как ты понимаешь, за все приходится платить. — Подозреваю, цена за это высока, — отпила восхитительно ароматный напиток Сара. — Именно, — без улыбки согласился Джарет. — Рождение детей для нас — настоящее событие. Порой даже чудо. Иные живут вместе по сотне или даже две лет, и так и не могут обзавестись наследниками. В таких случаях нам очень помогают человеческие дети. Попадая сюда, они меняются и, как я говорил тебе, становятся одними из нас. Не будь их, мы бы уже начали вымирать. — Понимаю. Но тебе не кажется, что это жестоко по отношению к тем, кто по недомыслию пожелал, чтобы его ребенок отправился к гоблинам? — Во-первых, Сара, мало знать верные слова, нужно действительно желать того, чтобы ребенка забрали. — Но… — Сара осеклась. В тот момент, когда она сама произносила эти злые слова, она — пусть и всего секунду — по-настоящему ненавидела своего брата. Разумеется, она тут же одумалась, но пришлось нести ответ за свои опрометчиво сказанные слова. — Прости, продолжай. — Во-вторых, у всякого есть шанс вернуть себе ребенка. Но далеко не каждый им пользуется. Поверь, я знаю, о чем говорю. Едва ли один из пяти решается попробовать пройти через Лабиринт, а не соглашается отменять ребенка на свои мечты. — Боюсь, ты не особо высокого мнения о людях, — с невесёлым смехом ответила Сара. — Почему же? О некоторых — очень даже высокого. Но таких мало, ты права. Я ответил на твой вопрос? — Более чем, — кивнула Сара. — Тогда, может, перейдем к более приятным темам? — предложил Джарет. Чувствовалось, ему затронутая тема тоже была не слишком приятна. — С превеликим удовольствием, — согласилась Сара и взяла второй кусок восхитительного яблочного штруделя. — Какая часть «Божественной комедии» тебе нравится больше всего?