обратная сторона луны.

одиночество пронизывает и колет где-то под рёбрами. страницы переполнены эскизами. любимые руки, глаза и кудри - все в причудливом калейдоскопе из разбитого стекла. выдирает рисунки. поджигает над раковиной. огонь отражается в стеклянных серых глазах, переливаясь. и чужие глаза горят тоже, постепенно сгорая до тла. и ведь хочется все это развеять, как пепел по ветру. хочется забыть, как самый страшный сон. женя - его кошмар. спорить с этим трудно. но ведь если он кошмар, серафим не хочет просыпаться. разучился рисовать чьи-либо ещё черты лица. как бы не старался, всё то же - прямой нос и темные брови, сожженные кудри и две чёрные дыры глаз. препарат разводит в своей любимой детской чашке. странно - когда-то отец наливал в неё крепкий чай. на утро проснуться было очень тяжело. он будто бы ватный. даже омерзительный вкус гормональных таблеток совсем не ощущается на языке. причина проснуться есть - юля. юля - причина улыбки на заплаканном лице. просто говорить ей об этом серафим не спешит. девушку встречает за воротами школы и действительно улыбается. не заметить юлю трудно - синие волосы волнами спускаются на фиолетовую куртку. вместо приветствия тянет руку и тут же получает сигарету с зажигалкой. - у тебя где первый? - серафим поджигает сигарету и медленно затягивается, возвращая зажигалку. девушка улыбается и закуривает сама. - понятия не имею.. если бы не ты, я бы не пришла.. - прячет дешёвую зажигалку в карман и внимательно смотрит на друга. - ты вообще спал сегодня? снег плавно опускается на плечи и светлые волосы. мимо них бегут младшеклассники, один из них чуть ли не сносит парня. тот чертыхается, стараясь не упасть на ребёнка. - часа два наверное.. не хотел идти.. - серафим зачарованно наблюдает за снежинками в свете фонаря, стряхивая пепел. есть что-то родное и до ужаса пугающее в золотистых лучах. юля хмурится и притаптывает окурок ботинком. - от того, что ты не ходишь неделями он не прекратит ходить с нами в одну школу, сим.. неприятное осознание колет где-то под сердцем и оседает в горле. конечно, он знает об этом, но гораздо приятнее жить в иллюзии, где нет никого, кроме его друзей. он опоздал. перед дверью в класс застывает. чёрными ногтями царапает красные от холода ладони и набирается сил. нос неприятно зудит в районе переносицы. глубоко вдохнув стучит и быстро проходит к парте, стараясь не смотреть на людей в целом - а на него в особенности. первым уроком стоит история. дрожащими пальцами с трудом сжимает ручку и записывает каждое слово преподавателя, сосредоточиться не мешает даже мигрень. серафим ни за что не пропустил бы и астрономию, только вот в его школе её нет. о будущем думать не смеет, но мечтать себе позволяет. конечно, детская мечта стать космонавтом пылится там же, где и ракета из стульев, но возможность стать учителем кажется вполне реальной. в размышлениях скользит взглядом по классу. жалеет сразу же - натыкается на карие глаза, что внимательно смотрят с последней парты. женя изменился. в нем почти не угадываются черты того парня, что он когда-то полюбил. длинные белые волосы давно сострижены, нос сломан, ужасно похудел... только вот глаза те же. беспощадно пустые чёрные дыры, засасывающие внутрь и цепляющие бесконечным холодом космоса. в спину прилетает клочок бумаги. неприятно, но терпимо. смешки и шёпот преследуют его спину с самого детства. изрисовывает поля тетради звездами. не смотреть. щёлкает ручкой. не смотреть. не смотреть. до боли знакомый голос. женя смеётся хрипло, зовёт кого-то на перекур, будто бы ничего и не случилось. вновь встречается с девушкой после уроков. руки трясутся, чуть ли не бежит из здания школы - находиться там он больше не может. юля понимает без слов и спешит за торопливым шагом. животный страх выше всяких ощущений. дорога помнится смутно - растаявший снег, удар лбом о стекло, юля, спящая на плече. чуть ли не добежав до чужого подъезда оборачивается. тепло. мягкий белый плед, запах анаши и гитара. тремор почти ушёл, остался привкус открытого еще утром пива. юля смеется, пытаясь поставить аккорд непослушными пальцами. локон путается в струнах с наклоном головы. девушка хмурится и смотрит на прядь. - давай пострижем тебя?.. речь юноши несвязная. глупая улыбка и спутанные волосы. шутка заканчивается странно. в руках симы кухонные ножницы, он сосредоточено стрижет чёлку чуть выше бровей. - ты теперь как девочка с альбома пошлой молли.. смотрятся в зеркало - теперь у обоих каре. смеркается. на балконе холодно. пепел падает на рукав полосатой кофты, прожигая небольшую дыру. холодный ветер жжёт худое лицо будто раскаленной кочергой. кашель от недолеченной простуды остаётся с ним нервной привычкой. может, стоит меньше курить? в руке вертит пачку, подаренную женей. курит её до ужаса медленно, подписывая каждую сигарету памятной датой или прозвищем. ему страшно расставаться с тем, что хоть как-то связывает их. на этот раз на сигарете "солнышко". эта снежная ночь все никак не закончится. внутри он все ещё рыдает у подъезда, умоляя не отпускать его. не понимает, что ост анавливает от шага в вечность. юля молчит. у обоих болит голова. пахнет снегом.