ЛИНИЯ ЖИЗНИ

Весь перелёт Чимин думал о друзьях. Как много они добились вместе. Ведь когда пришли в НЕшколу — совсем ничего не умели… После каждого концерта Джину доставляли цветы от мужа. Сокджин скучал по нему и маленькой дочке. И каждый вечер он часами говорил с ними по видеосвязи, показывая свои номер в отеле, концертный костюм и город из окна его спальни. В Пусане на концерт пришли родители Чонгука. Парень сначала стеснялся, а затем выдал такое соло на элетрогитаре, что папа проронил скупую слезу, а отец сиял от гордости за своего ребенка. В Тэгу Тэхён познакомил родителей с Чонгуком, а в Пусане Чонгук его знакомил со своими. Договорились, что все вместе — обе семьи — встретятся в Сеуле, на заключительном концерте. Только Чимин не знал, когда он будет, этот заключительный концерт. И будет ли сам Чимин присутствовать на нём или друзьям придется играть с другим барабанщиком. Сейчас он летел в другую страну, в другую реальность. К единственному своему близкому человеку, который выслушает и поймёт. Вот только Чимин сам не знает, как жить дальше. Он плыл по течению, стараясь не оглядываться, не думать о том, от кого бежит сейчас. Туда, куда добраться бывает не так просто. Туда, куда пароходом продукты привозят раз в год. Туда, где туристов принимают только два месяца в году. Вертолёт доставит его туда. К человеку так необходимому сейчас. Чимин улетал к папе. Почти три часа Пак летел от Сеула до Хабаровска. Затем до поселка Бриакан. Из Бриакана вертолётом на базу Онгачан. А оттуда на катере еще два часа до бухты Врангеля. Это был последний катер в этом году. Сезон закончился ещё месяц назад. Летом сюда заходят круизные корабли. Это бывает в июле — август. Иногда в сентябре отдельные туристы посещают бухту, чтобы иметь возможность пофотографировать китов с берега, но направление это — не самое удобное для самостоятельной поездки. И неподготовленным людям лучше всё же приехать сюда в составе туристической группы. Здесь нет постоянных жителей, только работники резервата, учёные, военные и метеорологи. Все они добираются сюда вертолётом. Во время зимовки на острове Врангеля остаются только сотрудники отдела охраны. Обычно это три-пять человек. С декабря по конец февраля инспекторы занимаются хозяйственной работой, техникой, подготовкой к будущему сезону. Выездов в это время, как правило, нет из-за продолжительных метелей, мороза и короткого светового дня. Только в феврале можно будет передвигаться без опаски, а снег в тундре наконец то уляжется и превратится в своеобразный асфальт, скрывая все неровности ландшафта. Чимину очень быстро оформили пограничный пропуск, узнав, что он отправляется к своему родителю. Немаловажную роль так же сыграла профессия Пака.

***

СЕУЛ

Как только Юнги встал на ноги и начал самостоятельно передвигаться по больнице, он тут же двинулся на поиски того, без кого жизнь теперь больше не имела никакого смысла. Он был бодр и настроен очень решительно. Первым шагом он расспросил в клинике весь медперсонал. Оказалось, что коллеги Пак Чимина сильно уважают его, относятся очень трепетно и говорят о нём с глубоким уважением. От Джина Юнги уже знал о переводе молодого врача. Но куда тот перевёлся, он сказать не мог. Джин сам не владел такой информацией. Чон Хосок посоветовал обратиться в госпиталь Янгсан Пусанского Национального университета, ведь именно оттуда Пак приехал работать в Сеул. Чимин перевелся сюда две недели назад, но уволился по собственному желанию практически сразу. Поиски в Пусане по другим клиникам не принесли никаких результатов. Юнги попытался сделать запрос в базу данных через своих знакомых в полиции, которые связаны с медучреждениями всей Южной Кореи. Но и здесь поиски не дали никаких результатов. — Если Пак Чимин перевелся сначала в Пусан, а затем сразу уволился оттуда, значит, он предполагал, что ты можешь искать его, и по всей видимости не хотел, чтобы ты нашёл его, Мин Юнги. Я постараюсь вычислить парня через налоговые службы, но это будет не так скоро, данные от них мы получаем ежеквартально. И если твой истинный засветится в какой-либо больнице, то в следующей мы его сможем обнаружить только через три месяца. Поздно ночью на телефон Юнги поступило сообщение, что Пак Чимин оформлял выездные документы в Россию. Мин стал вспоминать, что Чимин рассказывал о своём папе. Но из всего он помнил, что папа Чимина ученый, который наблюдает за серыми китами. Шла холодная, длинная зима. Снега практически не было. Но тайфуны с ледяными дождями накрывали город один за другим. У торговых центров расположились пирамиды с открытым огнем, где можно было погреть руки. Юнги прислонил руки к теплу, и тут же вспомнил крохотную ладошку в его руке. Юнги закрыл глаза и сосредоточился на тёплом воспоминании. Мозг давал подсказки. И Юнги стал принюхиваться к своему же аромату. Лёгкая примесь алкоголя становилась ярче выраженной, когда Мин подносил руки к огню. Что это? Думай, Юнги! Сосредоточься. Однозначно, истинность что-то подсказывает. Но что? Как разобраться в односторонней связи? Юнги набрал Джина: «Надо встретиться, это очень важно». Уже через час Юнги сидел в уютном кафе за столиком с Ким Сокджином. Джин пытался поймать связь. Почему Юнги отреагировал на открытый огонь?

***

БУХТА ВРАНГЕЛЯ

— Чимин, сынок, добавь дров в камин. Становится холодно. Как бы нам с тобой не замерзнуть, — папа тепло смотрел на сына. Чимин вышел во двор, взял несколько поленьев и побежал в сторону дома. Продрогнув, он поднёс руки к огню. Прогрев ладошки над углями, Чим одну за другой, отправил все поленья в топку камина. — Сегодня невероятно холодно, —Чимин стянул с себя шапку, и заложил за ухо отросший локон волос. — Завтра прибудет вертолёт. Отправимся в город. Здесь моя работа до весны закончена. Все животные ушли искать новую кормовую базу. До лета киты здесь больше не появятся. Одно из лучших мест для наблюдения за китами в России — бухта Врангеля, недалеко от Шантарских островов. Для китов это что-то вроде большого салона красоты, куда они приплывают делать процедуры. Им нравится тут линять и чесаться. А ещё устраивать китовые «балы»: бить хвостами, выпрыгивать из воды и водить хороводы. -Пап, а ты видел медведей? -Конечно. И если повезет, то завтра с вертолёта полюбуемся на них вместе. Чимин так долго хотел ощутить себя вновь малышом. Сейчас как никогда он ошущал папину опеку, любовь и некоторое волнение. — Пап! Расскажи мне об отце. — Да что же, сынок! Я ведь десятки раз рассказываю одно и то же. И новых историй уже, увы, не появится никогда. А старые ты знаешь наизусть, — старший Пак нежно перебирал светлые локоны сына, с любовью смотрел на своего мальчика, словно он снова малыш Чимми. — Пап, почему люди больше не чувствуют своих истинных? — Наука и прогресс сделали из людей машины. Машины для зарабатывания денег. Фармацевтическая индустрия не стоит на месте. Да ты это всё лучше меня знаешь. — Расскажи мне, когда ты понял, что отец — это твоя истинная пара. — Я понял это сразу, Чимин. Он хотел ударить меня, — старший Пак рассмеялся, — и не смог. -Ударить? За чтооо? — Чим удивленно ждал продолжения. — Твой отец был браконьером, а я тогда ещё только начинал, был совсем молодым ученым. Несколько тюленей попали в ледяной плен. Мы поспешили им на выручку. Там мы и встретились с твоим отцом. Он был немного пьян, совсем чуть чуть. На морозе он быстро протрезвел, а к вечеру уже вместе со мной освобождал малышей и выпускал их к взрослым особям. Ночь была жаркой, тогда я забеременел. И так ты получил коньячный аромат. Природа позаботилась о том, чтобы мы помнили день, когда встретились. — Как-то не романтично совсем, — младший прилег на колени своего родителя и обнял их руками. — Я так скучал по тебе. — От чего ты бежишь, Чим? А может, от кого? — Я ведь встретил истинного, пап. Только он совсем не любит меня. — Почему ты сделал такой вывод, сын? «Мы должны все выяснить раз и навсегда» — застучало в висках у парня. Ладошки Чимина прошило током. — Отлежал руки. Ладошки как газированные. Со Он присел, потрусил руками и стал растирать ладошки друг о друга. Он долго рассказывал папе о Юнги, о тёплой августовской ночи в парке. О несостоявшемся свидании, о записке в букете. И об операции, на которой он узнал в Юнги свою пару. Старший внимательно слушал, не перебивая. А потом вдруг спросил: — Помнишь, как я заболел ангиной? — Конечно! Мы с отцом каждый день приносили тебе бульон в больницу. И сидели у тебя в палате часами. — Чимин, а сколько раз тот омега приходил к Юнги в клинику? — При мне не приходил ни разу. — Вот видишь. Ты сам ответил на свой вопрос. А это не ангина, сынок! — Мне нужно позвонить Джину, пап. — Завтра будем в городе. И позвонишь. А сейчас давай спать. — Я люблю тебя, пап. Я так тебя люблю.