Вьюга-Зима

Гриша вышел на улицу, короткий зимний день сгущал краски на небе. Когда они доберутся до места назначения, будет уже темно. Ира прощалась со всеми, будто надолго. От Гриши можно ожидать чего угодно, даже при озвученном раскладе, что собираться должны все. Расцеловавшись с родными, спустилась по ступенькам и взяла своего ненаглядного под руку. — Вот почему всегда надо устраивать представление? — наехала на мужа, как только вышли из дома. — Ну сказал бы, что хочу сделать вот так, и мы обсудили бы этот момент. Понятно, что все уже в курсе, но после поздравлений и застолья не хотела портить отношения и предъявлять им, что можно было хотя бы намекнуть о сценарии «ее дня». Будь она хоть немного в курсе, сейчас бы не находилась в ситуации неожиданности. — Потому что это уже не сюрприз, — несмотря на постоянные претензии, не перестанет устраивать ей сюрпризы, каждый раз получая от нее впоследствии только восхищение, ну и еще приятные плюшки. — Когда ты все знаешь, это скучно, — он хотел ярких красок в семейной жизни.  — Зато я бы была готова, — шла на шаг впереди, нечего ему поблажки делать, пусть немного понервничает. — А сейчас я застигнута врасплох. На удивление быстро дошли домой, потому что светловолосое чудо было не в духе и летело со скоростью испуганной кошки. Гриша не отставал, неся огромный букет, словно новогоднюю ёлку, да и настроение подходящее. Зашла в дом и сразу же направилась в гостиную, скинула шубу на диван и развернулась в ожидании ненаглядного, немного задержавшегося с цветами в коридоре. Конечно, понимала, что живет с таким чудом, которое и появилось-то в ее жизни неожиданно, будто она его загадала себе на Новый год. Довериться тому, что в этот раз ничего не придумает, было бы глупо, но и гадать, в какую сторону качнется маятник, тоже невозможно. — Только не надо меня убивать, — улыбаясь, прикрылся букетом, увидев ее взгляд, — я же все делаю для тебя, — подошел ближе, надув губы, пытаясь ее разжалобить и смягчить. — Я так и поняла, — вздохнула обреченно, но тоже улыбнулась, он был лучшим мужчиной в ее жизни, причем по всем критериям, — так стараешься меня удивить, что не думаешь о последствиях. Деваться-то уже некуда, поставил в известность в последний момент, и как теперь выкручиваться, непонятно. — Ну, солнце моё, — положил цветы на диван и обнял её, — какие последствия? Я всё что угодно для тебя сделаю, только скажи, — конечно, опрометчивый поступок. В таком состоянии женщины непредсказуемы, может ведь и звезду с неба попросить, но Ира умная, так не сделает, а вот устроить ему жаркую жизнь — запросто. — Вот куда мы сейчас поедем? — всё никак не успокаивалась, обняла за шею, практически повиснув на нём. — Что за место? — если он упёрся и не рассказал сразу, то понятное дело, всех карт и сейчас не раскроет. — В ресторан, — промурчал, обнимая свою тигрицу, — красиво отмечать твой день рождения, — не хотел умалять старания родных, но всё же он приготовил более интересную версию. Дома вместе посидели — и хватит. — А ты не подумал, что, собираясь в горы, — разговаривала с ним в поучительном тоне, пытаясь когда-нибудь воспитать оставшегося в детстве мужчину, — я не брала с собой вечерние платья, очень зря понадеявшись, что ты ничего в этот раз не вычудишь, — перебирала ворот его свитера пальцами. — Думал, — расплылся в улыбке, обвив ее талию руками, — и все предусмотрел. — не удержался и, прежде чем отойти, поцеловал ее. — Это не подарок, — предупредил заранее, повел за собой в спальню, открыл шкаф и достал из-под сложенных вещей коробку и бумажный пакет, в котором была еще коробка с обувью и украшениями. Припрятал все еще когда приехали, чтобы сюрприз так и остался сюрпризом. — Твое вечернее платье, — вручил удивленной Ире, довольно улыбаясь. — Ну и все прилагающееся, — указал на пакет. — Спасибо, — положила коробку и открыла, убрала упаковку, увидев под ней черное платье. Главной достопримечательностью был тонкий корсет, выше широкой полосой, обрамляя грудь и соединяясь в зоне декольте, черное кружево. Естественно, никаких бирок на нем уже не было, пришлось достать и оглядеть внешний вид. Посмотрела на Гришу с удивлением и одновременно восхищением, опять на платье: открытые плечи, длинный рукав — это все то, что он любит в ее концертных платьях, которые впервые увидел, когда искал о ней информацию, только узнав, что остался на Новый год с Аллегровой. — За то, что сам придумал проблему сам же ее и решил, — проговорила тихо. — Ну я не сказал бы, что это проблема, — скрестил руки на груди, невозмутимо наблюдая за удивлением своей любимой блондинки. — Неужели ты думала, что приехать сюда на твое день рождения — это лишь для воспоминаний? — Да я уже не знаю, что с тобой думать, — хмыкнула, приложив к себе платье, примеряя, но и так видела, что это ее размер. Потянула один край широкой юбки в сторону. — И главное, никак не могу просчитать тебя на шаг вперед, — посмотрела многозначительно. — Хочешь сказать, прямо так угадал мой размер? На такие подвиги способны только женщины. Или сказал, что твоя жена Аллегрова, и тебе подобрали? — рассмеялась, заранее зная, что такой вариант он не учел. Положила платье на кровать и открыла коробку с обувью, в которой были строгие туфли без всяких бантиков и блесток, на среднем каблуке. — Вот что ты за женщина? — в моменте напрягся, но улыбнулся, услышав ее смех. — Я знаю твой размер, — заявил уверенно и, подойдя, положил ладони на талию. — Вот так пришел и показал, — придумывал на ходу версии. — Ага, — еще больше рассмеялась, — колись, кто помог? Лала? — она не хуже следователя может раскрыть любое дело, женская интуиция — главное оружие. — Ну да, попросил Лалу помочь, — отвёл взгляд, — деваться некуда, нужда буквально наступила на горло, — с обувью тоже, но украшения выбирал сам, — благо, для колье не надо знать точный размер. — Нашёл сообщницу, значит, — серьёзно посмотрела, но тут же улыбнулась. — Я так и думала, больше никто тебе помочь с моими пропорциями просто не смог, — разве можно на него злиться, если он так старался? — Спасибо, мой самый лучший в мире муж, — обняла его крепко и поцеловала, провела по волосам приглаживая, наслаждаясь тем, что с ней рядом настоящий мужчина, хоть и ведёт себя временами по-мальчишески, но всё же умеет принимать взрослые решения. — И никак иначе, родная, — довольный тем, что она оценила его заботу, — все продумано до мелочей. — Люблю тебя! — чмокнула в губы довольного мужа. — А теперь иди, мне надо навести красоту, — взглядом показала на дверь, чтобы не мельтешил рядом, пока она собирается. — Дай я хоть костюм заберу, — открыл шкаф, снял с вешалки чехол с костюмом, на который она даже не обращала внимания эти дни. — Даже полюбоваться нельзя, — с обожанием оглядел её фигуру. — Ой! — вспомнил неожиданно, открыл молнию на своём чемодане, достал чёрные чулки с такой же кружевной резинкой под платье. — Вот ещё! Чуть не оставил жену с голыми ногами, — рассмеялся. — Без меня не снимай, — глаза заблестели, — я тебе потом помогу, — протянул ей и получил упаковкой по мягкому месту от улыбающейся жены. — Иди уже! — надула губы. — Забыла у тебя спросить, когда мне их снимать, — закатила глаза при очередной попытке остаться и поглазеть. Покинул комнату под ее пристальным взглядом и облачившись в костюм с белой рубашкой и бабочкой, пришел проверить, на каком этапе ее сборы. Его королева сидела перед зеркалом, в халате, легкий макияж, что был для семейного ужина, сменялся на вечерний, прическа пока оставалась в процессе. — Ир, ты скоро? — оставлял время на ее приготовления, но все же не учел, что она не просто запрыгнет в платье, ей требуется больше времени, чем ему. — Еще полчаса точно, — подводила глаза, — иди пока телевизор посмотри, — усмехнулась, не отвлекаясь от своего занятия. В этом доме телевизор играл почти главную роль, с ним связаны интересные случаи. Ничего другого не оставалось, как послушать, и каково же было его удивление, когда через обещанные полчаса его жена вышла в гостиную в чёрном платье, на контрасте подчёркивая светлую кожу, открытые плечи, и была видна ложбинка груди, в которую идеально спускалось ожерелье, сверкая, как её обворожительные глаза. Не будь они женаты, он бы снова женился на ней сию секунду. — Ну и чего ты рот открыл? — улыбнулась, кокетливо поправив прическу. — Мы едем или я зря собиралась? Гриша действительно не заметил, что сидел с открытым ртом, смотря на Иру так, будто видел впервые. Опомнившись, встал и подошёл к ней. — Ты неотразима, — восхищенно прошептал, поцеловал в щеку, боясь испортить макияж. — Только сейчас? — надула губы, будто обиделась. — Ты всегда красивая, — подставил ей локоть, галантно провожая в коридор, чтобы накинуть ей на плечи шубу, — а сегодня восхитительна! Состроила ему глазки, прекрасно понимая, как действует на него, к тому же не слепая, в зеркале себя видела. Помог одеться, накинул пальто и, поднявшись снова к большому дому, снял с сигнализации джип и открыл ей дверь. — А мы что, одни едем? — в доме все окна были темными, только спать пока рановато. — Они уже уехали, — не стал вдаваться в подробности. — Садись, будем догонять, — пошутил, протягивая руку. Посмотрев на него, покачала головой: такого уже не исправишь. Интересно, что ее ждет? Одновременно интересно и страшно.  Поехали они в сторону тех самых заведений, откуда, прогуливаясь, наблюдали фейерверки. Подъезжая, увидела знакомый микроавтобус и немаленький ресторан. Музыка не гремела, что радовало, но, не стала бежать впереди Гриши и, дождавшись, когда откроет ей дверь, подала руку и пошла рядом с ним, будто они приехали на премию "Оскар". В дверях их встретил кто-то из персонала, подал знак Грише и показал им на двери зала. Открыв их и пропустив Иру, Гриша не спешил идти дальше, остановился за ее спиной и положил ладони на талию, прижался ближе. Свет резко загорелся, на потолке закрутились разноцветные лучи, заиграла приглушенно веселая музыка, в потолок полетели шарики. Она застыла от неожиданности, а потом улыбнулась, видя так много знакомых лиц. — С днем рож-де-ни-я! — закричали все хором, поздравляя ее и пошли навстречу. Не ожидала, что вмиг будет окружена, обнимала всех, улыбаясь и благодаря. Дети облепили, толкаясь, обнимали ее и прижимались крепче, наперебой поздравляя. Дома было более-менее спокойно, а здесь они сами обалдели от красоты зала и радости, что это только для Иры. И, решив, что теперь уже можно дарить подарки, в первую очередь гости завалили ее цветами. Когда их стало слишком много, она испуганно оглянулась на Гришу, взглядом моля помочь ей. А за ними последовали подарки, которых, казалось, больше, чем присутствующих, стол пополнялся коробками и пакетами. Лала вручила свой, расцеловала маму, пожелав, как всегда, счастья и уже без слов передала подарок Грише, чтобы он нашел место и для него. Разбирать они будут их завтра, с открытками, вложенными в каждую коробку. Гриша без слов забрал ее ношу и аккуратно переложил на свободный столик. Все-таки надо было предупреждать, что они здесь не на неделю и цветы попросту некуда будет деть, разве только частный рейс их спасет. Со всеми снова обнялась, от их поздравлений и улыбок настроение зашкаливало. Зал светился огоньками, столы накрыли и составлены в один большой, и множество цветов повсюду. Ее муж вывалил целое состояние, устраивая ей праздник. — Ой, Игорь, Алла, Оля, вот это сюрприз! — столько эмоций от встречи, все не скажешь за две секунды. Но тут же глаза округлились, вскрикнула от радости. — Светлана Семеновна, я даже мечтать о таком не могла! Здравствуйте, — почти вскрикнула и кинулась к ней обниматься. — Здравствуй, Ирочка, — женщина обняла именинницу, — с днем рождения тебя, ты как всегда красавица, — делать комплименты Аллегровой можно даже не глядя на неё, но сегодня была особенно красивой. — Как же я рада! — улыбалась как ребенок. — Ждала, когда вы все ко мне в гости приедете, а вы здесь, — сжала ладони женщины. — Алла с Игорем уговорили, — улыбнулась в ответ. — Правильно сделали, — обняла её за плечо. Тут же подошла Вика Крутая, поздравила Иру, вручила цветы и обняла.  — Спасибо, Викуль, — искренне улыбнулась, оглядывая всех. — Не верится, что вы все здесь собрались. — Гриша — организатор, — Игорь взглядом показал на ее мужа, который пока скромно стоял за спиной. — Привет, — по-мужски обменялись рукопожатиями, пока Ира обнимала Аллу и Олю. Приветствовали друг друга по очереди. Мамы обняли Иру, нажелали ей всего на свете, и, забрав с собой Светлану Семеновну, ушли за стол, чтобы не маячить рядом и не создавать толпу. — Как же я соскучилась, — прижала к себе подругу,  — сто лет не виделись! Лучшего сюрприза и столь желанных гостей не придумаешь. — Вот что правда, то правда, — хохотнула Алла. — Где бы мы еще встретились? — добавила. Взвизгнула, когда сзади ее обнял Крутой, и чуть не ругнулась. — Игорь! — Оля с возмущением посмотрела на мужа. — Ну нельзя же так. — Ирунчик, прости, что напугал, — Игорь встал сбоку и, придерживая за талию, поцеловал в щеку. — Хотел тоже к вам в тусовку, — оправдывался. — Да ну тебя! — хлопнула его ладошкой по груди. — Чуть заикой не оставил, — улыбнулась, зная, что злиться на него не получится, как только он начинает смотреть, как ее провинившаяся Дуська. — Любимый композитор, — продолжил оправдываться, — должен быть в приоритете, а ты про меня вообще забыла. Конечно же, он не обижался, знал, какие отношения у них с Аллой, но он-то с ней дольше знаком, а значит, с ним должна была обниматься первой. — Ну, иди обниму, — потянулась к нему, — любимый композитор, — крепко обняла и погладила по спине. — Соскучилась по всем ужасно, уехали в свою Америку и сидите там. Виделась с ним в декабре на съемках «Песни года», потом отсняли все «Огоньки» и ее любимый лысый интеллигент сбежал домой. Слишком мало и редко виделись, хотелось поделиться планами, спросить совета, а по телефону это уже не то. — Вот так бы сразу, — растягивал слова, как кот Матроскин из Простоквашино, довольно мурлыча, — я тоже скучал и приехал не с пустыми руками, — довольно улыбнулся. — Потом посмотришь, что тебе понравится. — Да неужели ты написал мне песню? — не поверила ушам. — Пойдемте уже за стол, — обниматься можно до бесконечности, — взяла Игоря и Гришу под руки и пошла с ними к столу, пока остальные рассаживались. Заметила сцену и удивилась, но вообще в ресторане это обычное дело, тем более это же Сочи, может, это даже не имеет никакого отношения к ее празднику. — Гриш, — повернулась к нему, — спасибо тебе, родной, — положила ладони ему на грудь, любуясь, как он сегодня шикарен в смокинге с бабочкой и белоснежной рубашке. — За то, что каждый раз удивляешь меня, когда мне кажется, что это уже невозможно, — надула губы, кокетничая и одновременно извиняясь за то, что постоянно наезжает на него. — Я ведь живу для тебя, — сказал так просто, объясняя смысл своего существования. — Пока ты не появилась в моей жизни, я будто бы ничего не замечал, все мимо проходило, — у него не было цели, кроме бизнеса, который работал независимо от его присутствия. — Вообще-то, — улыбнулась, строя ему глазки, — это ты появился в моей жизни, — история одной зимней ночи, изменившая их жизнь, навсегда останется той ниточкой, что накрепко связала двух незнакомых людей. — Нагло вошел в мои двери, — опустила веки и провела ладошками по его груди, — а потом и в сердце, — прикусила губу, вызывая в нем волну восторга от такого простого жеста. Гриша обнял свою жену, услышав те слова, ради которых можно сюрпризы каждый день устраивать. — Не задушите нашу императрицу! — послышался знакомый голос, и из-за сцены появился блистательный блондин, причем он на самом деле блестел, как праздничная упаковка, в пиджаке с серебристой вышивкой. Ира обернулась и посмотрела на Баскова, как будто в зал вывели медведя, хотя, наверное, такому удивилась бы меньше. — Попрошу заметить, что ваша императрица вообще-то моя жена! — крикнул ему в ответ Гриша, она его любимая женщина и никаких других определений не существует. Баскова пригласили как ведущего, ну и исполнить несколько песен. Они с Ирой в хороших отношениях, да и этот молодой блондин с радостью согласился присутствовать на мероприятии. — Надо делиться, — Коля предложил компромисс, рассмешив всех своим юмором. — Нельзя нашей эстраде без императорской особы, мы же, — запнулся и решил скрасить заминку своим баритоном, — ведь Россия всегда была императорской. — И при дворе ценились шуты, — Крутой блеснул знанием истории. Ира лишь смотрела на трех мужчин, которые то ли делили ее, то ли соревновались в юморе. — Да! — подтвердил Николай, спустившись со сцены ближе к столу. — Шутов любили и композиторов, — отправил ответку Игорю. — А можно что-нибудь повеселее? — Попросила Ира. Наблюдать за тем, как мужчины меряются интеллектом, не очень интересно, тем более на своем дне рождения. — Повод, по которому мы все здесь собрались, это и есть веселье, — был в образе и махнул рукой, выдавая пассажи. — Дорогие гости! Ирина Александровна! — сделал поклон в её сторону. — Предлагаю наполнить бокалы и поднять их за именинницу. Кстати, звучит все равно почти как императрица. — Ира обняла подошедшего блондина, поблагодарив за поздравление и позволила себя поцеловать в щеку. — Замечательное предложение, — подняла вверх указательный палец Этери, — с этого надо было и начинать. Послышался смех и звон бокалов, пока мужчины, не дожидаясь помощи персонала ресторана, взяли ситуацию в свои руки, открыли бутылки, наполняя бокалы всем, кому можно. Детям налили сок, но тоже в бокалы, из-за чего они задрали носы и расправили плечи, чувствуя себя наравне со взрослыми. Николаю тоже протянули бокал, и, наговорив нежностей прекрасной блондинке, поздравил с днем рождения и выпил до дна, пообещав, что в любом состоянии доведет вечер до конца, чем вызвал снова волну смеха. После первого бокала сначала все притихли, слушая шутки и истории Николая с концертов, и ели, чтобы так же, как и ведущий, дожить до конца праздника и не свалиться под стол в алкогольном опьянении. Его тоже позвали за стол, и на время неуёмный баритон сменила спокойная негромкая музыка. — Ира! Вот смотрю на тебя и балдею, — Алла, сидя рядом, легонько толкнула её локтем, говоря тихо, чтобы не слышали все за столом. — Платье шикарнейшее! — восхитилась образом подруги. — Я не знаю, как Гриша держится, — хохотнула, — глубокое декольте кого хочешь сведет с ума, а тем более, когда есть на что посмотреть. — Так он его и выбирал, — улыбнулась подруге, — но держится с трудом, — хохотнула и тут же прикрыла рот ладонью, когда Гриша с интересом посмотрел на неё. И пока они тихо шептались, делясь накопленными историями, Коля снова вернулся к своим обязанностям, развлекая гостей. — Ирина Александровна, — Николай подошел ближе к столу, протягивая руку, и поцеловав ее ладонь, поклонился. — Целую ваши руки и хочу спеть для вас. Он вернулся к сцене, большую часть которой занимал черный рояль, отражающий огни зала. Заиграла музыка, и Коля снова спустился по ступенькам ближе к столу и, глядя на ту самую императрицу, стал петь, будто все, о чем говорили раньше, не было импровизацией. — «Я для тебя не буду Звёзды хватать в охапки, Не потому, что трудно, Не потому, что жалко.» Глядя на Иру, как на единственную женщину в своей жизни, пел так, будто сердце его болит от безответных чувств. Ира, решив не портить момент, вжилась в роль, ахнула и приложила ладони к щекам, восхищаясь. Актерский талант никуда не деть, он у нее с детства. — «Просто на этом небе, Как бы оно ни злилось, Нет ни одной заветной, Чтобы с тобой сравнилась.» Он послал Ире воздушный поцелуй, в то время как Гриша смотрел на него с видом ревнивого мужа, испытывая молодого человека на прочность. — «Я буду руки твои целовать…» Здесь уже стало все понятно, что все его жесты и шутки как раз и сводились к этой песне. Только по смыслу, конечно же, больше подходила Грише, его отношение к любимой женщине, все время с их встречи было именно такое. Сидя в пол-оборота, первыми в такт музыке стали хлопать мамы, а потом подхватили остальные. Николай подошел к Ире, выставив ладонь, ждал от нее ответного жеста. Поправив на груди кружево платья, как это делала на сцене, кокетничала и в то же время знала реакцию мужа на эти жесты. Подала Баскову свою ладонь, встала и, обернувшись на Гришу, довольно улыбнулась, видя в его глазах огонь страсти. — «Я буду руки твои целовать…» — в подтверждение слов поцеловал ладонь и прижал ее к своей щеке. — «Я стану грустью в улыбке твоей», — тут уже Ира сыграла смущение. — «И нам никто не посмеет мешать, И не отнимет у нас этих дней». Картинно ахнула, будто сожалея, подыгрывая тексту песни. Но мужчина, что делает ее счастливой, сидел за столом и раздевал глазами. Пока песня не закончилась, буквально несколько шагов сделала в танце. — Ирина Александровна, — Николай держал ее за руку, счастлив только от того, что находится рядом, — Вы восхитительная, красивейшая женщина, завидую вашему мужу белой завистью, — сыпал комплиментами. — Поздравляю Вас с днем рождения, да и что там желать, вы и так бриллиант нашей эстрады. — Спасибо, Коля, — обняла его и поцеловала в щеку, — столько слов, — наклонила голову в сторону гостей, аплодирующих им, — мне очень приятно, — оставив его руку, пошла к ступенькам, чтобы вернуться на свое место за столом. Гриша быстро подошел и подал руку, придерживая, помог спуститься. — Ты что делаешь? — прошептал на ухо, притянув к себе за талию. — А что? — спросила невинно. Доводить его — ее любимая игра, сегодня утром у нее это отлично получилось. Облизнула губы и посмотрела так, что у него мурашки побежали по спине от ее карих глаз. — Тебе не понравилось? Пока за столом пошла вторая волна, дети поели и побежали играть с воздушными шарами на свободную площадку. Хохоча, они подбежали к Грише с Ирой и, пока на них не обращали внимания, выстрелили из больших хлопушек, на голову им посыпались блестящие конфетти, как будто в одночасье слетели листья с дерева. — С днем рождения! С днем рождения, Ира! — запрыгали вокруг и крепко обняли обоих, повиснув на своих обожаемых родственниках. — Мои золотые, — смахнула с волос Гриши блестки, — спасибо, — наклонилась к ним и обняла малышню, прижала к себе. — Проказники! — расцеловала всех. Заиграла медленная красивая мелодия, и Николай сделал предложение станцевать, в первую очередь Ире с Гришей. — Друзья! — Николай обратился ко всем. — Раз наша прекрасная пара уже на площадке, — после песни еще был запал, но нужно было немного отдышаться, — предлагаю медленный танец. В качестве своей партнерши выбрал Лалу, протянув ей руку и пригласив на танец. Крутой вышел с Олей, нежно обвил талию жены. Ира посмотрела на пары с улыбкой, дети, взявшись за руки, танцевали втроем. — У нас мальчиков слишком мало, — пожаловалась Ира и положила ладонь на плечо мужа, в то время как его ладонь легла на её талию, — на следующий танец пригласи Аллу, — решила, что так будет не обидно. — Братва! — Гриша шикнул пацанам. — Нужна ваша помощь, — в танце сделал шаг в сторону к ним, увлекая за собой Иру. — Пригласите свободных женщин, — кивнул в сторону стола, показав, кого он имеет в виду. Они по команде сорвались с места, Саша пригласил Аллу, Ираклий предложил свою ладошку Виктории, а Илона потащила за руки упирающуюся маму в центр танцпола. Бабушки остались на местах, любуясь детьми и переговариваясь между собой. — Все проблемы вмиг решил, — смотрела на Гришу с нескрываемым удивлением. — Нестандартно, правда, — хохотнула, глядя на молодых, но довольных кавалеров, вот уж у кого потом не будет проблем в знакомстве с девушками, — но главное результат. — Ты довольна? — погладил изгиб талии и поднял ладонь выше по спине. — Очень, — он делал её счастливой с тех самых пор, как появился. И если одним достаточно просто быть рядом, то Гриша был тем, на кого можно положиться во всех смыслах. — Мой невероятный муж, — сделала мужу комплимент, и не важно, что праздник ее, ведь его устроил он, стараясь делать её каждый день счастливее. — Обращайтесь, — улыбнулся, потянулся к ее губам и поцеловал, — Готов исполнить все твои желания. Ира обняла мужа за шею и прильнула к его губам, сейчас не нужны слова. Весь мир кружился вокруг них, и сейчас, когда приглушили свет в зале, по стенам поплыли мелкие светлячки, превращая этот маленький мир для двоих в большую вселенную только для них. — Какие же они красивые! — Натэлла Семеновна смотрела на детей с улыбкой. — Залюбуешься, — повернулась к Ириной маме.  — Созданы друг для друга, — добавила Серафима Михайловна. — Такого зятя еще поискать надо. — И невестку, — кивнула Гришина мама, и они тихо посмеялись, все довольны и счастливы выбором детей. Музыка играла, пары танцевали, дамы улыбались своим кавалерам, Ира смотрела в зеленые глаза мужа, в них она тонула и возрождалась заново, он космос, она самая яркая звезда. По всем законам они не могут существовать друг без друга. Вокруг всё затихло, добавили основной свет, но влюбленные всё ещё не замечали, что песня не играет. Заметив Аллу, что смотрит на них с улыбкой, Ира остановилась и посмотрела на остальных, немного отстранившись от Гриши. Они как эпицентр вечера, приковали к себе все взгляды. — На этой ноте, — решил разрядить обстановку и неловкость момента Николай, — предлагаю сделать совместное фото, — показал руками, что надо сдвинуться снова к центру. — На долгую память. Ира, немного прищурившись от яркого света, заметила фотографа с камерой, Лала с Гришей просчитали все моменты, чтобы этот день остался красивой картинкой не только в памяти, но еще и в рамке на стене. — Давайте, мамочки, рядом, — подал руку, провожая женщин к остальным, — с нашими… — запнулся и рассмеялся, — чуть не вырвалось "молодоженами". — Да, похоже на то, — Крутой подмигнул Грише. — Медовый месяц у вас был или сейчас наверстываете? Ира покачала головой, его шутки уже не смущали, привыкла за столько лет дружбы. Ну, а что плохого, если они счастливы и даже спустя два года любят так же сильно, как раньше. — У нас он и не прекращался, — ответила за Гришу, обращение Игоря явно было адресовано ему. — Смотри и завидуй, — улыбаясь, показала ему язык, издеваясь в ответ. — Игорь Яковлевич, — Басков хохотнул, — по-моему, вы отбираете мою роль шута, — рассмешил остальных и обратился снова, напомнив о главном. — Давайте встанем так, чтобы все влезли в кадр. — Коля, иди к нам, — позвала Алла, махнув ему рукой, — ты же не фотограф, — взяла его под руку, мило улыбаясь. Поменявшись несколько раз местами, сделали несколько совместных фотографий, потом только Ира с Гришей, с мамами, детьми и по отдельности. Потом все это будет вспоминаться с улыбкой, сейчас же это хлопоты и попытки выбрать лучшее положение и позу. После фотосессии снова расселись по местам, бокалы наполнились вином, и на этот раз тост прозвучал от близкого друга. — Ириша, дорогая, — внимательно смотрел на подругу, — я всегда желал тебе женского счастья и рад, что ты его нашла в лице Гриши, — улыбнулся в ответ на её кивок. — И вот, знаешь, я теперь даже предположить не могу, что тебе желать, — пожал плечами, — с таким мужем, разве что ракету. — У меня и самолета пока нет, — поняла, куда он клонит, взяла мужа за руку, благодаря его за всё, — а ракету мне негде поставить, — рассмеялась, представив размеры парковки.  — Давай тогда так, — поднял бокал, — за то, чтобы вы всегда были вместе, и мы каждый год встречались вот так, — провёл ладонью по воздуху, описывая помещение. — Обязательно! Спасибо, Игорёк, — поцеловала в щеку и чокнулась сначала с ним, а потом с Гришей. Все остальные подняли бокалы за любовь и выпили. Пришла очередь Баскова снова импровизировать и смешить всех, чем он и занялся. Это был необычный корпоратив, а день рождения его любимой певицы и женщины, к которой относился с теплотой и уважением. Смех и разговоры бесконечным потоком, дети бегали на сцену, скакали вокруг рояля, возвращались к столу запыхавшиеся, осушали стакан сока и снова куда-то бежали. Потом они как-то притихли и совсем пропали, что было непривычно, но Басков шутками покрывал их отсутствие. — Вы не заскучали? — Коля обратился к центру стола. — Нет желания выйти подышать свежим воздухом? — в это время смотрел на Гришу. — Я курить хочу, — спохватилась Ира, раз уж образовалась такая пауза. Повернулась к Грише в надежде, что он составит ей компанию. — Пойдём? — спросила почему-то подумав, что он сейчас будет ее уговаривать, чтобы не курила. — Пойдем, — взял ее за руку и встал. — Надо выйти немного подышать, — в помещении было чересчур тепло, но суть не поменялась, все-таки шли курить. — Я с вами, — Крутой влился в компанию любителей никотиновой зависимости. — Надо перерыв сделать, да, Ирунчик? — накинул пальто, пока Гриша помогал Ире одеть шубу. — Да, Игорюнчик, — ответила так же. — Видишь, ты сам не напомнил про пятиминутку, уже бы давно покурили, — с тех пор, как приехали, это был первый раз, и пока пели, танцевали, поздравляли, совсем упустили этот момент. Вышли на улицу и пристроились в углу крыльца, подальше от двери ресторана. — Гриш, ты не думал запретить Ире курить? — хитро посмотрел Игорь, зная на сто процентов её реакцию. — Такая красивая женщина и с сигаретой, — сказано было неискренне. Да, вредит здоровью, но как ей идёт зажатая между двух пальцев сигарета и задумчивый взгляд, который вроде и здесь, и в то же время где-то в своих мыслях. — Мы стараемся меньше курить дома, — Гриша зажал губами сигарету и поднес зажигалку к Ириной. Она прикурила и затянулась. — Но когда работаем, то тут уже не до контроля. — Игорь, а ты то сам как вообще? — Ира с ухмылкой смотрела на вдруг ставшего добропорядочным друга. — У тебя дочка недавно родилась, надо уже на здоровый образ жизни переходить. Несмотря на то, что постоянно друг друга подкалывали и стебали, в дружбе были очень преданы друг другу. Много лет знакомы, тысячи километров проехали по стране. Их дорожки расходились на время, потом снова судьба сводила вместе, новые витки жизни, новые песни, но старая и крепкая дружба оставалась неизменной. — Думаю над этим, Ир, — вдруг стал серьезнее Игорь. — Вроде надо уже, но обязанности, работа, нервы… Пока не выходит. — Эх ты, папаша, — толкнула его плечом и отвернулась, глядя на белоснежные горы вдали. Выше них — иссиня-черное небо и россыпь мерцающих звезд. Молча затянулась и улыбнулась: иногда достаточно момента, чтобы понять, что такое счастье. Два дорогих мужчины, друг и муж, которых связывают одинаковые цели, и на первом месте у всех — семья. — Не замерзла? — затушив сигарету, Гриша обнял её и прижал к себе. — Пора идти обратно, — переглянулся он с Игорем. Тот тоже выбросил окурок, кивнув на Иру. — А можно еще немного здесь побыть? — отдала ему свою тлеющую сигарету и положила голову на грудь, обняв его. — Давай постоим, — тихо попросила. — Я пойду, — Игорь кивнул Грише и улыбнулся, оставляя их одних. — Ир, ты чего? Что-то случилось? — Гриша выбросил ее сигарету и крепко прижал к себе. — Ты не заболела? — озвучил первые мысли, что пришли в голову. — У-у, — прижимаясь щекой к его теплой груди, смотрела на красоту вокруг. — Просто мне очень хорошо, — вот так, в моменте, рядом. — Поцелуй меня, — подняла голову, не зря же они остались одни. Провел пальцами по ее щеке, заглянул в ее бездонные глаза и накрыл ее губы своими. Ни о чем больше не думая, прикрыл глаза, полностью отдавшись чувству принадлежности только ей, всегда, каждую секунду. Переместила ладони на его шею, встав на носочки, потянулась, чтобы быть еще ближе. Горячие губы обжигали, вопреки холодному воздуху на улице. Но звук мимо проезжающей машины вернул их в реальность. Посмотрели друг на друга с улыбкой, все же хорошо оставаться наедине. — Пойдем обратно, — погладил ее щеки, — а то уже замерзла, — взял в ладонь холодные пальцы, согревая их, и повел в тепло.