Отряд Судеб. Часть 3. Тайны невыразимцев

— Ты точно в этом уверена? — в сотый раз спросил Драко, следуя за настойчиво идущей вперед Гермионы. — Если тебе вдруг не хотелось мне отказывать и ты делаешь это из вежливости… — Черт возьми, Драко, прекрати! — Грейнджер застыла на месте и развернулась, застигнув парня врасплох. Малфой врос в землю и попытался спрятать обеспокоенный взгляд за беспечным взором, но он был весь соткан из нервозности, так что Гермиона легко считала его волнение. — Я не могу притворяться, что его не существует. — мягко вздохнула девушка. Она и сама волновалась, хоть и отчаянно хотела проверить свои силы. — Мэнор — часть тебя, и, если я не научусь, это принимать, то… Будет плохо. Не буду скрывать, что терпеть не могу этот дом, но он твой. Я люблю тебя, а значит, мне придется научиться любить его. На последнем слове она указала рукой туда, где отчетливо вырисовывался темный силуэт поместья Малфой. Драко хотел показать ей, что открывается. Хотел, чтобы она увидела, как начал меняться дом, вторя его изменениям. Поддавшись яростному порыву, после стольких переживаний он осмелился пригласить Гермиону и… Провести нормальную экскурсию. Познакомить ее с тем местом, где он стал тем, кем был, и рассказать ей о детстве. И все же страх того, что ее ужаснет увиденное и что девушка не сможет смириться с тем, что увидит перекрывал доступ к разумному мышлению. Вдруг она все же поймет, с кем связалась и бросит затею бороться за их отношения. Хотя сам Драко с каждым днем все больше убеждался в том, что готов уничтожить мир, лишь бы эта кудрявая макушка маячила рядом и дарила ему теплые улыбки. Сраная сентиментальность заразила и его. Вот же… Пиздец. Малфой все еще не мог привыкнуть к тому, как легко теперь им обоим (особенно Гермионе), давалось признание в любви и насколько сильно это повлияло на него. Каждый такой момент он складывал в наполняющуюся копилку счастливых моментов и не мог остановиться. Лишь бы только это продолжалось. — Хорошо. — вновь согласился Драко, хоть они оба понимали, что еще через две минуты Малфой вновь будет осыпать теми же вопросами, а сомнения возьмут верх. Улыбка дрогнула на его губах, и он взял теплую ладонь Гермионы, оставив на ней согревающий поцелуй: — Но если что, прошу, не мучай себя. Только скажи, и мы сразу уйдем. Грейнджер сбросила маску смелости и опустила глаза, покорно кивнув. Конечно, она не хотела туда возвращаться. Ни за какие богатства она бы не согласилась провести в том доме ни минуты своей жизни, однако любовь была ценнее любого золота. Впрочем, как и знания, а они всегда влекли ее несмотря на опасность. Гриффиндорка хотела знать, как взрослел Драко, хотела прикоснуться к тому, что было неотъемлемой частью того, кем она его полюбила. Пусть даже эта часть была самая разрушительная. — Только я требую ответную услугу. — Малфой стрельнул в напрягшуюся девушку ехидным взглядом. — Как все закончится… Ты познакомишь меня с твоим домом. И родителями. Гермиона замерла. Печаль, которую она прятала так долго, и о которой совершенно забыла, вновь проскользнула, махнув тонким жалом. — Драко, ты же знаешь… — начала она, но Малфой остановил ее порыв и прижал к себе. Шепот обжег ее слух в том месте, где дыхание ворошило распущенные волосы: — Знаю. Родители в Австралии, а дом теперь принадлежит другой семье. Но мы же можем посмотреть на него… Тайком. Ты расскажешь, как вы там жили, что делали без магии. Как варили кофе и, не знаю, читали. Что еще можно было бы делать без магии, Драко не знал. — А с родителями мы можем увидеться издалека. Поедем как туристы и, знаешь, случайно наткнемся на них. Проверим, как у них дела. Хорошо ли Живоглот справился с задачей охранника. Как тебе такая идея? Любимый кот Гермионы — волшебный фамильяр, которому было поручено следить за родителями, потерявшими память, точно справился лучше всех. Тоска по ним смешалась с благодарностью за это предложение, и в этот момент Грейнджер полюбила этого человека еще сильнее. Глаза защипали от благодарности, и она сильнее зарылась носом в ключицы Драко, вдыхая его запах, который был для нее вместо антидепрессанта. — Хорошая идея. Мне нравится. — шмыгнула она, за что получила легкое поглаживание головы. — Знаю. Все мои идеи хорошие. — Малфой отстранился с довольным видом и щелкнул девушку по веснушчатому носу. — А теперь пойдем, иначе я снова передумаю насчет другой своей «превосходной» идеи. Спустя несколько минут за облезлыми, замерзшими деревьями начали проглядываться знакомые черные пики башенок, уложенных черным шифером. Металлические пики башен сверкнули опасным блеском, показываясь сквозь высокую живую изгородь, укрывающую поместье. Еще через некоторое время мокрая мощеная дорожка привела их к массивному кованному ограждению. Драко сжал руку девушки и подошел к воротам, приложив ладонь, стянутую кожаной перчаткой, на извилистые металлические линии. Ограда скрипнула и тут же поддалась и отворилась, пропуская пару во владения семьи Малфой. Гермиона думала, что утонет в море страха. Что Мэнор покажется ей таким же, как в тот день, когда их схватили, и уже готовилась успокаиваться себя. Однако убранство дома была настолько далеко от того ужаса, который она себе рисовала, что невольно глаза Гермионы распахнулись от удивления. В свете тусклых солнечных лучей белый фасад искрился своей чистотой и изящностью. Живая изгородь была ровно подстрижена, и насыщенный зеленый свет прекрасно дополнял чистое и ухоженное внутреннее убранство. В воздухе витал легкий цветочный аромат. Двор дома был невообразимо большим. Казалось, на самой территории можно отстроить еще два таких же огромных дома. Ровная плитка под их ногами была избавлена от сорняков и начищена подобно сверкающему фасаду замка. Впереди журчал фонтан. Вода в нем переливалась на солнце своей кристальной чистотой, а вокруг кружили и щебетали маленькие птицы. Гермиона застыла на месте, восхищенным взглядом осматривая сад. Драко за ее спиной усмехнулся и наклонился к уху: — Я надеюсь, ты замерла вовсе не от ужаса. Грейнджер сбросила наваждение и послала парню искрящуюся улыбку в ответ, пока он вел ее дальше. — На самом деле, приди ты сюда на пару дней раньше — ты бы увидела, что ожидала. — с ноткой печали произнес Малфой, осматривая свои владения. — Я нанял целую бригаду волшебных садовников, чтобы привести нашу лужайку в подобие приличия. — Смеешься? — встрепенулась Гермиона. — Сад прекрасен! Драко хмыкнул и покачал головой: — Он даже на пинту не такой красивый, каким был, когда мама за ним ухаживала. Малфой поджал губы и попытался спрятать скорбь, рассматривая фонтан, у которого пара задержалась. Сердце Грейнджер кольнуло, и она осмотрелась вокруг. — Драко, если ты позволишь… — девушка опустила глаза. — Если я вообще могу просить об этом… Драко развернулся к Гермионе и осторожно коснулся подбородка, заставляя ее смотреть на него. — Все что угодно, Грейнджер. Что бы это ни было. — Я бы хотела сходить к ней. — как можно мягче попросила она, все еще боясь отказа. Малфой застыл от неожиданности. Тень улыбки проскользнула на его отстраненном лице: — Конечно. Мы с тобой обязательно к ней сходим. Думаю, она будет рада видеть тебя. Грейнджер поднялась на цыпочки и оставила в уголке губ Драко мимолетный поцелуй, который стал ее «спасибо». Глаза Малфоя потемнели, и он было уже наклонился за необходимой «добавкой», но Гермиона остановила его жестом и замотала головой: — Нет-нет, мистер Малфой. Сначала я оценю достойны ли вы моего расположения. Показывайте ваши владения. С этими словами она игриво махнула копной кудрей и, гордо постукивая каблуками по мощеной дорожке, направилась прямиком к главному входу в поместье. Драко не смог сдержать усмешки. Кажется, сегодня, он израсходует месячный лимит на подобное действо. Ну точно… Ведьма. Его ведьма. Он догнал девушку на полпути и прокашлялся. — Позвольте, мадам. Для начала мы осмотримся в саду. — Драко галантно взял Гермиону под руку и вальяжным шагом повел ее в обход дома, наслаждаясь тем, как сверкают ее распахнутые от удивления глаза. Малфой показал ей восстановленные рабочими теплицы. В них пока ничего не росло, но он планировал в ближайшее время наведаться в крупное садовое хозяйство и выбрать цветы и полезные растения. Мама многому его научила, так что посадкой он планировал заняться самостоятельно. Копаться в теплицах вместе с Нарциссой было одним из самых любимых занятий маленького Драко. Они дошли до пруда, где еще только начали вестись работы по очистке от сорняков и мусора. Как раз, сейчас нанятый Малфоем, рабочий магией вылавливал крупные ветки и заливал очищающий волшебный раствор. Другой мужчина устанавливал домик и кормушку для лебедей. Драко поприветствовал рабочих и отошел в сторону, чтобы обсудить дальнейшие действия, пока Гермиона обвела глазами пространство. Ее взгляд зацепился за деревянную беседку, обвитую лозами плюща. За ней сразу же стоял белеющий на солнце склеп. Горло сдавило. Она не решилась пойти туда без Драко, зная, как чистокровные волшебники трепетно относятся к захоронению родственников. Отчего-то ей стало тоскливо, что немногие маглы уделяют такое пристальное внимание своим семьям и своей родословной. Когда как волшебники всегда поддерживают друг друга, даже будучи дальними родственниками. Возможно, у такой закрытости внутри семейных уставов есть и свои плюсы. Хотела ли она быть частью такой? Ее размышления прервал подошедший Драко. Он увидел, куда смотрит девушка. — Давай для начала дом, хорошо? — осторожно предложил он. — Конечно! — закивала Гермиона и отвернулась, чтобы не смущать парня. — Думаю она хотела бы, чтобы для начала я посмотрела на него. Малфой потрепал девушку по макушке, и они двинулись к поместью. Несмотря на то, что Драко сознательно замедлил шаг и что двор дома выглядит волшебно, Гермиона все равно почувствовала щупальца ужаса, подходя к величественному зданию. Все же в сад она не так хорошо запомнила. Почувствовав смятение девушки, но, не став вновь мучить ее и так сомневающийся разом уговорами, пойти домой, Драко обнял Грейнджер за плечи. Они поднялись по ступенькам и остановились у массивных дубовых дверей. Гермиона сглотнула ком, образовавшийся в горле. — Если тебе станет легче, внутри тоже многое изменилось… — начал было Драко, но девушка пропустила его комментарии мимо ушей, решительно шагнув вперед и с трудом распахнув тяжелые двери. Девушка прошла, внутрь неосознанно зажмурив глаза, и остановилась посреди главного холла. Это было не то место, где все произошло, и все же она ждала, что зловоние темной магии окутает ее. Этого, разумеется, не произошло, и она все же открыла глаза. Поначалу девушка действительно испугалась. Гермиона хорошо помнила планировку и изящные балюстрады, балконы, лестницу. Но вглядываясь в убранство лучше, она замечала, насколько все же сильно отличается Мэнор от ее воспоминаний. Светло-серый мрамор пола сверкал под ее каблуками, хотя она помнила, что раньше он точно был черный. Мебель пестрела новыми теплыми тонами, роскошные бархатные портьеры под цвет мебели легко развивались от впущенного парой сквозняка. Портретов не было — вместо них висели разнообразные произведения искусства как магловский, так и волшебные пейзажи, извилистая абстракция и даже течения модернизма. Две лестницы изгибались симметрично по обе стороны зала, уходя на второй этаж. — Как ты? — Драко встал рядом с девушкой, пытаясь оценить ее состояние. — Идем дальше или… — Идем. — сказала Гермиона, пытаясь понять, что чувствует. Они прошли на второй этаж. Девушка не могла разобрать ничего из своих эмоций и просто отдалась их потоку, пока Малфой рассказывал про каждую из комнат. Оказывается большая часть Мэнора была уже переделана. Драко рассказал, что занялся хозяйской спальней в первую очередь, потому что ее Люциус отдал в обиход Лорду. Он поменял все, даже обои на стенах. Она была роскошной. Томные темные тона не выглядели жуткими, скорее просто дорогими и романтичными, широкая кровать с балдахином пахла свежим лаком, дорогой ковер устилал паркет. В воздухе не было присутствия и тени темной магии. Комнату Нарциссы, где в последние годы они жили, как в хозяйской спальне, Малфой не менял, как и свою. В ней все еще витал дух матери. На подоконниках стояли опустевшие горшки, ждущие своих растений, а кроме кровати в углу комнаты стоял роскошный черный рояль. Она была меньше предыдущей и больше дамской. В ней был просторный отдельный гардероб, кушетка для чтения и стеллаж уставленный множеством книг по ботанике и растениеводству. Следующей была комната Драко, и у Гермионы перехватило дух, ведь Малфой не менял и ее тоже. Он не признался почему, но ей хотелось думать, что всё-таки она чем-то напоминала ему о детстве, хоть ему и пришлось делить крыло с Лордом. Комната Драко выглядела… Как и должна была. Широкий стол для учебы, высокий сервант с учебниками, черный лаковый гардероб и массивная кровать в зеленых тонах. Стены были покрыты дорогими обоями с едва различимым серебристым узором из переплетающихся лоз и змей. На каменный подоконник был уложен подушками для удобного чтения, а окна выходили на ту часть сада, где располагался пруд и теплицы. На стенах висели награды за квиддич, последнее расписание Хогвартса и застекленный гербарий, собранный из цветов, вырезок из газет, бабочек и листьев, опавших с деревьев в саду. — Ты делал его сам? — робко спросила девушка. Драко кивнул, прислонившись к стене: — Да, на третьем курсе. Потом отец снял его и выбросил, но мама сберегла и хранила на чердаке. Недавно нашел. — Я почти не видела портретов. — заметила Грейнджер. — Ты всех их снял? Малфой фыркнул: — Конечно! Я не хочу смотреть на эти противные рожи. Они еще умудрялись мне пару ласковых отвесить, пока я их снимал. — А твой и Нарциссы? Драко поджал губы и отвернулся: — Будут висеть в кабинете. Они на реставрации. Кабинет располагался рядом. В другом крыле располагались гостевые спальни. Их решили пропустить — они проходили последнюю стадию ремонта. Всего в доме было три этажа и чердак. На первом этаже располагалась прихожая, столовая, кухня и зал для приемов. Второй этаж был поделен на два крыла. Правое крыло было для хозяев, а левое — для гостей. Итого в Мэноре было четыре большие гостевые спальни и еще две маленькие — для взрослых детей или одиночных гостей. На третьем этаже центральной башни была библиотека. В других же башнях располагался рабочий кабинет, музыкальная и тренировочные комнаты. Гермиона замерла перед массивными дверьми, ведущими в то место, которое она мечтала увидеть, несмотря на ненависть к Мэнору. Конечно же, библиотека. Драко ухмыльнулся, видя ее замешательство и предвкушение, а затем подтолкнул девушку, распахивая перед ней двери и пропуская вперед. В душе он надеялся, что хотя бы это место растопит ее сердце по отношению к поместью. Грейнджер распахнула рот от изумления. Библиотека дома Малфоев была еще более величественной, чем ее описывали. Это был просторный зал с окнами в пол. Потолок был очень высоким и уходил в шпиль центральной башни. Стеллажи располагались как по стенам, так и просто рядами по комнате и несмотря на то, что их было несчетное количество, библиотека все равно ощущалась просторной. Те ряды, что располагались у стен, имели дополнительные этажи, чтобы можно было свободно взять интересующую книгу, а у тех, что располагались просто в зале имелись длинные приставные стремянки. У некоторых книжных рядов стояли круглые или продолговатые рабочие столы, стулья и кресла для чтения, а прямо у огромного окна — целое рабочее место, как кабинет. Девушка не смогла удержаться и ворвалась внутрь, подбегая к первому попавшемуся книжному стеллажу. Она рассматривала корешки самых разнообразных изданий. Сбоку была прикручена табличка, на которой значилась тематика стеллажей по ряду — «история». Здесь были и новые, и ветхие ценнейшие издания, коллекционные работы и даже рукописи, хранившиеся под специальной магической защитой. — Я знал, что тебе понравится. — Лицо Драко озарила широкая улыбка, и он вальяжно опустился на одно из кресел рядом, скрестив длинные ноги. — Не стесняйся. Можешь осмотреться. Гермиона перевела глаза на парня и ахнула. В этих интерьерах Драко Малфой в его новых дорогих черных брюках, белой рубашке и полупальто с литыми пуговицами смотрелся так… Естественно. Его белоснежные волосы блестели в тусклом свете платиновым отливом, серые холодные глаза сверкали интересом, умом и ехидством. Его поза, весь его вид говорил, что это его. Теперь Гренджер поняла, почему иногда он ей казался таким отделенным от всего, что происходит вокруг. Будто он не вписывался. Она поняла. Это другое не вписывалось к нему. Драко Малфой принадлежал этому роскошному месту и рядом с этим богатством действительно выглядел на своем месте. Сложно было представить, что с таким количеством знаний, денег и возможностей он будет проще и легче. Драко вздернул брови: — Грейнджер, я не книги. Хотя можешь продолжать, если хочешь, я не против. Гермиона усмехнулась и уперла руки в бока, склонив голову: — Знаешь, я теперь поняла, почему ты такая заноза в заднице. — Да? — Драко сверкнул клыками и расслабился на стуле еще сильнее. — Но ты только у стеллажа с историей. Что будет, когда ты доберешься до моей любимой секции… Гермиона зарделась и не стала уточнять, это секция с опасными заклинаниями или с книгами взрослого содержания, и упорхнула вглубь библиотеки. Через полчаса судорожного рассматривания содержимого библиотеки Малфой и еще полчаса уговоров Гермионы продолжить осмотр дома они таки покинули это место. Драко заверил ее, что у нее всегда будет доступ к местным архивам и, что они обязательно вернуться еще раз, так что Грейнджер нехотя, но оторвалась от стопки набранных ею книг, и они пошли дальше. Когда они закончили осмотр кабинета, тренировочных комнат, которые были даже больше, чем некоторые аудитории Хогвартса, ребята вновь спустились на первый этаж. Столовая и кухня стали местом, которое было переделано основательно. Исчезло разделение между зоной готовки и приема пищи. Раньше оно было для того, чтобы не видеть работы домовиков, но теперь столовая выглядела куда более уютно. Такие же высокие окна, широкий длинный лакированный стол тянулся через всю комнату. Гермиона с нежностью вспомнила кухню на Гриммо, которая казалось ей просторной, но по сравнению с Мэнором она была крохотной, почти игрушечной. Кухонный гарнитур был полностью оснащен современной бытовой техникой, в том числе магловской. Электрическая плита, духовой шкаф почти промышленных масштабов и даже холодильник. На кухне также была барная мраморная стойка для приготовления и приема пищи в неформальной обстановке. Осмотрев всевозможные помещения, ребята остановились у входа в зал приемов. Комнаты, где, казалось, все началось. Гермиона уже прониклась изяществом, и летящим убранством дома, и он больше не казался ей жутким. Напротив, Драко с упоением рассказывал, какие изменения привнес и теперь, и девушка чувствовала, что сможет полюбить поместье. Хоть она и не привыкла считать уютным такой неподъемный люкс. Дом полностью был отражением истории, которую проходила семья Малфой. Они были единым целым, и вслед за изменениями в душе Драко, менялся и облик этого места. Мэнор сбросил свою пелену опасности, оставив место магической загадочности. Поэтому, переходя порог зала, Гермиона уже понимала, что ей все равно. Ей все равно, что эти стены помнят присутствие зла и утопали в крови. В том числе и ее. Мэнор всего лишь оболочка, внешность истории, которая пишется день ото дня, значит, от них зависит, как поместье выглядит и что в нем происходит. Как и предполагалось, зал выглядел куда лучше, чем она его запомнила. Светлый мрамор сиял под пробивающими сквозь портьеры солнцем, камень стен, балюстрад и всевозможной роскошной рустовки в викторианском стиле был отреставрирован и больше не чернел подтеками. Каминная полка была уставлена изящными канделябрами и статуэтками на декоративной подстилке. Рядом с камином стояло два кресла, кушетка и небольшой журнальный столик. На потолке висела люстра, сверкающая декоративными камнями, инкрустированными в ювелирные переплетения волшебного металла. Драко застыл рядом с девушкой, любуясь проделанной работой, и выдохнул носом от облегчения. Он еще не заходил в этот зал после ремонта. — Знаешь… — начала Гермиона застенчивым голосом, вжав голову в плечи. Малфой напрягся и сомкнул челюсти, чтобы не выдать нервозность. Отчего-то именно ее мнения насчет поместья он страшился и в то же время ждал. Вероятно, он все же сильно любил свой дом. Хотя это было понятно по тому, как тщательно он восстановил и отремонтировал его, стараясь придать ему новый, более подходящий ему облик. — Знаешь… — продолжила девушка. — Тебе стоит почитать журналы по современным тенденциям в дизайне интерьеров. Мне кажется, золотая люстра — это уже чересчур. Драко усмехнулся: — Думаешь? А мне казалось, что будет выглядеть слишком просто.

***

Гермиона и Драко расположились на кухне, где Малфой выудил банку кофе из шкафчика и орудовал на кухне. В доме не было никакой еды, рабочие приносили все с собой. Сам же хозяин в своем доме питался только кофе. — Так быстро работают маги-строители. Мне говорили, ты делаешь ремонт своими руками. — Грейнджер сидела на барной стойке и игриво болтала ногами. — Так и было, но потом я зае… Устал. — осекся Драко, помешивая в турке ароматный напиток. — Ты знаешь, я не очень терпелив. Грейнджер усмехнулась. Ее глаза блуждали по напряженной спине Драко. Отчего-то именно в этом доме, такое бытовое занятие, как приготовление кофе, выглядело неимоверно… Сексуально. Вероятно потому что его делает сам владелец этого роскошного замка. Драко снял полупальто и подвернул рукава белой рубашки до локтя. Вены опоясывали сильные, но при этом изящные руки. Г ермиона прикусила губу и постаралась скрыть неистовое биение сердца. Неужели она из тех, кого заводит богатство? Нет. Ее заводит то, что они в месте, которое Малфой осмеливается назвать домом, а значит, она еще ближе к пониманию того, кто такой этот Драко. Одновременно с наступившим облегчением, пришло и осознание, насколько же она простушка, по сравнению с Драко. Дома, на Гриммо, эта грань давно стерлась, и девушка успевала забыть, что рядом с ней находится, пожалуй, самый богатый житель волшебного Лондона. Ей стало не по себе оттого, что она ничего такого не может дать в ответ. И все же, похоже, самому Малфою было искренне на это наплевать, значит, рано или поздно она сама привыкнет. Последний год, благодаря друзьям, ставшим ее семьей, она, наконец, научилась ценить себя. Она не заметила, как парень повернулся и приблизился. Малфой упёрся руками на столешницу по обе стороны от нее. Его горячее дыхание всколыхнуло кудри девушки. Его серые, сверкающие в блеске лоска поместья, ласкали ее лицо. Драко улыбнулся уголком губ: — Ну что, мисс Грейнджер… Как думаете, теперь я достоин вашего расположения? Гермиона улыбнулась и, убрав непослушные пряди с лица Малфоя, положила руки ему на плечи. — Думаю, вы были достойны моего расположения даже тогда, когда вашего жалования хватало лишь на диковинную закладку для книги. — с этими словами она оставила мимолетный поцелуй на лбу Драко. Малфой держался слишком долго. Одной рукой он притянул девушку за талию, дав ее ногам обвиться вокруг него, а другую положил на затылок, зупуская пыльцы в шелковистые волосы девушки и притянул ее лицо, впиваясь ей в губы. Гермиона поддалась навстречу и сильнее вжалась в парня, испытывая такой же неистовый голод. Их губы сплетались в водовороте тепла и взаимного притяжения. Руки Драко исследовали спину и бедра девушки, а Гермиона вцепилась пальцами в рубашку Драко, отчего ткань болезненно скрипела. Не разрывая поцелуя, Малфой опустил девушку на столешницу, продолжая ласкать ее тело подрагивающими ладонями, пробегаясь тонкими пальцами по самым чувствительным местам. Как только его пальцы коснулись пояса брюк девушки, одновременно произошло несколько вещей. С громким шипением на плите сбежал кофе, и жженый аромат наполнил кухню. Дым затанцевал над парой, рисуя спирали. По дому пронесся звук волшебного звонка, оповещающего, что кто-то ждет у главных ворот. Драко и Гермиона замерли и переглянулись. Они пытались отдышаться и прогнать пелену вожделения. Это удалось легко, так как их одновременно сковал страх. Они быстро привели себя в порядок. Малфой взмахнул палочкой и убрал начинающееся возгорание, Гермиона очищала воздух от запаха гари. Малфой чертыхнулся и запустил пальцы в волосы в тот момент, когда раздался еще один звонок. — Не ходи, прошу тебя. — Гермиона схватила его за рукав, когда он направился к окну. — Я просто посмотрю из окна. — Драко попытался скрыть волнение за плотно сжатыми челюстями. В этот момент перед ним появился синий дельфин, вынырнувший из-под пола, будто только ждал приближения Драко к окну. — Засранцы, я знаю, чем вы там занимаетесь! Открывай, это я! — съехидничал голос Забини. — Какого черта! — выплюнул Малфой и накинул полупальто, висевшее на спинке стула. — Я с тобой. — встрепенулась Гермиона, надевая кольца невыразимцев, выуженные из заднего кармана брюк, где они покоились в волшебном мешочке. Пара вышла из дома и добралась до ворот. За ними действительно стоял Забини собственной персоной. Однако он был не один. За спиной мулата топтался на месте Сириус, держа в руках огромный букет. Под мышкой у него была зажата бутылка огневиски. Рядом с ним стояли небезызвестные Гарри и Джинни, болтая с Тео и Асторией. Девушки держали по коробке, а у парней в руках были большие пакеты с невесть чем. И только после того, как Драко оглядел всю эту ораву, он заметил, что рядом с Блейзом стоит не кто иной, как Полумна Лавгуд. Его глаза расширились от удивления. — Ну наконец-то! Ты гостей заморозишь! — бурчал итальянец, крепче сжимая руку девушки на своем предплечье. — Сириус, какой там этот ваш пароль, а то мы, кажется, потеряли Малфоя… Малфой так стоял с открытым ртом, не способный сказать ни слова. Затем он помрачнел и скрестил руки на груди: — Так и знал, что не стоило рассказывать тебе о своих планах на вечер. Che cazzo hai fatto? (Придурок, блять, что ты устроил?) — Не злись, caro amico (дружище). Pensavi che saresti rimasto senza una degna inaugurazione della casa? (Неужели ты думал, что ты останешься без достойного новоселья?) — развел руками Забини в знак примирения.