Виновник моего греха

      Хан не мог поверить! Для Минхо это просто развлечение? Но для него всё серьёзно. Это же не игра!       — Ты зашёл слишком далеко, хён. Такое мне не подобает, — строго сказал Джисон.       — А что тебе подобает? — вспылил старший. — Добровольно закрыть себя в стенах церкви, а потом жениться на такой же девственнице, как и ты сам? Тем более не по своей воле, как я понял! Просто, блять, открой глаза! Ты нормальный и только что ловил кайф от того, что целовался с парнем!       — Я согрешил и не снимаю с себя вину. Необходимо было тебя остановить, но, как оказалось, это невозможно. Есть определённые правила и я обязан им следовать, чтобы стать достойным членом общества. Но тебе этого не понять, хён.       — Конечно, не понять! Я просто беру от жизни всё, что только доступно. Я гоняю на мотоцикле, курю, пью, целую, если кто-то нравится!       — Но мы же оба парни! — ахнул Джи от грубых слов собеседника.       — И что? — зло процедил Минхо. — Есть какая-то разница? Если человек действительно нравится, то готов на всё, лишь бы получить немного внимания. Внутреннему влечению абсолютно похрен на то, что у тебя в штанах. Парень ты или девушка.       — Это противоестественно. Парень не может быть с парнем! Большой грех идти на поводу у похоти. Я благодарен тебе за поездку, но остальное было лишним. Попрошу впредь не касаться меня. Прости, мне пора.       Джисон просто развернулся и пошёл вперед. Он почти не знал пути, но хорошо запомнил путь, по которому они приехали на этот пляж. Весь путь занял почти два часа. И каждый шаг, что парень делал в сторону дома — молился, прося прощения у Господа Бога за свой грех. Было стыдно, что позволил так себя вести. За то, что поддался искушению, а это недопустимо! _________________________       Минхо стоял и смотрел, как уходит Джисон. Чёрт! Как же он облажался! Только сейчас понял, что безумно хочет его. Но, видимо теперь, этот мальчик ещё дальше от него, чем до этого. Чёрт! Ну, он же не сдастся? Это ведь просто мелочь! Хо попробует ещё раз. Тут уже просто какой-то азарт вспыхнул.       Уехал в мастерскую, больше не в силах находиться здесь в одиночестве. Покурил, потом весь ушёл в работу. Полночи копался в движке Хёндая, устраняя поломку. И думал о нём. Почему? Да и сам не знает. Какого чёрта полез к нему? Ведь всё было в норме, пока Хо не поддался похоти, не стал более настойчивым. Не понимал, что такого особенного в этом мальчишке! Но губы сладкие и отклик такой бешеный. Джисон буквально таял в его руках.       И что теперь делать? Хо знал, что может соблазнить любого, но вот хотел теперь только его. Джисон стал тем самым помешательством, наваждением. Он снился. Даже спустя две недели приходил к нему во сне, завлекал, но был также строг. А Минхо пытался пережить это. Пользуясь тем, что наступили каникулы, с головой ушёл в работу и гонки. Наступил июль, потом август. За этот период несколько раз был у матери, но его не видел. Стал более замкнутым, грубым. Понимал, что сам нарывается на драки, чтобы было оправдание вышибить кому-нибудь мозги. Или самому подставиться. Особенно крупно подрался на день рождение Бина одиннадцатого августа. Наставник отстранил его от работы, а мать настоятельно оставила под домашним арестом на неделю. Но не это было важно.       В один из вечеров мама пришла домой грустнее обычного. При попытках Минхо узнать причину её удручённого состояния, женщина сообщила, что Джисон сегодня в последний раз за этот год был у неё. И уже завтра парень отправляется в расположение своего университета для богослужений и молитв. Вот это было ударом! Нет, они должны увидеться сегодня же!       Хо решительно спустился на улицу и потянулся к шлему. Рычание двигателя по пути успокоило хоть немного. Он обязан рассказать Джисону о своих чувствах, которые понял только сейчас. Не знал естественно это ему или нет. Прибавляя скорость всё больше, мчался к нему, теряя последние остатки решимости. Нет, он не влюбился или типа того. Просто и сам не мог понять пока, что именно у него на сердце. Для него вообще стало сюрпризом то, что его зачерствевший орган вообще на что-то способен. А вдруг Джисон не поймет? Нужно действовать! ______________________________       Что он тут делает? Может сошёл с ума? Джисон смотрел на набегающие волны и стоял ровно в том же месте, где целовал парня, когда был здесь в прошлый раз. Это было два месяца назад. И Джи думал, что окончательно выбросил это из головы, но он ошибся. Изо дня в день он не мог не думать о том, насколько сильно ему понравилось в руках Минхо. Джисону снились его губы, будто наяву чувствовалось тепло его пальцев. Нужно забыть всё, что связывает его с мирской жизнью. Именно поэтому последнюю ночь перед отъездом решил провести на побережье. Здесь и сейчас он должен проститься с Минхо. Как жаль, что старшего сейчас нет рядом.       Джи обошёл машину и достал плед, потом подумав, ещё один, бутылку воды. Подошел ближе к воде, на глаз примерно отмеряя, до куда достает волна, расстелил плед на песочке, ещё тёплом после жаркого дня. Затем, повинуясь какому-то неожиданному порыву, снял кеды, повыше задрал штаны, закатав примерно до колен, и вошёл в воду, намочив ступни и лодыжки. Так странно! Неожиданные ощущения. А что, если искупаться полностью? Полотенце он, конечно же, не брал, но ночь достаточно тёплая, поэтому можно просто обсохнуть на небольшом ветерке. Прежде чем раздеваться, попросил прощения у Господа. Это уже вошло в привычку.       Через пару минут Джисон с радостным выражением лица ринулся в набегающие волны. И было хорошо. Нырнул с головой и вновь показался на поверхности, лег на спину, покачиваясь, смотрел на звёзды, восторгаясь их красотой. В ушах только шум прибоя и безграничное счастье. Внезапно его талию обвили сильные руки. Джи испуганно развернулся и уставился в самые потрясающие ореховые глаза с кошачьим разрезом. И такая жуткая смена эмоций: страх, удивление, смущение.       Решимость вся иссякла. Ведь это прощание? А значит, сейчас можно всё? Джи так и не понял кто из них первый потянулся. Губы нашли губы, сливаясь в поцелуе. Омываемые тёплыми волнами в свете луны, два парня ласкали друг друга, как сумасшедшие. А потом Минхо потянул его на берег и уложил спиной на покрывало, расстеленное ранее им самим. Можно было сойти с ума от его ищущих рук и горячих мокрых губ. Джисон впервые наслаждался близостью с кем-то, так непохожим на него самого. Но вдруг стало страшно, как только до него дошло то, чем именно они сейчас займутся. Всё тело сковало от испуга. Минхо немного отстранился и приоткрыл глаза, с удивлением разглядывая его лицо.       — Что случилось, Джисон? Ты вроде был не против? — тихо спросил старший.       — Хён, мы же… ты же меня сейчас… — Джи заикался, не зная, что сказать.       — Нет, глупый! Я понимаю всё и подготовился. Просто доверься мне, сладкий!       Минхо потянулся к своей куртке и достал оттуда маленький тюбик и серебристый квадратик презерватива. Надорвал упаковку и раскатал латекс по члену, щедро налил смазки из тюбика, а после, опираясь на его живот, опустился на его член, направив его в себя рукой. Внутри было так чертовски узко и жарко. Минхо опускался и поднимался, крепко обхватывая коленями его бёдра. Твердый орган внутри был так сдавлен мягкими стеночками и это было безумно приятно. Где-то на краю сознания мелькнули мысли о неправильности происходящего. Минхо вдруг отстранился и слез с него, потянул на себя, меняя их местами.       — Войди в меня, Джисон… Ну же, малыш… у тебя такой толстый и так… ммм… превосходно в меня входит… — простонал старший, принимая его в себя.       Странное ощущение охватило его. Наслаждение разливалось по телу и нервы были оголены. Организм просто дышал возбуждением. Сейчас было определенно так, как нужно. Максимально приятно, блаженство управляло им… ими обоими. Джи двигался медленно, старался не навредить лежащему под ним парню. Чувствовал головкой каждый сантиметр его горячего нутра. Гладил его, целовал везде, где только дотянулся.       — Ну что ты… ммм… Сони… что ты плачешь? — протянул Минхо, выше поднимая ноги.       Джи чувствовал, как скользили стопы по его бёдрам, как ладони крепко держались за него. Они продолжали этот странный танец, приносивший обоим такое неземное блаженство. Кончили друг за другом и без сил упали на расстеленный плед.       — Пойдем искупаемся! Нужно смыть всю грязь с наших тел, — прошептал Джисон, поднимаясь на ноги, спустя какое-то время.       Шаг за шагом в сторону воды, он молился, вымаливая прощение у Господа за то, что поддался соблазну, ибо это грех. Теперь он познал блаженство и сможет молиться за эти моменты, навсегда оставив их в своей памяти. И вряд ли когда-либо сможет забыть. Такое невозможно. И еще Джисон понял, что это запрещено повторять. Лучше прямо сейчас уехать, оставив маленькое приключение позади, сделав его своим прошлым. Так и сделает. Джисон решительно вышел из воды, промокнул вторым пледом свое тело и начал одеваться. Минхо вышел из воды уже к тому моменту, когда Хан начал вытряхивать плед, что лежал на песке.       — Ты уезжаешь? Но почему? — спросил старший, подойдя ближе.       — Да, прости, но этого не должно было произойти, — твердо сказал Джи. — Мы совершили грех и я…       — И ты самое прекрасное, что со мной случилось! И после такого ты возьмешь и просто возьмешь и уедешь в свой монастырь?       — Уеду. Это мой долг.       — Нет, прошу! Останься со мной! — вдруг попросил Минхо голосом на грани слышимости, будто и сам себе не верил.       — Я должен подчиниться воле отца, — упрямо проговорил Хан.       — Ты сам говорил, что не совсем готов к этому, что это не твоё желание! — уже смелее произнес старший. — Хотя бы на неделю останься со мной. Я понимаю, что я гоняю, курю и матерюсь. Дай мне хоть один шанс переубедить тебя. Обещаю, что через неделю отпущу тебя, если твоё желание останется прежним.       Ну и что делать? По факту учёбы начинается только в последний день лета, а сегодня двадцатое августа. Может он сошёл с ума, раз вообще раздумывает над диким предложением Минхо? __________________________       Сердце почти не стучало. Сам не мог поверить, что предложил этому мальчику пойти против его родителей. А что он может ему дать? Защиту? Варианты? Перспективы? Минхо не богат и вряд ли это вообще хоть когда-то предвидится. Но ради него был готов брать подработки. Готов гонять больше. Джисон — первый, из-за кого Минхо и правда может многое. Да, он парень. Но ведь совсем не это важно. Размножаться Ли не планировал, но теперь есть возможность прожить хоть какой-то период с тем человеком, который и правда близок его сердцу. Но не сломает ли это будущее Джисону?       — Наверное ты прав. Я попробую, — наконец сказал младший. — Пожалуй, стоит пропустить год и попробовать подать документы в педагогический. Если еще не поздно. В семинарию я всегда успею поступить. Но мне негде жить и нужна работа.       — Жить ты можешь со мной, а работа… мама, кажется, ищет второго воспитателя на вечернюю смену, — радостно ответил Хо.       Поверить не мог, Джи и правда готов дать ему шанс. Конечно, предстоял ещё разговор с мамой. А ведь еще как-то необходимо всё объяснить отцу Чонсоку и вот это точно будет буря. Но это все потом. Ведь утро вечера мудренее?       До самого рассвета они сидели и разговаривали, обсуждая совместное проживание и быт. Утром вернули машину к воротам монастыря и уехали домой к Минхо. Там парни легли спать, греясь под одним одеялом. Джисон, измученный переживаниями и бессонной ночью, полную новостей и трудных решений, спал долго. Но Хо поднялся, когда не было ещё и десяти. На кухне почему-то столкнулся с мамой, совершенно позабыв, что у нее выходной. Внутри все замерло, опасаясь сейчас реакции родителя. Но смело встретил её взгляд, отвлекая от чистки овощей.       — Доброе утро, сыночек! Я разбудила тебя? — сразу зачастила Хвиён.       — Нет, мам. Я… просто я сам не могу долго спать. У меня для тебя новость. Вернее просьба, — растерялся Минхо, не зная, как сказать маме о Джи.       — Ты о том чемодане, что стоит в прихожей?