Партнерство и равноправие

      Следующим утром Купер растолкал Люси, которая очнулась от сна об убежище… ее убежище. Она снова и снова нажимала на кнопку, чтобы выйти из собственных апартаментов… там был Монти. И у него был нож. Ей нужно было выбраться. Снаружи был Купер. Он ждал ее, а она не могла выбраться, и, когда Люси в реальности распахнула глаза, она сразу же рывком села и стала хватать ртом воздух, все еще пытаясь рукой отыскать кнопку, которая ее выпустит.       Купер не шевелился. Он продолжал лежать на спине, и Люси ощущала на себе его взгляд. Сердце колотилось в груди, и она никак не могла успокоить дыхание. Это просто кошмар. Она знает. Просто плохой сон. В тех апартаментах с ней случились ужасные вещи, и теперь она ассоциирует свою жизнь в убежище с заточением. Еще она нервничает из-за Нью Вегаса, так что… это нормально, что у нее бывают кошмары.       Она медленно опустилась обратно, устраиваясь на груди Купера. Люси закрыла глаза, когда гуль обхватил ее рукой и принялся медленно ее поглаживать. Псина, подскочившая вместе с Люси, снова улеглась рядом, когда хозяйка успокоилась. Сердце Купера спокойно билось под ухом девушки. Он подтянул одеяло и гладил ее спину, пока солнце не показалось из-за горизонта. Ей хотелось остановить время… просто быть здесь, с мужчиной и собакой. С ее семьей.       — Опять убежище? — Спросил Купер.       Люси кивнула, не поднимая головы.       — Когда я жила там, никогда не задумывалась, что была как будто в тюрьме.       — Конечно же, нет, — Гуль сжал ее. — Нельзя скучать по тому, чего никогда не испытывал.       — Я выходила из убежища, когда была маленькой. Я должна была помнить.       — Ну, — спокойно и обыденно ответил Купер, — я мог бы рассказать кое-что из моих довоенных знаний. Мог бы сказать, что у маленьких детей воспоминания не формируются так же, как у взрослых. Но ты была учительницей. Ты много работала с детьми… Уверен, что ты кое-что о них знала, учитывая, что предполагалось, что у тебя будут и свои дети. Скажите, мисс МакЛин, сколько лет вам было, когда матушка забрала вас из убежища?       — Шесть. Может, семь.       — Когда папуля забрал тебя обратно, как думаешь, он хотел, чтобы ты помнила?       Люси покачала головой.       — Нет, — Она не помнила, чтобы говорила с отцом об этом, а Норм был совсем маленьким. Но отец хотел, чтобы она забыла.       — Поэтому, догадываюсь, что каждый раз, когда ты говорила о городе или солнце, или подружке твоей мамы, он говорил, что это был лишь сон, или что ты все придумала. Рассказывал, что твоя мама погибла во время голода. И через какое-то время ты в это поверила.       Люси промолчала… Не хотела бередить воспоминания о прошлой жизни. Не сейчас, когда их могло ожидать кое-что похуже. Купер погладил пальцами ее волосы. Девушка закрыла глаза, вдохнула и постаралась прогнать мысли. Прямо сейчас она не может дать им волю. Нужно сфокусироваться.       — Собираешься еще поспать на мне, сладенькая?       Люси посмотрела на него и улыбнулась. У них было дело, и было пора его сделать.       — Нет. Готова идти, когда ты будешь готов.       Купер приподнял брови, на губах появилась легкая улыбка.       — Тебе никто не говорил, что твоя Волт-Тековская улыбка очень уж жуткая?       Люси открыла рот и шлепнула гуля по плечу. Тот рассмеялся.       — Чего? Нет у меня никакой Волт-Тековской улыбки!       — Еще как есть. Ты с ней выглядишь, как синт. Робочеловек, — Прояснил он.       Люси закатила глаза и начала вставать, но Купер прижал ее к себе. Она усмехнулась, но ее саркастичный вид тут же смягчился, когда она увидела на лице гуля гордость.       — Ты первоклассная крутышка, Люси МакЛин. Черт подери, ты — сила, с которой стоит считаться. Помни об этом, — Он положил ладонь на щеку Люси, поглаживая ее большим пальцем. — Эти уроды не понимают, с чем им придется столкнуться.       Люси не могла не улыбаться… Не могла не поцеловать его. Их губы соприкоснулись, как будто поцелуи были для них самой привычной вещью. Когда она оторвалась от мужчины, она задержалась на мгновение, чтобы посмотреть в его глаза, которые смотрели ей в ответ.       Ей хотелось остановить время.       Но она не могла.       Сворачивать лагерь уже было настолько привычным делом, что Люси могла бы делать это во сне. В некоторые дни она настолько уставала, что именно так все и происходило. Она свернула одеяло, Купер разжег огонь и приготовил завтрак. Люси старалась беречь воду и не пить слишком много — осталось две бутылки, и одну из них она уже потратила, перелив воду во флягу. Она приняла РадХ, переоделась в джинсы, надела новые носки и завязала волосы в хвост. Они проверили оружие. Проверили наличие боеприпасов. Люси засунула нож в ботинок. Купер принял лекарство.       После этого они отправились в путь, не отрывая глаз от очертаний Нью Вегаса на горизонте.       Дорога к стенам города заняла у них почти целый день. Пока они шли, Купер рассказал Люси еще немного о битве за Нью Вегас. НКР удерживала город. Хаус управлял им. Легион хотели его захватить. Еще было что-то о курьере — Люси не была знакома с этой профессией, так что Куперу пришлось ей объяснить. А затем случилась битва на дамбе Гувера, которая питала электричеством весь город.       — В это время я был под землей… слышал о битве, пока выслеживал доктора. Не спрашивал, кто победил… решил, что сам выясню, если потребуется. Конечно же, это было до того, как я понял, что придется проделать весь этот путь.       Люси задумалась, переваривая его слова. Она была рада, что говорил в основном Купер, потому что ей не хотелось тратить воду, а во рту пересыхало, когда она говорила. Но тут ей пришлось его прервать.       — Погоди… это еще одно устойчивое выражение?       Купер вопросительно посмотрел на нее, подняв броаь.       — Ну… что ты был под землей. Ты… где-то прятался?       — Нет. К сожалению, я буквально был под землей.       — Как это?       Купер поколебался несколько секунд перед ответом.       — Около тридцати лет назад я имел дела с одним парнем по имени Дом Педро. В какой-то момент наше партнерство покатилось к чертям. Кстати, вот это — устойчивое выражение. Оно означает… — Гуль ухмыльнулся, получив локтем под ребра. — В общем, засранцу удалось сделать то, что мало кому удавалось… он поймал меня. И мне понадобилось время, чтобы освободиться. Если быть точным, тридцать лет.       — Ты имеешь в виду, он держал тебя в подвале или типа того? Как бы… в тюрьме?       Что-то на мгновение изменило лицо Купера. Гримаса. Сопротивление. Затем он сказал:       — Вроде того. Не волнуйся, сладенькая. Он в моем списке, прямо под именами всех сотрудников Волт-Тек, которых я смогу найти. Важно то, что в момент битвы за Вегас я был слегка занят, поэтому не знаю, что ждет нас в городе.       Тридцать лет… Купер был в заточении дольше, чем она живет на свете.       Впрочем, это они могут обсудить и позже.       — Что я могу сказать, так это то, что НКР неплохо держались какое-то время, но потом твой папочка сбросил бомбу на один из их городов, и для них наступили дерьмовые времена. Они все еще стараются быть на плаву, но теперь у Братства есть холодный термоядерный синтез, а Молдейвер и ее люди мертвы. Так что, сомневаюсь, что дела у них идут хорошо.       — Но… они все хотят быть главными в пустошах?       — Бинго.       — Какую-то из фракций можно назвать хорошей?       Люси почти была уверена, что Купер посмеется над ее идеей, что в этом мире есть хоть кто-то хороший. Вместо этого он внимательно посмотрел на городские стены.       — НКР вначале были неплохими ребятами. Не думаю, что существовало хоть одно некоррумпированное правительство, но они хотя бы пытались, стоит отдать им должное. Думаю, что Молдейвер пыталась сделать что-то хорошее, хотя уж она-то точно не отказалась бы от власти. Цезарь со своим легионом был одним из худших. Ну и я уже четко дал понять, что думаю о твоих друзьях в консервных банках.       — Получается… НКР — это лучший вариант?       — Из имеющихся, пожалуй, да.       Было почти четыре часа дня, когда они подошли вплотную к стенам города. Какое-то время, пока они шли, город как будто не становился ближе. Но потом они внезапно оказались рядом с высоченной стеной. Еще до того, как они подошли к ней, Люси могла с уверенностью сказать, что что-то было не так. Купер описывал Нью Вегас как довоенный город с электричеством и проточной водой. А это место было больше похоже на развалины.       Стена местами обвалилась, а на месте, где должны были быть ворота, теперь была просто дыра, возле которой лежали странные коробкообразные роботы. Псина понюхала одного их них, потом побежала к следующему. Купер достал обрез, Люси за его спиной вытащила свой пистолет. Было тихо… даже Псина напряглась, когда они втроем вошли в город.       Внутри Люси сразу же убедилась, что город действительно был в разрухе. Она вглядывалась в темные улицы и тени между разваливающимися зданиями, держа пистолет и практически наступая на пятки Куперу. На улицах было еще больше сломанных роботов с разбитыми экранами. Все вокруг было завалено стеклом. Чуть дальше на земле лежал один из вертолетов, как у Братства. Частично он был разбит, а на боку красовался выцветший логотип НКР. А в нескольких шагах от него валялся череп создания, от которого у Люси перехватило дыхание. Коготь смерти.       На мгновение она застыла на месте, схватив руку Купера. Да, ящерица была мертва. Но это не означало, что рядом не было живых.       Гуль кивнул и увлек Люси по одной из боковых улиц. Так она ощущала себя не настолько на виду. Они шли так тихо, как могли, и, хотя Люси не знала, что именно они искали, внутри она чувствовала, что они на верном пути. Наклонившись, девушка погладила собаку и улыбнулась, когда та ткнулась носом ей в ладонь.       — Хорошая девочка, — Произнесла по привычке Люси и оглянулась. К счастью, позади никого не было. Слева была куча металла и высокий сетчатый забор.       Они были почти у входа в переулок, когда Купер резко остановился, и Люси врезалась в него. Гуль придержал ее рукой, чтобы девушка не оказалась впереди. Она выглянула из-за его плеча и перестала дышать. Гули. Дикие. Некоторые из них бродили в неопределенном направлении, другие лежали на земле и смотрели в пустоту, подергивая конечностями. Купер сделал аккуратный шаг назад, Люси попыталась сделать то же самое…       И наступила всей ступней на лапу Псины.       Собака взвизгнула, и Люси чуть не выпрыгнула из собственной кожи. Все гули до единого повернулись в их направлении.       — Твою мать, — Прошипел Купер. Люси положила руку на спину собаки в беззвучном извинении. Целое мгновение, которое, казалось, могло задушить их, стояла мертвая тишина. А затем Купер резко развернулся, Люси без лишних приглашений повторила его действие, обогнула Псину, и все трое сорвались с места, стараясь бежать как можно быстрее.       Люси не ожидала, что будет бежать первой, и, вместо того, чтобы бежать прямо, она резко свернула вправо и направилась прямо к забору. К счастью, Псина сообразила запрыгнуть на первый лежащий рядом с забором ящик, потом на следующий, и затем прямо через забор. Люси сделала то же самое под влиянием бурлящего в крови адреналина. Купер взбирался на ящики. На верхнем он обернулся и вытащил обрез.       Псина прикрывала Люси, пока та стреляла из винтовки сквозь ячейки забора, целясь в головы гулей и отстреливая их одну за другой.Их было так много…       — Купер! — Крикнула она, кивком головы приглашая его присоединиться к ней. Девушка достала из рюкзака гранату. Гулю не нужно было объяснять — он перепрыгнул через забор и перекатился по земле после приземления. Когда он встал рядом с Люси, она выдернула чеку, перебросила гранату через забор и бросилась бежать. Они почти успели добежать до выхода из переулка, когда Купер толкнул Люси к стене и закрыл ее собой. Граната взорвалась, и звуки взрыва и разлетающегося металла почти оглушили ее.       Когда Люси посмотрела назад, основная масса гулей превратилась в оторванные конечности. Некоторые существа все еще пытались добраться до них с открытыми ртами и выпученными глазами. Она вздохнула, убрала винтовку и достала из кобуры пистолет.       — Пойдем, маленькая убийца. Если вокруг есть еще, они все слышали, — Пробормотал Купер, уводя Люси с улицы.       Они снова пошли в северном направлении, и Люси внимательно следила за провалами в асфальте и осматривалась по сторонам в поисках гулей или кого-то еще, кто потенциально мог бы их убить. Но, по большей части, в городе было тихо. Наконец, она сдалась и спросила:       — Куда мы идем?       — В “Лаки-38”, это отель с казино. Там до войны жил Хаус… а потом там же держали его тело. Он управлял Нью Вегасом прямо из своего пентхауса. Я думаю, что если кто-то из Волт-Тековских ублюдков здесь и есть, то мы сможем найти их именно там. Это та высокая башня со сферой наверху.       Люси кивнула… Она уже заметила эту башню. Она была самой высокой постройкой в городе.       — И мы просто собираемся войти туда?       Купер хмыкнул.       — Ну, сначала проверим там все вокруг, а потом решим. Нам нужно будет найти место для ночлега… скоро уже стемнеет.       — Как думаешь, там есть еще гули?       — Я же прямо здесь, сладенькая.       Люси дождалась, пока Купер посмотрит на нее со своей широкой улыбкой, потом закатила глаза.       На улицах не было тел, пока они шли, не считая парочки скелетов.       — Мне кажется, — тихо сказал Купер, — что Хаус залег на дно… пока чинит свои системы. Такое место долго пустым оставаться не может.       — Но… почему здесь пусто?       — Возможно, НКР потребовалось время, чтобы перегруппироваться.       — Ты говорил, что тут было электричество? И проточная вода?       — Говорил.       — Думаешь, все еще есть?       — А ты, как обычно, думаешь о горячей ванне, да, Волти? — Спросил гуль с легкой улыбкой.       — Ты всегда можешь присоединиться ко мне, — Люси буднично пожала плечами. — Уверена, что мы найдем ванну, достаточно большую для двоих.       Купер поднял брови.       — Ну, когда ты вот так об этом говоришь, я могу и изменить свое отношение.       Девушка рассмеялась и толкнула Купера рукой. Псина побежала вперед, что-то вынюхивая.       — Что там, девочка? — Спросил гуль. — Учуяла что-нибудь?       Они какое-то время шли за собакой, придерживаясь основных улиц. Когда они завернули за угол, Люси в шоке широко раскрыла глаза и уставилась на вывеску. Убежище 21.       — Это настоящее убежище?       — Ага. Они превратили его в сувенирный магазин.       — Сувенирный магазин?       — Да. На нижних уровнях. И там можно было погостить в комнатах. Купить чего-нибудь.       — Ты бывал там?       — Не-а. Меня не затащишь в сраное убежище. Я предпочитаю оставаться на поверхности.       Вход в убежище был открыл. Черная дыра зияла на месте двери в форме шестеренки, которая была отодвинута в сторону. Люси заглянула туда, когда они проходили мимо и задумалась об отце и брате, и первых мгновениях после ее выхода на поверхность… о том, как ярко светило солнце. Сейчас солнце опускалось к горизонту, и часы на ПипБое показывали, что было уже пять вечера… они уже почти час шли по городу.       — Фетишем Хауса была игра. Как я помню, он хотел устроить убежище таким образом, чтобы там все зависела от случайного шанса.       — Получается… людям пришлось бы играть на… что? Ресурсы? На все?       Купер кивнул.       — Но речь же о жизнях людей, — Прошептала Люси, чувствуя подступающую тошноту. — Это… Это неправильно.       — Неправильно, что кучка богатых ублюдков решили провести крайне долгие эксперименты на людях, запертых под землей? Уж я-то в курсе, милая. Это то, что я указал в бумагах для развода. Не скажу, что мне кто-то поверил, — Он прикоснулся плечом к плечу Люси, и это немного смягчило его слова.       — Мне жаль, что она так с тобой поступила, — Прошептала Люси, прижимаясь к мужчине. — Это ужасно. Все это… и все они. Просто… я не могу поверить, что они могли быть настолько отвратительными, — Она потрясла головой, думая об Убежище 4 и ее собственном. Сколько всего их было? Сколько людей умерли, запертые в убежищах и никому не известные, из-за группки богатеев, которые захотели поиграть в социальные эксперименты?       — Пойдем, — Тихо сказал Купер, подталкивая Люси рукой под спину. — Мы… — Он прервался на полуслове и наклонил голову, обернувшись. Люси тоже повернулась и посмотрела в том же направлении, но ничего не заметила.       — Что?       — Пойдем, — Повторил он, и девушка пошла за ним, сжимая пистолет в руке.       Возле “Лаки-38” не было охраны. Даже Люси, которая была на поверхности меньше трех месяцев, понимала, что не стоило бы так просто входить внутрь. Что-то было не так… Что-то не сходилось. Зачем ее отцу сюда понадобилось, раз город заброшен? Хаус действительно еще здесь? Она в сомнениях стояла рядом с Купером через дорогу от заведения, и они оба смотрели на высоченное здание. Псина продолжала нюхать землю, бегая вокруг них.       — Давай попробуем обойти, — Пробормотал Купер и пошел вокруг здания, Люси прямо за ним. Вдруг что-то заставило ее остановиться. Точка… Сначала на тротуаре рядом с ее ногой, потом на ноге Купера, на его затылке. Она рванулась вперед до того, как поняла, что делает, и отпихнула гуля в сторону за секунду до выстрела. Затем прозвучал еще один, который сбил с ее головы шляпу. Люси вскрикнула.       Купер споткнулся, но не упал. Он разразился ругательствами, протянул руку к Люси, схватил ее и толкнул в ближайший переулок. Пули преследовали их, врезались в кирпичи, разбивая их на мелкие осколки. Спрятав Люси, Купер выстрелил в ответ, потом сам забежал в переулок.       — Тебя задело? — Спросил Купер сдержанным голосом. Люси покачала головой, сжимая пистолет, и гуль еще раз пристально осмотрел ее, как будто она ему врала, затем выглянул за угол и тут же дернулся обратно, когда раздались выстрелы. — Сраный же ты боже, — Прорычал он.       — Где они?       — На одном из домов. Это снайперы. Точно не людоеды… может рейдеры. Может легионеры. Блять! — Прошипел он, качая головой. — Так, ладно… пойдем сюда.       Люси и Псина последовали за ним, пригибаясь и стараясь не высовываться, когда они перемещались от здания к зданию. Каким-то образом Купер достаточно неплохо знал расположение местных улиц даже после стольких лет и умудрился провести их вокруг “Лаки-38”, не выходя на главные улицы. Но кто-то знает, что они здесь. И им придется какое-то время провести на открытом пространстве, когда они подойдут к задней двери казино.       — Как думаешь, это отец?       — Сомневаюсь. Он, кажется, предпочитает действовать в одиночку.       — По себе людей не судят, — Пробормотала Люси и широко улыбнулась, когда Купер посмотрел на нее своим фирменным осуждающим взглядом, который быстро сменился беспокойством, и он коснулся лба Люси пальцами. Когда он отвел руку, на коже перчаток была кровь. Люси пощупала голову и поморщилась, когда нащупала порез.       — Ой… Наверное, что-то меня поцарапало. Но со мной все нормально.       Купер ей явно не поверил, но решил отложить разговор на попозже, потому что Люси все еще уверенно стояла на ногах.       — Нам нужно забраться выше… Здесь мы легкая добыча. йРядом раздались шаги… кто-то бежал, потом кто-то закричал, и Купер резко повернул голову к задней двери.       — Давай посмотрим, сможем ли мы войти. Держись ближе ко мне, я тебя прикрою. Если понадобится, отстрели замок.       Люси кивнула, Купер обнял ее, подождал секунду, и они вышли из укрытия и направились к двери. Видимо, это был какой-то вход для персонала. Над дверью из стены торчала одинокая лампочка.       Они прошли уже полпути, когда Люси боковым зрением что-то заметила. Купер выстрелил, и кто-то упал на землю, а еще одна пуля врезалась в асфальт рядом с телом. Псина побежала к двери, и Люси осталось совсем немного расстояния, но что-то острое впилось в ее руку. Дернувшись от неожиданности, она накрыла место укола ладонью. Пальцы нащупали что-то, но она не могла посмотреть, что именно. Не пулевое ранение… Времени думать не было, и Люси дернула за ручку двери. Заперто. Ей нужен пистолет… Купер попросил прострелить замок. Он стоял за ней с обрезом наготове… Выстрели затихли, а ее собственный пистолет выпал из рук и упал на землю до того, как она это поняла.       Люси повернулась к Куперу. Его обеспокоенное лицо расплывалось, а ее колени вдруг коснулись земли.       Купер подхватил ее, пока она не упала.       — Люси? Люси? — Он шепотом звал ее снова и снова, и к ним приближался кто-то еще. Много людей. Дрожащей рукой Купер подхватил голову Люси, второй он ощупывал ее, как будто что-то искал. — Где? Куда тебя ранили, Люси?       — Отойди от нее, Гуль!       Их так много. Красных точек. Люси собрала всю свою силу и накрыла щеку Купера ладонью, как будто это могло его защитить.       — Купер… — Его имя звучало как-то странно, и почти не получалось держать глаза открытыми. — Мне… Мне кажется…       Он смотрел на кого-то… Кто-то подошел ближе. Много кого-то. Рейдеры? Он не стрелял, а если бы это были рейдеры, он бы убил их, да ведь?       — Ладно! — Прокричал он и опустил Люси на землю. Она не могла открыть глаза, но понимала, что Купер был в ярости.       — Опусти оружие!       — Вашу ж мать, не смейте…       Купер произнес ее имя.       Руки схватили ее за плечо.       А потом мир погрузился в темноту.

***

      Когда Люси открыла глаза, ей показалось, что прошла всего секунда. Но она лежала на кровати. На мягкой и потрясающе удобной кровати. Она перекатилась, чтобы обнять Купера, но рука нащупала лишь подушку. Люси задумалась… почему она в кровати без Купера? А потом она все вспомнила… Нью Вегас. В них стреляли. Потом она потеряла сознание. Наверное, ее вырубили снотворным. Но зачем? Они же стреляли из обычного оружия? Почему просто не убили ее?       Люси села и спустила с кровати ноги. Осмотрелась.       — Купер? — Тихо позвала она. В горле пересохло. На тумбочке рядом с кроватью стоял стакан воды, но она не осмелилась выпить. Ее уже накачали препаратами, и что помешает им сделать это снова? — Купер! — Она осторожно встала и вытянула в стороны руки, чтобы убедиться, что она может твердо стоять на ногах. Комната была маленькой… кровать, тумбочка и дверь в ванную. Люси заглянула туда. Унитаз, раковина и душ. Купера нет. Она заглянула за розовую душевую шторку. Пусто.       Затем она подошла к двери и повернула ручку.       Заперто.       Оружия при ней не было. Не было и рюкзака. Не было фляги. Однако, она ощущала нож в ботинке, так что она не была совсем уж беззащитна. Люси прижала ухо к двери и прислушалась. Ей показалось, что вдалеке были слышны шаги, но она не была уверена.       Она одна. Дверь заперта. Она не знает, где Купер.       Глубокий вдох, сладенькая.       Верно… Купер сказал бы ей не паниковать. Нужно хорошенько подумать. Шаг первый — попить воды. Как будто на автопилоте, Люси пошла в ванную, повернула кран и уставилась на текущую чистую воду. Она попила прямо из-под крана, стараясь пить медленнее. Чувствовать себя плохо совсем не хотелось бы.       Затем она еще раз осмотрела комнату, на этот раз пристально. Окон не было, только белые блочные стены. Люси потрогала один из них, он был холодным. Они под землей?       Она снова прижалась ухом к двери и постаралась хоть что-то вспомнить. Она видела лица людей, которые в них стреляли? Их точно было двое или трое. Купер застрелил одного. Кто-то сказал ему отойти от нее, но она не помнила, был ли голос знакомым. Может быть, это тюремная камера… может, рейдеры схватили их.       Шаги за дверью стали ближе. Чья-то обувь стучала по плиточному полу. Люси отскочила от двери. Она хотела достать нож… спрятаться и пырнуть этого человека, а потом отправиться искать Купера, чтобы выбраться. Но сперва нужно было понять, кто это был. Так что, она отошла к дальней стене и ставилась на замок, в котором шуршал ключ. Она ждала.       Шаг второй — понять, с кем имеешь дело.       В дверь вошел не рейдер. Не член Братства и не людоед.       Это был ее отец.       Хэнк МакЛин уже не носил силовую броню. На нем был комбинезон убежища, какой он носил всю свою жизнь. Его волосы были зачесаны назад, он был гладко выбрит… он выглядел как обычно. Как, пронеслась мысль в голове Люси, он мог так выглядеть после всего, что произошло? Его глаза встретились с ее, и он смягчился и улыбнулся такой знакомой улыбкой. Губы Люси задрожали.       — Привет, бусинка.       Люси затрясла головой и прижалась к стене.       Хэнк вздохнул. Он был таким грустным, но у него не было на это права! Это все из-за него! Все это!       — Люси, ты выглядишь такой усталой. Не могу поверить… этот монстр притащил тебя сюда, все это расстояние.       — Ты заодно с людьми, которые в нас стреляли? — Хрипло потребовала ответа Люси. Ей снова хотелось пить.       — Это… случилось небольшое недопонимание. Я просил их вырубить тебя. Хотел поговорить с тобой. Не могу и представить, что он тебе обо мне наговорил…       — Это ты сказал им вырубить меня? — Спросила Люси с подозрением в голосе. Почему он просто не убил ее?       — Меры предосторожности. Мне нужно было забрать тебя у него.       Люси покачала головой.       — Где он?       — Люси, милая…       — С ним все нормально?       — Послушай меня, — Лицо отца стало хмурым, и часть Люси, та, которая слушалась его всю жизнь, захотела сделать точно то, о чем он говорил. Но она больше не была той маленькой девочкой.       — Я не буду ничего слушать, пока ты не скажешь, где он!       Хэнк разочарованно вздохнул.       — Они его не убили, если ты об этом. И вообще, он просто делал свою работу.       Люси молча моргала. Работу?       — О чем ты?       — Он охотник за головами, Люси. А за тебя была назначена награда.       Это… не имело никакого смысла. Купер привел ее сюда не из-за награды. А чтобы встретиться с отцом… с Волт-Тек. Уничтожить их. Но они не ожидали, что попадут в засаду.       — Он взял деньги. Сейчас он в одной из наших комнат… Мы его отпустим.       — Мы? Что еще за “мы”? — Это не имело смысла!       — Люси, мне нужно, чтобы ты внимательно меня послушала. Мне нужно кое-что тебе сказать. Я не мог сделать этого раньше… не тогда, когда с тобой был этот монстр. Но ты… милая, ты для меня — целый мир. Ты же знаешь это? Я знаю, что тебе страшно, и что он протащил тебя весь путь сюда, — Отец выглядел, как будто его сердце разрывалось на части. — Должно быть, ты была так напугана… и ничего не понимала.       — Ты врал мне! — Ей хотелось вытащить нож, но на бедре отца висела кобура с инъекционным пистолетом, и она не знала, сколько еще здесь было людей… и смогла ли бы она вообще это сделать. Убить своего отца, глядя прямо в его глаза, охотничьим ножом? Если она замешкается, она умрет. И Купер, возможно, тоже.       — Мне пришлось, Люси. Ты даже не представляешь, какой выбор мне пришлось сделать. Ты должна была быть в безопасности! И все в убежище! Это был мой долг. Я никогда не хотел, чтобы ты увидела хоть что-то из этого. Моей важнейшей работой было обеспечить безопасностью тебя и всех жителей убежища. Поверхность… Она творит с людьми ужасные вещи. Я не хотел, чтобы ты стала очередной жертвой. Ты не предназначена для выживания здесь.       Он ошибался, она была для этого предназначена. Она выжила. И отлично справилась. Она нашла мужчину, которого полюбила, и у нее была собака. Эти двое стали ее семьей. Она стала крутой. Силой, с которой стоит считаться.       Но сейчас все карты были у отца. Он не убил ее, так что, может, он что-то от нее хочет. Он говорит, как будто хочет, чтобы она к нему прислушалась. Как будто ожидает, что она все еще его Люси — девочка, которую он воспитал. Дочь, которая всегда его слушалась. Если она хочет выбраться живой и со всей необходимой информацией, возможно, ей нужно снова ею стать.       — Купер мой друг. Мы путешествовали вместе, — Сказала Люси с широко раскрытыми глазами… молоденькая девушка, которую обманули. Ей нужно, чтобы он ее недооценивал. Чтобы стал менее внимательным.       — О, милая… — В его улыбке слышалось облегчение, и Хэнк подошел на шаг ближе к Люси. Она сдержалась и не дернулась. — Он взял деньги.       — Что ты хочешь сказать?       — Он привел тебя из-за награды. И люди, к которым я сюда пришел, ему заплатили.       — Кто эти люди?       Улыбка Хэнка стала добродушной, и он махнул рукой.       — Просто… Люди, с которыми я раньше работал. Слушай, самое важное — это что ты в безопасности, и я заберу тебя домой.       Эти слова застали Люси врасплох. Домой? Ее дом с Купером и Псиной.       — Я знаю, это тяжело, но поверь мне, пара дней в убежище, и ты будешь чувствовать себя, как будто ничего этого не было. Мы сможем об этом забыть… оставить все это позади. Снова будем семьей, — Он подошел так близко к Люси, что мог бы положить руки на ее плечи. — Моя Люси… моя маленькая девочка. Я так скучал по тебе.       Убежище. Он заберет ее обратно в убежище. С дрожащими губами Люси потрясла головой, вспоминая свои кошмары и то, как Купер обнимал ее ночами, а Псина прижималась к ее спине. Небо и дождь, невыносимо яркое солнце, без которого она уже не представляла своей жизни.       — Я… я не могу…       — Конечно, можешь, — Отец вздохнул и сжал плечи дочери. — Я знаю, что все это тебя запутало, и что ты доверяла… Куперу, — Он произнес имя гуля, сморщив нос, как будто говорил о какой-то гадости. — Твоя мама не понимала причин, Люси. Она запуталась… Ее запутала та женщина. Заставила ее думать… — Он поколебался и снова вздохнул. — Мне пришлось сделать ужасный выбор ради безопасности, твоей и твоего брата. Пожалуйста, не заставляй меня делать это снова.       Сердце Люси застучало с удвоенной силой, когда она встретилась глазами с отцом. Когда увидела в них холод. Так он выглядел, когда мама ему отказала? Когда он уничтожил Шейди Сэндс?       — Я не хочу потерять тебя, милая. Ты — моя дочь. Моя малышка. Подумай о брате. Как он будет себя чувствовать, если ты не вернешься? Это убьет его. И если твой… друг… если ты не вернешься из-за него…— Хэнк покачал головой, и его пальцы сжались на плечах Люси так сильно, что ей стало больно. — Что ж… Тогда я не смогу простить его за это.       Вот оно.       Отец убьет не только ее. Он убьет и Купера тоже.       Этого не будет.       Ее сердце разрывалось… как будто что-то внутри нее правда сломалось, когда она поняла, что ей придется сделать.       Глубокий вздох, сладенькая.       Люси представила, что ее обнимают его руки. Что он целует ее волосы.       Шаг первый.       — Я… Я могу увидеть его? До нашего отъезда? Пожалуйста? — Опустив глаза, прошептала она.       — Люси, он привел тебя из-за…       — Я знаю, — Люси заставила себя улыбнуться. Заставила себя кивнуть. — Но… мы путешествовали вместе так долго, и иногда это время было даже приятным. Однажды он спас меня от рейдеров. Я просто… хочу попрощаться.       Отец положил ладонь на щеку дочери и вытер слезу, и от этого прикосновения Люси захотелось кричать. Он не знает… Вот о чем ей придется снова и снова напоминать себе. Он не знает, что она — сила, с которой нужно считаться. Он не знает, что она не сдастся… что она не покорится судьбе. Что проиграть бой не означает проиграть войну.       — Ты слишком хороша для этого места, — Пробормотал он, снова натянув на лицо улыбку… Такую любящую, но только на определенных условиях. — Хорошо, бусинка. Несколько минут погоды не сделают, — Улыбка снова пропала. — Но помни, ты вернешься домой. Туда, где твое место.