Партнерство и равноправие

      Купер уже бывал в убежищах. Он снимался в их рекламе. Он все еще помнил, как спускался в просторные залы и улыбался в камеру, говоря свои реплики. Гордился собой, когда удалось все снять за два дубля… тот текст не особо имел для него значение, но он столько раз его повторял, что, наверное, и сейчас бы смог воспроизвести. Вспоминал, как жал руки ученым, как познакомился с Бадом Аскинсом, который был ответственным за это дерьмо хотя бы частично. И заключительную вечеринку в его собственном доме.       Через все это он прошел с улыбкой и уверенностью, что делал что-то, пусть и не супер-хорошее, но хотя бы морально приемлемое. В конце концов, он делал это ради жены. Она попросила его об одолжении, и он сделал бы для нее все, что угодно. Так что он выучил реплики, вошел в убежище и попытался его продать. Конечно, он не знал. Если бы знал, точно бы отказался. Попытался бы уговорить ее бросить это все.       Быстрее бы попросил развода.       Сколько невинных людей насмотрелись той рекламы и записались в программу, думал Купер, стоя в лифте. Скольких замучили те самые ученые, чьи руки он пожимал? В Убежище 4 была бойня, он уже знал об этом и надеялся, что она была кровавой. Что подопытные заставили ученых страдать.       Норман успел крикнуть ему номер нужного этажа, и теперь Купер смотрел на панель с цифрами, пока лифт увозил его вниз. Так много этажей… сколько тут людей живет? Сколько лабораторных крыс сейчас в Убежище 33? А в тридцать втором? А сколькие в гибернации в тридцать первом? По крайней мере, как считала Люси, здесь никого не пытали. Если бы было по-другому, она бы рассказала. Но он знал, что ухватился за верную мысль, когда назвал ее особью для размножения. Ну, их хотя бы содержали в хороших условиях.       Дверь лифта открылась, и Купер увидел стандартные серые стены и коридор с закрытыми дверьми и Волт-Тековскими постерами со сраным Волт-Боем. Людей в коридоре не было… еще рано, так что, наверное, жители все еще спят в своих кроватках, кроме Генри. И, видимо, Бетти. Это имя царапнуло мозг, и Купер задумался, откуда мог его знать. Прогнав мысль, гуль пошел вперед, держа руку рядом с обрезом. Он не думал, что кто-то из случайно попавшихся ему жителей убежища его застрелит, но если он что-то и знал, так это то, что всегда нужно быть готовым ко всему. Он пытался не думать о том, что был в убежище. Под землей.       Люси ранена. Ее подстрелили. Папочка пытался ее убить. И Купер был уверен, что он попытается снова. В прошлый раз, когда они разлучились, проблемы нашли ее меньше, чем за день. Он все еще помнил, как пришел в себя после того взрыва на заправке, со шляпой на лице и с Псиной, которая скулила рядом и успокоилась, только когда он погладил ее.       — Так, ладно, я встаю, — Пробормотал он тогда, пытаясь вспомнить, что случилось. Щелчок мины под ногой Люси. Как он побежал изо всех сил, чтобы оттолкнуть ее как можно дальше. Но он очнулся не там, где упал… он понял это в ту же секунду как открыл глаза, убрал шляпу с лица и обнаружил себя в укрытии из шин и уже почти ночью.       Тихо матерясь, он привстал на локтях, с сомнением посмотрел на шины, потом на Псину, которая опять заскулила.       И тогда он понял, что что-то было не так. Он позвал Люси… посмотрел вниз и увидел ее пистолет, который она оставила, забрав его оружие. Судя по всему, это она оттащила его сюда, и раз уж она смогла это сделать, значит не сильно пострадала… но ее не было.       А потом он увидел выведенное на песке слово. Рейдеры.       Потом нашел на земле ее шляпу. Нашел тела и отпечатки ног. И понял, что кто-то ее забрал… кто-то, о ком он мог бы сказать, что на земле он задержится ненадолго. Как оказалось, он был прав.       Точно такие ощущения Купер испытывал, думая об ее отце. Генри МакЛин ранил ее. Обхватил ее горло… смотрел собственной дочери в глаза и пытался задушить ее своими же руками. Что ж, подумал Купер с ухмылкой, грохнуть такого мудака — общественно полезное дело. Любой согласится. И оправдает.       И Куперу это понравилось.       Он шел тихо, как только мог. Последнее, что было ему нужно, так это потеряться в убежище, а оно было пиздец каким огромным, и он понятия не имел, где была Люси. Он мог бы вернуться назад на лифте и спросить Нормана… дать парню отвести его к Люси, но он не мог тратить время. Этот ублюдок, их папочка, уже попытался убить ее, и нельзя позволить ему сделать это снова. Ее нужно найти. А он мог найти кого угодно.       И вдруг, как будто вселенная его услышала, до гуля донесся знакомый голос.       — Просто дай мне уйти.       Он остановился при звуке этих слов, все мысли об убийстве Генри МакЛина испарились. Люси. Ее голос был тихим и слышался издалека, но он точно звучал хрипло. Ей больно. Она ранена. Эти уроды сделали ей больно.       — Ты знаешь, что я не могу.       А вот и он. Урод, о котором идет речь.       — И… что теперь? Ты убьешь меня? Как убил маму?       Купер снова пошел вперед, оружие наготове.       — Я же говорил тебе, Люси… она перестала быть твоей мамой, когда бросила нас! Почему ты не хочешь это понять?       — Я здесь не останусь. Я ухожу!       — Я не позволю, — Почти безэмоционально произнес Генри. Как будто он уже смирился со смертью дочери… как будто он и планировал быть тем, кто убьет ее.       — Почему? — Умоляюще спросила Люси, и Купер снова ощутил, как ему будет приятно убивать Генри МакЛина. Ощутил еще сильнее, когда он снова заговорил.       — Милая… ты не предназначена для жизни там. Там ты умрешь. Я знаю, что ты думаешь, что тебе этого хочется…       — Не смей говорить мне, чего я хочу, — Девушка прервала его грубым голосом. — Больше нет.       Купер шел на ее голос, больше не пытаясь вести себя тихо.       Ее отец усмехнулся, и Купер снова представил как вырывает его язык.       — Думаешь, он ждет тебя там? Снаружи? Купер Говард? Да ладно тебе, милая. Уж ты-то должна понимать. Ты была его рабочим заданием. Он охотник за головами, а ты — голова.       — Это не правда.       — Я знаю, что ты хочешь в это верить…       — Он любит меня, — Люси сказала это твердо, констатируя факт… так, как будто это была самая правдивая мысль на свете. — И если он не ждет меня снаружи, то я пойду его искать.       Купер добрался до открытой двери, из-за которой доносились голоса, и заглянул внутрь. Это была классная комната, прямо как в его снах. Маленькие парты стояли аккуратными рядами, а перед ними на стене висела доска. И она была там. Люси. Его Люси. Она прислонилась к стене, прижав руку к растущему красному пятну на боку. На плече у нее висел рюкзак, еще один лежат рядом, а в руке она держала свой верный нож. Выражение лица было холодным… она была готова сражаться.       Это его Люси… его маленькая убийца. Та, что приходит на перестрелку с ножом.       Напротив нее сидел Генри МакЛин, направив на дочь пистолет. И ему хватило совести сказать то, что Купер услышал.       — Я любил тебя, Люси. А ты предала меня… предала семью. Твое сообщество, — Он покачал головой, и грусть на его лице превратилась в отвращение. — Я так разочарован.       Купер увидел, как Люси дернулась, она сжала челюсти и опустила глаза в пол. Вот и наступила его очередь, подумал гуль. Ответы на свои вопросы он добудет как-нибудь по-другому. Он сомневался, что Генри много знал, и что получится что-то из него выбить, учитывая, что другие жители убежища могут быть вооружены. Он помнил, что Люси упоминала тренировки по военной подготовке. Палец Генри шевельнулся на спусковом крючке, и Купер выстрелил от бедра, не думая. С мрачным удовлетворением он наблюдал, как Генри МакЛин упал на пол, не понимая, что произошло.       Люси закричала, сжалась от грохота выстрела, прикрыла рукой лицо… а затем, медленно, рывками она опустила руку вниз и сморщилась от очевидной боли. Она смотрела на тело отца, открыв рот и неглубоко дыша, как будто только что с пробежки. Потом, через секунды, которые показались часами, она повернулась, и их глаза встретились впервые за четырнадцать дней.       — Оу, — Прошептала она, и слезы полились по щекам. Потом она слабо улыбнулась. — Привет.       — Доброе утро, мисс МакЛин.       — Это было очень вовремя.       — Что ж, сладенькая, нам чертовски везет.       Люси подавилась смешком, который был больше похож на всхлип, и Купер бросился к ней так быстро, как смог, и сжал ее в объятьях, не обращая внимания на звук ножа, упавшего на пол. Он был аккуратен, ясно чувствуя запах крови. Люси прислонилась к нему, схватившись за плащ, и это было одно из самых лучших ощущений в мире.       — Купер, Купер… — Она плакала, шепотом повторяя его имя снова и снова. Он гладил ее по спине и слегка укачивал. Это было так долго… как он смог выдержать все это время без нее? Целых две недели без звука ее голоса и ощущения ее рук на себе?       — Люси, — Прошептал он, тихо и сам себе не веря. Он поцеловал ее волосы и вдохнул воздух, пытаясь уловить каждую частичку ее запаха. Его Люси… она в порядке… но повсюду кровь. Слишком много крови. Достаточно, чтобы он чувствовал запах. Она истекает кровью. — Боже, маленькая убийца, ты выглядишь как будто тебе пришлось с боем прорываться наружу, — Пробормотал он, слегка отстраняясь, чтобы взглянуть на нее.       — Так и было, — Люси постаралась улыбнуться и слегка покачнулась.       — У тебя в сумках есть стимулятор?       Девушка покачала головой, и Купер не смог не заметить, что она наваливается на него все сильнее, а хватка пальцев на ткани его плаща ослабевает.       — Я не могла… он бы заметил. Если бы стимулятор пропал.       Кровопотеря. Шок. Выброс адреналина.       — А здесь есть? — Нетерпеливо спросил Купер.       — А?       — Люси? В этой комнате есть стимулятор? — Он отодвинул девушку от себя и увидел, что ее глаза закрываются, а она заваливается набок. Гуль положил руку ей на голову, а когда убрал ее, рука была мокрой.       Купер выругался, схватил детский стул и усадил на него Люси. Сел на корточки рядом, убрал в сторону волосы. Его сердце сжалось, когда Люси с трудом пыталась сфокусироваться на его лице. Ему нужно как-то найти стимулятор… но ее нельзя оставлять здесь.       — Купер?       — Да, сладенькая?       — Он пытался меня убить, — Она была такой грустной, что Куперу захотелось убить Генри еще раз.       — Я знаю. Не волнуйся, Люс. Я о нем позаботился.       — Но… ты же хотел спросить его о своей семье.       Он покачал головой.       — Все хорошо. Я найду другой способ.       — Я искала ее… Норман помог. В тридцать первом. Но… на терминале было слишком много защиты, а у Бетти был пистолет… — Люси закрыла глаза, и Куперу пришлось подхватить ее, чтобы она не упала.       — В этой комнате есть стимулятор? — Снова спросил он, пытаясь оставаться спокойным… не хотел, чтобы она слышала в его голосе панику. Нужно что-то найти… срочно. И вывести ее отсюда! Они были так близко…       Вдруг сбоку раздался голос.       — Люси?       Купер вытянул руку с обрезом, но в дверном проеме стоял Норман. Он смотрел на сестру широко раскрытыми глазами.       — Я сказал тебе сидеть там, — Пробурчал Купер. — Господи Иисусе, теперь вы оба будете меня игнорировать.       Норман не обратил на гуля внимания, прошел внутрь, быстро подошел к столу в центре комнаты и стал вытаскивать ящики с такой силой, что выдернул один, и тот с грохотом упал на пол. Наконец он достал белую коробку, пнул лежащий на полу ящик в сторону и опустился рядом с Купером и Люси на колени. Он ловко открыл коробку и достал стимулятор, который лежал внутри среди бинтов. Не моргнув глазом, он воткнул шприц в плечо Люси.       Она поморщилась, открыла глаза. Купер знал, что одного стимулятора мало, но это уже было что-то.       — Что ты делаешь? — Люси спросила Нормана, переводя затуманенный взгляд с брата на Купера.       — Пытаюсь сделать так, чтобы ты не умерла от потери крови, — Сказал он резко, но Купер знал, что так звучал страх. — Он подстрелил тебя?       — Что? Купер не…       — Отец! — Парень указал на тело, лежащее на полу. — Отец подстрелил тебя?       — А… да, немного. Я же сказала тебе уходить. И ждать снаружи.       — Ага, видимо, твой братец такой же послушный, как и ты, дорогая, — Сказал Купер и прижал к виску Люси кусок марли. — Что именно означает “немного” в отношении стрельбы в тебя?       — Пуля… только оцарапала меня. Вроде бы.       Это было сомнительное заявление, учитывая кровавое пятно на ее боку.       — Так, давай-ка расскажи в деталях. Где еще болит?       — Эээ… голова.       — Ясно. Еще?       — Он пнул ее в голову. Наступил на запястье. Пнул в ребра с правой стороны. Бетти подстрелила ее в руку… вроде бы в плечо, — Норман плоским голосом перечислил раны сестры, но Купера было не обмануть. Рука парня тряслась, когда он доставал пустой шприц из плеча Люси.       Купер не хотел об этом всем думать… мог разве что еще одну пулю потратить и пристрелить ублюдка еще раз.       — Ладно. Надо отсюда убираться. Потом я тебя подлатаю. У меня есть стимулятор в сумке. И нож, чтобы достать пули. Это твое любимое, Волти.       Люси слабо улыбнулась и смогла чуть лучше сфокусировать взгляд.       — Я скучала, — Пробормотала она, и Купер прижался губами к ее лбу, в последний момент отказавшись от идеи крепко сжать ее в объятьях.       — Ага, обратный путь без тебя выдался совсем унылым.       — Прости.       — Как прошел полет?       — Отвратительно. Никогда больше не сяду в эту машину.       Гуль усмехнулся.       — Да?       — Слишком высоко.       — Не знал, что ты боишься высоты, Волти.       — Я тоже не знала. Никогда не была так высоко.       Купер кивнул в сторону аптечки.       — Можешь ее взять? — Спросил он Нормана, который уже закрыл свою и закинул в рюкзак, который повесил на плечо. Гуль проделал то же самое с другой аптечкой и взял Люси за руку. — Ладно, сладенькая. Пошли отсюда. Можешь идти?       — Ага… все нормально.       — Ну да. Еще скажи, что это не кровь у тебя на комбинезоне… просто новая модель в красном цвете.       Девушка закатила глаза и встала, опираясь на руки. Она облокотилась на Купера, который обхватил ее рукой.       Когда он посмотрел на брата Люси, тот смотрел на отца. Губы сжаты в тонкую линию, глаза сощурены. На долю секунды гуль решил, что это может быть проблемой. Но затем Норман развернулся к двери. На его лице было что-то вроде отвращения.       — Как отец смог догнать тебя? — Потребовал ответа Норман, пока они шли по коридору. Купер взял нож Люси и шел, поддерживая девушку за плечи. Она тверже стояла на ногах, но ему не хотелось отпускать ее… Если честно, план оставаться в кровати целую неделю казался все соблазнительнее.       — Я положила рюкзаки в нижние ящики столов, а потом не смогла их открыть.       — Наверное, потому что они оказались слишком тяжелыми.       — О, я прошу прощения, что подумала, что тебе может потребоваться вода, пока мы будем идти по пустоши.       Норман укоризненно взглянул на нее, но когда их взгляды встретились, на лице снова появилось волнение.       — Я в порядке, — Люси постаралась успокоить брата, зазвучав спокойнее.       Норман посмотрел на нее почти с обидой.       — Ты не в порядке.       Люси вздохнула.       — Я буду в порядке.       Он не стал спорить, но и счастливее не стал, просто вел их вперед к лифту. Затем он нажал на кнопку и посмотрел на спутников.       — Еще кто-то может за нами прийти? — Спросил Купер, когда двери лифта открылись.       — Может, Бетти. Если очнется.       И тогда Купера осенило.       — Бетти Пирсон, да?       Норман молча моргал в замешательстве.       — Ну да. Она была смотрительницей. А когда отца похитили, ее снова избрали смотрительницей. — Он произнес “избрали” как будто не верил в это, и Купер не мог его за это винить. — Ты ее знал?       — Да. Еще до войны. Она работала в Волт-Тек.       Норман кивнул, но не отрывал взгляда от Люси. Она опиралась на Купера, положив голову ему на плечо, а он прижимался к ее макушке щекой весь их путь наверх. Норман вышел наружу первым, потом вывел Люси, и вдруг остановился.       Внешняя дверь была закрыта.       Купер сильнее сжал Люси, ощущая как приступ клаустрофобии накатывает на него. Дверь закрыта. Какого черта дверь закрыта?       — Какого хрена… — Начал было он, но Норман достал что-то из кармана, подошел к возвышению и нажал на кнопку, которую Купер не видел.       — Я закрыл ее… Не хотел, чтобы кто-то мог войти и взять ключ, — Парень щелкнул тумблером на консоли. — Я усыпил Бетти, но она могла уже очнуться. И я не знал, где был отец.       Купер закрыл глаза и встряхнулся. Точно. Сказанное звучало справедливо… что не отменяло того, что ему совсем не нравился вид закрытой двери убежища.       Троица быстро выбежала наружу, и Норман, к удивлению, без промедления ушел из дома, который никогда до этого не покидал. Он шел рядом с Купером, и все трое вышли на пляж, где гуль уложил Люси на песок. Псина бегала кругами, скуля от радости и не отрывая глаз от Люси.       — Погоди. Увидишь ее через минуту, — Бросил Купер, когда Люси потянулась к собаке и почесала ее за ухом.       — Нужно идти… мы не можем оставаться здесь, — Пыталась сказать она, подставляя лицо под солнечные лучи как цветок. Купер достал обрез из кобуры и протянул рукояткой Норману, который пару секунд смотрел на оружие, сдвинув брови.       — Умеешь стрелять?       — Каждый житель убежища проходит обязательную подготовку по огневой подготовке в возрасте…       — Простое “да” меня бы устроило, сынок. Ты на стреме. Стреляй в любого, кто подойдет. И возьми собаку.       Норман кивнул, взял обрез и повернулся к двери убежища, явно не нуждаясь в дополнительных инструкциях. Взглянув на Люси, Псина последовала за ним.       — Надо идти…       — Твой брат нас охраняет. Я должен убедиться, что ты не потеряешь сознание от потери крови, потому что я не собираюсь нести тебя в ближайшее поселение, — Он блефовал. Конечно, он бы отнес ее. Судя по улыбке на лице Люси, она это знала, но прекратила спорить и позволила Куперу расстегнуть ее комбинезон.       Кожа вокруг шеи была красной, там явно появятся синяки, но девушка дышала нормально, так что она это можно было не обращать внимания. Рана на голове почти не кровоточила, но Куперу нужно убедиться, что она будет оставаться в сознании и не проявит симптомов сотрясения. Из раны в плече вяло сочилась кровь. Нужно достать пулю. Когда Купер расстегнул молнию комбинезона и помог Люси снять его верхнюю часть, он увидел рану у нее на боку. Это было выходное отверстие… и лужа крови.       — Думал, в убежищах должно было быть безопасно, — Пробурчал гуль, аккуратно взял в руки запястье девушки и слегка его сжал. Она поморщилась, но смогла подвигать пальцами, это уже было кое-что. Здесь перевязка не требовалась.       — Там безопасно. Пока не попытаешься свалить.       Купер угукнул в знак согласия, подтянул к себе ее рюкзак и вытащил бутылку виски, который они использовали для дезинфекции ран. Бутылка была почти пустой, но он уколет ей стимулятор, когда вытащит пулю.       Веки Люси дрогнули и начали закрываться. Куперу пришлось ее потрясти.       — Неа. Не спать. Давай, рассказывай мне о своем маленьком приключении.       — Это было ужасно.       Купер фыркнул и прислонил девушку спиной к одной из каменных колонн.       — Да? Я думал, ты обрадуешься горячему душу.       — Душ — да, — Согласилась Люси. Купер в это время пододвинулся поближе и прижал кончик ножа к ее плечу. Надо бы разжиться уже щипцами. Люси сжала зубы, но все равно издала хныкающий звук. — И моя кровать… — Выдохнула она, пытаясь оставаться в сознании.       — Ага. Надо было забежать к тебе в спальню по пути, — Купер пытался звучать непринужденно, пока пытался завести нож под пулю. Глаза Люси снова стали закрываться, по щекам текли слезы. Она пыталась не кричать, но гуль сжал ее здоровое плечо. — Подожди, сладенькая. Оставайся со мной. Уже почти…       Она все же вскрикнула, когда мужчина пальцами подцепил и вытащил пулю.       Купер посадил ее ровнее и прижал ее к себе, успокаивая, пока она рыдала, а слезы впитывались в ткань его рубашки.       — Теперь худшая часть, — Предупредил Купер и вылил половину оставшегося виски в рану. Люси закричала ему в грудь, и он, закончив дезинфекцию, гладил ее по спине, прижавшись губами к ее макушке. — Сраная Бетти. Надо было убить ее, когда была возможность.       Люси усмехнулась, и гуль снова усадил ее спиной к колонне.       — Ты сказал… она работала с твоей женой?       — Да. Была ассистенткой. У жены должность была покруче.       — Ты думаешь… — Девушка подняла ослабевшую руку, чтобы вытереть слезы. — Их и тут так же выпускали, от низших должностей к высшим?       — Может и так… Разберемся, когда поправишься. Давай следующую, — Сказал гуль. Люси кивнула, закрыла глаза и глубоко вздохнула, пока он пробирался ко второй ране. Он не стал заставлять ее держать глаза открытыми, просто вложил ей в руку перчатку и дождался, пока она ее прикусит. После этого вылил остатки виски в рану. Люси сжала зубами перчатку, новые ручейки слез побежали по щекам, и она издала сдавленный крик. — Вот так. Теперь все, — Пообещал Купер и положил руку на живот Люси, ожидая пока она восстановит дыхание, после чего забрал перчатку. Когда она немного расслабилась, он вытащил стимулятор и воткнул ей в бок чуть выше раны, которая все еще кровоточила. Кожа тут же принялась стягиваться, а краснота на шее побледнела. — Как ты?       — Лучше.       Купер наложил марлевые повязки на раны, затем все же замотал запястье. Средств для ее головы и шеи у него не было, но он надеялся, что стимулятор подействует. Когда она закончил перевязку запястья, Люси попыталась встать, но гуль надавил ей на здоровое плечо.       — Подожди, сладенькая. У нас теперь есть все время мира. Расслабься на секунду.       Люси сжала губы, кивнула и уставилась на океан. Она выглядела такой уставшей… Он надеялся, что она отдохнет в убежище, но вид у нее был такой же, как в день, когда они расстались. Купер сел рядом, положил руку на плечи девушки, она опустила на его руку голову.       — Купер?       — Да, сладенькая?       — Мне жаль, что я впервые призналась тебе в любви, когда отец пытался меня забрать.       Купер легонько усмехнулся и задумался, перестанет ли когда-нибудь эта женщина его удивлять. Он ожидал, что она заговорит об отце или друзьях, оставшихся в убежище.       — О, милая, это не было впервые, — Сообщил гуль.       — Что? — Переспросила Люси, наклонив голову, как Псина.       — Наверное, это был даже третий раз.       — Ты о чем?       — Ну, в первый раз ты призналась мне в Бейкере, когда напилась в баре.       Щеки Люси вспыхнули красным.       — Ой… я этого не помню.       — Второй раз — когда ты спала, — Он помнил все, как будто это было вчера… Как она бормотала слова во сне, а он обнимал ее.       Как он прошептал ответ, зная, что она все равно не слышит.       — Откуда ты знаешь, что это было про тебя?       — Ммм, потому что ты сказала “Купер, я люблю тебя”.       — Может, я говорила о другом Купере?       — О, неужели? — Спросил гуль, приподняв бровь и пытаясь не улыбаться.       — Да.       — Сколько Куперов ты знаешь?       — Ну… может, я имела в виду Гэри Купера. Во сне, — Дерзко сказала Люси.       Купер кивнул в притворном согласии.       — А, точно, твой друг и любовник, звезда фильмов начала ХХ века, Гэри Купер.       Люси хихикнула, и Купер поплыл, как от наркотика.       — Точно.       —Которого ты называешь исключительно по фамилии.       Люси засмеялась и сжала его ладонь. Купер больше не мог сдерживаться.       — Я люблю тебя, Люси МакЛин. И любил тебя все это сраное время.       — Я знаю, — Прошептала она, вызвав у мужчины улыбку.       — И я планирую любить тебя столько, сколько ты позволишь.       Люси кинула.       — И я.       — Выходит, наши планы совпадают.       — Честный взаимовыгодный обмен, — Люси прижалась к Куперу и уткнулась лицом ему в шею. Если бы не убежище за их спинами и брат Люси, стоявший в дозоре, Купер мог бы остаться здесь навсегда.