Пучина заблуждений

      Помнишь того раненного ребенка? Ты еще недоумевал: что это за монстр такой? Так вот, я нашла его семью. Помнишь я говорила, что призраки странные? Беру свои слова назад, эти ребята еще более странные. Кстати, в благодарность, они разрешили дать потерянному ребенку имя. Я назвала его Боб…              Город в Водопадье отличался от Снежграда видами и отмосферой. Да и городом назвать этот набор разбросанных домиков было сложно. Жители бросали на гостей боязливые взгляды и уходили по домам. Задерживаться в столь негостеприимном месте не было никакого желания, потому город буквально пробежали и остановились лишь возле лавки Герсона.       Старая черепаха сам подозвал их:       — Кого я вижу! Маленький человек и братья-скелеты. Куда вы так торопитесь, нет бы остановится и поговорить со стариком.       — Привет, Старик! — махнул ему Санс.       — Доброго вам дня, Герсон! — улыбнулся Папайрус.       — Здравствуйте! — сделала подобие реверанса Фриск.       Герсон кивнул им приветливо, но на его лице стояло легкое напряжение. Было видно, что позвал он их для дела:       — Вам лучше не идти сейчас в сторону Жаркоземья, — предупредил он. — Андайн рвет и мечет. Она обещает оторвать вам головы.       — О, не волнуйся, старик, — усмехнулся Санс. — Пока мы дойдем до границы, она уже высушит жабры.       Герсон покачал головой.       — Ах, молодость. Всегда она граничит с глупостью, а глупость с героичностью. Ну, тогда удачи вам, молодые люди. Но может хотите купить что-нибудь перекусить?       Живот Фриск ответил за них всех. Так что дальше они шли хрустя крабовыми яблоками. Фриск не изменяла себе и подбегала к каждому встреченному монстру и просила у него прощение. Монстры принимали ее прощение, хоть и не понимали за что. Некоторые монстры хотели напасть на девочку, но высокая фигура Папайруса и блестящий смертоносной магией глаз Санса остужали пыл даже самых ретивых.       Вскоре нормальная дорога кончилась и превратилась в сеть раскиданных тут и там мостиков над спокойной водой. И по какой-то непонятной причине, но светящие грибы, которые выступали на пути фонарями, вдруг потухли. Идти во тьме по не широким мостикам было жутко. И не только Фриск боялась.       — Санс, мы точно правильно идем? — проскулил Папайрус.       Санс не был уверен в ответе. При свете путь был четким и понятным. Но в темноте, без ориентиров в виде видневшейся вдалеке суши, дорога будто убегала из-под ног. Санс не был уверен, что видел ранее вот этот столб. Да и мостки казались странными… а они точно все еще идут по мосткам?       Где-то позади раздался голос Андайн:       — Я найду вас, предатели! И спущу с вас шкуры!       Это заставило скелетов ускорить шаг. Впереди забрезжил слабый свет. Одинокая маленькая поганка. Ее кто-то нес, будто указывая путь. Сзади загромыхали доспехи.       — Будто у нас есть выбор, — буркнул Санс, взял Фриск и Папайруса за руки и повел за ускользающим светом.       Под ногами захлюпало. Путники осознали, что ушли с моста и идут по грязи мокрого берега. Но куда они идут?       Свет стал ярче и ближе. Под ногами твердая почва. Тот кто звал их светом гриба стоял у спрятанного за зарослями поворота пещеры. Он блеснул на них глазами-пуговками, оставил гриб и скрылся за поворотом.       В свете гриба им открылась странная надпись на стене пещеры: буквы танцевали во все стороны, были корявыми и трудно читаемыми.       — Деревня Тем, — прочитал Папайрус.       — Что такое Тем? — не понял Санс. Он жил под землей всю свою жизнь, но никогда не встречал никаких Тем.       Фриск тоже выглядела весьма озадаченной.       Они шагнули за поворот и увидели странного монстра. Фриск никогда не встречала их. Дух не убивал их.       — Хой! — странный монстр весело поднял лапы вверх. — Добро пожаловать в деревню Тем! Я Темми!       Что ж, что такое «тем» стало чуть более понятно. Темми выглядела как помесь собаки с кошкой. И это пока все что можно было сказать о ней.       — Приятно познакомится, я великий Папайрус! — Протянул руку Папайрус.       Лапа Темми неожиданно удлинилась и упала в подставленную скелетом ладонь.       Откуда-то выпрыгнула еще Темми точно такая же какая пожимала руку Папайрусу. Скелет не был уверен, что ему удастся отличить одну Темми от другой. Настолько они были одинаковыми.       — Прив, я Темми. — Представилась она Сансу и протянула лапу.       Появилась еще одна:       — Прив, я Темми…       И еще одна…       Происходящее начинало напоминать фильм ужасов. По крайней мере Сансу стало очень неуютно в окружении улыбающихся кошко-собак, которые тянули к ним свои бесконечные конечности. Но не успел он предложить уйти, как с диким криком: «Хой!», — Темми подхватили гостей и уволокли их в свое небольшое поселение.       Жутко ломая язык эти странные существа начали экскурсию по жителям и местам:       — Это Тем, она продавать! Это Тем, она следить! Это Тем она собирать! Это статуй, она стоять! Это гриб, он танцевать! А это Боб, — в конце указали Темми на точно такого же как все Темми. Боб смотрел на них взглядом человека, которому ОЧЕНЬ стыдно за весь этот цирк.       Буквально за час Санс, Папайрус и Фриск познакомились со ВСЕМИ жителями и увидели ВСЕ достопримечательности. И при этом они мало ходили по земле. С дикими криками: «Хой», — их продолжали переносить от места к месту. Но не сказать, чтобы им это не понравилось. Папайрус ощущал себя как минимум королем. Санс успел поспать. А Фриск внимала с открытым ртом.       Закончилась экскурсия в лавки с сувенирами:       — Купить вещь, Тем счастлив! Тем идти в колледж! — замахала лапками продавец Тем.       Сувенирами оказались кусочки разноцветных бумажек в нарисованной от руки коробке, на которой было написано «Хлопья Тем».       Возведя очи к потолку, Санс и Папайрус бросили на прилавок пару монет. Санс не удержался и спросил:       — И все же, кто вы такие? Сколько живу, никогда вас не видел.       — Мы Тем. Темми иметь богатый история! — замахала лапками Тем. — Очень БОГАТЫЙ!       Санс наклонил голову, ожидая продолжения. Темми наклонила голову в ответ, намекая: продолжения не будет.       — Что ж, у всех своих секретов, приятель. Не буду допытываться.       — Да, да! — закивала Темми и улыбнулась. Но эта улыбка выглядела довольно зубастой и показалась угрожающей. Следующая фраза была произнесена без всякого косноязычия. — У каждого есть секреты.       Санса передернуло. Папайрус и Фриск не уловили намека странного монстра и продолжили беспечно задавать вопросы и получать странные ответы. Когда они устали, то отошли к клумбе золотых цветов. Недоумевая, откуда они здесь. Камень посреди клумбы неприятно напоминал могилу. Санс остался у прилавка магазина. Он кинул еще пару монет и получил еще кучку ненужных разноцветных бумажек.       — Странные вы, — усмехнулся Санс.       Темми скопировала его усмешку и тихо произнесла:       — Твоя мама говорила нам тоже самое. Она была добра к нам. А мы не забываем доброту.       Санс ощутил, будто его заморозило. Он говорил с кем-то кто знал его мать. Прямо сейчас ему сказали будто она бывала в этом тайном городе, говорила с этими странными монстрами и была к ним добра. Он хотел знать больше. Но стоило ему раскрыть рот для вопроса, как Темми вновь сделала дурашливое выражение лица:       — Тем считать гостеприимство оконченным! Тем говорить вам поки!       В тот же момент их снес поток бегущих Темми. Их буквально вынесли. На спинах. Через тьму. И бросили на берегу в пятне света.       — Хой! Хой! Хой! — раздавалось в темноте.       — Я так и не понял: кто это был? — в полном недоумении переглянулись Санс, Папайрус и Фриск.       Ответом им были тихие «хой» из темноты.       Санс в последний раз посмотрел в темноту в которой спряталась частица прошлого. Он мог бы попытаться вновь найти проход в ту деревню, вновь поговорить с Темми, узнать о своей матери больше, но… не сейчас.       — Санс? — Фриск подергала его за рукав. Оказывается, Папайрус уже ушел вперед, громко комментируя неровности под ногами.       — Извини, задумался. Побежали за Папсом. А то один его шаг это пять наших.       Они старались перемещаться в пятнах света, опасаясь упасть в пропасть или утонуть. И все равно то проваливались ногами в грязь, то поскальзывались на склонах. И так пока они не уперлись в плохо освещенный одиноким грибом тупик.       — Странно, — Санс осмотрел глухое каменное дно пещеры. — Я был уверен, что тут был проход.       — Был! — раздалось позади них.       В ту же секунду загорелись все грибы. Ошеломленные взрывом света загнанные в тупик обернулись на голос и увидели закованную в броню Андайн. Она стояла словно скала и пылала гневом.       Санс загородил собой Фриск. А Папайрус загородил Санса.       Руки ундины дрожали. Она загнала их в угол с твердым намереньем во что бы то не стало добыть душу, даже если придется пожертвовать другом. Но… двумя… Такой грех ее душа могла не выдержать.       — Осталась одна душа! — заговорила она. — С силой семи человеческих душ наш король станет богом и разрушит барьер! Он заберет поверхность у людей! И отплатит им за все наши страдания! Потому, Санс, Папайрус, прошу, отойдите!       Папайрус отвел взгляд. Его глаза бегали в нерешительности. И все же он не шевельнулся.       — Прости, Андайн, но у моего брата другой план. И я верю в него!       — Какой может быть план у этого вечно спящего мешка с костями!!! — заорала Андайн.       — Этот мешок костей – мой брат! И я не хочу слышать, как ты оскорбляешь его!!! — заорал в ответ Папайрус.       Андайн даже сделала шаг назад, не ожидая такого напора от вечно позитивного друга. Но быстро взяла себя в руки и вновь начала наступать, в ее руках засияло копье:       — Отойди! Или я заставлю тебя!       Глаза Папайруса загорелись магическим огнем, и он вооружился костью. Санс за его спиной приготовился к телепортации, крепко сжимая ребенка.       И тут из зарослей водного тростника с громким треском вывалился монстренок.       — О! Я догнал вас! — весело завилял он хвостом смотря на скелетов и человека.       Его хвост перестал вилять, когда он понял, что находится буквально на копье королевского стража. И если бы Андайн сделала хотя бы полшага вперед ранее, он был бы мертв. Андайн это тоже поняла, ее передернуло. Схватила монстренка за шиворот и поспешила оттащить его прочь от места битвы.       Стоило ей отвернуться, как ее жертвы дали стрекача через кусты.       — В этот раз не сбежите!!! — неслось им в след.       Санс расслабленно болтался в захвате брата и думал о разных вариантах битвы с Андайн. А вернее он думал о варианте где ему не придется сильно напрягаться, чтобы сразить ее. Он поправил себя: не сразить, а договориться. Андайн была упертой, гордой и смелой. Но она не знала всей правды. Правды о человеческих душах и последствиях их поглощения, раз несла чушь про бога Азгора. А значит надо было ей открыть глаза.       — Папс, у меня появилась идея. Остановись-ка. Хватит с нас догонялок.