Пучина заблуждений

      Ты помнишь тот день, когда я впервые надела белый халат? Кажется я тогда пешком под стол ходила. Под твой. И не шути, что я до сих пор могу пройти под ним не нагибаясь! Так вот, когда я его надела я твердо решила нести всем «свет»… Я не могла представить что окажусь в столь глубокой тьме…              Путь обратно до Жаркоземья занял на удивление мало времени. Ведь не пришлось вновь играть в прятки и в «догони меня копье». Да и по территории окруженных лавой островков суши шли довольно быстро. Гвардейцы разбегались, только завидев своего командира на горизонте.       - Хех, а я думал это я ленивый.       Андайн на это лишь зубами скрипнула и пробурчала нечто про наряды вне очереди.       Фриск бегала вокруг ундины будто забыла, как та их гоняла. То под руку поднырнет, то на копье повиснет, то вообще попросится на ручки. Андайн на подобную беспечность делала в начале жуткое, а затем печальное лицо. Ее улыбка через силу заставляла скрипеть зубами уже Санса.       Папайрус оставался единственным в их неожиданной команде, кто не знал печального итога пути. Но ощущал общее напряжение и вел себя неожиданно тихо. Ну, на сколько тихим вообще он может быть громкий подвижный юнец. Благодаря ему не создавалась давящая тишина и путники забывали о печали, хотя бы не на долго.       Впереди показалось здание лаборатории.       Санса передернуло. Он много времени провел под этим зданием. Много узнал. Например, что очень давно это место было домом для его семьи. Вероятно, Папайрус даже родился в этих стенах. А может и он тоже. Вероятно, мама умерла на одной из больничных коек внизу. В аквариуме внизу был выращен ее клон. Там внизу был оживлен Флауи. Там внизу спрятано начало ВСЕГО… - Санс!? - Папайрус беспокойно смотрел на брата. Оказывается все успели отойти на десяток метров, когда поняли, что низкий скелет остановился и смотрит в одну точку.       - Да вот, я думаю зайти в гости к Альфис, - Санс сказал это глухо, без эмоций. - Хочу задать ей пару вопросов.       Андайн подняла плавники и поджала губы, хорошо понимая о каких вопросах идет речь.       - Да, наверное, стоит.       - Я тоже думаю, что доктор Альфис может помочь нам прояснить некоторые вещи.       Санс спросил Фриск:       - Хочешь познакомиться с ящерицей в белом халате?       Фриск активно закивала. Несмотря на то, что злой дух ни разу не убивал доктора Альфис, Фриск ощущала необходимость извиниться перед ней.       Санс получил затрещину от рыбки за «ящерицу», на что тихонько прошептал одну скабрёзную шутку от которой рыбка начала прожарку и новая затрещина пришла уже от брата.       Фриск первой побежала к дверям, провожаемая взглядом потирающего дважды ушибленную голову скелета. Он не стал рассказывать ребенку о судьбе Альфис. Умолчал как видел ее тело в петле или о том, как она топилась или падала с обрыва. Над причинами думать не хотелось. Уж слишком много было их у этой ящерицы. Не меньше чем у него… Может эта встреча что-то изменит?       Лаборатория внешне выглядела старой и неказистой, но внутри была словно из фильма о научной фантастики: везде все новое, мигает, вертится, сумасшедший ученый прилагается. По крайне мере так должно было быть.       На стук никто не открыл. Дверь оказалась не заперта. Внутри темнота хоть глаз выколи. Что странно, Альфис видела кто к ней идет и не должна была бежать в ужасе. Она вообще делала это лишь с пинка и то не всегда. Встречала человека с безразличием смертника. А тут вдруг тишина-темнота. Погодите, неужели эта гениальная дура…       - Альфис! Хорош прихорашиваться! Тебя Андайн и без блесток на чешуе любит! - неожиданно заорал Санс. Да так что все аж подскочили.       Если бы не темнота ему бы прилетела третья затрещина. Ан, нет, прилетела. Ундина себе копьем подсветила.       - Иногда я задаюсь вопросом о твоей адекватности, Санс, - покачал головой Папайрус.       Фриск тихонько рассмеялась.       Свет загорелся. Да так неожиданно и ярко, что ударил по глазам взрывом световой гранаты. И пока все приходили в себя, Альфис материализовалась из-под стола И да, ее чешуя была начищена до блеска. И глаза в начале метнулись к предмету воздыхания и лишь потом к человеку.       - П…привет! - со свойственной ей нервозностью поздоровалась она. - Не ожидала такую толпу гостей. Хе-хе…       Санс уставился на угол где спрятаны экраны с камер наблюдения и Альфис смутилась еще сильнее.       - Я доктор Альфис, - представилась она Фриск.       - А я Фриск. Приятно познакомиться! - девочка тут же радостно протянула ящерке руку.       Альфис дрогнувшей рукой пожала хрупкую детскую ладошку и нервно посмотрела на монстров позади девочки. Обычно ученая заманивала человека в ловушку и пыталась покончить с ним при помощи Метатона и инструментов в ядре. Что ей делать при нынешней ситуации она понятия не имела. Да и не понимала, почему к ней вообще пришла такая толпа!       - Может… может вам нужна моя помощь? - предположила она.       - Не, мы просто в гости, - огорошил ее Санс.       Альфис потребовала ответа от Андайн взглядом. Ее взгляд будто задавал вопрос: «это правда?» или «вы с ума сошли?». В ответ получила кивок, без уточнения на какой вопрос.       - Думаю нам стоит поговорить, Альфис, - сказала Андайн.       Альфис закусила губу. Она видела, что подруга расстроена и догадывалась, что является одной из причиной ее расстройства. И это воистину пугало. Ящерица лихорадочно перечислила в голове чем могла расстроить подругу и поняла, что таких причин вагон и тележка. Грехи активно ползали по ее спине и, добираясь до плеч, садились на них глыбами сожалений.       Альфис не была готова к подобному разговору и потому нажала в кармане на кнопку.       - Я бы рада, но….       Тут же раздался громкий треск. Лабораторию слегка тряхануло. А стена позади ученой разлетелась словно картонная. Из стены на всех порах показалась это самое «но».       - Но, я как раз закончила улучшать Меттатона. И теперь он неудержимая машина убийства, жаждущая человеческой крови.       Машина убийства выглядела как телевизор на моно-колесе, у которого росли руки и в этих руках был зажат микрофон. Конфетти и прожектора окончательно рушили ожидаемую картину робота-убийцы.       - Добро пожаловать на наше телешоу! - прокричало из всех динамиков. - Обещаю оно будет ГОРЯЧИМ! Но перед тем как мы начнем, попреветсвуйте наших дорогих участников!       Прожектора выделили каждого из посетителей лаборатории, кроме Альфис.       Засыпанных блестками и серпантином невольные участников едва не сдуло звуковой волной. Даже Альфис казалось пораженной размахом появления своего творения. Смотрела на дыру в стене и нервно хихикала. Попыталась что-то сказать, но ей нагло закрыли рот. Буквально. Меттатон просто приклеил на рот ящерицы полоску скотча.       - Меценаты пока молчат, дорогуша!       Он отодвинул ученую в уголок и продолжил вещать:       - Итак начнем наше шоу которое называется «Ответь или УМРИ!»       Невольные участники переглянулись. Санс подсветил глаза магией, намекая на перенос, а Андайн материализовала копье, намекая на более радикальные меры. Вот только глаза Папайруса и Фриск сияли такой детской радостью, что у взрослых монстров рука не поднялась портить им веселье.       Начался цирк одного клоуна. Телевизор на колесике успевал и на камеру «кривляться» и вопросы задавать. Да, оказалось он все это снимал и показывал в прямом эфире!       Андайн едва слышно всхлипнула, прощаясь со своей должностью, уважением и гордостью. Посланное ею в камеру копье Меттатон с легкостью поймал, погрозил пальчиком и задал первый вопрос меткой стражнице:       - Начнем с простого! Какой приз за правильные ответы на нашем телешоу?       - Твоя голова, - огрызнулась ундина угрожая телевизору вторым копьем. Увы и оно оказалось у Меттатона и он использовал его как подпорку для пушки с конфети.       - Ох, милая, мое тело принадлежит всем телезрителям, я не могу отдать тебе в вечное пользование свою прекрасную голову. Но за такой прекрасный ответ, я дам тебе маленького себя.       С этими словами Меттатон вручил дико покрасневшей (то ли от ярости, то ли от смущения) Андайн маленькую фигурки себя. Андайн сжала кулак с игрушкой, а когда разжала на ладони была только горстка песка.       - Следующий вопрос. Назовите полное имя короля!       Микрофон оказался у носа Папайруса. Ну тот и ляпнул:       - Лорд Пушистик!       Такой ответ заставил Меттатона на мгновение сбиться с ритма, благо Папайрус сам себя исправил:       - Когда я был ребенком и он пришел в Сноудин, он сам просил себя так называть. А так его зовут Король Азгор Дриммур.       - Это очень подробный ответ, - вновь поймал бодрый ритм Меттатон и вручил радостному Папайрусу еще одну фигурку мини-себя. - Наше шоу продолжается!       Следующий у кого перед носом оказался микрофон был Санс:       - Из чего сделаны роботы?       Санс изогнул рот в кривой улыбке и начал перечислять:       - Транзисторные трубки, платы, системные блоки, поршни…. - Он дотошно перечислил все и даже ни разу не ошибся, чем вызвал ступор Меттатона. Но закончил словами: - Но главный компонент это душа приз…       Призом скелету закрыли рот. Вернее едва ли не заставили тот проглотить, запихав в глотку.       - И это правильный ответ! - оказывается роботы умеют потеть. - И последний вопрос мы адресуем нашему главному гостю.       Микрофон оказался перед нетерпеливо подпрыгивающей Фриск.       - Ты готов, человек?       - Да! - пискнула Фиск.       - Итак… Два поезда А и Б в одно и то же время покидают станцию А и Б. Станции А и Б находятся на расстоянии 252,5 км друг от друга. Поезд А движется со скоростью 124,7 км в час. Поезд Б движется со скоростью 253,5 км в час. Если оба выехали в 10 утра, а сейчас 10:08, то сколько пройдет времени перед тем как поезда встретятся.       У всех стали большие и удивленные глаза. Математической задачки в качестве вопроса на глупом шоу никто не ожидал. Фриск растерялась и начла бегать взглядом по пространству, надеясь найти ответ. Нашла.       - Тридцать две целых пятьдесят восемь сотых, - ответила Фриск. Показывая ученой большой палец.       Альфис написала мелом ответ на стене и спешно закрыла его собой, стоило Меттатону обернуться.       - Не подсказывай, дорогуша, - погрозил он ей пальцем, передавая Фриск очередную мини-версию себя.       Вопросы становились все более и более безумными. Робот достал банку полную мух и спросил у Андайн:       - Сколько в этой банке мух?       Судя по выражению лица ундины, она сказала не подумав:       - Пятьдесят четыре…       - Правильно! - потому было странно услышать, что ответ верный.       Театр абсурда продолжался. То робот вытащит откуда-то лягушку и потребует угадать ее имя, то спрашивал «поцеловали бы вы призрака!» (Фриск сказала да и чмокнула робота в цифровую панель), то просил посчитать буквы в словах, то неожиданно задавал вопросы по мультикам, то по историческим фактам, то превращал все в любовную драму между Андайн и Альфис, заставляя тех краснеть перед камерой. В общем творился хаос.       Наконец поток вопросов иссяк.       - Вы так хорошо отвечали, что лишили шоу драматической интриги! - не то поругал, не то похвалил их Меттатон. - Мы не можем продолжать в таком духе. Будем считать произошедшее пробой пера. Дальше – больше! Больше интриги! Больше романтики! Больше зрителей! Больше рейтинги! Больше кровопролития! До следующего раза дорогуши!       Закончив речь, Меттатон компактно сложился в кубик и… улетел проделав в потолке дыру. Все замерли с вздернутыми к дыре головами будто в поисках ответов: что это только что было? Ответ дала Альфис, сразу как оторвала со рта полоску скотча:       - Что ж, безусловно, это было что-то…       С подобным комментарием сложно было не согласится.       Внимание гостей вновь полностью принадлежала королевской ученой. Санс сгрузил кучу подаренного Меттатоном мерча на стол ящерицы и его улыбка стала шире:       - Цирк улетел, так что мы можем вернуться к тому на чем остановились.       - А на чем мы остановились, - заюлила Альфис.       Санс откопал чайник, Андайн знала где лежат кружки, Папайрус и Фриск сели за освобожденный от макулатуры стол, рассматривать подаренные игрушки.       Альфис сглотнула. Бежать ей было некуда.