Пучина заблуждений

Я была единственным ребенком в семье. Видела, как старшие защищают младших и мечтала, что и у меня появится такой человек. Но была одинока. По крайней мере, пока не встретила тебя…. Папайрус ждал до момента пока не закрылась дверь лаборатории. Ждал еще метров сто. А затем поднял брата будто тот ничего не весил: — Дайте нам минутку, — с этими словами он отнес его подальше. Поставил, встал напротив и потребовал: — Санс, я скоро рехнусь от количества секретов. Ты не мог бы сократить их количество. Хоть немного. Санс убрал с лица улыбку. Да, его брат был суетливым, не лишенным детского идеализма, но он не был глупым. А значит из всего услышанного он уже сделал выводы. — Что конкретно тебя интересует, брат? — Тот инцидент, о котором говорила Альфис, когда все всё забыли. Ты сказал, что он похож на то что произошло со мной недавно. — Да я так сказал, — подтвердил Санс. — И ты пока не хочешь рассказать, что тогда произошло? — Не хочу. — Санс постарался улыбнуться как можно беспечнее: — Давай остановимся на версии, в которой мы попали в беду, но нас спасли. — Когда ученые в лаборатории все забыли, мы тоже были в беде? Санс постарался не дрогнуть: он все понял! — Да, мы были в беде, — голос старшего скелета наполнился горечью. Папайрус тяжело вздохнул и спросил: — Те дети которых искали, это были мы, да? Сансу оставалось лишь кивнуть: — Да, нас искали. Нет, нам не хотели причинить вред, если тебя именно это беспокоит. Те кто нас искал, предполагаю, были друзьями нашей семьи и… — Санс не знал, как правильно сказать то, о чем сам еще не думал. — Если бы они нашли нас, нам бы помогли. Может быть я тогда зря убежал. Не знаю. Папайрус стоял сложив руки на груди и казался растерянным ответами брата. Он пытался представить себя на его месте и не мог. Он бы сел и плакал. А Санс бежал и нес его. Он воспитал его. Потому Папайрус понимал, что его брат корит себя не за побег. — Ты знаешь почему тот инцидент случился? Санс не знал какой ответ будет правильным. Не знал, как пережить озвученный в слух ответ. — Из-за меня, — тихо произнес он. Молния не ударила. Земля не разверзлась. Просто его брат вздернул надбровные дуги в непонимании. Через силу, Санс продолжил: — Скажи, брат, если бы ты узнал, что я совершил нечто непростительное. Если бы узнал, что будучи ребенком я сделал нечто что полностью изменило наши жизни. Если бы я сказал, что дети короля умерли потому что я совершил, то что совершил. Моя глупость погубила нас и привела к тому что каждый в подземелье так или иначе пострадал. Многие умерли. А кто-то даже хуже. Что если те несчастные из лаборатории это тоже часть моей вины. Что бы ты мне сказал на это? С каждым словом Папайрус напрягался все сильнее, его глаза становились все больше, а рот раскрывался все шире. Он явно не ожидал услышать подобное. Но когда Санс закончил монолог и застыл в ожидании ответа, Папайрус наконец отмер и с трудом сказал: — Я бы сказал, что ты неплохо справляешься. Санс моргнул. Это явно не тот ответ, который он ожидал услышать. — Санс, — Папайрус сел на корточки, чтобы быть с братом на одном уровне, — ты был маленьким ребенком. И если ты что-то совершил, то это не твоя вина. Взрослые должны следить за детьми и не давать им делать глупости. Я не виню тебя ни в чем. Даже если бы ты нажал большую красную кнопку, это была бы не твоя вина. А того, кто не объяснил тебе что нажимать кнопку нельзя. Ты мой брат и я люблю тебя. Я рядом, и я прощаю тебя. Санс неожиданно для себя разрыдался. Потребовалось довольно много времени, что бы он успокоился. Все это время Фриск и Андайн наблюдали со стороны и старались не строить предположения неожиданному взрыву эмоций. — Фриск, слушай. Может пока наши костяные друзья раскрывают свои эмоциональные чемоданы, мы прогуляемся за мороженным? Ундина поняла, что плавится без всякого РШ. Фриск тоже. И обе они отправились к тележке мороженщика. Когда скелеты пришли, женская часть их команды успела объесть мороженщика на половину ассортимента. И оказалось девочки могут довольно неплохо общаться. Они обсудили вкусы еды, музыку, путешествия и даже любовь. Фриск буквально излучала детскую непосредственность и радость. А Андайн… едва держалась. — Ты могла бы остаться с Альфис, — прошептал ей Санс, когда Папс и Фриск убежали к мороженщику за добавкой. В ответ Андайн покачала головой: — Не переживай, парень, я в порядке. На столько на сколько это возможно. Но мне будет еще более нормально, когда мы отойдем от лабораторного чистилища подальше. Санс понимающе кивнул. Они дождались Папайруса с Фриск и направились по мосткам в сторону ядра. Санс подумал, что он бы лучше побыл в чистилище, чем вновь прошел по месту смерти отца. Стоило им отдалится от лаборатории, как они оказались перед влажной мечтой футуриста. Кучу движущихся дорог, лестниц в окружении странных конструкций. Огромная головоломка, а не путь на работу. То и дело попадались те, кто застрял или оказался не там куда собирался. Все шумит, щелкает, дымит. В общем голова пошла кругом уже через час, а это даже не половина пути. В одно здание надо было войти из другого выйти. Оказаться черти где. В конечно итоге они позвонили Альфис с просьбой провести и получили странное сообщение, что их скоро встретят и помогут. Даже Папайрус ощутил подвох. Их и вправду встретили в следующем переходе. Темнотой. А затем прожекторами прямо в глаза. Оказалось, тем, кто обещался их встретить был Меттатон. Рука Санса потянулась к телефону за неимением шеи Альфис. В сообщениях была лишь одна короткая фраза: «Я не успела его остановить. Простите». В ответ Санс напечатал: «Бог простит. Мое дело - организовать вам встречу.» — Добро пожаловать, красотули, на подземную премьеру кулинарного шоу: «Готовим с роботом убийцей»!  — громко огласил робот появляясь из-под кулинарного стола, словно черт из табакерки, столь же шумно и неожиданно. Фриск аж на Папайруса забралась, обхватив его за шею как коала дерево. Андайн швырнула копье, но робот уклонился с завидной ловкостью. — Подогрейте плиты, ведь у нас сегодня особенный рецепт! Мы готовим торт! И поможет нам в этом дорогие гости нашего шоу! Улыбнитесь, вас видят все жители подземелья! Невольные участники фальшиво улыбнулись в сторону камеры. Андайн даже перестаралась и ее челюсть заклинило, отчего и без того недобрый оскал стал выглядеть воистину зверским. — Так, дорогие мои ассистенты, давайте начнем! Санс посмотрел на начинающих воодушевляться Папайруса и Фриск и тяжело вздохнул. Они надели предложенные роботом фартуки и колпаки. Андайн переминалась с ноги на ногу возле скелета, не желая участвовать в еще одном дурацком представлении. — Нам надо подстраховать девочку, — тихо сказал Санс. — Альфис может просто не успеть выключить этого придурка, взбреди тому какая дурь в голову. Ундина и Санс нехотя окунулись в атмосферу кулинарного безумия. Надо признать это было весело. Папайрус быстро забил на рецепт и начал варить спагетти, заявляя, что спагетти это другое агрегатное состояние коржей. Фриск щедро сыпала на пасту сахар, ложкой стараясь придать «торту» форму. — Ну, крем же это сахар, да? А Андайн решила, что лучшими украшениями для торта будут ее копья. А Санса, в наказание за лень (все время приготовления он подпирал стену), заставили попробовать этот «шедевр». Надо признать, скелет с честью выдержал испытание и не испустил дух сразу. Но то с каким лицом он описывал вкус сего творения, заставило Гриллби написать ему сообщение в котором он прощал ему все долги и обещал сытно накормить, если тот выживет. Меттатон пребывал в творческом ударе. Он комментировал все и всех, не упуская детали и наполняя их своими мыслями. А когда торт был готов, он неожиданно достал бензопилу и сказал: — Дорогие мои! Торт не может быть идеален без секретного ингредиента! И этот ингредиент… — Больше спагетти! — тут же вклинился Папайрус. — Больше копий! — вторила ему Андайн. — Сахар! — хлопала в ладоши Фриск. — Мой прах, ибо я щас сдохну, — выдавил Санс отодвигая подальше «торт». — Нет! Нет! Нет! — Меттатон раскачивался как огромная неваляшка. — секретный ингредиент это, — он сделал драматическую паузу, — человеческая душа! Фриск в мановение ока спряталась за Андайн, ундина обнажила копье, Папайрус кость, а Санс приготовился телепортироваться. Но тут раздался звонок. Меттатон поднял трубку: — Да, дорогуша? — Я хочу предложить заменить ингредиент, — раздалось из трубки. — Какова причина? Что может быть лучше того, что все так хотят? На том конце провода раздалось долгое: «Эмммм…» — Наконец Альфис нашла, что сказать: — А вдруг кто-то вегетарианец? — в ее голосе не было веры в собственные слова. — Вегетарианец, — повторил за ней Меттатон. Подумал немного и заявил: — Это блестящая идея! Мы не можем игнорировать нашу аудиторию. Потому специально для вегетарианской части нашей аудитории мы проведем замену ингредиента! И у меня есть эта замена! Она стоит вон на той стойке! Все дружно посмотрели на одиноко стоящую баночку на одинокой тумбочке. — Нужно просто взять ее. «Это не выглядит сложным», — подумали все. Но вдруг земля сотряслась и одиноко стоящая стойка начала расти вверх все выше и выше, пока не скрылась за нависающими искусственными облаками сцены. — Но если вы не сможете принести замену, мы всегда можем вернуться к первоначальному плану, — сказал Меттатон. Штурм тумбочки начался шумно. Папайрус посадил Фриск себе на плечи и полез вверх словно всегда желал стать скалолазом. Андайн плюнула на аккуратность и начала рубить тумбочку копьем аки дерево топором. Санс исчез на мгновение и вернулся с подушкой на которой красовалась надпись «падать сюда». Положил ее под тумбочку и начал наблюдать. Меттатон определенно хотел внести лепту в творящийся хаос, но слишком обрадовался взлету рейтинга шоу и отвлекся на победный танец. А когда закончил, тумбочка уже благополучно рухнула ему на голову. Папайрус возвышался над бардаком и гордо держал консерву с видом «мама, я сделал». Фриск лежала на подушке, а Санс откапывал ругающуюся из-под обломков Андайн. Когда завалы разгребли, Меттатон покачал головой и объявил: — Увы, время нашего шоу подошло к концу. Но не беда, торт уже готов и ждет вас на кухне. Покеда! С этими словами робот улетел творить бесчинства в другое место.  Бывшие участники шоу нашли глазами готовый торт, переглянулись и решили, что перерыв на чай им не повредит. Звонок Альфис поставили на громкую связь и выслушали с легким скепсисом ее заявления, что она постарается лучше отвлекать этого шоумена от их развеселой компании. Санс не сильно верил в подобное чудо. И был уверен, что наглая теле-коробка еще придумает им развлеченья.