Комиссар-Подручный

      Перед Генриеттой лёг будто бы смертный приговор. Это было официальное королевское дозволение на вторжение в Альбион. Армия мобилизована, союзники из Германии уже ввели войска, теперь очередь за Тристейном. Всё может быть решено одной единственной подписью.       — Ваше величество, мы ждём только вашего разрешения. — сказал стоявший рядом генерал.       — Нет, я не могу пойти на это. — возразила Генриетта.       — Ваше величество, — тут же подхватил кардинал, тоже присутствовавший на этом, если можно так сказать, заседании, — я понимаю как вам тяжело, но вы должны сделать это.       — Нет, я никогда не объявлю войну. Я не могу.       — Ваше величество, но у нас нет выбора.       — Кардинал, а вы хотите этой войны?       — Н-нет…но народ хочет. Если мы не сделаем этого, милитаристы получат поддержку и возьмут власть. В лучшем случае вас заставят подписать отречение от престола. Однако если вы возглавите военные действия, то, возможно, получится снизить ущерб от них.       Генриетта задумалась. Слова кардинала звучали разумно, и, если есть возможность облегчить войну для народа, она обязательно должна это сделать.       — Хорошо, кардинал Мазарини, генерал Корж, я даю разрешение на вторжение в Альбион.       С того момента минула неделя. Луиза вернулась в академию из непродолжительной поездки в прекрасном расположении духа. В городе только и говорили об успехах армии Тристейна. А вот Эрвина новости о войне не сильно волновали. Он оставался в академии, посвящая себя работе с профессором Кольбером.       Когда Луиза вошла в импровизированный ангар, комиссар вместе с преподавателем возились с «Тауросом». Когда Грейс собирался улетать, он надеялся оставить вездеход профессору как подарок на память, а теперь, получается, сделал подарок сам себе.       — Эрвин, — начал профессор, — прометий залит.       — Прекрасно, — комиссар был наверху, осматривая установленный на машине огнемёт, — теперь главное, чтобы в системе протечек не было, иначе всё.       — А ты всё с этой машиной возишься? — наконец подала голос Вальер.       — И тебе привет. Представь себе, я всё ещё мечтаю её оживить.       Луиза посмотрела на стол. Там лежали два лазгана и пять батарей. Они были в вездеходе, два полных комплекта: оружие, штыки, боезапас и устройства для зарядки батарей солнечной энергией. Один набор батарей Эрвин взял себе, под пистолет, а вот остальное добро оставалось лежать.       Комиссар запрыгнул на водительское место, пока профессор полностью открывал ворота.       — Тебе совсем не интересно что происходит в королевстве?       — И что же в нём происходит?       — В городе новости: объединённая армия Тристейна и Германии захватила плацдарм на Альбионе, потери с нашей стороны незначительные! — восторженно сказала Вальер.       — И чему тут радоваться? Что ваша армия наконец показала боеспособность?       Эрвин завёл вездеход. Звук мотора разлетелся по всему помещению. Парень надавил на педаль газа и «Таурос» рванул будто дикий зверь из клетки. Миновав ворота, он оказался во дворе. Эрвин вдавил педаль в пол и стал наворачивать круги. Кольбер восторженно наблюдал за работой этого чуда из иного мира. Вальер смотрела спокойно, хотя глубоко в душе это зрелище её точно так же будоражило. Поразительная скорость, ни одна из известных карет ей не соперница, ни каждая лошадь сможет бежать наравне с этой машиной.       Далее Эрвин остановился и полез на место стрелка. Выкрутив на огнемёте тумблер мощности, выставив значение на минимум, он направил его вверх и пустил струю. Сопло изрыгало пламя подобно легендарным драконам. Поигравшись, Грейс прекратил пускать огонь, вернулся на водительское место и загнал вездеход обратно в ангар, после чего заглушил мотор.       — Великолепно! Никогда в жизни не видел машины с такой скоростью! — радостно кричал профессор.       — Рад, что смог вас впечатлить. Полевые испытания считаю успешными.       После этого комиссар пошёл по академии, а Луиза поплелась следом. Тогда же их перехватил Джулио.       — Эрвин, Луиза, там требуется ваша помощь.       — В чём? — спросил Грейс.       — Пойдёмте, вам всё объяснят.       Странно, конечно, но ничего не поделать. Оба пошли вслед за Чезаре, однако Эрвин настороженно отнёсся к ситуации. Он до сих пор помнил печальный опыт недавней операции, когда их втянули в сложный и запутанный план, ни слова не сказав.       Их привели в кабинет капитана мушкетёров. Агнес сидела за столом напротив двери и, когда её товарищи вошли, была в какой-то степени рада их видеть.       — Я привёл их.       — Так, а теперь попрошу объяснить, с какой целью нас вызвали. — сразу же активизировался комиссар.       — Мне нужна ваша помощь. — начала Агнес. — Я хочу посмотреть архивы, находящиеся под академией. Её величество дала мне разрешение, но директор отказался открыть их. Вы сможете открыть магические замки?       — Сомневаюсь, Луиза не лучший вариант.       — Эй! — тут же возмутилась Вальер.       — На правду не обижаются. — Эрвин снова повернулся к капитану. — Если мы не найдём кого-то более умелого, то дорога закрыта.       — Пожалуй, я знаю того, кто может. — встряла Луиза.       Сказав это, она повела всех в лабораторию академии. Она не придумала ничего лучше, чем позвать старшую сестру. Элеонора как раз занималась какими-то своими научными изысканиями, когда в помещение ворвались гости с просьбой помочь отпереть замки.       — Открыть магический замок? — переспросила их старшая Вальер. — Естественно могу. Но зачем это вам?       — У нас важные дела, — пояснил комиссар, — не переживайте, они санкционированы королевой.       — Снкцио… что за слово вообще такое?! — возмутилась Элеонора.       — Это значит, она знает о них и дала своё согласие.       — А, так бы и сказал. Ладно, показывайте.       Теперь все шли за Агнес. Она вела группу к женской ванне. Многим показалось странным, что они идут туда, но вид капитана, которая явно знала куда надо двигаться, придавал некое подобие уверенности. В само помещение ванны заходить не пришлось, они свернули в маленькую каморку, где хранились швабры, вёдра и прочие принадлежности для уборки.       — Это здесь. — капитан надавила на стену и под её рукой внутрь вдавилась небольшая плитка.       За ней располагалась потайная комната, посреди которой была огромная округлая дверь. На ней гордо красовались три металлических полоски с изображённой на них пентограммой. Авантюристы осторожно подошли к двери, после чего Элеонора стала осматривать замки сквозь какой-то магический бинокль.       — Вы сможете открыть? — спросила Агнес.       — Замок сложный, если нарушить комбинацию, можно навсегда запечатать. — после этого девушка взмахнула волшебной палочкой, и, к всеобщему удивлению, замки открылись.       — И что здесь происходит? — из ниоткуда возник профессор Кольбер. — Старейшина Осман же запретил вам входить в архив.       — Мне всё равно! — резко возразила Агнес, после чего обратилась к остальным своим сопровождающим. — Дальше я пойду одна.       — Не говори глупостей. Я тебя не оставлю. — сказал Джулио.       — И я. — добавила Луиза.       — Я тоже. Мне самой интересно, там наверняка могли сохраниться результаты каких-либо магических экспериментов. — подключилась Элеонора.       Эрвин ничего не сказал. Он с серьёзным видом кивнул, выражая своё согласие. Он идёт туда, куда пойдёт Луиза, так что не видел необходимости лишний раз подтверждать свои намерения. Группа двинулась вниз, во тьму старого коридора, ведущего прямо к архиву. Профессор, несмотря на запрет, понял, что остановить их не сможет, так что пошёл следом.       Коридор тянулся, группа спокойно двигалась. Свет от двух фонарей, у Агнес и Кольбера, единственное, что нарушало мертвецкую темноту. Звук шагов вольным эхом носился по всему тоннелю. Профессор всё же решил нарушить повисшее молчание, а заодно удовлетворить собственный интерес.       — Госпожа Агнес, позвольте узнать, что вам так нужно в этом архиве?       — Двадцать лет назад Ришман приказал сжечь Дангутел, мою родную деревню. Я единственная выжила. Когда наши войска захватят плацдарм в Альбионе, её величество отправится на передовую, а я последую за ней. Но до этого момента я хочу успеть узнать имя человека, возглавлявшего отряд и отомстить.       — И что же вы сделаете? — как-то подозрительно спросил Кольбер.       — Разумеется убью.       — И всё, вас устроит, что вся ваша жизнь будет состоять из войны и мести?       — А что в этом такого, профессор? — вдруг вклинился Эрвин. — Кто-то же должен положить жизнь ради защиты остальных.       — Эрвин, и ты тоже?       — Чему вы удивляетесь? Я и не скрывал, что я боевой офицер.       — Это что же такое произошло, что тебя, такого молодого, в офицеры взяли? — вдруг поинтересовалась Агнес.       — Мобилизация. На моей родной планете объявили массовый призыв, отчего образовался дефицит младшего офицерского состава. А тут как раз мы из Схолы выпустились. Не знаю как планетарному губернатору удалось утрясти этот вопрос с Департаменто Муниторум, но они дали добро, чтобы призвали нас.       — И часто у вас такое случается? — спросил Кольбер.       — Частенько. Не мы первые, не мы последние. Машина войны не затихает вот уже десять тысяч лет. Триллионы одних только гвардейцев сражаются на бесчисленных полях брани.       Все без исключения были поражены. Десять тысяч лет?! Триллионы?! Невероятные числа! Профессор с его пацифистским мировоззрением был ошеломлён больше всего. Неужели в мире, откуда этот парень родом, такое твориться? А сколько же тогда людей умирает там?       — Э-Эрвин… — Кольбер сглотнул, — а можно вопрос?       — Давайте.       — Почему…почему это продолжается? Неужели люди не устали от такой жизни?       — У людей выбора нет. Эта незатихающая война — вопрос выживания человеческого вида. В галактике достаточно сил, желающих уничтожить нас: отступники, еретики, ксеносы. Если мы сложим оружие, нас попросту перебьют.       — Эрвин, а как у вас с магией? В вашем мире ведь тоже есть магия?       — Есть, правда обладать ей могут не все. Способность колдовать определяется при рождении.       — Наверняка, у них тоже магов почитают как благородных, как у нас. — с гордым видом сказала Элеонора.       — Не сказал бы. Аристократия, конечно, в моём родном мире тоже присутствует, но определена она отнюдь не магическим талантом. Магия, это скорее проклятие, чем дар. Многие, обнаружив у себя талант к ней, предпочитают пустить себе лазразряд в лоб.       — Неужели, и почему же? — удивилась старшая Вальер.       — Наша магия совсем не такая как у вас. Она опасна, непредсказуема. Если человек потеряет над ней контроль, его, скорее всего, поглотят тёмные силы. Поэтому в Империуме всех, кто обладает даром, долгое время обучают обращению с ним. И многие не доживают до конца.       — Неужто ваша магия настолько ужасна?! — не удержалась Луиза.       — Именно. Она причиняет своему владельцу невероятную боль, а также постепенно лишает рассудка. Когда псайкеру уже становится тяжело себя контролировать, за ним просто прилетают Сёстры Тишины. И больше его никто не видит.       У всех присутствующих по спинам пробежал холодок. Эрвин не лгал, его спокойное лицо, с которым он рассказывал о своём мире, говорило о том, что всё это правда. Но такую жизнь ни один уроженец Холкигинии даже в кошмарном сне не мог себе вообразить.       А между тем в конце тоннеля показался свет. За выходом была пещера с длинным мостом через пропасть, который подходил к передней стенке здания, вшитого в стену. Подойдя ко входу, авантюристы смогли осмотреть это здание. Высокие колонны, двускатная треугольная крыша, под которой виднелась не понятная Эрвину надпись.       — Там что-то написано, можете прочесть? — Грейс указал на послание.       — Вынос документов и применение магии запрещены. Нарушителей ждёт смерть. — прочитала Элеонора.       — Ну вроде не сложные ограничения.       — Не глупи, пёс, это просто каракули, чтобы пугать приходящих.       Группа вошла внутрь. Этот архив напоминал собой большую библиотеку. По всей территории помещения стояли деревянные стеллажи с книгами. Пришедшие рассеялись по всему архиву с интересом изучая содержимое книг.       «Нашла!» — крикнула Агнес. Прямо сейчас в её руках оказалась книжка «Дело о Дангутеле». Капитан с интересом стала пролистывать страницы, выискивая информацию о карательном отряде. Эрвин бродил меж рядами. Это окружение напоминало ему библиотеку Схолы, только там она была значительнее по размерам.       Случайно комиссар задел выпирающую книгу и свалил её на пол вместе с несколькими соседними. С глухим грохотом тома повалились с полки, привлекая внимание остальных.       — Нельзя быть поаккуратнее? — раздражённо спросила Элеонора, после чего магией левитации вернула книги на место.       — Эм…       — Чего?!       — Вы использовали магию…       Внезапно стены затряслись. Книжные стеллажи будто бы ожили и стали сдвигаться, намереваясь раздавить всех присутствующих.       — Плохо дело, эвакуируемся! — крикнул комиссар.       — Не могу, я ещё не узнала имя командующего… — ответила Агнес, только усилив напор на книгу.       Все остальные уже выбежали наружу, внутри остались только Эрвин и Кольбер, пытаясь отговорить капитана, но та ни в какую не желала отрываться от книги.       — Чтобы предотвратить распространение чумы, отряд должен сжечь Дангутел. Командующим назначается… — Агнес в предвкушении перевернула страницу и с ужасом увидела, что от страницы оторван кусок. — Страница оборвана!       Капитан отбросила книгу и стала осматривать движущиеся стеллажи. «Здесь должна быть информация!» — мушкетёр не теряла надежды найти ответ на свой вопрос. Но всё оборвала одна из упавших книг. Она попала переплётом прямо на лодыжку Агнес. Вес тома был достаточным для вывиха.       «Фракк!» — выругался Эрвин. Времени не оставалось, он как только мог быстро взвалил Агнес себе на плечи и потащил к выходу. Все остальные из группы уже были на середине переправы, когда оставшиеся трое выбежали из здания. Эрвин тащил капитана на себе, пока Кольбер бежал рядом с ним.       Внезапно мост стал обваливаться. Все рванули ещё быстрее, спасаясь, чтобы не упасть в пропасть. Эрвин даже с грузом не терял темпа, убегая от опасности. А мост уже поджимал, обрыв приближался. В опасности сейчас были только трое отстающих, все остальные уже перебрались. И вот пик всего действия, прямо под ногами Эрвина и профессора обвалились камни. Оба изо всех сил ускорились и прыгнули прямо на край пропасти, успев спастись.       Теперь можно было выдохнуть, опасности не было, оставалось только вернуться в академию по тоннелю.

***

      На дворе стояла ночь. Тихая, почти безжизненная. Луна своим холодным светом проникала в комнату, в которой прямо сейчас спали Эрвин с Луизой. В помещение аккуратно пролетела верёвка с мешком. Какой-то маг сейчас намеревался что-то сделать, но что пока не ясно.       Мешок налез на Вальер, а верёвка завязалась у основания. От такого девушка, разумеется, проснулась и сразу начала сопротивляться.       — Что происходит? Кто это?! Пустите меня! Эрвин!       Подручный среагировал моментально. В один момент он резко открыл глаза и кувырком спрыгнул с кровати. Он схватил лазпистолет и прицелился на дверь, готовясь поразить врага. Только вот выстрела не последовало.       Луиза смогла выбраться из мешка только спустя время. Хотя даже не она сама выбралась, её выпустили. Она оказалась в каком-то подземелье, походившем на тюремную камеру.       — Вы вообще знаете кто я?! — возмущённо кричала Вальер, когда увидела перед собой свою сестру.       — Сестра Элеонора? — из-за спины старшей Вальер показался Грейс. — И Эрвин? Что происходит?!       — Я наслышана о твоих мыслях. Ты серьёзно намерена идти на войну?       Тогда же Луиза поняла о чём речь. Буквально недавно, узнав, что Генриетта отправляется в зону боевых действий, и что Агнес идёт за ней, Луиза вызвалась тоже пойти сражаться.       — Дочери семьи Вальер не могут воевать.       — И что?! Я должна быть рядом с её величеством! Откуда ты вообще узнала обо всём?!       — Он мне рассказал. — Элеонора указала на Эрвина.       — Что?!       — Прости, Луиза, — комиссар стоял спокойно, положив правую руку на кобуру с пистолетом, — но я был вынужден просить её тебя образумить.       — Предатель!       — Называй как хочешь. — прервала её Элеонора. — Но я не выпущу тебя, пока не придёшь в себя.       Девушка передала комиссару волшебную палочку своей младшей сестры.       — Вот, подержи у себя, ты вроде более понятливый чем она.       — Хорошо.       Старшая бросила Луизе одежду, после чего все покинули комнату, и Элеонора заперла свою сестру. Та сразу же бросилась к двери, в которой была небольшая прорезь с решёткой.       — Всё равно, вы не можете меня оставить здесь!       — А мы и не оставляем, — сказал Грейс, — я за тобой пригляжу.       — Я должна быть там! Я единственная, кто может защитить её величество!       — Госпожа Вальер… — у двери показался профессор Кольбер.       — Профессор, не могли бы вы просветить мою сестрёнку и вернуть её с небес на землю? — обратилась Элеонора. — Прошу прощения мне пора.       — Да пойми же ты, сестра! — кричала Луиза вслед уходящей старшей.       — Ваша сестра просто беспокоиться. Это для вашего же блага.       — Профессор, ну вы-то поймите! Хоть с магией у меня не всё гладко, я смогу выполнить любое поручение королевы! Я уничтожу вражеского генерала у всех на глазах!       — Иными словами… — профессор хотел было что-то сказать, но не успел, поскольку его перебили.       — Да что ты так рвёшься туда? — спросил комиссар, прервав Кольбера.       — Потому что я тоже нужна на войне!       — А ты хоть знаешь, что такое война? — Эрвин говорил строго, но пока безэмоционально, хотя злость уже подступала. — Это тебе не романтика, это не подвиги. Война это страшно!       Грейс перешёл на крик, его лицо приняло выражение оскала, а полным гнева взглядом он смотрел прямо в глаза Луизы. От такого взгляда девушка оцепенела, по спине пробежал холодок, а на лбу у неё выступили маленькие росинки пота.       — И страшно не то, что тебя ранят или убьют! — продолжал комиссар. — Ранят, больно будет, но не страшно! Убьют, не поймёшь ничего! А страшно, — парень со всей силы ударил кулаком по двери, от чего стоящая за ней Вальер вздрогнула, — это когда при тебе других убивают! А ты ничем помочь не можешь, вот это страшно! Понимаешь ты или нет?!       Эрвин отступил и сделал несколько раз глубокий вдох, чтобы привести себя в норму. Только после этого он вернул себе холодное состояние и трезвость мыслей. Луиза стояла не в силах даже немного пошевелиться. Она была в ужасе, она давно не видела своего подручного в гневе и даже предугадать не могла, что сейчас у него в голове.       — Прошу простить, — придя в себя сказал Грейс, — минутная слабость.       — Нет, Эрвин, — возразил Кольбер, — ты всё правильно сказал.       В академии тем временем происходило ужасное: диверсионная группа, посланная Альбионом, начала свою миссию. Негодяи врывались в комнаты учениц и вытаскивали их на улицу. Всех собирали в трапезной.       В комнату капитана мушкетёров тоже собирались неожиданно ворваться, только вот Агнес, как умелый солдат, спала чутко. Она сразу же бросилась на врага и лишила его жизни одним ударом меча.       — Капитан, вы в порядке? — на входе появились ещё два мушкетёра.       — В полном, вы как?       — К нам тоже проникли, но они уже отправились на тот свет.       — Что с учащимися?       — Они собрали всех в трапезной. Держат в качестве заложников.       — Проклятье! Надевайте броню и за мной!       В подземелье ощущались вибрации и крики с поверхности. Комиссар стоял по стойке смирно, положив правую руку на кобуру с пистолетом, рядом с дверью, за которой была Луиза. Кольбер прислушивался, пытаясь понять, что там такое творится.       — Вам не кажется, что там что-то происходит? — подала голос Луиза.       — Нас это не касается, спи дальше. — строго сказал Эрвин, продолжая стоять на посту.       — Там действительно что-то странное. — заключил Кольбер. — Я проверю, а вы оставайтесь здесь.       — Понял. — спокойно ответил Эрвин.       Учеников, прислугу, учителей — всех собрали в трапезной. Кучками, со связанными руками заложники сидели на полу, пока Мендвил, главарь Альбионовской шайки, праздно развалился за столом, потягивая из бокала вино.       — Может уже скажете, что здесь происходит? — подал голос старейшина Осман.       — Ничего такого. Сидите тихо и вам ничего не будет, нам просто нужно, чтобы её величество увела войска из Альбиона.       — Насколько же низко пало правительство Альбиона, раз решилось на захват заложников. — съязвил сидящий рядом Чезаре.       — Джулио, не провоцируй его! — тут же одёрнул парня директор.       — Твои попытки меня разозлить беспочвенны. Я всё равно не отступлю.       — Слушайте, — вновь начал Осман, — если вам так нужны заложники, возьмите меня одного, я достаточно ценен. Отпустите остальных.       — Похвальная самоотверженность, но, боюсь, вас будет недостаточно.       — А как насчёт нас? — со стороны послышался женский голос, это была Элеонора со своей сестрой. — Мы дочери герцога Вальер, наш отец командует армией.       — Я-я тоже могу стать заложником. — добавила Катлея.       — Благородно, — сказал вожак, — но вас тоже будет маловато. Королева Генриетта будет обеспокоена только судьбой представителей всех знатных семей.       Тем же временем мушкетёры собирали свои силы. Они надеялись разобраться с пешками Альбиона и вызволить учеников. Для этого они даже придумали хитрый план: Агнес отвлекает злодеев, пока её подчинённые закладывают взрывные заряды с другой стороны трапезной. Этим они надеялись отвлечь внимание, чтобы дать себе больше шансов на победу.       Как раз таки сейчас капитан мушкетёров и тянула время, вступив в переговоры с диверсантами.       — Я капитан королевских мушкетёров. Я обращаюсь к посланникам Альбиона. Это не военный объект, это просто академия магии. Чего вы добиваетесь? — кричала Агнес через дверь.       — Простая академия? — отозвался Мендвил. — Тогда что здесь делают мушкетёры? Нет, это неспроста.       Подрывники почти закончили приготовление зарядов. Но злодей внутри будто бы что-то почуял. Он направил свою здоровенную булаву в стену и ударил огнём, сказав при этом: «Как наивно.» Удивительно, ведь он попал прямо в места, где были подрывники. Бомбы сдетонировали и взорвались прямо в руках у мушкетёров.       Агнес удивилась. Взрыв произошёл раньше её сигнала. «Вы оставайтесь, а я проверю.» — скомандовала она. Обежав трапезную, капитан с ужасом увидела, что её подчинённые мертвы. Враг каким-то неведомым образом раскусил их план и ударил наперёд. Теперь делать нечего, остаётся только штурм.       В подземелье продолжал нести караул комиссар. Луиза не унимала своего любопытства, всё ещё надеясь переменить настроение своего подручного. Эрвин всё так же неподвижно стоял возле двери, и даже после того, как прогремел взрыв, он не пошевелил и бровью. А вот Вальер вновь подала голос.       — Ты уверен, что всё хорошо? Может там нужна наша помощь.       — Профессор сказал, что со всем разберётся. — сухо ответил Грейс.       — Но его уже давно нет. Ты слышал взрыв?       — Нас это не касается.       — Эрвин… — со стороны донёсся всем знакомый голос, Сангвиний, как всегда, явил себя без предупреждения.       — Милорд, — комиссар приложил кулак к груди и склонил голову.       — Эрвин, боюсь я должен просить тебя прислушаться к её словам. Вы нужны наверху.       — Слушаюсь, милорд.       Сангвиний одобрительно кивнул и растворился. Эрвин же, подняв голову, приступил к делу. Он вплотную подошёл к двери и велел Луизе отойти. Девушка подчинилась, а её подручный тем временем предпринял следующие действия: он достал лазпистолет и выстрелил в замок. После этого он со всей силы ударил ногой по двери, отчего замок не выдержал и поддался, открыв дверь.       Луиза вышла наружу, полная уверенности, что теперь Эрвин с ней полностью согласен. Комиссар протянул ей палочку, которую Вальер с благодарностью приняла. После этого оба побежали наружу.       Агнес вернулась к своим. Новости она сообщила, конечно же, неутешительные. Только вот остальные мушкетёры и не думали раскисать. Если штурм, значит штурм.       Дверь в трапезную выбили с ноги. Вооружённые девушки сразу же ворвались внутрь. Надо признать, действовали они организованно и умело. Не зря они считаются элитой. Хотя любой человек, видевший своими глазами работу Отпрысков Темпестус, назвал бы этих мушкетёров дилетантами.       Тем не менее они работали эффективно. Выстрелы из ружей достигали врагов, отчего Мендвил вынужден был предпринять что-то. И он выстрелил из своей булавы магическими зарядами в ружья мушкетёров, отчего оружие прямо на глазах расплавилось и согнулось, придя в негодность.       Солдат это не остановило. Девушки выхватили мечи и бросились в рукопашную. Агнес решила взять себе самое сочное и ринулась в бой с командиром диверсантов.       — Насколько же низко ты пал, раз согласился на грязную работу. — съязвила капитан.       — Это не моя прихоть. — возразил ей Мендвил. — Будь моя воля, я бы просто всё здесь сжёг.       — Что… — удивлённо переспросила Агнес.       — Да, в прошлом я уже сжёг одну деревню. Никогда не забуду запах гари и жжённой плоти. — воодушевлённо говорил командир.       — Так ты…ты сжёг Дангутел? Это ты командир карательного отряда?! — ошеломлённо кричала капитан.       — Нет. Я тогда был заместителем. Командовал человек, известный как «Змеиное пламя»!       Тем же временем Эрвин с Луизой подходили к бреши в стене трапезной. Тогда же они встретили Кюльке с Табасой.       — Ребята, вы откуда здесь? — удивилась Цербст.       — Долго объяснять. Доложите обстановку. — ответил им Эрвин.       — Мы сами ничего не знаем. Всех согнали в зал и держат там. — ответила Кюльке.       — Что вы тут делаете? — к ученикам прибежал профессор Кольбер. — Уходите, я уже вызвал подкрепление.       — Профессор, — возразила Луиза, — подкрепление слишком долго будет идти. Мы должны действовать сами.       — Мисс Вальер, не глупите. Враги профессионалы, одной маленькой палочкой вам их не одолеть.       — И что? — вдруг Кюльке подскочила и приобняла комиссара. — А у нас есть Эрвин. Он, вроде как, тоже профессионал.       — Допустим. Но с чего вы вдруг решили, что я пойду сражаться? — Грейс убрал руки девушки со своей шеи. — Моя миссия защищать Луизу. Мне проще и безопаснее забрать её в тихое место и переждать.       В подтверждение своих слов комиссар взял Вальер за руку и потянул прочь. Подальше от трапезной. Разумеется, девушка стала сопротивляться, только Эрвина это не сильно заботило.       — Не пойду я никуда! — возмущалась она.       — Если сама не пойдёшь, силой потащу.       — Ты же мой подручный, как ты себя вообще ведёшь?! Я приказваю тебе немедленно отпустить меня!       — Открою тебе маленькую тайну: у тебя нет полномочий, чтобы мне приказывать.       — Стой…       От последних слов Луизы Эрвин остановился. Он посмотрел на свою подругу. Та неожиданно для всех потупила взгляд, стояла как вкопанная. Тогда она тихо заговорила, будто бы желая, чтобы никто кроме Эрвина не услышал её слов. Как-то странно на неё повлияли последние слова её подручного, что у неё «нет полномочий».       — А если…если я попрошу тебя? Пожалуйста…помоги спасти всех.       Луиза сжала кулаки, из последних сил желая, чтобы хоть просьба помогла переубедить непоколебимый трезвый расчёт этого парня. Все остальные, несмотря на старания Вальер, тоже слышали её слова. Кюльке с Табасой теперь тоже смотрели на комиссара с надеждой, что всё-таки он передумает.       — Неразумно. Глупо. Безрассудно. — Эрвин сделал глубокий вдох, демонстрируя внутреннюю борьбу самого с собой. — Никогда бы не подумал, что пойду на такое. Сколько врагов внутри?       Радости остальных не было предела. Теперь, когда на их стороне опытный офицер, шансы возрастали многократно. Комиссар отпустил Луизу и приблизился к проходу в трапезную, спрятавшись в кустах и наблюдая за противником внутри.       — Человек шесть-восемь. Не более. — констатировала Кюльке, переместившись на «наблюдательный пункт».       — Паршиво. Всех не осилю, нужен будет отвлекающий манёвр.       — Раз уж такое дело, — вклинился Кольбер, — я знаю, чем можно помочь. Эрвин, мне нужна будет твоя помощь.       Профессор с комиссаром убежали к последнему в лабораторию, где стали готовить некие устройства с химической смесью.       Тогда же Агнес с ужасом слушала подробности гибели своей родной деревни. Мендвил вещал о том дне как самый настоящий психопат: восторженно, с предвкушением.       — Змеиное пламя…он был великолепен. Он в один миг объял пламенем всю деревню. Кто бы то ни был, женщины, дети — он всех предавал огню. Я был молодой и мне стало интересно, настоящая ли его сила. — эмоции этого человека усиливались, восторг, с которым он всё это рассказывал, накатывал всё больше. — И я напал со спины! Да, его сила была подлинной, он в один миг обдал меня пламенем! Именно он оставил мне этот шрам! Теперь я хочу лишь одного, я хочу найти его и сжечь!       Но в один миг весь запал этого психа пропал. Он вновь стал спокойным и обратился к старейшине Осману:       — В общем так. Вы сейчас же скажете Генриетте, чтобы она подписала указ о роспуске армии, воюющей в Альбионе. Безо всяких требований.       — К-как я могу сказать такое её величеству? — в ужасе спросил директор.       — А вас не волнует, что все ваши студенты могут в один момент обратиться в пепел? — ехидно спросил главарь.       Тогда же в пространстве зала появлялись странные магические предметы: бумажные шары парили в воздухе, рассеиваясь по всему помещению. Это была Кюльке, она стояла на проходе, образовавшемся от взрыва.       Профессор вместе с неразлучной парочкой прокрался под лестницу, ведущую на второй ярус. Эрвин снял пистолет с предохранителя, а также завёл цепной меч, взяв его потом в руку.       — Противников беру на себя. Гражданских оставляю на вас. — сказал комиссар.       Мандраж от предстоящей операции пробирал его. Он даже слегка потерялся, не до конца осознавая, что он сейчас не в Гвардии. Луиза и Кольбер не до конца поняли его слова, но смысл был ясен. «Давай!» — дал сигнал Кольбер.       Кюльке вмиг подорвала все шары заклинанием огня. Реагент внутри сработал на ура: всё помещение залило ярким светом, от которого враги зажмурились, частично потеряв способность видеть. А после света весь зал заполонил белый туман, затруднивший видимость.       «Пошли!» — крикнул комиссар. Он выскочил из-под лестницы и сразу же стал безо всякого намёка на жадность в отношении боеприпасов одаривать врагов лазразрядами. Кюльке с Табасой стали колдовать. Совместив магию огня и ветра, они смогли создать пламенный ветер, которым справлялись с негодяями.       — Нет! Не вступайте в бой, наша задача — вывести всех! — кричал Кольбер, будто бы не желая, чтобы ученики расправлялись с врагами.       Луиза неумело лавировала между противниками. Один из них пытался всеми силами, пусть и вслепую, ударить своей дубиной. Вальер уклонялась не имея возможности что-то сделать в ответ. На помощь пришёл Эрвин: он дважды выстрелил в этого негодяя, отправив его тем самым на суд Императора.       Сразу же подоспел другой. Полупрозревший противник собирался ударить по комиссару, но тот умело заблокировал удар. После этого Грейс парировал дубину и полоснул цепным мечом по телу врага, рассекая его торс. Кровь, ошмётки, они напугали всех, кроме самого парня.       «Агнес!» — крикнул комиссар поверженному капитану мушкетёров, одновременно с тем бросив ей её меч. Но внезапно послышался визг: Кюльке и Табаса оказались повержены. Мандвил, главный злодей сегодняшнего вечера стоял непоколебимо, как ни в чём не бывало, чем вызывал немалое удивление у учащихся. Каким-то волшебным образом на него не подействовала ошеломляющая вспышка.       — Как так? — произнёс комиссар, и тогда он присмотрелся к глазам этого человека, что-то неестественное было в них. — Неужели…аугментика?!       Никто не понимал смысл этого слова. Хотя предположение Эрвина оказалось верным, поскольку уже в следующую секунду мужчина достал свой глаз из глазницы. Это был вовсе не орган, а просто шарик, протез.       — После того, как меня подпалили, я потерял зрение. — пояснил Мендвил, возвращая протез на место.       — Н-но как тогда ты нас видишь? — полным недоумения голосом произнесла Кюльке.       — Змеи находят добычу по теплу, которое от неё исходит. Я так давно управляю огнём, что научился распознавать тепло. — злодей схватил девушку за голову и поднял в воздух. — А по теплу несложно определить, где у человека голова. — после этого Мендвил бросил девушку обратно на пол. — Жду не дождусь, когда смогу насладиться запахом твоей горелой плоти!       Злодей направил свою булаву на Кюльке, набирая на её конце огонь. Эрвин хотел было выстрелить в него как можно скорее, но лазпитолет только предательски прошипел, оповещая, что батарея села. Комиссар со всей своей скоростью стал перезаряжать её, каждый миг был на счету. Однако уже в первые секунды становилось понятно, что не успевает. В самый последний момент Мендвила окатило синее пламя, спасая Цербст от неминуемой гибели.       Это оказался профессор Кольбер. Он с грозным видом встал напротив главаря диверсантов.       — Отпусти моих учеников. — сказал он.       Мендвил будто присматривался. Вникал в фигуру человека, стоящего перед ним. И тут его лицо озарила ненормальная, широкая улыбка.       — О, это ты! Ты! Тепло, которое я так давно искал! Это ты, капитан! Какие воспоминания!       Все с ужасом вслушивались в слова этого сумасшедшего. В особенности Агнес, чьё лицо тут же приняло злобное выражение. Неужели, вот он, ответственный за гибель её деревни?       — Ты же…потерял зрение… — произнёс Кольбер.       — Да, благодаря тебе, капитан!       — Профессор Кольбер… — промямлила Вальер.       — Профессор?! — удивился маньяк. — Ты стал учителем?! Так вот почему я не мог найти тебя на войне! Никогда бы не подумал, что тот, кого звали «Змеиное пламя», станет учителем.       — Ребята, уводите всех. — скомандовал Кольбер.       Студенты поняли намёк и поспешили к заложникам. Девушек немного пугало, когда Эрвин подбегал их освобождать. Ну оно и не удивительно, ведь буквально несколько минут назад они были удостоены зрелища, как он кромсает врагов на куски.       Вальер вызволяла сестёр.       — Быстрее, Луиза. — ворчала Элеонора.       — Сейчас, заклинание развязывания… — младшая махнула палочкой и вскоре верёвки спали с рук сестёр. — Получилось!       — Просто повезло. — констатировала старшая.       Луиза от обиды махнула палочкой ещё раз и тогда верёвки спали с рук всех заложниц.       — Молодец, Луиза. — похвалила её Катлея.       — Все на выход! В темпе! В темпе! — командовал Эрвин, направляя поток студенток к выходу.       Теперь в зале остались только Мендвил и Кольбер. Сбоку стояла ещё Агнес, которая по очевидным причинам не захотела уходить. Противники направили свои огненные потоки друг в друга, пока Агнес приходила в себя от услышанного. Неужели, вот он, вот враг, которого она так давно искала.       Капитан выхватила клинок, на лице её взыграл звериный оскал. Подобно хищнику она бросилась на Кольбера, отвлекая его от боя.       — Агнес, уходи, здесь опасно.       — Замолкни! Я хочу убить тебя!       Враг это заметил. Он тут же изменил направление своего огня, направив его не на профессора, а на Агнес. Капитан заметила это, но, увы, поздно. Она уже готовилась встречать ужаснейшую смерть, сгорая живьём. Но в последнее мгновение она почувствовала толчок. Кольбер отбросил девушку в сторону, сам заняв её место. Мендвил был доволен.       — Какого это, капитан, гореть заживо?! — восторженно крикнул маньяк.       Тогда же, под обгоревшей одеждой на спине профессора Агнес смогла разглядеть шрам. Этот шрам она узнает из тысячи, его она запомнила из детства. Точно такой же был у человека, спасшего её.       Мендвил тем временем читал заклинание, набирая на конце булавы огненный вихрь, держа его у себя над головой. Кольбер уже не мог защищаться. После принятого на себя огня ему едва хватало сил держаться в сознании. Тогда Агнес решила переключить весь вой гнев на другого человека, тоже повинного в гибели Дангутела. Капитан ринулась в атаку на врага, желая и ему отомстить. Только вот этот шанс у неё прямо из-под носа выкрали.       Прямо в голову Мендвила прилетел лазразряд. Негодяй не успел закончить заклинание, он даже понять ничего не смог. Уже через секунду он с дырой в черепе повалился на пол. Агнес с гневом в глазах обернулась. Сейчас она была невероятно зла, что её лишили шанса отомстить. На проходе в стене стоял Эрвин, держа на вытянутой руке лазпистолет.       Из-за его спины в зал вбежали Кюльке с Луизой. Заметив своего учителя при смерти, те бросились к нему, пока комиссар медленно, с опущенным пистолетом тоже продвигался внутрь. Девушки подбежали к ещё живому преподавателю, пока Агнес с оскалом стояла рядом.       Капитан крепче схватила меч, занеся его над профессором.       — Агнес, ты что задумала?! — крикнула сидевшая рядом Вальер.       — Отойдите! Это за все двадцать лет моих страданий!       — Нет, умоляю! — крикнула Кюльке, загораживая учителя собой.       — Прочь с дороги!       — Нет, пожалуйста!       — Госпожа Цербст, — послышался тяжёлый хриплый голос профессора, — прошу, отойдите. Агнес имеет полное право убить меня.       — Профессор…       — В тот день, — продолжал раненый мужчина, — я осознал, что совершил тяжёлую ошибку, непростительный грех лёг на мою душу. Я всегда думал, что следовать приказам правильно. Но это не так! — этой фразой профессор привлёк внимание Эрвина, который как-то подозрительно поднял правую бровь и бросил косой взгляд на Кольбера. — Убивать людей неправильно, даже на войне! Агнес, пожалуйста, убей меня, но пусть я стану последним. Перестань убивать.       — Черт! Как ты смеешь читать мне морали?! — капитан снова занесла меч над преподавателем, в этот раз Кюльке уже не решалась вступаться, хотя вместо неё это сделал другой человек.       — Капитан Агнес, положите меч на землю и оттолкните от себя. — отчеканил Эрвин, направив на капитана пистолет.       — Не смей мне мешать! Я убью его!       — Поздно… — вдруг сказала Луиза, — он…умер.       — Оружие на землю. — резко сказал комиссар, не опуская пистолет.       Агнес, услышав новости, со всей злостью бросила клинок в сторону. Да, её и во второй раз лишили возможности отомстить, Кольбер умер на руках Луизы и Кюльке. Обе девушки не стали себя сдерживать и просто расплакались. Эрвин смотрел на это безразлично. Увы, его уже не могла так глубоко тронуть ни одна смерть. Этот человек к ней привык.       Спустя какое-то время. Эрвин с Луизой находились в гараже профессора. Комиссар протирал свой «Таурос», когда их посетила Агнес.       — Что такое? — спросила Луиза.       — Это Эрвину. — капитан протянула письмо. — Нашла, когда разбирала вещи Кольбера.       — Бесполезно, — сказал комиссар, подойдя, — я всё равно на вашем языке читать не умею.       — Давай я. — Вальер взяла бумагу и принялась зачитывать текст. — Эрвин, я хотел отдать тебе это письмо, когда ты отправишься на поле боя. Я уверен в твоей твёрдости. За то время, что нам удавалось общаться, я понял, что война для тебя действительно как родная мать. Признаюсь, мне искренне жаль тебя, ребёнка, не знавшего ничего кроме смерти и жестокости. Пожалуй, я не смогу переубедить тебя оставить это кровавое ремесло, но всё же попрошу об одном. Не превращайся в зверя, жаждущего крови. Не убивай ради забавы. Это мой единственный завет тебе.       — Как цинично. — отрезала Агнес.       Эрвин ничего не сказал, но только презрительно посмотрел на капитана мушкетёров. Она заметила этот взгляд и смутилась. Но смутилась не в том смысле, в каком смущаются юные и свежие девушки. Наоборот, можно сравнить это с тем, когда у животных шерсть дыбом встаёт.       — Ты чего на меня так пялишься? — сквозь зубы процедила капитан.       — А как ещё должен смотреть комиссар на некомпетентного офицера?       — Что ты сейчас сказал?! Как ты меня назвал?!       — Некомпетентным офицером.       — С чего вдруг?! Неужто это из-за того, что я попыталась прикончить того ублюдка?!       — Ради личных мотивов ты подвергла всю операцию риску. Никакого самоконтроля. Удивлён, что тебя вообще назначили капитаном.       — Ах ты!       Агнес снова рассвирепела. Она уже схватилась за рукоять меча, собираясь достать его из ножен, но не успела. Стоило ей только ухватиться за оружие, как прямо в сантиметре от её лба вырос ствол лазпистолета. Эрвин с холодным взглядом смотрел на Агнес.       — Что ты чувствуешь, капитан? Вот пистолет уже у твоей головы. Мой палец уже на курке. — в подтверждение своих слов он медленно положил палец на спусковой крючок. — Что ты чувствуешь? Ты чувствуешь то, что чувствует каждый офицер, согрешивший подобно тебе. Ни один комиссар не позволит жить офицеру, показавшему свою некомпетентность. Это наш долг. Это мой долг. Так скажи мне, капитан, что же мешает мне прямо сейчас взять и пристрелить тебя?       Агнес со злостью смотрела на этого парня. И всё же на её лбу появились росинки пота, капитан явственно ощущала близость смерти, от которой её отделяло буквально одно движение пальца. Луиза переживала не меньше. Она прекрасно знает эти глаза. За всё то время, что она знает Эрвина, она усвоила простую истину: это взгляд палача, им он смотрит на тех, кого прямо сейчас собирается убить. И он это действительно может. Он без задней мысли способен нажать на курок.       — Лишь дань памяти профессору Кольберу. — комиссар убрал пистолет, а Агнес всё ещё продолжала злобно сверить его взглядом. — Хоть он и был трусом, но тем не менее я ему многим обязан. А он точно не хотел бы подобного исхода. — Эрвин убрал пистолет обратно в кобуру и просмотрел капитану в глаза. — Чего пялишься? Вали с глаз моих, пока не передумал.       После этого Грейс вернулся к своей машине. Агнес, убрав руки с меча, резко развернулась и пошла прочь. Несмотря на веское желание проучить зазнавшегося мальчишку, она не могла этого сделать. Какой-то странный камень упал ей на душу. Странно, но почему-то в этой ситуации, перед этим человеком она чувствовала себя нашкодившим ребёнком.