Комиссар-Подручный

      День клонился к закату. Во дворе звучали глухие стуки, бывшие свидетельством тренировки рыцарского ордена. Ундинцы, разбившись по парам, схлестнули друг с другом тренировочные клинки.       Среди всей толпы, не удивительно, выделялся Эрвин. Выделялся тем, что раз за разом одерживал победу над своим партнёром, Гишем.       — Ты мог бы хоть для приличия поддаться. — жаловался Граммон.       — Ага, размечтался. — ответил Эрвин, после чего вновь встал в исходную для боя стойку, держа меч в левой руке, а правую заложив за спину. — Нападай.       Пока рыцари истязали себя упражнениями, неподалёку стояла толпа девушек, восхищённо наблюдавшая за парнями. Среди них, поодаль, стояли Монморанси, Кюльке, Табаса и Луиза. Если так посмотреть, до женская половина казалась брошенной, что, в принципе, было не так далеко от правды.       Но вот сбоку послышался новый, тоненький и тихий голосок.       — Прошу прощения…       Рыцари прервали свои небольшие битвы, чтобы обернуться. Рядом с ними оказалась хрупкая и застенчивая девушка, в которой Эрвин сразу признал свою недавнюю знакомую.       — Тифания? — подозрительно начал комиссар. — Ты что здесь забыла?       — Эм…я-я хотела бы поговорить.       Грейс удивлённо приподнял бровь, но отказывать не стал. Он последовал за девушкой подальше от остальных, чтобы можно было переговорить с глазу на глаз. Отойдя в другую часть двора, где их уже никто услышать не мог, девушка наконец-то решилась начать диалог.       — Послушай…       — Так о чём ты хотела поговорить? — этой фразой Эрвин поторопил Тифанию, чтобы та сразу перешла к делу.       — Ну… дело в том, что я попросилась в академию. Я теперь учусь здесь.       — Понятно.       — Но это ещё не всё. — перебила парня полуэльфийка. — Скажи…ты меня ненавидишь?       — Я ненавижу всех ксеносов. — холодно ответил Эрвин. — Я не могу отрицать, что ты спасла меня и я обязан тебе жизнью. Но также не могу отрицать, что ты наполовину эльдар. — парень выдохнул. — В любом случае я буду нейтрален к тебе, но глаз с тебя не спущу. Единственное с чем я буду тебе помогать, это сохранить в тайне то, что ты полукровка.       Закончив свой монолог, Эрвин резко развернулся и пошёл обратно тренироваться, не дожидаясь ответа. А вот лицо Тифании озарилось улыбкой: она понимала, что люди недолюбливают эльфов, поэтому даже такая неутешительная, казалось, новость была для неё приятной.       На следующее утро Эрвин уже собирался на очередную тренировку. Луиза пока ещё крепко спала, поскольку сегодня ей не нужно было на занятия. Комиссар осторожно застегнул пояс и накинул шинель.       Он слегка приоткрыл дверь, как почувствовал на себе крепкую хватку.       — Куда собрался?! — попыталась удержать его Луиза.       — На тренировку, как и вчера.       — Как же, и даже разрешения у хозяйки не спросил?!       — Вот ещё, — Эрвин выпутался из объятий девушки, — я не собираюсь у тебя отпрашиваться каждый раз.       Сказав это, комиссар покинул комнату, направившись на встречу с товарищами. «Ну и иди тогда!» — крикнула ему в спину Луиза, желая хоть как-то продемонстрировать своё превосходство.       После спаррингов, где-то в середине дня, рыцари собрались в одном из залов академии за большим столом, где смогли переговорить друг с другом.       — Эрвин, как всегда, на высоте. — отметил заслуги товарища Гиш.       — Вы тоже не отставайте. — подбодрил их в ответ серафим.       — Слушай, Эрвин, а я всё спросить хотел, — вдруг начал Маликорн, — а те слухи о твоём прозвище, это правда?       — М? Какие слухи?       — Ты чего?! — взбудоражился Граммон. — В академии только и говорят, что в твоём теле душа ангела, и что он действительно нарёк тебя своим сыном!       Вот теперь пазл в голове Грейса сложился. Остался вопрос что ответить. Скрывать существование Сангвиния уже вряд ли получится, раз поползли подобные слухи. К тому же Примарх наверняка предвидел, что такое случиться, когда он решил показать себя. Да, прятать его теперь нет никакого смысла.       — Правда. — спокойно ответил Эрвин.       Удивление невозможно было измерить. После торжественных криков «Да ладно?!» и «Невероятно!» начались расспросы:       — А у него правда белоснежные крылья?! — не удержался Маликорн.       — Да, правда.       — А он прекрасен? — сразу же пришла очередь Гиша.       Комиссар немного подумал над ответом.       — Он просто великолепен.       — Чёрт, я хочу его увидеть! — выкрикнул Рейнар.       — Я тоже! — добавил Граммон.       — Если милорд захочет, он покажется.       Прервав их разговор на полуслове, с верхнего яруса зала послышался женский визг. Рыцари обратили туда своё внимание. Они увидели Тифу, убегавшую от толпы ухажёров. Вызвано это было тем, что они пытались снять с неё шляпу, под которой девушка прятала свои заострённые уши.       К вечеру Ундинцы снова собрались во дворе для продолжения тренировок. Эрвин пока стоял в стороне, ожидая остальных, кто ещё не подошёл. И вот он вновь услышал знакомый крик. Обернувшись, парень заметил, что в одной из арок двора Тифанию окружила группа девушек.       — Теперь-то ты не уйдёшь. — сказала одна из них.       — Ч-что происходит? — непонимающе спросила Тифа.       — Ты ещё спрашиваешь? Ты проявляешь неуважение к принцессе Беатрис и должна извиниться.       — П-прошу прощения.       — И это, по-твоему, извинение? — в дело вступила сама принцесса. — Сними эту ужасную шляпу, и тогда, быть может, я прощу тебя.       Тифания из страха быть разоблачённой впилась в свой головной убор. Снять его она не могла, даже под страхом расправы со стороны принцессы и её обожательниц. Но в столь отчаянный момент к ней подоспела помощь.       Сначала послышался громкий треск, который был дополнен ударом рядом с девушками. Это был Эрвин, прямо сейчас он шёл к ним с пистолетом в руке. Выстрелом он надеялся осадить пыл этих девушек, а заодно привлечь к себе их внимание.       — Так, отойдите от неё. — строго сказал комиссар, убирая пистолет обратно в кобуру.       — Чего? — возмущённо произнесла одна из девушек, окружавших Тифу. — Ты хоть понимаешь с кем разговариваешь?!       — Мне всё равно. Отстали от неё, или я за себя не ручаюсь.       — А ты ещё кто? — высокомерно спросила Беатрис.       — А, — между ней и Грейсом сразу же встал Гиш, — это Эрвин. Дурачок, которого сделали кавалером. Вам, ваше высочество, не стоит тратить на него время.       — Хм, вы правы, мисье Граммон. Уходим.       Свита принцессы последовала за ней, а вот Гиш глубоко выдохнул, избежав опасности.       — Ты что вообще творишь?! — начал он в сторону Эрвина.       — На то есть свои причины.       — Это же принцесса! Пусть её страна и небольшая, но она довольно богата. Да за ней везде следует её личная гвардия тяжёлой небесной кавалерии! Они лучшие наездники во всей Холкигинии!       — Не ори, уши закладывает. — Грейс показательно помассировал правое ухо, а после обратился к Тифании. — Кто она, значения не имеет. Будет доставать — сразу ко мне.       Эрвин поправил фуражку и пошёл обратно, ближе к центру двора. А вот у Тифы разгорелся в груди маленький, но тёплый огонёк. То, что этот парень сделал, для неё было невероятно важно. Ведь так у неё появилась надежда, что она не безразлична для него.       К вечеру в комнате был накрыт стол. Луиза приготовила настоящий пир, чтобы была возможность провести время со своим подручным. И вот долгожданный скрип двери. У девушки сразу сердце в пятки ушло от волнения, однако всё же она взяла себя в руки.       — С возвращением, ужин готов, присаживайся!       — А, прости, я уже поужинал. У нас с Гишем разговор был. — сказал комиссар, входя в комнату.       — Вот как…и что же вы обсуждали…       — С Тифанией проблемы. Есть риск, что её маскировку раскроют.       — О, какой ты заботливый…       — Забота тут ни при чём, просто стараюсь избежать лишних проблем. Слушай, у тебя вроде семья влиянием не обделена, можешь попробовать что-нибудь сделать?       Луиза только резко подскочила из-за стола и прыгнула в постель, злобно при этом выдав: «Я ложусь спать, делай что хочешь!» Понимая, что Вальер сейчас не в духе, Эрвин покинул комнату, отправившись спать. Для него это проблем не составило, в конце концов он заранее приготовил по всей академии места для сна, на случай если Луиза из прихоти его выгонит.       Утро следующего дня началось с того, что над вчерашним столом жалостливо нависла Сиеста.       — Пропадает. — подумала она вслух, после чего решила будить хозяйку комнаты. — Госпожа Вальер, пора вставать, опоздаете.       — Всю ночь не могла уснуть. Плохо мне, не пойду сегодня никуда. — буркнула Луиза в ответ.       А наравне с тем, в одной из аудиторий академии назревало происшествие. Прямо в начале лекции в помещение вошла Тифа в странной накидке. Девушка вышла прямо на середину, желая обратиться ко всем своим одноклассникам.       — Послушайте, эта накидка досталась мне от моей матери.       — Что ты говоришь?! Только бродяги пустыни носят такое! — сразу же удивилась профессор, чью лекцию Тифа прервала.       — Да, — подтвердила девушка, снимая капюшон. — Я полуэльф.       Сказать, что все были в шоке — ничего не сказать. Все были в ужасе. Многие слышали про эльфов, но в основном только плохое. Каждый из учеников спрятался под парту, закрыв голову руками.       — Мои родители любили друг друга, и я надеялась, что я смогу с вами подружиться…       — Тогда докажи это! — прервал её знакомый голос, принадлежащий принцессе Беатрис. — Если ты хочешь дружить с нами, то должна верить в того же бога, что и мы. Так в кого ты веришь? В демона пустыни или в праотца Бремира?       — Ну…       — Так и думала! — принцесса даже не дала ей закончить. — Стража, схватить её!       Окна разбились. В них в ту же секунду влетели два солдата.       По двору тем временем гуляли Гиш с Эрвином. И этих двух привлёк пролетавшие над академией драконы. Присмотревшись, комиссар разглядел в лапах одного из них Тифанию. Переполошившись, рыцари сразу же побежали к месту, где негодяи приземлились. Там уже собирался народ со всей академии.       — Дознание о ереси. У меня есть разрешение. — объявила Беатрис, ответив тем самым на вопрос собравшейся толпы о том, что происходило. — Если ты правда хочешь с нами подружиться, то придётся доказать свои намерения.       — Ч-что я должна сделать?       — Полезай туда. — с ехидной улыбкой принцесса указала на котёл с кипящей водой. — Если ты правда веришь в праотца Бремира, то водичка покажется тебе слегка тёплой.       Эрвин наблюдал за этим всем, стиснув зубы. «Дура!» — металась у него в голове. Ему совершенно был непонятен поступок Тифании. Комиссар смотрел за тем, как беспомощную девушку вот-вот буквально убьют. И хотя он не чувствовал к ксенонам никакого сожаления, конкретно сейчас в его голове подобно назойливой мухе витала мысль, что это всё нужно остановить.       Парень заметил в толпе Джулио, представителя местного культа. Эрвин пристально смотрел ему в лицо, надеясь, что тот что-то предпримет и комиссару самому не придётся вмешиваться.       Но Чезаре ничего не намеревался делать. Он просто стоял с холодным выражением лица, наблюдая за всем будто бы за представлением в театре.       — Проклятье! — выругался Эрвин, плюнув себе под ноги. Парень собрался протиснуться через толпу, но его остановил Гиш.       — Стой, если вмешаешься в дознание, тебя могут объявить еретиком.       — Я, итак, не верю в вашего лжебога, для вашего культа я уже еретик. — жёстко ответил Грейс, продолжая протискиваться.       — Но ведь если помешаешь им сейчас…       — Я знаю, как действует инквизиция! — рявкнул комиссар, после чего окончательно освободился от хватки Граммона и вышел прямо навстречу Беатрис.       — Что, а ты ещё кто такой?! — удивилась принцесса.       — Эрвин Грейс. Комиссар Имперской Гвардии и гвардеец Великого Ангела Сангвиния. А теперь я хочу, чтобы вы тоже представились.       — Я Беатрис Ивонн фон Гульденхорф, и прямо сейчас ты вмешиваешься в дознание.       — Я прекрасно понимаю. Однако эта девушка полуэльдар. Я управомочен задержать её до прибытия инквизитора из Ордо Ксенос, потому прошу вас передать её под мою юрисдикцию.       Тифания полными надежды глазами посмотрела на Эрвина, который, по сути, встал на её защиту. А вот принцесса заметно занервничала, удивлённая неожиданным сопротивлением. Но тем не менее она не собиралась подчиняться приказам этого человека, поэтому самонадеянно ответила:       — Нет.       — Признаться, этот ответ меня удивил. — начал комиссар после небольшой паузы. — На лицо явная ошибка, поэтому я во второй раз прошу вас передать Тифанию мне.       — А я вторично тебе отказываю.       — Уведомляю вас, ваши действия могут быть расценены как неподчинение офицеру Империума и рассмотрены на полевом суде. Прошу в третий раз, принцесса. — последние слова уже прозвучали серьёзно, будто бы угроза.       — И в третий раз я тебе сообщаю, что отказываюсь. — не теряя самодовольного лица ответила Беатрис.       — Хорошо, — выдохнул Грейс, — да будет так. — он повернулся к Тифе. — Тифания Вествуд, уведомляю вас, что вы взяты мной под стражу до прибытия представителя Инквизиции.       По толпе прокатилась волна удивления. Всё были поражены, что простой парень осмелился вообще вмешиваться, а также все ждали что же будет дальше. А дальше Эрвин повернулся обратно к принцессе и посмотрел на неё своим холодным взглядом палача.       — Принцесса Беатрис Ивонн фон Гульденхорф, вы обвиняетесь в противодействии уполномоченному представителю Оффицио Префектус. Решением полевого трибунала вы приговариваетесь к смерти и сейчас будете расстреляны.       Объявив это, Эрвин достал свой пистолет и снял его с предохранителя. Отовсюду, где стояли люди послышались удивлённые вздохи и визги. На лице принцессы Беатрис теперь проступила ярость и уязвлённость, вызванные тем, что этот выскочка совершенно её не боится.       — Стража! Схватить его!       Комиссар приготовился к бою, достав свой цепной меч. Но внезапно к нему пришло подкрепление.       — К оружию! — Крикнул выбегающий из толпы Гиш. — Бросить девушку и друга в беде — позор для рыцаря!       Следуя его призыву, остальные члены ордена Ундины выхватили волшебные палочки и встали в строй, готовясь противостоять страже принцессы.       Завязался бой. Эрвин отстреливался из лазпистолета, не пуская в ход цепной меч. Его выстрелами было поражено достаточно кавалеристов, остальные прятались за щитами из магии. Рыцари Ундины тоже не отставали, помогая магией.       Но кавалеристы не зря считались элитой, вскоре они начали выпускать в ответ магические огненные снаряды, от которых ученикам приходилось уворачиваться. Эрвин бросился вперёд. Он прорвался сквозь порядки врага, решив разрушить их магический барьер. Двух из трёх защитников он сразил выстрелами в спину. Последний напал в рукопашной.       Враг ударил своим посохом, но комиссар поставил блок. Вместо этого он направил на противника пистолет, но оппонент не уступил, схватит своей свободной рукой руку Эрвина с пистолетом. Обе руки с оружием оказались заняты. В ответ на это комиссар ударил ногой, отчего враг согнулся, но не освободил рук с оружием.       Тогда Эрвин мотнул головой, скинув с себя фуражку. Избавившись от головного убора, он нанёс удар головой прямо по шлему неприятеля. Удар был одинаково болезненным для обеих сторон, но вот у закалённого в стенах учебного корпуса Схолы Прогениум комиссара оказалось больше сил и воли, чтобы не потерять сознание.       Кавалерист рухнул, а вот Грейс остался стоять, невзирая на то, что весь его лоб оказался разбит и кровоточил. Измотанные с обеих сторон люди уже тяжело дышали, когда между ними вдруг возникла новая фигура. Это была Луиза. С растрёпанными волосами, в ночной рубашке, будто только что выдернутая из постели.       — Вы шумите… — недовольно сказала она, подняв палочку, — такой хороший сон был, а вы мешаете…       В следующий миг всё вокруг озарилось белой вспышкой от заклинания взрыва. Пострадали все: и рыцари Ундины и кавалеристы Беатрис. В результате на ногах осталась только сама принцесса, которая с ужасом смотрела на заклинательницу пустоты.       — Ты вмешиваешься в дознание о ереси! — негодяйка попыталась осадить Луизу.       — Дознание? А разрешение у тебя есть?       — Конечно, у меня есть дозволение от епископа моей родины.       — Чушь. Чтобы проводить дознание, нужно письменное разрешение самого Папы Ромалийского. Епископ, похоже, об этом не в курсе.       Вот тут и вскрылась правда. По округе покатилось непонимание: «Нет права…», «Это же богохульство…» — и многие подобные слова звучали отовсюду. Беатрис понимала, насколько скверное у неё положение. Однако вскоре оно усугубилось ещё более: к ней вдруг подошла Тифа.       — Ч-чего тебе… — принцесса захотела отступить, но вместо этого просто упала на землю, а эльфийка от неё не отставала, присев рядом.       — Беатрис, — Тифа взяла свою мучительницу за руку, — давай будем дружить.       Принцесса, тронутая словами этой девушки, не смогла держать на себе маску. Она проявила свою истинную натуру: на глазах её вмиг появились слёзы. Саму девушку вмиг захлестнула истерика, и она просто прижалась к груди Тифании, заливаясь плачем.       Тифа принялась, подобно заботливой матери, успокаивать эту девчонку.       — Ну ладно, всё уже кончилось.       — Нет, ещё не всё. — за спиной принцессы вдруг вырос Эрвин, который без церемоний приставил к затылку Беатрис ствол своего пистолета. — У нас ещё остался неисполненный приговор.       Вот теперь всем стало по-настоящему страшно. Комиссар собрал на себе ужасающие взгляды, каждый из которых будто спрашивал его: «Ты правда собираешься убить её?» Тифания, товарищи из ордена — все как один не могли поверить, что его слова о расстреле были правдой.       Беатрис слегка отстранилась от груди Тифы, но это был её максимум. Далее она замерла неподвижно, плакать она не могла, страх парализовал всё. Даже моргать эта девушка боялась, потому что в темноте её уже поджидала костлявая старушка с косой.       Вот ещё мгновение и должен прозвучать выстрел. Принцесса задержала дыхание, выжидая неминуемого конца, но вместо треска лазера она услышала лишь непродолжительный щелчок предохранителя.       — Считай, что я выписал тебе помилование. — сказал Эрвин, убирая пистолет обратно в кобуру. Вот такая развязка у этого происшествия.       После побоища учеников отправили в медпункт. В одной из секций прямо сейчас собралась толпа восхищённых девиц, обступивших постель, в которой лежал Гиш. Герои сегодняшнего дня пользовались теперь необузданной популярностью.       Тем же временем в соседней ячейке валялся Эрвин. Он монотонно смотрел в потолок с перебинтованной головой. До сих пор он поверить не мог, что заступился за недочеловека. Неужели он теряет хватку?       Хотя наравне с тем у него где-то в глубине души теплилось другое чувство. Будто бы он ощущал тепло, как после осознания того, что он поступил правильно.       — Эрвин. — женский голос выдернул его из раздумий. На входе стояла Тифания, которая вошла, задёрнув за собой занавеску.       — Чего тебе? — монотонно произнёс парень в ответ.       — Послушай…у меня к тебе просьба.       — Говори.       — Ты можешь… — девушка подошла и села рядом, подставив свою пышную грудь. — Ты можешь проверить настоящие ли они? Все говорят, что они ненастоящие. Мне больше некого просить об этом.       — Ладно, давай сюда. — сразу же согласился Эрвин, словно желая поскорее отделаться от этой девушки.       Комиссар поднял свою руку и сразу же положил её на грудь девушки. Он стал сжимать и всячески сминать их, прощупывая каждый кубический сантиметр. Хоть это и глупая просьба, но всё же он пытался найти там какие-то инородные тела.       И как всегда, словно по закону подлости, в ячейку пришли посетители. Луиза и Сиеста, соревнуясь между собой за право первой увидеть Грейса, раздвинули занавеску и остановились как вкопанные.       Перед глазами была шокирующая картина: Эрвин лежал, смотря в потолок, пока покрасневшая от смущения Тифания давала ему лапать свою грудь. Раненый офицер, будто бы не заметив пришедших, в последний раз промял груди полуэльфийки, после чего опустил руку обратно на кровать, заключив: «Никакой аугментики я не нашёл, они точно натуральные.»

***

      Разумеется, недавний инцидент в медпункте не остался без внимания Луизы. Но вот что она придумала в качестве меры противодействия, это достойно особого внимания. Прямо сейчас Эрвин по пояс обнажённый сидел на коленях перед Вальер, зачитывая с бумаги самую разную чушь.       — После этого я нагло стал лапать грудь Тифании. Она сопротивлялась, но это меня только заводило. Посему я, Эрвин фон Грейс, клянусь, что мне не нравятся большие груди. — комиссар убрал этот позорный листок в сторону. — И что это за ерунда?       — Неважно, подписывай давай.       — Не буду я это подписывать. — заявив свои намерения, Эрвин встал и направился на выход.       — Ты куда собрался?!       — Подожду, пока успокоишься. — парень накинул китель и шагнул за дверь. — Если так комплексуешь, поставь себе аугментику вместо родной груди. — произнёс он на прощание.       Желая хоть как-то развеяться, Эрвин пошёл во двор к небольшому домику, где располагался штаб ордена Ундины. Но, как оказалось, не только он сейчас намеревался посетить обитель ордена. Перед входом столпилось множество девиц, каждая из которых принесла подарки для кого-то из ордена. Теперь, после недавних приключений, все рыцари пользовались популярностью у противоположного пола.       Комиссар, теряя надежду найти сейчас хоть какое-то уединение, лишь что-то пробурчал на прощание и направился в другой уголок академии. Но тем не менее его заметили иные рыцари, которые сразу поняли, что их товарищ чем-то опечален.       — Что-то Эрвин в последнее время совсем хмурый ходит… — сделал замечание Рейнар, поправив очки у себя на носу.       — Может устроим ещё какую-нибудь тренировку? — предложил Гимли.       — Бестолку, — возразил Гиш, — наши тренировки для Эрвина не более чем разминка. Из грустных мыслей его это вряд ли вытянет.       — А может… — как-то нерешительно начал Маликорн, — у меня есть идея, но она очень рисковая.       — Выкладывай. — в один голос заявили все остальные.       День прошёл небыстро. Для Эрвина каждая секунда сегодня была ненавистна, потому что тянулась медленно, неспешно проплывала мимо. Но вот долгожданный вечер всё-таки наступил, теперь можно было постепенно избавляться ото всех повисших дум и просто наслаждаться жизнью, готовясь к наступлению сумерек.       В такой момент Эрвина одёрнул Гимли. Зеленоволосый парень ухватил своего товарища со спины, слегка притом запыхавшись.       — Наконец-то нашёл.       — А чего хотел-то? — с легкой ноткой удивления спросил комиссар.       — Подожди, сейчас отдышусь… — парень ещё несколько секунд дышал тяжело, жадно хватая воздух, но довольно быстро пришёл в норму. — Слушай, мы тут кое-что приготовили для тебя, пошли со мной.       — Что приготовили?       — Ну…это сюрприз, не могу сказать.       Эрвин на секунду задумался. Где-то в глубине души ему не нравилась эта затея, комиссарское чутьё подсказывало ему, что это дурная идея и ничего путного из этого не выйдет. Однако сегодня, после тоскливо проведённого дня, ему хотелось хоть какой-то эмоциональной встряски, так что парень поддался любопытству и согласился.       Его провели в один из дворов академии, где в земле красовалась здоровенная яма. «Нам сюда» — сказал Гимли, после чего сиганул вниз. Последовав его примеру, Эрвин тоже прыгнул в нору, которая, на удивление, оказалось остаточно широкий, чтобы человек в ней мог спокойно ходить в полный рост.       Преодолев небольшое расстояние по тоннелю, парни достигли небольшой комнаты, одна из стен которой была каменной. В ней уже находились Гиш, Маликорн и Рейнар.       — Я привёл Эрвина. — сказал Гимли.       — Привет всем, так что за сюрприз? — спросил комиссар.       — Тише, — тут же сказал ему Гиш, — не говори громко. Иди сюда и посмотри, это наш тебе подарок.       Поглощённый интересом Эрвин прошёл сквозь ряд своих товарищей и приблизился к каменной стене, в которой, как оказалось, было небольшое отверстие. Он осторожно опёрся о стену и поднёс к отверстию глаз, прикрыв притом второй.       На другой стороне он не увидел ничего кроме пара, но со временем он стал рассеиваться и взору предстала купальня, полная обнажённых девиц. Так это женская купальня. Выходит, парни позвали Эрвина, чтобы подглядывать.       — Вы серьёзно? — вполголоса спросил Эрвин, каким-то ошарашенным голосом. — Это глупо, безрассудно.       Остальные уже успели расстроиться. От Эрвина стоило ожидать, что даже такие прелести жизни его не интересуют, но тут комиссар прибавил:       — Но всё же я охренеть как рад, что вы меня позвали. — прибавил он голосом, полным предвкушения.       После этих слов с лиц рыцарей исчезла печаль. Комиссар заметно приободрился, так что теперь можно было наслаждаться всем вместе. Парни оттеснили своего друга, приговаривая почти шепотом: «Подвинься, не всё же тебе одному смотреть.»       Луиза сегодня тоже была полна негативных мыслей. Ей казалось, что, несмотря на всё произошедшее, она несправедливо поступила со своим подручным. Желая избавиться от гнетущего ощущения, она направилась в купальню.       Когда девушка погрузилась в горячую воду, ей наконец-то удалось хоть немного расслабиться, но вопреки ожиданиям, её разум не смог полностью освободиться.       — Можно присесть? — над ухом прозвучал тихий голосок, принадлежавший Тифании.       Луиза повернулась и машинально ответила:       — Садись.       Эльфийка убрала со своего тела полотенце и тоже погрузилась в воду. Вальер только мельком взглянула на неё. Чем-то её эта девушка отталкивала. Причина этого явления, увы, была неясна. То ли это была ревность из-за Эрвина, то ли просто завить размеру Тифании.       — Послушай, Луиза, можешь мне помочь?       — С чем?       — Можешь посмотреть мою грудь?       — Что?! Зачем?! — вмиг Вальер покраснела как помидор.       — Просто…никто не верит, что они настоящие. Я просила Эрвина это проверить, но он ничего не нашёл…       Эта история повергла Луизу в шок. Всё видение недавнего происшествия абсолютно перевернулось. И одновременно с этим нагрянула волна стыда от того, что она настолько не доверяла своему подручному, который всегда стоял за неё горой.       Тифания меж тем бесцеремонно взяла руку Луизы и положила себе на грудь, вторично попросив её проверить.       В такой безмятежной обстановке никто из девушек не замечал небольшого отверстия в стене. Сейчас была очередь Эрвина, и он стоял, внимательно всматриваясь в происходящее. От увиденного у него даже в висках закололо.       — Девушка с девушкой? Вот это ересь… — протяжно проговорил комиссар.       — Что там? — не удержался Гиш.       — Там Луиза…с Тифанией…       — Тифания?! — в один голос удивились остальные рыцари.       Все парни, разогретые похотливым любопытством, начали отталкивать Эрвина, пытаясь протиснуться к отверстию, чтобы самолично увидеть обнажённую эльфийку.       Вот только в такой суматохе они напрочь забыли об аккуратности. Они резко и совершенно не задумываясь толкали комиссара, и чья-то рука случайно попала на корпус цепного меча. Неконтролируемым движением эта рука задела переключатель, активировав его и разбудив тем самым спящего духа машины.       Меч вмиг заревел, требуя битвы. Зубья клинка начали вращаться, готовые рвать плоть врагов, а звуки механизмов стали эхом разноситься по подземелью. Рыцари, которые услышали последствия своей поспешности, начали вмиг пытаться хоть как-то заткнуть ревущий клинок, хотя все они боялись даже приблизиться к корпусу оружия.       Эрвин, тоже слегка напуганный таким разворотом событий, сразу же повторно щёлкнул переключатель на корпусе, вновь погрузив машинного духа в сон. Но необратимое уже случилось. Рёв меча был услышан в купальне. Даже более того, девушки успели определить откуда он исходил и обнаружили в стене отверстие.       Купальня наполнилась визгами и криками.       — Нас засекли! — крикнул Гиш. — Каждый сам за себя!       Все парни бегом ломанулись к выходу. Выбравшись, все они бросились врассыпную. Кроме Маликорна, из-за своей полноты он застрял в норе, оставшись по пояс торчать из земли. Гиш, Рейнар и Гимли бежали сломя голову, не имея даже идей, где можно спрятаться. А вот Эрвин не стал сразу бежать подальше, он отбежал к ближайшим кустам, где его не сразу заметили бы и достал из своих подсумков какую-то бумагу.       Когда листок был раскрыт, на нём показалась схема академии с какими-то странными пометками, которые, по-видимому, были понятны только Эрвину, потому что он в ту же секунду стал метаться глазами от одной отметки к другой, рассуждая вслух:       — Так…сейчас за мной охотится чуть ли ни половина академии. Уровень опасности высокий, нужна точка класса четыре и выше. Так, всего в академии их двадцать три. Четвёрок шесть и три пятёрки. Сейчас ближе всего восемнадцатая и тринадцатая. Но до восемнадцатой идти будет безопаснее, так что лучше двигать туда.       Закончив планирование, комиссар рванул с места, попутно убрав листок обратно в подсумок. Он двигался аккуратно, перебегая из тени в тень, пытаясь не напороться на рыщущих по всей академии девчонок, желавших расправы над бесстыдными рыцарями.       Эрвин сейчас двигался в трапезную, восемнадцатое укрытие было именно там. Пожалуй, стоит обмолвиться что это вообще такое. Комиссар, уже с первых дней понял, что в случае с Луизой нужно будет временами прятаться, чтобы «переждать бурую», и потому он внимательно изучал академию. Он искал в здании и на территории места, где можно спокойно скрыться от негодования Вальер. Все такие места он пронумеровал и разделил на пять классов в зависимости от уровня опасности. Причём четвёртый и пятый классы были оборудованы местами для сна и небольшими запасами долго непортящихся продуктов, потому были рассчитаны на довольно длительное пребывание.       Именно в трапезной у него была заготовлена одна из точек четвёртого класса. Прорвавшись в зал сквозь массивные двери, он замедлился. Ему не хотелось в темноте по глупости на что-то напороться и поднять лишний шум. Только шум ему всё равно не пришлось бы поднимать. Из-за спины послышался незнакомый женский голос одной из учениц: «Здесь Эрвин! Мы его нашли!»       О вот теперь по спине пробежал лёгкий холодок. Комиссар обернулся и увидел двух девушек, обмотанных полотенцами. «Вот хекк!» — вырвалось у него, когда он решил предпринять попытку к бегству.       Он выпустил пару лазразрядов под ноги девушек, чтобы выиграть себе несколько секунд форы, а сам бросился к противоположной стене. Без страха комиссар запрыгнул на стол и, разбежавшись, выпрыгнул в окно.       Послышался звон разбитого стекла, сопровождавший полёт Эрвина. Под грохот падающих осколков он приземлился на землю и бросился бежать.       — Так, — начал он сам для себя, тяжело дыша, — сейчас лучше всего восьмая и пятая.       Грейс повернул направо, намереваясь скрыться в соседнем дворе. Но он вмиг остановился, когда оттуда показалась огромная струя огня. Похоже, одного из парней уже поймали.       — Зараза! Путь отрезан! Тогда придётся через академию!       Но и этот путь оказался провальным, поскольку в одном из окон задания показалась фигура Монморанси. «Смотрите, вон ещё один!» — крикнула она. «Понятно, через академию отставить…» — сказал Эрвин, после чего побежал во двор, который пока ещё был свободен.       — Так, я понял, уровень уже наивысший, нужна пятёрка. — комиссар осмотрелся и прикинул куда ещё есть шанс добраться. — Остаётся только одиннадцатая, Император защити.       Одиннадцатая точка находилась в заброшенной лаборатории профессора Кольбера. Собственно, до самого здания Эрвин добежал без проблем. Оставалось только забраться в само укрытие.       У одной из стен лаборатории стояла небольшая тумбочка, которая и была входом. Подбежав к ней, Эрвин просунул снизу руку, после чего потянул мебель на себя. Удивительно, но тумбочка стала подниматься по окружности, а не двигаться. Причиной тому был факт, что она была своим верхнем краем прибита к стене дверными петлями.       Тогда, придерживая тумбочку одной рукой, Эрвин стал прощупывать пол. Ему нужно было найти небольшую верёвочку, которая и была ключом к спасению. Нащупав её, комиссар потянул верёвку вверх. Тогда пол пошатнулся. Из из него вышел небольшой квадрат, под которым находилась лестница вниз.       Добившись желаемого, Эрвин как можно скорее пролез в небольшое отверстие в полу, после чего опустил за собой тумбочку и задвинул обратно люк-панель. Теперь невозможно было понять, что здесь находится вход в тайное укрытие, если не знать об этом заранее.       Сейчас перед Эрвином была небольшая лестница, а сзади путь преграждала занавеска из плотной ткани. Убедившись, что панель встала в прорези в полу, Эрвин с облегчением выдохнул. Пройдя за занавеску, он попал в небольшую землянку. Стены и потолок в ней были обиты деревянный опалубкой, которая держала землю.       Справа от входа была постель из матраса и подушки, набитых соломой. Их покрывало довольно простенькое одеяло. Прямо перед входом стояла небольшая тумба без дверц, в которой размещались банки с закатками.       На самой тумбе располагалась свеча, которую Эрвин сразу же зажёг. Тусклый свет озарил комнатку, создавая небольшое подобие уюта. Эрвин скинул на кровать шинель и фуражку, чтобы было легче после беготни.       На создание этого укрытия он потратил немалое количество времени, но в конечном счёте усилия окупаются, ведь здесь его никто в жизни найти не сможет. Парень опустился на колено, чтобы посмотреть на банки, стоявшие в тумбочке. Ему важно было убедиться, что они не испортились. В каждом укрытии он сделал запасы на двадцать четыре часа. Если растягивать, то может дойти и до тридцати шести.       Убедившись, что запасы в порядке, Эрвин переместился на кровать и принял лежачее положение. Теперь можно было не беспокоиться, нужно было только пересидеть денёк, пока наверху всё не успокоится.       Вся женская орава собралась спустя несколько часов. Нужно было обсудить результаты охоты.       — Ну что, как успехи. — спросила Кюльке.       — Мы почти всех поймали. — отчиталась Монморанси.       — А Эрвина никто не нашёл? — сразу же включилась Луиза.       — Его видели в трапезной, а потом я сама его заметила во дворе. — доложила Монморанси. — Но я его так и не догнала.       — Мы его вообще не видели. — дополнила Кюльке. — Он как сквозь землю провалился.       — Вот как, ну ничего, объявится — ему не жить! — заключила Вальер.       Но к её разочарованию, Эрвин не объявился. Утром она его в комнате не обнаружила. Это вызвало у девушки негодование и некое переживание. Её подручный пропал, что не могло не насторожить. И ведь даже до обеда никто его в академии не видел. Вот это уже дало Луизе повод начать волноваться по-настоящему. Эрвин ведь обычно не исчезал надолго.       И Луизу охватила настоящая паника, когда её подручный не появился и на следующее утро. Прошли сутки, а об Эрвине ни слуху ни духу. Никто в академии его не видел. Вот теперь Вальер перепугалась не на шутку. Встав с постели, она сразу же отправилась искать его. Поиски длились весь день. Вальер не пропускала ни одного закоулочка, каждая щель была ей проверена. Девушку терзало беспокойство, что случилось что-то непоправимое.       Даже когда на академию опустились сумерки, Луиза не оставляла своих поисков. Она как раз выходила из здания во двор, намереваясь повторно его осмотреть. И вот в этот момент её накрыла волна радости.       На середине двора она заметила фигуру в чёрной шинели и фуражке. Не узнать её было невозможно, это был её подручный. «Эрвин!» — крикнула Луиза, побежав навстречу. Тем не менее у комиссара это вызвало иные эмоции. Увидев Вальер, которая бежит к нему, он сам рванул с места. Парень намеревался поменять укрытие и переждать ещё день или два, потому и выбрался уже когда стемнело, ведь тогда обычно все ученики расходятся по комнатам в общежитиях.       Теперь он решил, что за ним погоня, так что нужно было сначала сбросить хвост, а только потом двигать в новое убежище. Луиза, заметив, что её подручный не идёт на контакт, почувствовала некое отчаяние. Тогда девушка выхватила свою палочку и наколдовала взрыв.       Эрвин от него отпрыгнул. Приземлившись, он перекатнулся вперёд, встав на ноги и побежав дальше. Но от второго взрыва ему уйти не удалось, потому что он раздался прямо перед его носом, отбросив парня на землю.       Вот теперь ему уже не хватило времени, чтобы сбежать. Луиза настигла его буквально через пару секунд. Только вот вместо нападок, девушка навалилась на комиссара, заключив в объятия.       — Идиот! Ты знаешь, как я волновалась?!       Эрвин ничего не ответил, боясь испортить сейчас ей настроение. Похоже, она уже успокоилась после истории с купальней.       — Но не думай, что я тебя простила… — Луиза грозно с эмоцией удовлетворения посмотрела в лицо комиссара. Нет, она определённо ничего не забыла.       — Вот фракк…