Рождество в Башне Кои

      За два года до описываемых событий, или немногим больше, происходило вот что.       Лань Сичэнь понял, что что-то очень, очень не так, как только услышал первые несколько нот гуциня.       Он установил в качестве рингтона в своем телефоне первую композицию, которую его брат сочинил и исполнил в 2012 году, для того случая, когда Лань Чжань будет звонить, а не отправлять сообщения. Как правило, эта мелодия у Лань Сичэнь вызывала улыбку, но не сейчас. Его младший брат был не «звонящим» типом, ему было гораздо удобнее выражать себя через текст, а когда он-таки собирался позвонить брату, это никогда не обходилось без стандартного текстового предупреждения:              

Лань Чжань

Вчера. 7:45

Приветствую, брат. Надеюсь, у тебя все хорошо. Когда будет удобно позвонить?

             Безжалостно вежливый — таким был Лань Чжань. Но теперь телефон звонил, а Сичэнь не получал сообщений со вчерашнего дня. Он чуть не выронил гобой, торопясь выхватить телефон из кармана.       — Лань Чжань? Ты в порядке?       — Брат, я в беде.       — Ты ранен? Ты болен? Мне нужно приехать?       — Физически я невредим. Но, пожалуйста, приезжай. Это срочно.       Что означало, на обычном языке, что его квартира горит, и требовалось, чтобы старший брат был там три часа назад.       — Конечно! Конечно, я уже иду, — Лань Сичэнь опрокинул пюпитр.       — Сичэнь? Все в порядке? — Мэн Яо просунул голову в комнату.       — Я нужен Лань Чжаню! — выдохнул Лань Сичэнь. — Он расстроен!       — О, — спокойно сказал Мэн Яо. Он зашёл в комнату Сичэня и вытащил из стены зарядный кабель. Потом намотал это на запястье и натянул рукав. — Я тоже пойду. Если это Вэй Усянь, я... разберусь.       — Это Вэй Усянь? — произнес Лань Сичэнь в телефон, перепрыгивая через две ступеньки. За его спиной А-Яо кричал, чтобы он был осторожен, но он не обращал внимания.       — Нет. Вэй Ин не присутствует. Он на конференции по разработке программного обеспечения.       — Ладно, тогда что?.. — Сичэнь вставил ключи в замок зажигания. Мэн Яо заколотил в пассажирское окно, пока Лань Сичэнь не сообразил, что нужно отпереть дверь и впустить своего парня.       — Брат. Разговаривать по телефону за рулем небезопасно. Подробности я вам расскажу, как только вы приедете. В моем доме обитает… демоническое существо. До свидания.       Линия оборвалась.              

* * *

             Лань Сичэнь был уверен, что никогда не нарушал столько правил дорожного движения, сколько нарушил за время поездки к квартире брата. Если Мэн Яо и заметил, то не стал ничего комментировать. За это Сичэнь был благодарен. Он просто продолжал нарушать скоростной режим, проезжать на желтый, и не останавливаться перед знаками «стоп». Минцзюэ был бы в ярости. Как и в случае с большинством нарушений правил, Минцзюэ считал нарушение ПДД крайне постыдным. Лань Сичэнь потерял счёт тому, сколько раз наблюдал, как его парень колотил по рулю или приборной панели и кричал на других водителей.       — Ты можешь повернуть направо на красный! Давай уже проезжай! Обгон на двойной линии запрещен! Хочешь погибнуть?! На саморегулирующемся перекрёстке с четырьмя «стоп»-знаками первый, кто подъехал и остановился на линии, тот первый и проезжает! Ждать глупо! Ты вообще на права сдавал или так купил?!       — Они тебя не слышат, Минцзюэ. Только мы слышим, — ласково замечал Мэн Яо с заднего сиденья. Обычно он ехал сзади, а не на переднем сиденье, как сейчас.       — Смотри на дорогу, А-Цзюэ, — вмешивался Сичэнь, прежде чем Минцзюэ успевал обернуться и направить свою дорожную ярость внутрь машины на Мэн Яо.       Да, очень хорошо, что Минцзюэ прямо сейчас здесь не было. С другой стороны, если бы Хуайсан позвонил ему в явно бедственном положении, Минцзюэ, вероятно, вел бы машину по тротуару или по крышам, чтобы добраться туда достаточно быстро.       — Я уверен, что с ним все в порядке, — прокомментировал Мэн Яо после того, как Сичэнь снова проехал на желтый свет. Боги, почему Лань Чжань должен был жить так далеко?! Сколько еще туда добираться?!       Сичэнь медленно выдохнул:       — Я знаю. Просто это так не похоже на него — звонить.       — Это да, — согласился Мэн Яо, взглянув на свое запястье. — Но не волнуйся слишком сильно, Сичэнь. Мы скоро будем.       «Недостаточно скоро», — мрачно подумал Лань Сичэнь, сильнее вдавливая правой ногой педаль газа и превышая скорость.              

* * *

             Лань Чжань жил в хорошем районе на окраине города. Квартиры здесь были дороже, но он был готов заплатить больше, если это означало тишину и покой. Но когда Сичэнь открыл дверь, казалось, что его брат не испытывал ни того, ни другого.       Первое, что невозможно было не заметить, это странный, сердитый звук, нечто среднее между криком и жужжанием, как у самого злого шершня в мире.       Тут же, как они с Мэн Яо вошли, Лань Чжань сунул ему в руки войлочный мешочек и сказал: «Убери это». И стало понятно — жужжание/крик исходил из мешка.       — Это живое? — спросил Сичэнь, чувствуя, как где-то в мешочке шевелится теплый комок.       — Непонятно. Может быть, это демон-нежить, посланный, чтобы мучить меня. Пожалуйста, убери его.       Сичэнь взглянул на своего младшего брата. Лань Чжань выглядел просто отлично на первый взгляд. Его волосы были расчесаны и аккуратно убраны под белую повязку. Возможно, у него были темные круги под глазами, но он был аспирантом. Было бы страннее, если бы он выглядел идеально отдохнувшим. Но было что-то в напряжении его рук и в том, как он выдавал даже больше слов, чем обычно. Все это заставило Лань Сичэня понять, что диди находится в трех секундах от того, что расплачется прямо здесь, в коридоре, перед Сичэнем и парнем Сичэня.       — Ладно, — сказал он, перекрикивая звук демона, которого Лань Чжань, по-видимому, сумел поймать в мешок. — А-Яо, можешь взглянуть на это? Скажи мне, что ты видишь? А-Чжань, мы сейчас зайдём внутрь и возьмём твои шумоподавляющие наушники...       — Их нет.       — Что?       Сумка начала визжать еще громче.       — Вэй Усянь потерял свои. Нужны были дополнительные. Я предложил.       — Может у тебя есть беруши? — спросил Мэн Яо, одновременно вырывая сумку из рук Сичэня.       — Первый кухонный ящик.       — Ладно, я их принесу. Просто — сядь и — о-хо-хо… — Сичэнь замолчал, увидев гостиную Лань Чжаня. Обе вазы, которые стояли для декора на полках, были сбиты, одна разбита, а другая залила весь ковер водой. Цветы, которые были в ней, — букет белых орхидей, что Вэй Усянь принес на прошлой неделе, «потому что я получил их на мероприятии, а Вэнь Цин сказала, что ненавидит цветы», были разбросаны по всему полу. Два кролика Лань Чжаня, — Синенький и Ванцзи, — съежились, один наполовину зарылся в сено в лотке, а хвостик другого едва виднелся из картонной коробки.       — Все это был… демон? — слабо спросил Сичэнь.       — Да.       — Невероятно! — он бросился к кухонному ящику, на который указал Лань Чжань, и вынул беруши. Для пущего эффекта он прихватил dà bái tù táng из миски на столешнице и стакан воды для своего брата. Затем он вернулся туда, где Лань Чжань сидел на краешке одного из своих светло-голубых кресел-яиц, ровно сложив руки на коленях и сдвинув лодыжки. — Вот.       Он вложил конфеты и беруши в вежливо сложенные руки и поставил стакан с водой на изящный столик. Лань Чжань потратил много денег на дизайн. Это окупилось: его квартира была очень хорошо обставлена, с продуманной цветовой гаммой (тёмное дерево, голубой, как яичная скорлупа, и белые акценты, успокаивающие взгляд) и с подходящей мебелью, защищенной от кроликов (и Вэй Усяня). Глядя по сторонам, Лань Сичэнь с грустью подумал о своей квартире. Он и Не Минцзюэ, когда они переехали и стали жить вместе, так и не смогли подобрать вещи, которые бы сочетались между собой. Часть мебели была старой и громоздкой. Многое не подходило друг к другу. Не было единой цветовой гаммы. Он надеялся, что Мэн Яо внесет свои собственные дополнения в декор. Судя по тому, как он иногда комментировал вещи, у него, похоже, были какие-то идеи. В основном эти замечания звучали так:       — О, Минцзюэ, ты все еще это хранишь?       — Да! Проблема? — возмущался Минцзюэ.       — Я не говорил, что есть проблема! Ты снова что-то слышишь?       — Кто что-то слышит?!       Но что Мэн Яо ни говорил бы об обстановке, он ничего не добавил, кроме своих чемоданов. Даже его спальня выглядела в достаточной степени стерильной, чтобы проводить там операции.       Сичэнь выбросил эту мысль из головы. Даже когда его не было рядом, он слышал, как спорят его парни. Может, у них были проблемы. Он задвинул эту мысль под метафорический странный, уродливый узелковый коврик, подобный тому, который Не Минцзюэ однажды нашел на гаражной распродаже. У них все хорошо! Возможно, они часто спорили о том, как украсить их квартиру, но, по крайней мере, пришли к единому мнению, что драться по этому поводу не нужно.       Он снова взглянул на своего младшего брата. Лань Чжань вставил беруши в уши и взял конфету в рот. Он прикрыл глаза, и хотя его лицо было таким же бесстрастным, как и в тот момент, когда появился Сичэнь, он выглядел гораздо более расслабленным. Сичэнь очень хорошо научился читать своего младшего брата. Он узнал этот взгляд.       Они сидели молча несколько минут. Сичэнь больше не слышал, как воет странный демон. Лань Чжань сделал долгий медленный глоток воды и поставил стакан на стол. Сичэнь понял, что он готов говорить.       — Что это, если не демон? — подсказал Сичэнь.       Лань Чжань едва заметно пожал плечами.       — Ну, а как ты это получил? — спросил Лань Сичэнь затем. Что бы это ни было.       Лань Чжань сделал еще один глоток воды:       — Квартира 3B. Сосед пришёл ко мне с клеткой и кричащим мешком. Сказал, что уезжает в Таллахасси. Знал, что у меня есть кролики, и сказал, что мне будет легко.       — И ты сказал «да»?       Лань Чжань покачал головой:       — Он просто сунул мешочек мне в руки и ушел. Крошечная пушистая тварь прыгала по всему моему дому. Очень трудно поймать. Он напугал кроликов. Я не могу оставить его себе.       — Ну, тебе точно не придется, — успокаивающе заверил его Сичэнь. — Приют для животных знает, что с этим делать.       — Они закрыты.       — А как насчет контроля за животными? Или, может быть, в соседнем городе...       — Брат. Я вызвал тебя не просто так. Все приюты в округе закрыты. Я звонил, чтобы проверить. Они закрываются в 16:30. Ужасная практика ведения бизнеса.       — Ну, я полагаю, в их задачи не входит получение прибыли... — Диди действительно позвонил им всем по телефону?! Неудивительно, что он такой вымотанный.       — Брат. Я знаю, что прошу о многом. Но ты должен забрать существо. Правило Лань № 357 гласит: «Вся жизнь священна и должна быть защищена». Я очень близок к тому, чтобы нарушить его.       Если бы Лань Чжань попросил у Сичэня домашнего динозавра, Лань Сичэнь изобрел бы машину времени, вернулся бы в меловой период и притащил бы в настоящее время любое животное, которое Лань Чжань посчитал бы лучшим. Унести маленького демона было пустяком.       — Конечно, — сказал он. — Тебе помочь с вазами?       — Нет. С ними справлюсь. Просто уберите эту штуку подальше от моего дома и моих кроликов. — «И от меня», не добавил он, хотя унылый взгляд его глаз говорил о многом. Возможно, ему удалось загнать маленького демона в мешок, но это вряд ли была его победа.       — Хорошо, — сказал Сичэнь, мысленно делая заметку написать Вэй Усяню и попросить его связаться с Лань Чжанем и поговорить. И вернуть шумоподавляющие наушники. Крики и жужжание были достаточно неприятны для Сичэня. Для Лань Чжаня это, должно быть, было в десять раз хуже. — Увидимся во вторник.       Он встал и вышел, оставив Лань Чжаня — несколько ошеломленного, но уже приходящего в себя.              

* * *

             Мэн Яо стоял в коридоре у двери Лань Чжаня. В одной руке он держал телефон, большим пальцем напряженно пролистывая экран. В другой руке он держал маленькое, покрытое белым мехом существо, теперь молчавшее.       — Это называется сахарный летун, поссум или летяга. Они сумчатые, — сказал Мэн Яо, не поднимая глаз.       — Ты уже нашел информацию? — парень Сичэня был таким умным. Лань Сичэнь закрыл дверь Лань Чжаня и шагнул к Мэн Яо, ужасный крик-жужжание начался снова. Вздрогнув, Сичэнь сделал шаг назад. Крик-жужжание прекратился. Сичэнь увидел пару маленьких, подозрительных глазок, уставившихся на него между пальцами Мэн Яо. Сичэнь почти мог слышать, как они говорят: «да, ты у меня попляшешь, сучка».       — Ну, — протянул Лань Сичэнь. — Получается, что мы... э-э, няни сахарной сумчатой летяги? Примерно на двенадцать часов, пока не откроются приюты для животных.       — Думаю, да, — сказал Мэн Яо. — А у этого малыша есть что-нибудь, кроме сумки?       — Я почти забыл! Там клетка, — сказал Сичэнь. Он снова открыл дверь Лань Чжаня и вытащил ее. При взгляде на эту клетку, глаза Мэн Яо округлились почти так же сильно, как у маленького существа в его руках.       — Она слишком маленькая для сахарной летяги! — возмутился Мэн Яо. — Такая подходит разве что хомяку. И у него нет еды? Неудивительно, что он расстроился. Я подам жалобу в полицию на жестокое отношение к животным.       — Его хозяин, кажется, уехал в какое-то таллахасси.       — Это во Флориде, в США. Но единственное место, куда он поедет, — это суд с обвинением в жестоком обращении! В любом случае, по дороге домой мы заедем в зоомагазин и в продуктовый.       — Это всего на двенадцать часов, А-Яо.       — Мама всегда учила меня быть любезным хозяином. И это включает в себя заботу о том, чтобы наши гости были накормлены и обеспечены соответствующим жильем. Кроме того, как можно сказать «нет» этому маленькому лицу? — последнее было сказано сюсюкающим голосом. Мэн Яо поднял руки и сунул существо под нос Лань Сичэня.       Сахарный летяга угрожающе оскалил зубы.       — Ладно, — сказал Сичэнь, тронутый заботливостью своего парня. Эти большие круглые глаза тоже помогали. Мэн Яо, а не сахарной летяги. Хотя, если он собирался играть роль хозяина в течение двенадцати часов, он мог бы предложить этому существу свою дружбу. Лань Цижэнь преподавал своему племяннику такие же уроки гостеприимства, какие Мэн Ши, по-видимому, давала своему сыну. Он протянул руку, в жесте мира, как он надеялся, чтобы погладить сахарного летягу по голове.       Произошло несколько событий одновременно.       — Ой! — воскликнул Сичэнь и отдернул палец.       Раздался еще один взрыв жужжащего крика.       И сахарный летун перепрыгнул с рук Мэн Яо на грудь Мэн Яо и жалобно вцепился лапками в его рубашку, как будто Сичэнь ударил его.       — Он укусил меня! — закричал Сичэнь, больше встревоженный, чем огорченный.       — Он не хотел, ты его напугал! — заявил Мэн Яо. — Разве ему не позволено защищаться?       Он прикрыл рукой маленького летягу, который продолжал издавать свой ужасный вой и смотрел на Сичэня с ненавистью.       «Да, именно так. Я, черт возьми, укусил тебя», — Лань Сичэнь почти слышал, как летяга говорит. — «И я сделаю это снова».                     У мешочка был ремешок, который, по словам Мэн Яо, был нужен для того, чтобы его носить. Мэн Яо положил сахарного летуна обратно в мешочек и сунул под рубашку.       — Чтобы ему было тепло и комфортно, — объяснил он. Как только Сичэнь скрылся с глаз маленького демона, сахарный летяга, казалось, успокоился и блаженно молчал всю поездку на машине. Мэн Яо яростно стучал по своему телефону.       К счастью, не так уж далеко нашелся магазин с товарами для животных. Как только они туда вошли, Мэн Яо направился прямиком в отдел клеток и выбрал ту, которая была выше его ростом.       — Ты уверен? — уточнил Лань Сичэнь. — Это всего на одну ночь.       — Я хочу быть хорошим хозяином, Сичэнь.       Когда у А-Яо появлялась идея, его было не остановить. Сичэнь взял клетку. Мэн Яо перешел в отдел игрушек и схватил несколько ярких безделушек, которые, по его словам, должны были понравиться летяге. Они немного поспорили о том, кто должен платить, но Сичэнь победил, заявив, что это его обязанность, потому что это было одолжение для его брата. Затем они вернулись в машину, чтобы отправиться в продуктовый магазин. К счастью, клетка поместилась в багажнике, хотя Сичэню пришлось сложить задние сиденья.       — Я отправлю тебе список покупок сообщением, — сказал Мэн Яо.       — Список? — не понял Лань Сичэнь. Его телефон завибрировал. Он взглянул на то, что только что получил. Список покупок:       Апельсины       Мандарины       Черника       Сладкий картофель       Капуста       Бок Чой       Обычный несладкий йогурт       Концентрат апельсинового сока, обогащенный кальцием       Овес       Яблочное пюре без сахара       Куриный фарш       Молотое семя льна              — Хорошо, хотя мы же уже закупились на неделю, — заметил Сичэнь. Этого было достаточно, чтобы накормить его и Мэн Яо. Все веганское, да, они придерживаются этой диеты. Но почему курица и зачем семена льна? Он не был уверен, что Минцзюэ оценит куриный фарш. Мэн Яо пытался что-то сказать? Казалось, ему действительно не нравилось предпочтение Не Минцзюэ говядины и бекона. Хотя есть сомнение, что выращенные на промышленных фермах куры так уж полезнее, чем выращенные на промышленных фермах свинина и говядина, но Мэн Яо должен был делать это по какой-то причине. Может быть, он беспокоился о холестерине Минцзюэ, несмотря на то, что врач сказал, что с ним всё в порядке. Неужели А-Яо наконец-то начал беспокоиться о Минцзюэ? Как мило.       — Я знаю, — сказал Мэн Яо, как раз тогда, когда Лань Сичэнь мечтал, что наметился прогресс. — Это не для нас.       — А? А для кого?       — Для суши, — ответил Мэн Яо.       — Ни один из этих продуктов не является ингредиентом для суши, — не понял Лань Сичэнь.       — Нет, для Суши, — сказал Мэн Яо, указывая на комок на своей рубашке.       — Ты назвал его Суши?       Глаза Мэн Яо заблестели.       — Потому что он весь свернулся в своем маленьком мешочке, прямо как суши-ролл.       — И он сможет все это съесть?       — На форумах сказали, что это самая здоровая и сбалансированная диета.       — А-Яо, — произнес Лань Сичэнь как можно терпеливее и непредвзято. — А-Яо, любовь моя, это всего лишь на одну ночь.       — Он не умрет под моим надзором, Лань Сичэнь!       — Никто не умрет, — успокаивающе согласился Сичэнь, положив большую руку на плечо Мэн Яо.       — Ну, даже если и нет, я хочу для него самого лучшего! Он маленький и беспомощный и не может добыть себе еду самостоятельно!       Сичэнь снова взглянул на довольно обширный список, затем снова на А-Яо. Его парень нечасто говорил слова «Я хочу», даже после того, как они были вместе пару лет. Из-за этого было трудно что-то для него делать.       Кто такой Сичэнь, чтобы отказать ему, когда он впервые ясно выразил свои потребности?       — Хорошо, — сказал Сичэнь. — Я полагаю, если у нас останется лишнее, мы можем... хм...       — Минцзюэ может съесть, — тут же подсказал Мэн Яо. — Курицу и йогурт.       Минцзюэ ел бы что-нибудь здоровое только в том случае, если бы Хуайсана взяла в заложники Американская кардиологическая ассоциация.       — Ну, я полагаю, что для него это тоже была бы сбалансированная диета.       — О, нет, — радостно сказал Мэн Яо. — Йогурт вызовет у него ужасное несварение. Но это его не остановит.       Мэн Яо, как всегда, оказался прав.              

* * *

              К тому времени, как они приехали с покупками, Минцзюэ уже вернулся с работы. Когда он увидел, как Лань Сичэнь, несет огромную клетку, он поднял брови.       — Не думал, что ты таким увлекаешься.       — Я не! Я имею в виду, это не для меня.       — Ну, я всегда знал, что Мэн Яо когда-нибудь окажется за решеткой, — хмыкнул Не Минцзюэ.       — Это и не для меня, Минцзюэ, — сказал Мэн Яо, ввалившись нагруженный продуктами. — Это для нашего гостя.       — Почему мы запираем наших гостей в клетках? Ты перешел к захвату заложников? Или кто-то из детей в «Chuck E» тебя окончательно довел?       — Если бы я решил причинить этим детям то, что они заслуживают, я бы потерял работу.       — Ну, кто-нибудь мне объяснит, или мне придется задавать вопросы всю ночь?       — Сичэнь, как насчет того, чтобы Минцзюэ перестал предполагать обо мне худшее? — пожаловался Мэн Яо. Он начал выгружать продукты. — Я приготовлю еду.       — О, здорово! Ты принес йогурт! — Не Минцзюэ замер и подозрительно прищурился на Мэн Яо. — Что ты натворил на этот раз? Ты никогда не бываешь со мной добрым без причины.       Мэн Яо фыркнул:       — Это не для тебя! Это для Суши!       — Кто кладет йогурт в суши? Я знаю, что у тебя не все в порядке с головой, но это уже совсем другой уровень.       — Сичэнь, — проговорил Мэн Яо тем голосом, который сигнализировал, что у него снова возникают мысли о насилии. — Объясни.       Сичэнь был настоящим миротворцем. Он с радостью подчинился, рассказав своему парню об их очень странном дне, пока его другой парень скакал по кухне, взбивая ингредиенты в то, что было бы хорошим фруктовым салатом, если бы не куриный фарш, йогурт и семена льна. Что ж, Сичэнь, возможно, попробует потом семена льна, если почувствует в себе немного авантюризма.       — Я понял, мы взяли себе сахарного летягу, — подытожил Минцзюэ после того, как Сичэнь закончил рассказывать.       — Мы нет, — поправил Сичэнь. — Это всего на одну ночь.       — Могу ли я увидеть этого малыша?       — Он довольно дикий, — предупредил Лань Сичэнь. — Помнишь, я говорил, что он кусается?       — Ты его напугал, — крикнул Мэн Яо из кухни. — Хотя, если подумать, если ты, Сичэнь, напугал его, то Минцзюэ…       — Эй! — запротестовал Минцзюэ. — Я хорошо лажу с мелкими животными! Я вырастил Хуайсана. И его армию птиц и хомяков, помнишь?       Мэн Яо на мгновение остановился, устремив взгляд вдаль, прежде чем молча кивнуть, и достал мешочек из-под рубашки. Он передал мешочек Минцзюэ, который осторожно взял его и полез внутрь. Сичэнь поморщился, но все, что произошло, это то, что Минцзюэ достал маленькое, безобидное животное.       — Помни, он кусается, — снова сказал Сичэнь, чувствуя, что не донес всю суть, раз Минцзюэ так легкомысленно отнесся.       — Конечно, — согласился Минцзюэ. Однако произошло лишь то, что Суши мгновение поморгал своими большими глазами…       ...И выпрыгнул из открытой руки Не Минцзюэ и прицепился к плечу Мэн Яо. Мэн Яо издал короткий, удивленный смешок.       — Ну, он знает, откуда берется его еда, — пророкотал Не Минцзюэ.       Сичэнь продолжал смотреть, не понимая, что именно он видит.              

* * *

             Следующее утро преподнесло Сичэню еще один сюрприз. Он привык вставать первым независимо от обстоятельств. Однако этим утром, после того как он встал с кровати, сделал необходимую уборку (Правило Лань № 152: «Никогда не оставляйте постель не заправленной»), надел халат поверх пижамы и проскользнул на кухню, чтобы приготовить себе утренний чай пуэр, он обнаружил, что его опередили.       В гостиной Мэн Яо, с улыбкой на лице и максимальными ямочками, наблюдал, как Суши прыгает со спинки дивана на его плечо, на верхнюю часть телевизора, на верхнюю часть книжной полки. Сичэнь почувствовал, как его сердце тает при виде этого зрелища. Он любил улыбку Мэн Яо, настоящую, которая обычно была только для него.       С верхней полки Суши посмотрел на Сичэня. Он напрягся и запрыгнул обратно на плечо Мэн Яо, при этом опрокинув три книги Сичэня.       — О, доброе утро, А-Хуань, — весело поздоровался Мэн Яо, когда заметил Сичэня. — Суши хотел немного размяться, поэтому я его выпустил.       — Доброе утро, А-Яо, — ответил Сичэнь, подходя ближе, чтобы поцеловать Мэн Яо в ​​щеку...       …Внезапно Суши начал жужжать и кричать. Громко.       Сичэнь отпрянул, удивленно раскрыв глаза. Он что повел себя неподобающе по мнению зверьков?       — Все хорошо. Сахарные летяги просто особенные, — прокомментировал Мэн Яо, протягивая палец, чтобы погладить крошечную головку существа. — Иногда им требуется больше времени, чтобы социализироваться.       — Ты, явно, много знаешь о сахарных летягах, А-Яо, — Сичэнь не был особенно удивлен. А-Яо много знал практически обо всем, за исключением, может быть, того, как ладить с Минцзюэ.       Минцзюэ влетел в комнату мгновением позже, выглядя гораздо более бодрым, чем обычно в пять утра.       — Что это было, черт возьми? — потребовал он. — Здесь есть осы?       — О, ты, должно быть, слышал Суши, — ответил Сичэнь. — Он... не любит меня.       — Ну, тогда у него ужасный вкус, — высказался Минцзюэ. — Громкий малый, не правда ли? Он бы хорошо поладил с Хуайсаном.       — Когда он так кричит, это называется крабинг, — объяснил Мэн Яо, когда Суши, запрыгнул на диван и наконец перестал убивать Лань Сичэня взглядом (или, возможно, лучше говорить «бросать сердитый взгляд»? — поправил себя Сичэнь). — Они так делают, когда боятся.       — Интересно, что я сделал, — размышлял Сичэнь. — Ну, ладно. Я могу отвезти его в приют для животных по дороге на работу.       Суши прыгнул обратно на плечо Мэн Яо. Парень сжал одну руку вокруг маленького существа, внезапно напрягшись. Сичэнь не осознавал, пока это не заметил, насколько расслабленным Мэн Яо этим утром.       — Если только ты сам отвезешь? — поспешно предложил Сичэнь. — Я... тогда я мог бы вернуть клетку и...       — Можем ли мы его оставить? — выпалил Мэн Яо.       …ну, не то чтобы он этого не предвидел.       — Я провел много исследований, — продолжил Мэн Яо. — Как ты и сказал, я много знаю о сахарных летягах. Я мог бы хорошо о нем позаботиться. У него уже есть еда, которая, как мы установили, не является веганской и также не подходит для Минцзюэ.       — Эй-эй!       — И мы не знаем, что сделают с ним в приюте для животных, — продолжал говорить Мэн Яо, широко раскрыв глаза. — Обычно там держат только кошек и собак и... и...       Он замолчал и снова погладил маленькое существо по голове.       Сичэнь выдохнул.       — Не знаю, А-Яо. Кажется, он меня не переносит, и я не уверен, что Минцзюэ это понравится.       — Я думаю, это хорошая идея, — высказался Минцзюэ.       Очень удачно, что Лань Сичэнь ничего не держал в руках. Он был уверен, что точно выронил бы это себе на пальцы ног. Минцзюэ только что поддержал Мэн Яо?       Судя по тому, как отвисла челюсть Мэн Яо, он был так же шокирован, как и Сичэнь. Но быстро взял себя в руки и принял более подобающий вид.       — Видишь, Сичэнь? Минцзюэ согласен со мной, — даже несмотря на шок, Мэн Яо знал, как повернуть ситуацию в свою пользу. Это был, безусловно, классический Мэн Яо.       Сичэнь медленно закрыл глаза. Сказать «нет» одному парню было достаточно сложно. Сказать «нет» двум было невозможно.       — Ладно, — признал он. — Мы оставим Суши.       Мэн Яо широко улыбнулся.       — Спасибо, А-Хуань! — он посмотрел на маленькое существо на своем плече. — Пора тебе позавтракать, да? Давай я отнесу тебя обратно в твой домик, а потом приготовлю тебе вкусный фруктовый салат!       — Если это твое представление о вкусном... — начал Минцзюэ, но замолчал, поняв, что Мэн Яо его игнорирует. Маленький мужчина повернулся и вальсирующей походкой вышел из комнаты, летяга Суши все еще сидел у него на плече.       — Почему ты согласился на это? — прошептал Сичэнь Минцзюэ. — Чтобы угодить А-Яо? Ты никогда не хочешь угодить А-Яо.       Минцзюэ пожал плечами.       — Мэн Яо — змея. Ты знаешь мои чувства к нему, Сичэнь. Но… — он заглянул через открытую дверь в комнату Мэн Яо. Они могли видеть, как Мэн Яо суетится у клетки Суши, расставляет игрушки и шепчет что-то маленькому животному. — Сичэнь, это звучит безумно. Я знаю, это все ерунда.       — Я уверен, что это не так, — подбодрил Сичэнь.       — Я не доверяю Мэн Яо, настолько, что готов схватить его за шкирку и забросить как можно дальше отсюда. А это довольно далеко, наверное. Он маленький. Я сильный.       — Нельзя кидать моего парня.       — Я знаю. Я бы не стал, Сичэнь. Это такое выражение. Он двуличный. Он манипулятор. Со времен, как случился инцидент с Nie Sporting Goods, я думал что... ну, он никогда не делает ничего хорошего, если это не принесёт ему какой-то выгоды.       — Это неправда, Минцзюэ!       — Ну, а я так думаю. Но, типа… какую пользу ему приносит эта мохнатая штука?       — Никакую. Она только отнимает у него время и деньги. И ему придётся убирать за ним какашки.       — Точно. А он там воркует с ним, нянчится и строит какой-то дворец для сумчатых. Он улыбается так, как я не видел с тех пор, как он был подростком.       — Да, — Сичэнь чувствовал, как на собственном лице расплывается мягкая улыбка, пока они оба наблюдали, как его парень усаживает Суши на жердочке в его новом доме. — Так и есть.       — И это как бы... это как бы заставляет меня чувствовать себя так, как будто... — Минцзюэ нахмурился, размышляя. Сичэнь ждал. — Это вроде как заставляет меня задуматься, не... Может это тот ребенок? Тот, который нянчил Хуайсана? Может быть... может быть, он все-таки был настоящим.       — О, — охнул Сичэнь. — Минцзюэ!       И ему пришлось поцеловать его после этого. Было бы незаконно это не сделать.       Резкий визг и жужжание рассекли воздух, и пара отскочила друг от друга.       — Суши, — сказал Мэн Яо, стоя в дверях и смущенно глядя на них. — Я просто принесу тебе немного фруктов. Я сейчас вернусь, обещаю.       — А-Яо, — сказал Сичэнь, чувствуя, что краснеет. — Я просто хотел сказать... Я действительно рад, что мы оставляем Суши.       Глаза Мэн Яо расширились:       — Ты? Правда?       — Правда.       — Что изменило твое мнение?       Сичэнь улыбнулся Минцзюэ, который ответил полуулыбкой, но это был не его секрет.       — Я просто подумал об этом с другой точки зрения. Вот и все.       — О, — обрадовался Мэн Яо. — Что ж, я рад, что ты рад.       — Посмотрите на нас, все трое в согласии! — воскликнул Лань Сичэнь. — Возможно, Суши — действительно волшебное животное.