Глава 13. Новый комментатор матчей
24 января 2025 г., 16:00
Прошёл месяц после несостоявшейся дуэли Розы и Малфоя, хоть те и продолжали своё соперничество, но пока обходилось без насилия. Разве что, Малфой стал демонстративно не обращать на Розу внимание. И она не могла понять нравится ли ей это или нет. Раньше каждая перепалка с ним давала ей прилив сил, а сейчас ей уже и самой захотелось привлечь его внимание, вывести его на конфликт.
И конечно, в этом она не хотела признаваться никому, особенно Рокси, которая то и дело отпускала намёки на их отношения.
— Ну какие, к Мерлину, между нами отношения, Рокси? — каждый раз спрашивала Роза кузину.
— Обыкновенные, — пожимала та плечами, — такие какие бывают между мальчиками и девочками.
— Скорее такие какие бывают между гриффиндорками и слизеринцами, — отвечала Роза, на чём такие споры быстро исчерпывались.
Тем временем приближался матч Когтевран против Слизерина. В холодное субботнее утро, Роза и Рокси спустились в Большой Зал, где сборная Когтеврана принимала слова поддержки от соседних столов. Слизеринскую сборную свои поддерживали не менее яростно и принимали пожелания удачи от редких пуффендуек.
— Рози, Рокси, — помахали им с соседнего стола Люси и Молли.
— Привет! — помахали им в ответ девочки. — Удачи сборной Когтеврана!
— Спасибо! — ответила Люси.
— Вы сегодня с нами? — спросила Молли.
— Да, — ответила Роза, — сегодня мы с вами.
Колонны студентов поползли в сторону стадиона, каждый кутался в зимний чёрный плащ, а Роза надела ещё и зимние меховые наушники.
— А тебе идёт, — подстегнула её Рокси. — Они такие розовые, прекрасно сочетаются с твоими шапкой и волосами.
Роза слегка покраснела от смущения, но не ответила сестре на подкол.
Девочки заняли свои места рядом с Молли и Люси, которые были с синим плакатом, на котором бронзовые орлы клевали серебряных змей.
— Снова творчество Доминик, — ухмыльнулась Рокси. — А сама она с нами сегодня будет?
— Не думаю, — пожала плечами Люси. — Она корпит над эссе по Трансфигурации.
— Кошмар! — воскликнула Рокси. — Пропускать квиддич из-за какого-то эссе!
— Не забывай, — напомнила ей Роза. — Она — Староста, и у неё скоро СОВ.
— А вот Фред совсем не переживает за результаты СОВ, — отмахнулась Рокси.
— Ещё бы, — усмехнулась Молли. — А вам не кажется, что игре уже стоило бы начаться?
— Да, действительно, — сказала Роза, оглядывая трибуны, которые уже были заполнены до отказа. Половина болела за Когтевран, четверть за Слизерин, остальные кто кому был наиболее симпатичен.
Однако вместо привычного гнусавого голоса комментатора через волшебный мегафон послышался голос директора МакГонагалл.
— Поскольку, мистер Коул, наш бессменный комментатор заболел, сегодня комментировать матч буду я лично, — строгий голос директора раскатился по стадиону.
— Заболел? — удивилась Рокси.
— А что, человек не может заболеть, особенно, если впереди ЖАБА? — заметила Роза.
— Ой, всё! Все разговоры только об экзаменах, сил уже нет вас слушать!
— Но, разве это не важно? — спросила Молли. — Высокие баллы на экзаменах — залог успешной карьеры.
— Тоже мне успешная карьера, носится по Министерству, бумажки перекладывать, — фыркнула Рокси. — И вообще, не думаю, что моя жизнь будет связана с академическими достижениями.
Молли и Люси очень неодобрительно посмотрели на сестру за такие слова.
— Игроки команд Когтеврана и Слизерина занимают свои позиции и Мадам Хук выходит на поле, чтобы дать начало игры, — объявила МакГонагалл.
— Вот это я понимаю, — сказала восхищённая Рокси. — Игра ещё не началась, а уже чувствую возбуждение, сразу видно, комментирует человек, которому не безразличен квиддич!
Матч начался с агрессивных атак охотников Слизерина и против них.
— Ещё один гол Слизерина, — объявила МакГонагалл, внешне спокойно, но в голосе звенела досада. — Слизерин ведёт со счётом тридцать-ноль.
От этого слизеринцы почувствовали себя увереннее и стали даже допускать ошибки. Это позволило охотникам Когтеврана выровнять ситуацию.
— Девис пасует Кроккотту, Кроккотт пасует Райану и… Гол! Слизерин всё ещё ведёт со счётом пятьдесят-двадцать.
Слизеринцы, опасаясь, что когтевранцы сравняют с ними счёт, стали играть более жёстко — их загонщики начали активно лупить по бладжерам:
— Макнейр отправляет бладжер и… нет! — вырвалось непроизвольно из уст директора, но она быстро опомнилась и продолжила более нейтрально. — Прошу прощения, бладжер попадает в Кроккотта и он падает на снег. Мадам Лонгботтом спешит оказать первую помощь.
Загонщики Дейл и Дойл пытались уравнять счёт по выведенным игрокам из строя, но куда им было тягаться с загонщиками Слизерина — по профессиональным качествам они были наравне с гриффиндорскими, а по наглости и беспринципности равных им не было Хогвартсе.
Мяч за мячом, но слизеринцы увеличивали разрыв.
— Одна надежда на Чэмберса, — сказала Роза, всё больше расстраиваясь тому, как Когтевран проигрывает матч Слизерину. — Если он не поймает снитч, то слизеринцы их раскатают, словно асфальтный каток.
— А что такое асфальтный каток? — заинтересовалась Молли.
— Это такая машина с огромным металлическим цилиндром, — поясняла Роза, — с помощью которой магглы уминают асфальт на дорогах.
Кузины с интересом посмотрели на неё, но не стали расспрашивать. Матч продолжался, снитч ещё не появлялся. Счёт на данный момент составлял сто семьдесят против сорока, ещё несколько голов от слизеринцев и даже пойманный снитч не переломит ситуацию.
— Внимание, похоже, что на горизонте показался снитч, ловец от Когтеврана летит к кольцам Слизерина, чтобы поймать снитч, — с волнением объявила МакГонагалл. — Хиггс преследует Чэмберса, загонщики Слизерина отвлекаются на более приоритетную цель и… Чэмберс ловит снитч. Счёт двести против ста девяноста. Слизерин победил.
Последние слова МакГонагалл произнесла с плохо скрываемой болью в голосе. Больно было и когтевранцам, которых от победы отделяли какие-то двадцать баллов.
— Почти такой же расклад как на финале Кубка Мира в 1994-м, — грустно подытожила Рокси. — Победила Ирландия, но снитч поймал Крам.
— Ну, — сказала Люси. — Если бы снитч поймал Хиггс, то было бы хуже.
— И не говори, — ответила Роза. Наверное, среди них она была более раздосадована победой слизеринцев, но не столько из-за проигрыша Когтеврана, сколько из-за того, что Слизеринцы теперь претендуют на первое место за Кубок Квидича.
— Эй, ты куда, Рокси? — окликнула кузину Молли.
— Идите, я вас догоню, — отмахнулась она и умчалась прочь.
— Это она так расстроилась из-за поражения? — удивилась Люси.
— Не похоже, — задумалась Роза, Рокси не была ни заплакана, ни расстроена, ну разве что самую малость, нет, в её голосе было возбуждение и надежда на что-то.
Тем временем студенты покидали стадион, сильнее кутаясь в свои плащи, предвкушая горячий обед, а потом проведение оставшегося уик-энда в своих уютных гостиных.
Рокси догнала кузин у главного входа в замок.
— Ты где была, Рокси? — спросили они её хором.
— Да так, — пожала она плечами. — Просто если представится возможность, так, почему бы и нет.
— Какая возможность? — спросила её Роза.
— Я же говорю, если представится, — отмахнулась она. — А если не представится, то и возможности никакой не было.
Это было довольно странно, но Роза не стала мучить кузину дополнительными расспросами. В конце концов, стала же Рокси докучать своей излюбленной темой Роза-Скорпиус в последнее время значительно реже, даже в День Святого Валентина на последней среде.
***
Февраль кончался, а весна и не думала наступать, ясные дни, сменялись холодными ночами. В один из последних дней Февраля Роза проснулась от того, что Рокси суетилась в их спальне. — Рокс, — прокряхтела Роза. — Ты чего суетишься в такую рань? — Мой подарок, для Фреда, он всё ещё не прибыл, — скорбным голосом сказала Рокси, продолжая ходить из одного конца комнаты в другую. — А может ты будешь дожидаться почты где-нибудь в другом месте? — спросила спросонья Мэгги. — А вдруг он уже проснулся и принимает поздравления в гостиной? Что я ему скажу? — Поздравишь его с Днём Рождения, — сказала Фанни, а потом добавила, — а заодно скажешь, что у тебя для него есть сюрприз. — Сюрприз? — очевидно, что такая мысль не пришла в голову Рокси. — А если подарок так и не придёт? Что я буду делать? — А что ты такого заказала? — спросила Роза. — Ты же вроде подписана на программу лояльности в Хогсмиде с недавних пор. — Это особый подарок, из Лондона, месяц назад заказала, — сказала Рокси. Но томительное ожидание не продлилось долго — в окно постучал огромный филин. Рокси в один момент пересекла спальню, открыла окно и взяла посылку. — Это оно! — обрадовалась она, разворачивая коробку и что-то там высматривая. — Осталось только завернуть это всё красиво. Она достала палочку и тут же коробка завернулась в пёструю упаковку, переливающуюся всеми цветами радуги с алым бантом, по которому летали нарисованные мётлы. — Грешная Моргана, что это? — спросила Мэгги с восторгом глядя на манипуляции Рокси. — Что? А это, да ерунда, это стандартная подарочная упаковка, — отмахнулась Рокси. — Да я про заклинание, которым ты обернула коробку, — сказала Мэгги. — Да нет тут никакого заклинания, — пожала Рокси плечами. — Упаковка сама заворачивается, стоит взмахнуть перед ней палочкой. Это объяснение удовлетворило девочек, одна только Роза знала, что сестра лукавила. С такой огромной семьёй нужно уметь не только дарить милые сердцу подарки, но и уметь их красиво преподносить. Роза достала свой подарок для Фреда — набор по уходу за волшебной палочкой. Девочки спустились и обнаружили именинника в компании лучшего друга Джона Джордона, Джеймса Поттера и Виктуар Уизли. — С Днём Рождения, Фред! — хором прокричали девочки и тут же преподнесли Фреду свои подарки. — Спасибо, — Фред заключил сестёр одну родную и другую двоюродную в объятия. — О, Роза, не ожидал, от тебя такого! Это такой скрытый намёк, что мне следует лучше заботится о своей палочке? — Ого! — воскликнули Фред и Джордж, когда распаковали подарок Рокси. — Южно-Американские ингредиенты для продвинутых зелий?! — Как ты это раздобыла? — уставилась на неё Виктуар, не в силах поверить, что Рокси смогла это провернуть. Даже Роза была поражена. — Просто, — пожала плечами Рокси. — У нашей семьи большие связи, но умеют ими пользоваться почему-то далеко не только лишь все. Это объяснение удовлетворило всех, разве что, Виктуар с нотками недоверия косилась на сестру. — Какие планы на вечер? — спросила Роза, в надежде разрядить обстановку. — Будем праздновать здесь или… — Или, — улыбнулся Фред. — Мы вам такое приготовили, вот увидишь, вечером, на опушке Запретного Леса. — На опушке? — удивилась Роза. — Не переживай, — успокоила её Виктуар. — Я прослежу, чтобы всё было спокойно. — О! Это от Альбуса, — взял коробку Фред, распаковал и обомлел. — Нифига себе, — он достал несколько инструментов, явно предназначенных для Зельеварения, включающие в себя высокоточные настольные весы на пружине, зачарованные мешалки и скляночки из тёмного стекла. — Да Слизи не пожалел бы своего месячного жалования за такое! — Тут ещё записка, — указал Джеймс на дно коробки. — Дорогой, Фред, — начал зачитывать вслух записку Фред, — сердечно поздравляю с шестнадцатилетием и желаю успехов в ваших с Джорджем изысканиях. На вечеринке присутствовать не смогу, за что прошу прощения, Альбус. Все с пониманием отнеслись к решению Альбуса не присутствовать на вечеринке по случаю Дня Рождения Фреда, но Роза испытывала лёгкое беспокойство и её так и подмывало взять Карту и украдкой посмотреть где это он со своим хорьком коротает вечера. Как только с занятиями на сегодня было покончено, Роза и Рокси спустились к опушке Запретного Леса, там уже были все, кроме Альбуса. Фред подготовил нечто невероятное: на заснеженной лужайке красовались фигуры фантастических тварей, вылепленные из снега, но что больше всего впечатлило Розу, так это то, что они были как живые с повадками животных, коих они изображали. Там тебе и гиппогрифы, и драконы, грифоны и химеры. Весь этот бестиарий носился по полянке, подчиняясь едва уловимым приказам именинника, а после зверюшки взорвались и из них вверх взмыли ракеты фейерверка, которые взрывались формами тех животных, в которых ракеты находились. — Фантастика! — Роза только и могла завороженно смотреть на это чудодейство. — Это ещё не всё, — подмигнул ей Джеймс, после чего взмахнул палочкой и с окраины Запретного Леса в воздух взмыла цепь ракет, которая взорвалась в воздухе образуя фразу: «С Днём Рождения, Фред!» — Да, ну и устроили же вы трам-тарарам! — к ним подошёл Хагрид, который улыбался во всю свою косматую бороду. — Ой, Хагрид, а мы думали ты не придёшь, — обрадовался Джеймс приходу полувеликана. — Как тут не прийти, когда такая красота происходит, — Хагрид осмотрел всех присутствующих. — А Альбуса где потеряли? — Да, у него какие-то дела, — пожал плечами Джеймс. Хагрид кивнул чему-то своему. Роза подумала, что Альбус поведал Хагриду чего-то такое, что не доверил никому из семейного круга. Роза решила при случае его расспросить об этом. — Ой! — вдруг ойкнула Рокси. — Что? — спросила её Роза. — Я совсем забыла взять с собой фотоаппарат, — Рокси кусала локти от оплошности. — Я бы всё это запечатлела на фотокарточку. — Ты же говорила, что фотографии всё равно не получаются нормально, — напомнила ей Роза. — Да, но вдруг бы в этот раз получилось, — сказала та в лёгком расстройстве. — Да не переживай ты так из-за своих фотографий, — сказала ей Молли. — Можно подумать за семь лет не будет событий более ярких, чем это. — Да, — потупилась Рокси. — Наверное. Они всё ещё глядели на разноцветные переливы угасающих в небе зверей, пока совсем не стемнело. Без сомнения, это было одно из лучших празднований Дня Рождения, на котором довелось присутствовать Розе.***
— Опять эта Дельфини тебя припрягла по Древним Рунам? — спросила Рокси, подглядывая на лист пергамента, за которым сидела Роза. — Нет, это письмо, — сказала она. — У папы завтра День Рождения. — Ой, точно, совсем забыла, что завтра начинается Март, — спохватилась Рокси. — Передай от нас с Фредом привет дяде Рону. — Обязательно, — улыбнулась та, смотря на то, что её постскриптум получился сопоставимым с основной частью письма. Хоть получилось немного неказисто, она не стала переписывать письмо, потому что писала от всего сердца. Она сложила пергамент в конверт, написала на нём домашний адрес и отправилась в совятню. — Фрейя, сюда, — позвала она своего питомца. Филин спустилась с высокого шеста на руку Розы и доброжелательно поклевала её правое ухо. — Хватит, Фрейя, — хихикала Роза, — есть работа, нужно письмо донести домой, справишься? Фрейя ухнула, смотря на хозяйку своими янтарными глазами, пока та, прикрепляла к лапке письмо. — Лети, — отпустила та своего филина, и Фрейя улетела вдаль. В этот момент дверь открылась, и в совятню вошёл Скорпиус Малфой. В первый момент оба замерли от неожиданности. Оба не могли ни вымолвить и слова, ни оторвать взгляд друг от друга. — Уизли, ты так и будешь столбом стоять? — нарушил молчание Малфой. — Нет, — сказала она, отходя от насестов и уже собираясь уходить. — Столас, ко мне, — позвал он своего филина. Роза глянула и точно, это был тот самый филин, с которым Фрейя не поладила. Филин Малфоя был выдрессирован и манерен, но на плече своего хозяина он позволял проявлять ласку и Малфой улыбался птице, причём совершенно искренне, как мальчишка, а не как аристократический сноб. — Домой, — привязал он письмо к лапке филина, тот громко ухнул, спрыгнул с руки Скорпиуса и вылетел в оконный проём. — Ты чего на меня уставилась, Уизли? — повернулся он к ней. Ещё мгновение назад его лицо было таким мальчишечьим, а теперь снова непроницаемая маска из белоснежного фарфора. — Я… я хотела извинится перед тобой, — неожиданно для себя сказала Роза, чувствуя, как алеют её уши. — За «Пожирательского сынка». Теперь и Малфой уставился на неё с недоумением, вот чего он не ожидал, так это то, что Уизли будет извинятся перед ним за свои слова. — Ты это серьёзно? — спросил он. — Да, — сказала Роза, не веря, что говорит это, но какая-то сила, исходящая из самой глубины её естества, подталкивала сказать ему эти слова. — Я думаю то, что было между нашими родителями — то было между нашими родителями. И… мы не обязаны идти по стопам наших отцов. Роза готова была поклясться, что Малфоя её слова тронули, хоть он этого старался не показывать, в глубине его серых глаз блестели искорки. Вот только Роза не могла понять какого эти искорки были свойства, было ли это самодовольство или благодарность, свет или тьма. — Это тебя Альбус подговорил? — спросил он холодным голосом, бороздя Розу изучающим взглядом. — Нет, — ответила ему Роза, стараясь выдержать этот взгляд. — Альбус здесь не причём, кстати, как он? — Как рыба в воде, — ответил Малфой, пожимая плечами. Вот только что это было? Может они с Малфоем тоже рассорились, и он пожимает плечи от безразличия? — Смотри мне, Малфой, если ты втянешь Альбуса в свои чистокровные игры, то я лично приду в ваше подземелье и своими руками вырву твои патлы! — Вот теперь я узнаю нашу маленькую Уизли, — ухмыльнулся тот, — всё время кричишь, что-то про свою семью, а есть ли тебе дело до своей семьи? — Сразу видно, что у тебя нет ни братьев, ни сестёр, — повысила она голос. — Тебе такое не понять. — Чтоб ты знала, — сказал Малфой, тоже повышая голос. — Альбус мне как брат и, наверное, только благодаря ему я держусь на Слизерине! — Ты мог не идти на Слизерин, — удивилась Роза. — Ты мог попроситься на Когтевран или… — Гриффиндор? Пуффендуй? — рассмеялся Малфой. — Малфой на Гриффиндоре — это нонсенс. — По крайней мере у тебя был выбор, — сказала Роза. — И я сделал выбор, — сказал он. — Точно также как сделала его ты, Уизли. После этого он направился к выходу из совятни, но перед тем как уйти он повернул голову: — Я принимаю твои извинения, — сказал он, но потом насмешливо добавил: — Мисс Воронье Гнездо! Роза даже не успела сообразить, прежде чем Малфой хохоча сбежал по винтовой лестнице вниз. — Хорёк! — бросила она ему вслед, но Малфой уже едва ли слышал оскорбление Розы. — Чёртов Малфой, — буркнула она и выглянула из окна. Роза почувствовала, что ей страсть как захотелось полетать над Хогвартсом, хоть на метле, хоть на гиппогрифе, без разницы, лишь бы отдаться воздушной стихии, оторвать свои ступни от земли. А внизу, из трубы хижины Хагрида повалил дымок, как раз вовремя. Роза поспешила спуститься вниз, чтобы до темноты успеть навестить Хагрида. — А, — открыл дверь полувеликан, — это ты, Роза, проходи, я только что заварил свежий чай. Роза отпила чай из кружки-ведра, он был настолько крепкий и горячий, что пить его было трудно. — Так, о чём ты хотела меня спросить? — Об Альбусе, — начала Роза. — Он же к тебе время от времени заходит. — Ну, да, навещает меня, старика, — сказал Хагрид. — Просто, — замялась Роза. — Понимаешь, вроде мы одна большая семья, а Альбус всегда где-то в стороне, и… — И ты беспокоишься, что он на Слизерине попал в плохую компанию? Роза кивнула, а про себя подумала, что один только Малфой — уже достаточно плохая компания. А что, если Селвин поручит Малфою принять более радикальные действия по отношению к ней из-за инициатив Гермионы в Министерстве? Поговаривают, что Кингсли за двадцать лет подустал от должности Министра и собирается уйти на покой, и Гермиона Грейнджер имеет все шансы занять вакантный пост. — Послушай, Роза, — вздохнул Хагрид, ставя на стол свою кружку с чаем, он собирался что-то сказать, как Кусь тревожно залаяла, а в заднюю стену хижины что-то со свистящим стуком ударилось. Хагриид тут же выхватил арбалет и вышел наружу, через чёрный ход. Роза последовала за ним. — Что это, Хагрид? — спросила она, всматриваясь в черноту леса. Хагрид молча отошёл и вытащил из стены трёхфутовую стрелу с грубым каменным наконечником. Напряжённую минуту спустя из леса вышел кентавр с седыми волосами и грубыми чертами лица. — Фирензе! — Хагрид опустил арбалет. — Это что за штуки? — Нам надо поговорить, Хагрид, — сказал Фирензе. — Ну, так для этого можно было просто постучать в дверь, — буркнул Хагрид. — В лесу кто-то бродит, — сказал Фирензе. — Кто-то? — спросил Хагрид. — Да, в лесу кто-то бродит, — повторил Фирензе. — Наше стадо встревожено. — А как этот кто-то выглядит? — Хагрид начал беспокоится. — Этот кто-то скрывается в тенях, — сказал Фирензе, смотря куда-то за Хагрида, — его следы на полотне Судьбы не видны, тьма шлейфом следует за ним вглубь леса. Старая паутина служит нитью для вуали новой. — И это всё, что ты хотел мне сказать, Фирензе? Фирензе поднял голову к небу, задумчиво поглядел на него и не отрывая своего взора сказал напоследок: — Луна нынче ярко светит, её свет проливается на тайны даже сквозь пелену облаков. После чего ушёл обратно в лес, только его и видели. — Вот что, Роза, давай я провожу тебя в замок, — предложил Хагрид. — Я к МакГонагалл, надо ей сообщить, что в лесу бродит кто-то посторонний. — А что Фирензе говорил про вуаль, паутину и прочее? — А шут его знает, — пожал Хагрид плечами. — Эти умники всегда изъясняются иносказательно, даже Фирензе, а он из них едва не единственный, кто не слишком кичится их «превосходящей человеческую» мудростью. Роза по пути в замок думала, кому и зачем понадобилось бродить по Запретному Лесу. Мог ли кто-то из шайки Селвина по распоряжению кто-то из чистокровных отправится в лес? Могли ли заставить туда пойти Альбуса?***
Ветреность Февраля сменилась дождливостью Марта приближался матч Гриффиндор против Пуффендуя, и он был определяющим для последних — проиграй они гриффиндорцам, и пуффендуйцы выбывают из соревнования. В последние дни Вуд гоняла свою команду так, словно завтра они сражаются за Кубок Мира. Роза проснулась в субботу, за окном покрапывал мелкий дождик. — И в такую погоду будут соревноваться? — спросила заспанная Фанни, которая предпочла бы поваляться в этот день подольше. — Думаю, что нам стоит взять дождевые плащи, а то волосы размокнут, — потянулась на постели Мэгги. — Девочки, а как вы думаете, за кого будут болеть когтевранцы? — спросила Бэтти. — Думаю, что за Пуффендуй, — сказала Роза. — Ведь если Пуффендуй каким-то чудом победит, то они смогут достойно сыграть против Слизерина, тем самым надо будет только набрать нужное количество очков, и они завоюют Кубок. Когтевран сейчас ведёт в турнирной таблице. В дверь неожиданно постучали. — Войдите, — сказала Роза, и в дверь вошла сама Минерва МакГонагалл. — Доброе утро девочки, — краешком губ улыбнулась она. — Мисс Уизли, вы-то мне и нужны. — Я? — удивилась Роза. — Нет, не вы, — слегка смутилась та. — Госпожа директор, — подошла Рокси, слегка волнуясь. Просто невозможно было стоять под взглядом зелёных глаз директрисы и не нервничать, даже желание что-либо возразить пропадает начисто. — Мистеру Коулу снова не здоровится, — вздохнула та. — И я подумала над Вашим предложением комментировать матчи. — Правда? — Рокси просто сияла, не веря в своё счастье. — Да, под моим присмотром, — сказала она более строго. — Я надеюсь Вам не нужно объяснять, что это пробный период? — Конечно, профессор, — сказала Рокси. — Я Вас не подведу. — Тогда жду Вас через час в комментаторской рубке, — профессор МакГонагалл вышла из комнаты и Рокси тут же пустилась в пляс. — Я буду комментировать матчи! — вопила она. — Я — комментатор! — Рокси, угомонись пожалуйста, ты нам всю спальню разнесёшь, — посмеивалась Роза, радуясь за кузину. Девочки спустились в гостиную, где вся команда Гриффиндора была уже в спортивной форме и в ало-золотых мантиях. — Фред, — подбежала Рокси к брату. — Сегодня я буду комментировать ваш матч! — Поздравляю, Рокс! — брат обнял сестрёнку. — Рокси, ты только не забудь представить нас красиво, особенно то, как я буду величаво пролетать над полем в поисках снитча и как я буду его выхватывать прямо из-под носа, зазевавшегося… — Джеймс! — вся остальная команда прикрикнула на него. — Ну а что, — Джеймс подмигнул Рокси. — Всё так и будет. — Ну и самомнение у тебя, Поттер, — раздался голос позади него. Все обернулись, на источник голоса. Сюзанна Поттер. — Сперва снитч добудь, а потом уже рисуйся, — сказала она полушутливым тоном. — Ради вас, миледи, я добуду не только снитч, так я ещё и квоффлов больше других накидаю, — Джеймс даже волосы себе взъерошил, словно он уже был верхом на метле. — Поттер, — Джессика, однако, не выглядела весёлой. — Не отбивай у охотниц их работу, и делай свою. Сегодня мы должны победить, и мы победим, это не обсуждается! — Да не беспокойся, Джесс, — подала голос Имельда. — Единственный, кто у Пуффов силён, так это Стеббинс и против нашей слаженной работы он не удержит ни одного кольца. — Эванс, кстати, — подала голос Каролина, — тоже хорош, да и внешне тоже ничего. Признайся, Мелда, тебе он нравится! Рокси и Алиса тут же прыснули, однако остальные не находили в этом ничего смешного. — Вы закончили? — спросила Вуд команду. — Тогда на завтрак, а после на поле. Марш! Пока они спускались на завтрак, Роза заметила нечто необычное. В дальнем углу коридора мелькнули знакомые причёски. Альбус Поттер и Скорпиус Малфой, кто бы сомневался. Розе тут же стало любопытно, почему эти двое пропускают завтрак перед матчем, да и, наверное, сам матч они тоже не планировали посещать. И Роза тоже решила, что может к матчу немного опоздать. — Девочки, вы идите, я вас догоню, — сказала она однокурсницам. Те не успели ничего ответить, как Роза поспешила в тот конец коридора, в надежде, что успеет их выследить. Во всяком случае тут неподалёку был кабинет профессора Флитвика и кабинет профессора Дельфини. Профессор Флитвик с большей вероятностью был в Большом Зале, а вот профессора Дельфини за завтраком по выходным Роза видела нечасто, так что Роза поспешила к кабинету Дельфини. Подойдя как можно ближе к двери самого строгого преподавателя, Роза оглянулась и достала из кармана Удлинитель Ушей — приятно, что родственная связь с владельцами этой лавочки, даёт некоторые бонусы. —… что касается двери на третьем этаже, не переживайте, — сказала профессор, — я наложила на неё такую защиту, что разрушить её можно только мощнейшей чёрной магией. Теперь я хочу узнать об обстановке на Слизерине, Скорпиус, я к тебе обращаюсь. Твой отец поручился за тебя на Рождество… Роза так увлеклась подслушиванием, что самым краешком уха едва не прослушала, как в другом конце коридора эхом раздавались шаги. Роза мигом свернула Удлинитель и отбежала от двери кабинета профессора на почтительное расстояние. И вовремя. — Вы почему не на матче? — спросил приближающийся к ней Староста Школы от Когтеврана своим гнусавым голосом, который отдавал хрипотцой. — Как раз иду туда, — сказала Роза самым невинным голосом. — Вот и идите, — сказал он раздражительно и пошёл прочь, откашливаясь. Роза предположила, что он пошёл отлёживаться в свою личную спальню Старосты Школы в башне Когтеврана. Наверняка сходил в Больничное Крыло за микстурой, а после направился в свои покои. Ей хотелось продолжить подслушивание, но с той стороны двери послышался топот ног и Розе пришлось сматываться оттуда. Роза побежала на стадион, где матч уже был в полном разгаре. — Вы только посмотрите на слаженную работу Суон, Джонс и Лонгботтом, — раздавался восторженный голос Рокси через магический мегафон, — это наиболее сильное трио охотников этого сезона. Суон пасует Джонс, Джонс передаёт квоффл Алисе, та уворачивается от Озрика, отлетает в сторону и… Гол! Гриффиндор ведёт со счётом девяносто против пятидесяти. — Привет, что я пропустила? — Роза протиснулась к своим на гриффиндорских трибунах. — Где ты была? — спросила её Мэгги. — Да так, живот прихватило, — соврала Роза. — Тут наши побеждают, — сказала Бэтти, наблюдая, как охотницы ловко маневрируют, преодолевая пущенные в них бладжеры и минуя охотников Пуффендуя. Было видно, что для гриффиндорской сборной противник достался упорный — пуффендуйцы сражались на пределе своих возможностей, поскольку для них поражение в этом матче означает не просто поражение за Кубок, это означает, что они займут четвёртое место в турнирной таблице. Для Пуффендуя это обычное дело, но кому понравится всё время быть на последних позициях? — Алиса пасует Джонс, Джонс передаёт квоффл Суон и… — напряглась Рокси. — Стеббинс спасает кольца, квоффл у Эванса, тот мчится на полной скорости в противоположный конец поля, Уизли и Джордан посылают в него бладжеры, Эванс уворачивается от первого бладжера, а второй… попадает ему в бок, квоффл у охотников Гриффиндора. — А Рокси хорошо комментирует, — гаркнул позади них Хагрид, наблюдая за матчем в свой бинокль. — МакГонагалл не делала ей замечаний? — спросила у него Роза. — Пока нет, — пожал он плечами. — Хотя да, подача у неё импульсивная, вот помню, как Ли Джордан комментировал матчи, это было что-то. А сейчас сын Ли занял место на поле для квиддича, в противовес ему Уизли заняла его место в комментаторской рубке. — Но что это вытворяет Поттер? — голос Рокси стал напряжённым. — Поттер резко пикирует в самый центр поля и точно, он заметил снитч! Ловец Пуффендуя Тонкс летит на перехват и… Джеймс Поттер ловит снитч, чем приносит команде Гриффиндора сто пятьдесят очков и завершает игру. Раздаётся свисток Мадам Хук. Гриффиндор побеждает со счётом двести пятьдесят против шестидесяти! Гриффиндорцы ликовали, сейчас они лидировали в гонке за Кубок Квиддича в этом сезоне. Джеймс Поттер уже купался в лучах славы, вся команда образовала в воздухе многорукое и многоногое существо, в самом центре которого торчала черноволосая голова Поттера. — Хорошо, хоть матч не продлился долго, — вздохнула Бэтти, — дождь начинает усиливаться. — Тогда поспешим в замок, сейчас как раз начнётся торжество по случаю нашей победы, — сказала Фанни, завлекая остальных к выходу со стадиона.***
Гриффиндорцы в своей башне ликовали. А ликование гриффиндорцев сопровождалось поеданием многочисленных сладостей, заказанных из Хогсмида, вкушением яств, притащенных с Кухонь, а ещё кто-то, и Роза догадывалась кто, умудрился протащить в школу Огневиски Огдена. Правда найти бутылку, в качестве вещественного доказательства грехопадения гриффиндорской сборной так и не удалось. Правы были ребята, когда говорили, что в студенческих общежитиях бутылка алкоголя долго не живёт и исчезает бесследно, коли глаз стражей порядка бдит. — Эй, Рози, не хочешь почувствовать себя взрослее чем ты есть? — Джордан предложил ей Огневиски на самом донышке рюмки, наверное, последняя капелька из того, что в той злосчастной бутылке осталось. — Нет, — отказалась Роза, которую уже мутило от запаха винного спирта. — Да ладно тебе, — он мигом осушил рюмку. — Я думал тебе понравится. Роза заметила, что на этой пирушке Джордан сидит в отдалении от остальных, хотя буквально десять минут назад принял на грудь едва ли не больше всех. — Скажи честно, а Огневиски это то что тебе нужно, чтобы отметить победу? — спросила Роза. Она видела на тёмном лице улыбку, которая была восковой, ненастоящей. — За неимением лучшего, — сказал он. Роза попыталась припомнить всё, что знала о парне, который не веселился со всеми, а лишь делал вид, что веселится. И тут её осенило: — Доминик, — сказала она. В яблочко, в карих глазах блеснул огонёк, но тут же угас. — Я тебя не понимаю, ты же лучший друг Фреда, побратим, так почему ты не можешь… — Вот именно, — сказал он. — Ты сама и ответила на свой вопрос. Что я скажу ему: брат, мне очень нравится Доминик, твоя кузина и у меня всё внутри сводит, стоит ей появится даже на задворках моих мыслей. Роза хотела было его приободрить, но тут в проёме появилась Рокси, сияющая от счастья, как свежеотчеканенный галлеон. — Рокси, ты где была? Мы тут веселимся, а ты где-то шляешься! — набросились на неё Джеймс и Фред. — Да, МакГонагалл меня задержала, — пожала та плечами. — Она целый час высказывала замечания в мой адрес, по поводу моего стиля комментирования матчей. — Ты шутишь? — спросила её Роза. — Но она же не… — Нет, — рассмеялась Рокси, — скажу больше, старушка всерьёз рассматривает мою кандидатуру на должность комментатора матчей в следующем году. Скорее всего ей просто надоел зануда, комментирующий матчи. — Ох, Рокси, — Роза обняла кузину. — Я буду очень разочарована, если ты не будешь комментировать матчи, твой дебют был потрясающим! — Да чего уж тут, — Рокси стоило некоторых трудов вырваться из колких объятий Розы. — На фоне Коула, любой комментатор покажется лучшим. — А я ещё и матчи буду фотографировать! — объявился Колин. — Поверить не могу, что ни у кого ещё не дошли руки до создания фото-хроники событий в школе. — Слушай, а это идея! — вдруг осенило Рокси. — Что за идея? — спросила Роза. — А почему бы нам не создать собственную школьную газету? — предложила Рокси. — Газету?! — переспросили Роза и Колин. — Ну да, — Рокси стала в свободную стойку. — Я буду писать статьи обо всём, что произошло в школе за неделю, Колин со мной на пару будет делать фотоматериал; фотоаппаратуру, думаю, мы добьём до конца года, останется только печатный станок раздобыть, но это думаю можно обратится к близнецам Скамандерам, и вуаля! — А не боишься, что МакГонагалл вашу лавочку прикроет, если материал будет компрометирующим? Я же тебя знаю, Рокс. — Думаю, — поджала она губы. — Что розовый пиар, тоже пиар. Роза, Джеймс и некоторые другие повалились со смеху, вспоминая истории родителей об инквизиторских замашках Долорес Амбридж с её террором в розовых тонах. Субботний день выдался очень насыщенным и богатым на события. Роза лёжа на кровати прокручивала в голове сегодняшний день, а пока она думала об этих событиях не заметила, как уснула. Ей снилось, что она бродит по коридорам Хогвартса на верхних этажах и видит, что стены обклеены газетой кустарного производства, на них изображены фотографии Альбуса и Скорпиуса, которые держат Кубок Школы и улыбаются. Сами газеты были помечены огненными рунами. Вдалеке слышался плач. Роза не могла не прийти на помощь. Плакала девушка в ближайшем классе. Роза открыла дверь и увидела Доминик, рыдающую над телами Фреда Уизли и Джорджа Джордана, а над ними переливалась Чёрная Метка. — НЕ-ЕЕЕЕЕТ! — Роза была вся в холодном поту, а из глаз текли слёзы. Она отодвинула балдахин на своей кровати. Тишина. Соседки мирно спали и видели не омрачённые кошмарами сны.***
В следующий понедельник Роза дождалась окончания занятий по Древним Рунам. Она уже перевела на рунический все сказки Барда Бидля, а потому решилась подойти к профессору Дельфини, чтобы потребовать свой экземпляр сказок обратно. — Да, мисс Уизли? — улыбнулась ей профессор, стоя позади двери в свой кабинет. — Что вы хотели? — Извините за беспокойство профессор, но я… — замялась Роза. — Продолжайте, мисс Уизли, не мямлите, — сказала профессор. — Я хочу попросить Вас вернуть мой экземпляр сказок Барда Бидля, — проговорила Роза, опасаясь, что Дельфини просто закроет дверь и не станет её слушать. Возникла пауза. Дельфини изучающе глядела на Розу пару мгновений. Но после этого дверь кабинета тут же закрылась перед носом Розы, а за дверью были слышны торопливые шаги профессора. Девочка решила, что профессору Дельфини не было ни малейшего дела до своей самой любимой ученицы. — Что-ж, Роза, — вздохнула она про себя. — Ты хотя-бы попыталась. Роза собралась было уходить, как дверь открылась, и профессор Дельфини протянула ей книгу, оригинал сказок Барда Бидля, тот самый, который ей подарила на прошлый День Рождения мама. — Я надеюсь, вы усвоили урок, мисс Уизли? — спросила профессор, крепко сжимая книгу. — Да, профессор Дельфини, — сказала Роза виновато, протягивая руки к заветной книге, однако Дельфини не собиралась отпускать книгу, вместо этого она потянула её ближе к себе лицевой стороной. — И какой же вы урок усвоили, мисс Уизли? — интонация Дельфини стала весьма и весьма едкой. — Я усвоила урок, — Роза опустила голову, — что кто не любит упорно работать, но любит получать — дорого платит, что мне следовало не забывать. Роза перефразировала приветственный стих со входа в банк Гринготтс. Дельфини всё ещё не спешила отдавать книгу Розе назад. — Пройдёмте в мой кабинет, — сказала профессор, приглашая Розу к себе. Сердце Розы забилось с утроенной силой, ей казалось, что стоит ей зайти к ней в кабинет, как она окажется в ловушке, но ноги не повиновались её воле и сами несли её навстречу собственной погибели. И ради чего? Ради ветхой книжечки, которую некогда держал в коллекции сам Альбус Дамблдор, но и только? Едва гриффиндорка переступила порог кабинета, как дверной замок щёлкнул, и она осталась наедине со специалистом, сведущим в самой тёмной магии. — Присаживайтесь, мисс Уизли, — Дельфини указала на кресло перед её столом. Роза повиновалась и села. Профессор Дельфини взмахнула палочкой и со столика на колёсиках на её рабочий стол опустились два блюдца, две чашки, в которые фарфоровый чайник носиком разлил горячий чай. — Вы предпочитаете чай с сахаром? — поинтересовалась Дельфини. Роза кивнула и к её чашке подлетела сахарница с кубиками сахара-рафинада. Бронзовые щипцы положили в чашку Розы пару кубиков и те тут же рассыпались в горячем чае, а после растворились. Роза обратила внимание на фарфоровый сервиз, на котором были нарисованы птицы, отдалённо напоминающие помесь стервятника с фениксом — авгуреи. И птицы эти не были статичными, они двигались по поверхности фарфоровых чашек, Роза так залюбовалась этой картиной, что даже забыла о чае. — Вы не хотите пить? — спросила профессор Дельфини. — Нет, то есть да, просто засмотрелась на авгуреев на чашках, — сказала Роза, отпивая горячий чай из чашки. Профессор Дельфини ухмыльнулась, отпивая из своей чашки, после чего положила на стол книгу раздора. Она испытывающие смотрела на Розу. — А вы смелая, мисс Уизли, что пришли ко мне требовать возвращения своей вещи, — она видно намекала на ту историю с Джеймсом, и что не каждый студент после этого решился бы иметь с ней какие-то дела. В первое время Роза и сама себя убеждала, что легко отделалась, книжка против страшного наказания, размен более чем выгодный. Но вскоре Розу начало съедать другое чувство, чувство ответственности за доверенную ей собственность. Если сам Дамблдор завещал маме эту книгу, а Розе передала книгу мама, значит Роза была обязана хранить книгу, а если уберечь от попадания не в те руки не получилось, то вернуть её любой ценой. — Сразу видно, что Шляпа в Вас не ошиблась, — усмехнулась Дельфини. Вот только чему она усмехалась? — Вот как мы с Вами поступим, — сказала профессор, откладывая свою чашку с чаем в сторону. — Я хочу дать Вам, мисс Уизли, особое задание. У Розы все внутренности сжало в комочек. Профессор Дельфини, насколько узнала её Роза могла дать ей какое угодно задание, начиная слежкой за студентами, заканчивая… — Нет, — рассмеялась она. — Нет, это не то, о чём Вы подумали. Моё задание будет касаться нашего с вами любимого предмета, Древних Рун. — Видите ли, — продолжила Дельфини. — Я подумала, о том, чтобы ввести в программу для первогодок курсовые работы. Поскольку программа для первых и вторых курсов ещё проходит испытания, то я не могу нагружать школьников сверх того, что вы уже имеете. Однако, я думаю, что Вы, своим примером, сможете убедить Совет Попечителей введением в программу дополнительных зачётных мероприятий. — Предметом Вашего курсового исследования будет эта самая книга, — Дельфини пододвинула книгу к краю стола. — Вы должны будете провести полноценное исследование этой книги, в частности на сокрытые в ней тайные смыслы. Срок выполнения до Июня. У Розы всё во рту пересохло. Эту книгу, а Роза это доподлинно знала, обследовали и очень тщательно весь Июль девяносто седьмого года самые компетентные рунологи, какие были под рукой у Скримджера. И если они ничего обнаружить в этой книжке не смогли сверх того, что смогла там обнаружить Гермиона, то каковы шансы у первокурсницы, у которой, ко всему прочему, и так мало личного времени? — Я согласна, — прошептала Роза, но потом сказала более уверенно. — Я согласна провести курсовое исследование. — Замечательно, — улыбнулась профессор Дельфини. Она достала перо и пергамент и начала записывать туда быстро и каллиграфично служебную записку о кураторстве исследования, проводимого Розой. — У вас есть какие-то вопросы, мисс Уизли? — спросила Дельфини, закончив писать записку. — Нет, профессор, — сказала она, забирая свою книгу. — В таком случае, — профессор взмахнула палочкой, замок в двери звонко щёлкнул, — Вы можете идти. Роза и сама не понимала, как это её так угораздило влипнуть. Теперь у неё точно никакого житья не будет. Она забежала в ближайший туалет для девочек, выкрутила на полную мощность краны в раковине и взглянула на себя в зеркало, оно отразило веснушчатую девочку с голубыми глазами и огненно-рыжими всклокоченными волосами. — Запомни это лицо, Роза, — сказала она сама себе, всхлипывая. — Через два месяца оно потускнеет. А потом она прорычала, так громко, как только могла прорычать гриффиндорская львица.
