Глава 14. Пасхальный Переполох
24 января 2025 г., 16:00
Немногие студенты уезжали на Пасхальные каникулы. Во-первых, каникулы длились всего неделю, супротив двух на Рождество. А во-вторых годовые экзамены, они уже очень близко. И домашних работ задали столько, что студенты каждую свободную минуту проводили не снаружи замка, а в Библиотеке или в Большом Зале, где очень удобно можно было одновременно и легко перекусить, и писать многочисленные эссе, а если возник затык, то можно было подойти к преподавателю и спросить его, при условии, что нужный преподаватель был в зале и в нужном расположении духа. Если дело касалось Заклинаний, то профессор Флитвик очень часто сидел в эти дни в Большом Зале и с радостью готов был ответить на любой вопрос студента.
Профессор Слагхорн напротив, появлялся редко, а если и появлялся, то предпочитал вести конструктивную беседу со своими любимчиками. Роза могла похвастаться, что имеет расположение к себе старого зельевара.
Профессор Дельфини почти не появлялась в Большом Зале, оттого, если возникал вопрос по переводам, то приходилось пользоваться собственными силами или силами тех, кто знал значительно больше среднестатистического однокурсника.
Это и раздражало Розу. Стоило один раз подсказать Бэтти как правильно переводится одна единственная руническая строчка, как все однокурсники, не считая тех, кто со Слизерина, просили её экспертного мнения.
И если из Библиотеки и Большого Зала можно было просто уйти, то от гриффиндорцев отмахнутся было сложнее.
— Ребята! — страдальческим голосом сказала Роза в среду. — Я бы и рада вам помочь, но у меня самой куча заданий, я не могу разорваться!
— Да с твоим уровнем владения рунами делов-то на пару секунд, — возмущался Макмиллан. Роза сверкнула на него своими глазами так яростно, что тот попятился. С этого момента даже гриффиндорцы потеряли желание донимать Розу своими просьбами помочь-проверить домашнюю работу по рунам и не только по рунам.
— Рози, ну нельзя же себя так мучать! — сзади к ней подошла Рокси этим же вечером. — Я столько раз тебе говорила, чтоб ты не загонялась с этими рунами.
Роза даже не ответила на привычные возгласы сестры.
— Эй, Рози, — подёргала она Розу за плечо. — Ты тут или где?
— Или где, — зевнула Роза, потягиваясь на стуле и протирая глаза.
— Вот возьму и напишу тёте Гермионе, что ты совсем не бережёшь своё здоровье, — сказала та с неестественной для себя строгостью. — Посмотри на себя, у тебя уже сколиоз проступает от бесконечных засиживаний допоздна со своими рунами! Хочешь лежать в Больничном Крыле и пить Костерост?
— Тоже мне, — фыркнула Роза. — И потом, вот войду сборную Гриффиндора, буду постоянно получать травмы и вывихи, так что уже стоит привыкать к его вкусу.
— Роза, Моргана тебя за ногу! — Рокси резко отодвинула стул от стола и развернула кузину к себе лицом. — Я о тебе забочусь, потому что больше некому!
Роза лишь отвернула от неё взгляд, уставившись на ковёр.
— Рози, — Рокси присела на колени. — Скажи мне честно, эта Дельфини тебя наказала? Нанесла на тебя про́клятую руну?
— Нет, — сказала Роза. — Ну вернее… в общем, слушай…
Роза рассказала всё, что произошло в кабинете профессора Дельфини, а также то, что Альбус и Скорпиус похоже работают на профессора, только явно не над рунами.
— Она сумасшедшая, — выдохнула Рокси. — Роза, ты же сама понимаешь, что если уж профильные специалисты за месяц ничего особенного в этой книжке не нашли, то что уж говорить о тебе?
— Я справлюсь, — сказала Роза, но в эти слова даже она сама не верила.
— Ну почему ты такая упёртая? — выдохнула Рокси.
— Думаю потому что это у нас семейное, — Роза попыталась разрядить обстановку грустно улыбнувшись.
— Хорошо, — Рокси зашла с другой стороны. — Допустим, допустим, что ты справишься. Но, а если нет? Не убьёт же тебя эта Дельфини, не повесит на тебя проклятие?
— Наверное нет, — выдавила из себя Роза.
— Уже лучше, продолжим: профессор Дельфини, в случае если ты не справишься, отнимет у тебя эту книгу, так?
— Скорее всего, — пожала плечами Роза.
— Ну вот и отлично, — хлопнула в ладоши Рокси. — В самом худшем случае, эта Дельфини всего лишь избавит тебя от замшелого хлама прошлого и даже денег за клининг не потребует.
— Есть кое-что похуже этого, — сказала Роза убитым голосом.
— И что же? — не поняла Рокси. — Или ты переживаешь, что эта Дельфини тебя срежет на экзамене? Ну и пусть. Мы подадим апелляцию, и сюда приедут попечители в полном составе, ты сдашь её экзамен повторно, поделишься своими воспоминаниями, мы докажем, что она злоупотребляет своими полномочиями, и её выгонят, чего собственно она и заслуживает.
— Да, — кивнула Роза, соглашаясь с сестрой, стараясь делать это как можно убедительнее. Не вышло.
— Или ты переживаешь, что статус лучшего студента первого курса достанется Малфою? Ну и пусть, пусть он покуражится, у тебя будет ещё шесть лет после этого впереди, поверь мне, ты его обскачешь и на СОВ с ЖАБА, но ещё станешь Старостой и капитаном сборной Гриффиндора в придачу! А чего добьётся твой хорёк? Правильно, будет прожигать свои семейные капиталы, да приторговывать запрещёнкой, на чём рано или поздно попадётся!
Тирада Рокси подействовала на Розу, как мощная доза успокоительного. Она встала со стула, взмахнула палочкой, и на столе образовался идеальный порядок.
— К Мерлину в задницу всё это, — улыбнулась она.
— О, Роза, вот ты вернулась, — шуточно обняла её Рокси, так словно Роза уезжала куда-то далеко и только сейчас сошла с поезда. Девочки дружно расхохотались.
— Девочки, — сверху спустилась Виктуар в своей пижаме и заплетёнными в косу до талии волосами. — Вы почему ещё не в постелях?
— Просто Роза опять заработалась, — пожала плечами Рокси. — Но, хвала Моргане, мне удалось её убедить пойти спать.
— И правильно, — сказала заспанная Виктуар. — На старших курсах только и делаем, что вспоминаем те блаженные дни, когда могли спать всласть.
Девочки пошли в свои спальни. Рокси привела очень убедительные доводы, но Роза всё равно не планировала отступать и разгадать тайны этой книги, ведь если профессор Дельфини при первичном обследовании пришла к выводам, что помимо знака Даров Смерти там есть что-то ещё, значит, Дамблдор был ещё более прозорливым, чем думали её родители.
***
— С Днём Рождения, Роза! — прокричала Рокси утром следующего дня, в последний четверг Марта. — А? Что? — Роза протёрла глаза, ещё не до конца проснувшись. И как только Роза взглянула на свои механические часы на тумбочке, то недоумение вперемешку с недовольством отразилось на её личике. — Рокси, — выдохнула она. — Ты могла бы сделать мне самый лучший подарок, просто дав мне поспать чуть подольше. — Ага, — хихикнула Рокси. — А ещё попросить домовиков подать тебе завтрак в постель, тогда бы ты поспала ещё дольше. Ну, давай, просыпайся, мы в твою честь такое приготовили, закачаешься! Рокси увидела, что Роза снова опустилась на подушку, как это сделали и соседки по комнате, желая доспать свои сны. — Ну ты и сурок, — поразилась Рокси. — Ладно, сестрёнка, сама напросилась! Эта бестия, поднесла к голосовым связкам палочку и прошептала: — Сонорус! Последние буквы заклинания раскатным гулом прокатились по комнате. Если бы Рокси произнесла заклинание нормальным голосом, то оконные стёкла такого бы не выдержали, уже сейчас они очень нехорошо вибрировали. — РОКСИ! — тут проснулись уже все девочки, а возможно и вся башня подскочила от такого «Доброго утра». Роза хотела было придушить кузину — настроение именинницы упало до отметки «отвратительно». Но Рокси добилась своего — Роза проснулась, а перед ней высилась целая стопка подарков. — Ого! — поразилась Роза, осматривая эту гору, не веря, что это всё для неё. — А ты как хотела, Роза? — Рокси веселилась, глядя на то, как Роза пересчитывает подарки. Чего тут только не было: и традиционная выпечка от бабушки, и портативный мультиметр от дедушки Артура, конструктор часов из деревянных механизмов от дедушки и бабушки из Австралии. И книги, много книг. На самом верху была книга «Основы Нумерологии» за авторством Ма́ксима Пентаграмма, а на ней была записка: «Дорогая, кузина. От всего сердца поздравляю тебя с твоим двенадцатилетием, а потому дарю тебе уникальный экземпляр по арифмантической поддисциплине — Нумерологии. Насколько я знаю тёте Гермионе был по душе данный предмет, уверен, что и ты найдёшь его достаточно привлекательным для себя. Заранее предвижу, что ты захочешь видеть меня на своём празднике. Я бы мог сказать, что одного только присутствия на нём Джеймса достаточно, чтобы испортить веселье и в любое другое время ты была бы права, но я в самом деле очень занят. Надеюсь, что однажды ты всё поймёшь. Твой кузен, Альбус». — Что, Ал так и не придёт? — спросила Рокси, заглядывая в записку. — Нет, — вздохнула Роза. — Ты расстроена? — спросила Рокси. — Да, — сказала Роза. — Но наверное не тем, что он не придёт, а тем, что не сказал мне всё это в лицо, словно мы и не семья вовсе. — Ой, а это что за прелесть? — светловолосая Фанни указала на подножье пирамиды из подарков. Роза слезла с постели и дотянулась до этого подарка. Это была плюшевая фигурка рыжей ласки с длинным и пушистым хвостом, когтистыми лапками и синими глазами-бусинками, в точности под цвет глаз именинницы. Роза заворожённо глядела на это дело рук человеческих, именно человеческих и даже мужских, которые довольно грубо, но очень старательно вырезали фрагменты этой фигурки из плюша, сшивали между собой, а потом набивали ватой. Но и это было ещё не всё, на шее ласки была нашита нашивка в виде бутона белой розы. А мордочка ласки изображала решимость охотника, почуявшего добычу, но в то же время и готовность драться за своё гнездо. — Это кто тебе такое подарил? — спросила подошедшая к ней Мэгги. — Не знаю, — пожала плечами Роза, всё ещё с нежным трепетом разглядывая подарок. — Ни бирки с поздравлением, ни записки на ней нет. Лишь Рокси прищурилась, думая, гадая и размышляя, кто же это за тайный поклонник Розы, что даже имени не оставил на подарке. Да и игрушка была сделана без применения магии.***
— Ладно, Рокси, — сказала Роза, кутаясь в свой зимний плащ. — Что вы там придумали? Девочки уже вышли за пределы замка, миновали теплицы, Гремучую Иву и вышли к опушке Запретного Леса, у которой столпилась практически вся их семья, на данный момент обучающаяся в Хогвартсе. — О, а вот и наша именинница, — обрадовался Джеймс. — Долго же мы вас ждали. — Это всё Роза, — рассмеялась Рокси. — Её не добудиться. — Понимаю, — хохотнул Джеймс. — Ну что за сюрприз вы приготовили? — спросила Роза. — Скоро завтрак, а потом ещё столько заданий надо сделать и… Тут она просто потеряла дар речи, из чащи леса вышел самый настоящий единорог в сопровождении Виктуар. Существо белоснежного цвета, излучающее чистоту и непорочность, грациозно вышагивало навстречу к ней. Роза краешком глаза заметила, что и Виктуар в ореоле мифического коня выглядит потусторонне-волшебно. Джеймс подтолкнул её вперёд, и она подошла как можно ближе к единорогу и Виктуар, не в силах оторвать восхищённых глаз от существа. — С Днём Рождения, Роза, — улыбнулась Виктуар Розе столь лучезарно, что если бы в этот момент перед ней стоял Тедди, то он бы точно вёл бы себя как мальчишка перед ней. — Это… просто… чудо, — задыхалась от волнения Роза, поглаживая бархатную шкуру, мягкую, шершавую и очень тёплую. А ещё от шкуры не пахло конским потом. Розе доводилось кататься в маггловских парках на лошадях вместе с родителями и братом, сами лошади ей нравились за свою красоту и темперамент, кроме запаха, запах конского пота ей опротивел очень быстро. От этого же представителя непарнокопытных не пахло вовсе, разве что чуть-чуть ощущался запах свежести, какая бывает после сильной грозы. Единорог ответил на поглаживания девочки и опустил морду, глядя своим большим глазом в самую душу Розы, после чего прижался к ней так плотно, что Роза могла обхватить его шею. — Хочешь прокатиться на нём? — спросила Виктуар, с озорством глядя на Розу. — А он позволит? — спросила Роза. — И вообще, я читала, что единороги скачут галопом быстрее летящей стрелы! — Я тебя подстрахую, — сказала она Розе, после чего шепнула что-то на ухо единорогу на незнакомом языке, тот радостно заржал. — Он позволит, — хихикнула Виктуар. — Славный жеребчик. Роза как в волшебном сне оперлась на руки кузины и забралась на единорога, следом за ней залезла Виктуар. — Акальтуа Элуэ-Унвэ! — прокричала Виктуар, и единорог пустился в галоп… нет, названия для столь резвой походки просто не существовало. Любой потомственный коннозаводчик мог бы сжевать свои сапоги, кабы видел за какие ничтожные мгновения расстояние сминалось под златыми копытами единорога. Они с Виктуар обогнули озеро, промчались мимо Хогсмида, миновали Визжащую хижину, обогнули поездную станцию и по каретной тропинке вернулись на территорию школы. Когда они остановились у Розы даже голова закружилась. Её мутило даже когда ноги коснулись земли. — Ну как тебе понравилось, Роза? — спросила её Виктуар. — Просто потрясно! — только и смогла выдохнуть Роза. — Вот погоди, — рассмеялась Рокси. — Когда все узнают, что ты только что каталась на единороге… — Рокси, — мягко, но властно сказала Доминик. — Никому ни слова, иначе у всех будут неприятности. — А мы скажем, что были под присмотром Хагрида, — пожала плечами Рокси. — Кстати где он? — Насколько я знаю, — сказал Фред. — Вчера он ушёл в горы, повидаться со своим маленьким братиком. — А сейчас, надо думать, полощет голосовые связки в Кабаньей Голове, — продолжил Джеймс. — Джеймс! — осуждающе сказали Люси и Молли. — Ну, а что такого, если человеку надо пропустить стаканчик другой, — пожал он плечами. Фред тоже глядел на кузена осуждающе, словно они и не протаскивали в гриффиндорскую башню ту злосчастную бутылку. Виктуар шепнула единорогу на прощание, тот мощно и величественно фыркнул, а потом пустился во всю прыть, в самую глубь Запретного Леса. — Половину времени отведённого на завтрак мы уже успешно пропустили, — сказал Джеймс, доставая свою палочку. — Поэтому позавтракаем здесь. От его взмаха по земле расстелилась клетчатая скатерть, а от взмаха Доминик на скатерти возник большой торт с двенадцатью свечками. Фред отточенным взмахом палочки запалил все двенадцать свечей. — Ну, Роза, давай, загадывай желание! — тормошили её Рокси, Молли и Люси. Роза подошла к торту набрала в рот воздух и впала в ступор. А чего ей желать? Желать, стать самой лучшей ученицей Хогвартса? Ну, этого она или добьётся, или не добьётся, собственных сил и стараний для этого должно хватить. Утереть нос Малфою? И это она сделает без проблем. Или может пожелать успешной карьеры? Всё не то, не от чистого сердца, да и разум говорил, что нет смысла желать того, что находится на расстоянии вытянутой руки. А вот семья… Роза прокрутила в голове всех своих многочисленных дядь, тёть, дедушек с бабушками, армию кузин и кузенов, родителей и родного брата. Да, но это всё у неё есть и так… а будет ли так и впредь? Что если разразится очередная война, в которой целые волшебные династии будут вырезать под корень? Да, вот оно подходящее желание! «Желаю, чтобы моя семья всегда была крепка и многочисленна!» — пожелала Роза и задула свечи. Все двенадцать свечей погасли в следующий миг. — Поздравляем, Роза! — заголосили все Уизли и Поттер. Последний разливал чай по чашкам из большого походного термоса, а Фред разрезал торт на восемь частей. Первый кусочек себе отхватил Джеймс, второй Фред, третий Рокси, четвёртый Доминик, пятый Роза, шестой и седьмой взяли Молли и Люси, а последний достался Виктуар. — Как вкусно! — промычала Роза, ощущая, как взбитые сливки с шоколадной глазурью и марципановой начинкой на вафельных уровнях тают у неё во рту. — Это наш лучший рецепт, — сказали довольные впечатлением Молли и Люси. — Молли просто великолепно управляется с этой кухонной волокитой, — улыбалась Люси. — Вся в нашу бабушку. — Не прибедняйся, — толкнула её в бок Молли. — Ты тоже хорошо это делаешь. — Да, но сколько сил это отнимает, — протянула она, от чего все засмеялись, уплетая свои куски торта, запивая их добрыми порциями чая и наслаждаясь ярким весенним солнцем и чистым голубым утреннем небом. Это был самый лучший День Рождения в жизни Розы.***
В этот день всё было просто замечательно, Роза купалась в поздравлениях кузин с кузенами и однокурсников с Гриффиндора, даже домашние задания и подготовка к экзаменам, а Роза уже практически полностью подкорректировала план подготовки к годовым экзаменам из-за курсовой работы по рунам, её не беспокоили. Сегодня она так и лучилась счастьем. — Ну, что, Роза, — дёрнула её за рукав Рокси. — Устроим сегодня пижамную вечеринку? — Что? — уставилась она на кузину. — Да, давай. Роза вспомнила их предыдущую вечеринку в осеннем семестре. В тот раз она одолжила Карту и плащ Джеймса, чтобы проникнуть в логово змеёнышей. И тут её осенило. — Джеймс, — позвала она его. — Что Роза? — спросил он, но по первому взгляду уловил настроение Розы. — А, понимаю, да, конечно, я могу тебе одолжить. — Правда? — обрадовалась Роза. Ей даже объяснять ничего не пришлось, вот настолько ей повезло с кузеном. — Спасибо тебе, Джеймс. — Пустяки, — пожал он плечами. — Сегодня я бы тебе даже свою метлу одолжил. — Так бы и одолжил? — Роза с хитринкой улыбнулась. Как прожжённый фанат квиддича, Роза понимала, что Джеймс с большей охотой одолжил бы свою волшебную палочку, чем метлу, а ведь он свою метлу выбирал с такой же переборчивостью, как волшебная палочка выбирает своего волшебника. — Нет, я пошутил, — рассмеялся Джеймс. Конечно, а что она ожидала от Поттера?***
Пижамная вечеринка прошла практически также, как и предыдущая, много сладостей, тыквенный сок, горячий чай и многочисленные подколы в адрес Розы, на тему самой лучшей студентки Хогвартса. Роза веселилась вместе со всеми, но мысленно она была несколькими этажами ниже. Наконец вечеринка закончилась и девочки начали ложиться спать. Роза лежала на кровати с открытыми глазами, прислушиваясь и выжидая. Она услышала мерное похрапывание Бэтти. Дорога была чиста. Она тут же достала из-под подушки свёрток, в котором лежали Плащ-невидимка и Карта Мародёров. Ещё раз оглядев спальню, она накинула на себя плащ и поспешила вниз. Аккуратно миновав портрет Полной Дамы, та даже не вздрогнула, лишь всхрапнула во сне. Розу всегда поражало, как Хогвартс преображается в ночи. Коридоры древней школы становятся ещё более загадочными и таинственными. Ночью замок жил своей, непостижимой для смертных жизнью. Роза себя чувствовала расхитителем гробниц, попавшим в лабиринт древних пещер, где из любого угла мог выйти оживший скелет и напасть на неё. Конечно, скелетов в школе не было, а вот привидения были; ещё был полтергейст, но он, если верить карте, буйствовал в Астрономической башне. Наконец, Роза спустилась до дверей Библиотеки. — Люмос! — прошептала Роза, и на кончике её волшебной палочки засветился огонёк яркого белого света. Она направилась к отделению, посвящённому древним рунам, но не ради базового курса, всё что можно было найти в этой части секции Роза уже успела изучить и поняла, что там нет ничего полезного. Оставалось только одно — Запретная Секция. Роза достала из кармана швейцарский ножик — подарок Джеймса. «С Днём Рождения, Роза! Хочу подарить тебе незаменимый предмет для любого проказника — Нож-Отмычка, с ним тебе никакая запертая дверь — не преграда. Знаешь, пока медальон богини Маат был у меня, я не только выискивал потайные ходы и лазил по недоступным секциям Библиотеки, но и смог изучить чары, позволяющие вскрывать зачарованные двери. И перед тобой — венец моих исследований, я заколдовал швейцарский ножик — подарок дедушки, в нечто более полезное для любого начинающего шалуна. Даже обидно немного, такой талант, а будет похоронен на поле для квиддича. В общем, долгих тебе лет и будь пай-девочкой! Будущая мировая звезда квиддича, Джеймс С. Поттер». — Ну, Джеймс, — прошептала она, вставляя лезвие-отмычку в замок двери Запретной Секции. — Не подведи меня. Щёлк! Дверь открылась, отныне самые тёмные материи в её полном распоряжении. Правда переступив через порог, Роза уже так не думала. Эти книги не только имели вид весьма жуткий, но и были не очень рады внезапному посетителю. Некоторые книги, из тех, что были скованы цепями, агрессивно лязгали ими, оповещая остальных: «здесь чужак». Розу передёрнуло, но назад она не повернула. Ей позарез нужны были тайные знания о самых древних и мощных рунах, особенно её интересовали Руны Мерлина. Пару раз профессор Дельфини упоминала о них на своих занятиях, говоря, что в академической среде эти руны считаются фейком, байкой, придуманной бездельниками. Но Роза чувствовала по тону профессора, что с этими рунами та имела дело, а значит наверняка такие знания где-то есть. Но в любом случае, сейчас надо было разгадать загадку старой книжки. Проходя коридор за коридором, Роза видела, как тьма сгущается перед ней. Было видно, что даже Мадам Пинс редко посещает эти коридоры Библиотеки. Повернув за угол, Роза нашла нужные полки, где хранились книги по самым мощным рунам. Книги были настолько стары, что название на корешке было совершенно неразборчивым, если вообще было. Потому Роза потянулась руками к первой попавшейся книге. Пальцы чирканули по корешку, но так и не смогли ухватить книгу. Роза попробовала ещё раз. Безрезультатно, она не смогла даже дотронутся до книг. — Руне Ревелио! — прошептала Роза наудачу. Да, этот отдел был зачарован мощным руническим щитом. Знакомый подчерк. Розе стало ясно, что без особого разрешения профессора Дельфини, Розе никак не получить доступ к этим книгам. — Сука! — с болью в голосе прорычала Роза. Она уже не единожды подходила к ней с просьбой дать ей доступ к этому отделу Библиотеки, и каждый раз профессор Дельфини улыбалась, говоря: «Ваш объект исследований у вас на руках, а инструментом любого уважающего себя рунолога является головной мозг, мисс Уизли». Вот теперь Роза поняла, что биться об эту стенку совершенно бесполезно. Выходило, что профессору Дельфини доставляет удовольствие измываться над глупенькой первокурсницей по каким-то своим, личным мотивам. Роза покидала Библиотеку ни с чем. Однако сдаваться Роза не собиралась. Всё же она Уизли, и этим уже многое сказано, это во-первых, а второе следует из первого — у неё очень большая семья.***
— Роза, — позвала её Виктуар в свою спальню ближе к вечеру на следующий день. Роза подбежала к сестре, в её сердце колотилась надежда, что уж Виктуар-то ей поможет. В один из дней ей попалась брошюра с ассортиментом книг во «Флориш и Блоттс». Роза выбирала в списке книги, тесно связанные с рунами. Проблема была лишь в том, что это были продвинутые знания по самым глубинным разделам магии и для их покупки требовалась приличная сумма денег, а также достижение совершеннолетия. Виктуар была единственной совершеннолетней родственницей в замке, а значит она могла сделать заказ от своего имени, в случае если бы подходящей литературы не нашлось в замке. Литература-то нашлась, но оказалась недоступной. — Роза, — сказала Виктуар, когда девочки сидели в её комнате Старосты Школы. — Я не могу заказать эти книги. Во-первых, ничего полезного ты в этих томах не найдёшь — ты просто выбросишь галлеоны на ветер, а во-вторых… Роза уже собиралась протестовать. Но Виктуар успокоила сестру одним лишь грозным взглядом. — А во-вторых, есть более доступные источники, которые могли бы тебе помочь. Я могу написать папе, ты же знаешь, специфика его работы требует досконального знания самых древних рун. А ещё я могу написать своим родственникам по маминой линии, среди них есть колдуны, работающие в Отделе Тайн французского Министерства Магии. — Хорошо, — согласилась с доводами Роза. Не самый лучший вариант, правда ответа из Франции придётся ждать довольно долго, но, а вдруг.***
В субботу перед Пасхой, Роза почувствовала, что у неё образовался свободный день. Подготовка к экзаменам на сегодня не была запланировала, так как этот день она отвела для курсовой работы, домашние задания были сделаны, а письмо от дяди Билла ещё не пришло. Розе это казалось чем-то странным, спешить никуда не надо, а чем заняться не ясно. Чтобы занять себя чем-то полезным, Роза решила пролистать свою личную библиотеку, которая сильно подросла по случаю прошедшего недавно двенадцатилетия. Листая подаренные книги, Роза заметила подарок Альбуса, который она положила под плюшевую ласку на своей тумбочке. — А ты хорошая охранница, — улыбнулась она плюшевому зверьку, вынимая из-под лапок желанную книгу. Она взглянула в глаза-бусинки рыжей ласки: «лишаешь меня работы хозяйка», вот что в них читалось. — Ну, не переживай, будешь охранять что-нибудь другое, например, меня, — сказала она плюшевой игрушке и погладила её, словно это было вполне себе живое существо. Синие глазёнки игрушки сверкнули теплотой на поглаживания Розы. Роза села по-турецки на кровать и открыла книгу. Книга началась с определений, множества определений, словно она не магическую книгу читала, а справочник по высшей математике. У любого третьекурсника от такого уже возникло бы желание бросить изучение этого предмета даже не начав. Однако Роза продралась сквозь лес определений и начала читать главу о простейших кодах, которые используются в артефактологии и создании заклинаний. В основе большинства из них лежат матрицы, а в основе взлома — нахождение определителя матрицы. Там же была изложена история этого подраздела алгебры, оказывается, что матрицы использовали ещё древнеегипетские, вавилонские и индийские жрецы, хоть они это и называли по-другому. Что Розу особенно порадовало, так это то, что в учебнике мелькнуло имя Билла Уизли, ему принадлежит открытие метода переведения древнеегипетских иероглифов на язык магической математики, что сделало дядю Розы одним из самых успешных ликвидаторов заклятий в этом столетии. Там описывались заклинания для разложения больших матриц и нахождения определителя Матрицы. Чем больше Роза читала, тем глубже её сознание погружалось в просторы волшебной математики, но одно предложение вывело её из транса. В начале она даже не поняла, почему она зацепилась глазами за эту строчку, но потом до неё дошло содержание: «… подобные манипуляции свойствены также руническим цепочкам, подобно ключевым множителям определителя матрицы в руническом коде есть ключевые, стержневые, руны, выстраивая их в порядке возрастания силы, ликвидатор заклятий может составить контр-цепочку и взломать руническое плетение». Вот оно! Ключевые руны! Очевидно, что в оригинале сказок Барда Бидля должны быть ключевые руны, которые только и могут пролить свет на скрытые тайны этой книги. Роза выудила из тумбочки эту книгу и произнесла над ней заклинание: — Руне Ревелио! Никакого результата. У Розы была теория, что эти руны были начертаны не волшебником, а самым обычным переплётчиком-магглом. Уже сколько раз она пробовала это заклинание над страницами старинной книги — никакого эффекта. Даже сейчас, усиленно думая о ключевых рунах, она-то надеялась, что сможет что-то да выцепить. И это был совершенно другой уровень сокрытия тайны, даже глупо было отрицать, что будь всё так просто, Министерство не отдало бы маме завещанную Дамблдором книгу. Роза надеялась лишь на то, что ей удастся раздобыть информацию о методе поиска ключевых рун и ей откроется тайна этой книги. И хорошо бы, если эти методы окажутся ей по силам и не займут месяцы напряжённой работы. Для себя Роза уже решила: один заваленный предмет не стоит того, чтобы завалить все остальные. Тяжёлое, но здравое решение, продиктованное чуть более зрелой версией Розы, чем той импульсивной девочки, которая спала в этой же самой кровати несколько дней назад.***
На Пасху Фрейя принесла из Норы большую коробку с шоколадными яйцами от бабушки Молли, кроме вкусных гостинцев, там было письмо от дяди Билла. Роза немедля развернула послание: «Дорогая Роза, Я впечатлён твоим упорством в Изучении Древних Рун, но к моему огромному сожалению, у меня нет хороших новостей для тебя. Те методы, которыми пользуемся мы, ликвидаторы проклятий, не позволяют быстро выявить стержневые руны (руны которые наполняют руническое плетение силой волшебника и задают свойства всему плетению) для взлома завесы тайны. Поверь, в 1997-м году Министерство использовало весь свой арсенал, чтобы выявить такие руны в завещанном томе Сказок. Увы, с тех пор не было революционных сдвигов в решении проблем взлома рунических шифров. Обычные же методы для выполнения этой работы могут потребовать годы и не факт, что там вообще есть что-то. Что касается утверждений профессора Дельфини, возможно она и права, у неё действительно репутация одного из ведущих рунологов мира, отчего её даже приглашали для помощи в нашем Отделе Тайн, не спрашивай меня что она там делала — сам не знаю. Я думаю, что если и есть решение, то оно значительно проще и доступнее, чем сложные аналитические методы. Это было в духе самого Альбуса Дамблдора: оставить послание под самым носом, чтобы никто его не прочитал. Что-то доступное лишь детской наблюдательности или по счастливому стечению обстоятельств. Не отчаивайся, Роза, если дело дойдёт до разбирательства деятельности профессора Дельфини, то ни я, ни твоя мама не останемся в стороне, даже если экспериментальную программу возвращения Древних Рун для младших курсов придётся свернуть. Твой дядя Билл. P.S. Ещё раз поздравляю тебя с прошедшим двенадцатилетием». — Что дядя Билл пишет? — спросила Рокси, поглядывая на письмо, написанное аккуратным подчерком, свойственным бывшему Старосте Школы. — Ничего нового, — вздохнула Роза. — Разве что… интересно, это ради каких таких работ её привлекал Отдел Тайн. — Наверное какой-то перевод, относящийся ко временам Мерлина, — пожала плечами Рокси. Роза промолчала. — Эй, Рози, — подошла к ней вплотную Рокси. — Ты же не собираешься расстраиваться из-за невыполнимой курсовой? — Нет, Рокси, — улыбнулась она ей. — Да и кто эта Дельфини такая, чтобы из-за её наказаний переживать? — Говоришь, как настоящая Уизли, подруга, — толкнула её в бок Рокси. — Пошли на завтрак? — Пошли, — сказала та и девочки спустились на завтрак в Большой Зал. Сегодня потолок был кристально чистым и безоблачным, пропуская в Большой Зал всю синеву небес которая была даже ярче, чем на улице. Роза читала в «Истории Хогвартса», что на Пасху потолок Большого Зала отражает не погоду за окном, а лишь чистоту небес, чтобы атмосфера праздника не рушилась у студентов, даже если на улице будет дождливо и пасмурно. Столы ломились от угощений: пасхальных яиц, окрашенных всеми возможными цветами, доступными человеческому глазу, выпечка в виде кроликов, которые, ко всем своим вкусовым достоинствам, ещё и прыгали, устраивая акробатические номера, ровно до тех пор, пока изголодавшийся студент не выхватывал кролика и не съедал его. Были там и рисовые пудинги, и медово-чесночные фрикадельки. А ещё некоторые из яиц при вскрытии высвобождали сноп цветных искр. Студенты всех Домов сидели за столами и веселились. Роза обрадовалась, когда из её разбитого яйца вылетела пылающая фигурка феникса. — Ого! — только и выдохнула Роза. — А мне всегда попадаются бабочки, — улыбнулась ей Виктуар, с противоположной стороны стола. — А мне олени, — похвастался Джеймс, но потом заметил знакомую рыжую макушку и всё его внимание переключилось на Сюзанну Поттер. — Рано или поздно он нарвётся на её удар ниже пояса, — хихикнула Роза кузине. — Но не раньше, чем он её поцелует, — ответила ей Рокси. — Ставлю двадцать галлеонов. — Принимаю, — заключила Роза пари. Весь день ребята веселились, грелись на весеннем солнышке, состояние гармонии и мира витало над замком. — Пышные Пышки, — сказала Роза пароль Полной Даме. — Верно, — сказала она со своего портрета, который был немного чище обычного. Но стоило портрету отодвинутся, как из общей гостиной Гриффиндора вылетела целая стая корнуэльских пикси. — А-аааа! — девочки бросились бежать от маленьких синих проказников, но те летели прямо на них и хватили девочек за самое больное — за волосы. — Рози, — взмолилась Рокси. — Сделай, что-нибудь! — Сейчас! — Роза пыталась отцепить от своих взлохмаченных волос паразитов, что очень больно тянули за её кудри. Роксане в этом плане повезло больше, с её дредами, хотя и ей приходилось тяжко. В конце концов, Роза смогла дотянуться до палочки, вскинула вверх руку и крикнула с чувством: — Иммобилюс! Вспышка синего света и все пикси в этом коридоре зависли в воздухе. — Фух, — выдохнули девочки. А Роза ещё раз мысленно поблагодарила дядю Гарри, что включил это заклинание в свою книгу. Когда они вернулись к портрету Полной Дамы, там толпился чуть ли не весь Гриффиндор. — Что происходит? — спросила Роза у соседки Фанни. — Кто-то заколдовал гостиную, — ответила Фанни. — Так сказала староста. В общем шуме ничего невозможно было разобрать. Но судя по обрывкам слов и застойному запаху, стало понятно, что гостиная превратилась в самое настоящее болото. — Эй, пока здесь все толпятся, предлагаю сходить к Доминик и Люси, — предложила Рокси, не желая торчать тут весь вечер. — Пошли, — сказала Роза. Но стоило им дойти до прохода в башню Когтеврана, как там была тоже обнаружилась толпа из студентов, которые не решались войти в свои апартаменты, даже несмотря на то, что дверь была распахнута настежь. — Похоже, кто-то сегодня решил хорошенько подшутить, — сказала Рокси. — По любому только слизеринцы сегодня вернулись без приключений, так как они это всё и провернули, — Роза просто кипела от досады. — То, что сегодня Пасха совпала с Днём Дурака — не повод, для столь гадких шуточек. — Пропустите, пропустите, — верещал профессор Флитвик, протискиваясь через студентов. Студенты расступились, и Роза успела заметить, что всё в гостиной Когтеврана парит в состоянии невесомости. Один взмах его палочки и вещи плавно опустились на пол, после чего студенты смогли спокойно пройти в гостиную. — О, девочки, — помахали им Люси с Молли. — Вашу гостиную тоже атаковали? — Да, — сказала Рокси. — На нас напала стая пикси, когда портрет отъехал. — А наша гостиная превратилась в огромную клумбу, — криво улыбнулась Молли. — Профессор Лонгботтом сейчас разбирается с кровожадными растениями. — У вас кто-то пострадал? — спросила Роза. — Несколько наших свалились от плача мандрагор, — сказала Молли, но тут же поспешила успокоить сестёр. — Это были всего лишь саженцы, сейчас ребята в Больничном Крыле. — Возмутительно! — вскричала Роза. — А если бы их затоптали? Постепенно толпа редела и когтевранцы все прошли в свою башню. Роза и Рокси решили вернуться обратно, но на пути им попались Альбус и Скорпиус. Судя по тому, что они обнаружились недалеко от кабинета профессора Дельфини, Роза предположила, что они рассказали ей о ситуации. — О, а вот и мисс Воронье Гнездо! — развеселился Малфой, глядя на потрёпанную Розу. Розу всю трясло от гнева. Этот хорь принял участие в слизериновской шуточке, а теперь насмехается над её волосами, которые едва не пали смертью храбрых в схватке с пикси. — ТЫ! — крикнула ему Роза, сокращая расстояние, высвобождая свою палочку и направляя ему в лицо. — Это твоих рук дело! — Ты о чём, Уизли? — самодовольно улыбнулся он. — Ты знаешь о чём, — кричала на него Роза. — А ты, Альбус, не ожидала от тебя такого! Альбус отвёл взгляд в сторону. — Нет, вы посмотрите на него, — возмущалась Роза. — Он даже не отрицает свою вину. — Мисс Уизли! — раздалось позади неё, к ним вышагивал пятикурсник со значком старосты от Слизерина. — Немедленно уберите палочку, в противном случае, ваш Дом будет оштрафован. Роза не послушалась. — Экспеллиармус! — произнёс староста Слизерина. И палочка Розы вылетела у неё из рук в сторону слизеринца. — Минус пять очков Гриффиндору за неповиновение, а теперь, отойдите от мистера Малфоя. Роза с презрением смотрела на самодовольную рожу Скорпиуса, прожигая того уничижительным взором. Она развернулась, и всем казалось, что Роза отходит, но она ещё раз развернулась всем крупом и со всего размаху заехала своим кулаком прямо по носу Скорпиуса Малфоя. — Ай! — застонал Скорпиус. Альбус побежал, чтобы поддержать друга, с изумлением глядя на кузину. Но потом он начал удерживать Скорпиуса, чтобы тот не начал драку с Розой, к ней подоспела кузина, тоже удерживая её от того, чтобы та не поколотила Малфоя. — Протего! — раздалось с другого конца коридора, это староста Слизерина поставил барьер, чтобы Малфой и Уизли не сцепились в драке. — Что здесь творится? — раздался вкрадчивый и властный голос. Профессор Дельфини покинула свой кабинет, чтобы разобраться с источником шума в коридоре. — Профессор, — староста Слизерина протянул ей палочку Розы. — Мисс Уизли напала на мистера Малфоя, я её обезоружил, но она полезла на него с кулаками. — Очень хорошо, мистер Гордон. Двадцать очков Слизерину, — сказала она, подходя к Скорпиусу, наколдовывая из воздуха марлевый платок. Малфой послушно приложил платок к носу, который тут же пропитался кровью. — Поттер, Гордон, — обратилась она к слизеринцам. — Проводите мистера Малфоя в Больничное Крыло. Мисс Роксана Уизли, можете отправляться в свою гостиную, там уже всё прибрано, а что касается вас, мисс Грейнджер-Уизли… минус пятьдесят очков Гриффиндору. У Розы внутри всё рухнуло. Менее чем за десять минут её Дом лишился пятидесяти пяти очков по её вине, а всё из-за того, что она не смогла сдержаться и воздала этому хорьку по заслугам. — А ещё, — улыбнулась ей профессор Дельфини. — Сейчас мы с вами пойдём к директору и вам будет назначено наказание. Профессор грубо схватила Розу и потащила её к статуе горгульи, за которой скрывалась вращающаяся винтовая лестница, ведущая в директорскую башню. — Кельтский кот, — произнесла профессор Дельфини. Статуя послушно отодвинулась, пропуская профессора и студентку в кабинет директора МакГонагалл. Войдя в кабинет, Роза заметила, что директора на месте не было. — Ждите тут, мисс Уизли, — сказала профессор Дельфини, покидая кабинет директора, но прежде чем покинуть его, она обернулась к одному из портретов на стене. — Профессор Блэк, будьте добры присмотрите за смутьянкой. — Только ради вас, юная Дельфини, — отозвался тот. Девочку это поразило едва ли не больше, чем всё остальное за сегодня. Розе доводилось бывать в доме на Площади Гримо 12, и иногда профессор Блэк появлялся в своей портретной раме, когда дяде Гарри требовалось передать сообщение Минерве МакГонагалл. Ему приходилось долго и очень вежливо просить профессора явиться, при этом Финеас Найджелус Блэк очень неохотно появлялся на своём портрете, жаловался, что линия Блэков прервана и что теперь он на побегушках у Поттера, лишь после этого он желал доброго вечера и удалялся на свой холст в Хогвартсе. — Значит, мисс Уизли, — сказал он ей вместо приветствия. — Нарушаете дисциплину? Что-ж, оно и не удивительно для дочери грязнокровки и предателя крови. — Не смейте называть моих маму и папу этими бранными словами, сэр! — выпалила Роза в ярости. Некоторые портреты выразили одобрение словам Розы, рассерженно поглядывая на своего коллегу. Другие возмущённо смотрели на Розу — нарушительницу спокойствия. — И кто же вы такая, чтобы я вам подчинялся? — спросил профессор Блэк с усмешкой. — Ваша пра-пра-правнучка, — сказала Роза, припоминая расположение на гобелене Блэк Седреллы, вышедшей за её прадеда Септимуса Уизли и приходящейся внучкой бывшему директору Хогвартса. Роза вложила столько яда в свои слова, сколько могла. — Да уж, хороши у меня потомки, — буркнул Блэк, он не желал больше участвовать в этой дискуссии. В скором времени дверь открылась и в дверном проёме показалась Минерва МакГонагалл в своей зелёной мантии и остроконечной шляпе. — Мисс Грейнджер-Уизли, — директор встала возле своего стола. — Я услышала краткое изложение событий от профессора Дельфини. Объяснитесь! Роза хотела сказать, да ещё как хотела. Она хотела сказать, что все сегодняшние неприятности — это происки слизеринцев, а Малфой — соучастник, потому она преподала ему урок. Но под испепеляющим взглядом директора, она просто стушевалась. — Я в Вас очень разочарована, мисс Грейнджер-Уизли, — покачала она головой. — Подумать только, прилюдно ударить другого студента! Все директора проснулись и смотрели на Розу осуждающе, особый вклад в эту тягостную атмосферу вкладывали профессор Снейп и профессор Блэк. Лишь профессор Дамблдор был озабочен для виду, но его глаза поблёскивали хитрецой. — Профессор Дельфини сняла с Вас пятьдесят очков за нападение на мистера Малфоя, что-ж, я считаю, что это совершенно заслужено, — заявила она. — Прошу прощения, — подал голос профессор Блэк. — Я вас правильно понял, Минерва, что эта вульгарная девчонка напала на представителя чистокровного сообщества? На моего потомка? — Всё верно, — холодно сказала профессор МакГонагалл. Теперь бывший директор смотрел на Розу просто убийственным взглядом со своего портрета. — Что сегодня за день? — рухнула Минерва в кресло. — Превращение в болото гостиной Гриффиндора, гостиная Когтеврана — филиал космоса, гостиная Пуффендуя — заколдованные джунгли, а подвал Слизерина — часть озера. От последних слов профессора, Роза просто выпала в осадок. — Как? — спросила она. — Подземелья были затоплены? — Да, — выдохнула профессор МакГонагалл. — Чёртов полтергейст, надо думать весь год готовил эту шуточку. Хорошо хоть Кровавый Барон смог его хорошенько запугать напоследок, да что толку! Вот от этой новости Роза была в полном шоке. Оказывается, она по собственной глупости подставила свой Дом, ни за что врезала Малфою, посчитав его виновным, даже не разобравшись в ситуации. «Да, Роза, — раздался в её голове едкий голос совести. — Можешь гордиться собой, ты настоящая Гриффиндорка! Слабоумие и отвага!» — Я незамедлительно напишу Вашим родителям, — сказала она, кладя на стол волшебную палочку Розы. — Наказание вам будет назначено позже. Идите. Роза взяла свою палочку и покинула кабинет директора с чувством полного опустошения. Так глупо, так по-гриффиндорски глупо. Да, школа точно запомнит эту Пасху надолго. А в особенности она. — Пышные Пышки, — произнесла Роза, стоя перед входом в гостиную Гриффиндора. — Верно, — сказала Полная Дама. — А это правда, милочка, что ты подралась с Малфоем? Мне Виолетта рассказала. Роза кивнула и портретный проём открылся. Войдя в гостиную, она услышала бурю аплодисментов. — О, вот и лишили дисциплинарной невинности, нашу пай-девочку! — прокричали Джеймс, Фред и Джордж. — Ну, что с первым наказанием тебя, Рози! — Да, — смеялся Фред. — Мы тут поспорили, когда ты заработаешь своё первое наказание. Я ставил, что на втором курсе, Джордж, что на третьем. — А я говорил, что до конца года схлопочешь наказание, — приобнял он кузину. — Так что спасибо, тебе, теперь я богаче на двадцать восемь галлеонов. — Вы с ума сошли? — Роза смотрела на кузенов как на идиотов. — Я ударила Малфоя, лишила Гриффиндор кучи призовых очков из-за чего мы потеряли первенство за Кубок Школы, а вы радуетесь тому, что мне скоро отбывать наказание? — Ну, у нас это своего рода традиция, — пожал плечами Джеймс. — Фред заработал своё первое наказание в первую неделю, я ещё в поезде умудрился нарваться на отсидку. Вот теперь и ты в нашем клубе. — Да, кстати, спасибо, что отвлекла на себя внимание, — сказал Джеймс, Роза непонимающе уставилась на брата. — Мы сегодня совершили вылазку в Хогсмид, чтобы обмыть начало последнего семестра в этом году. — Вы покидали школу? — Да, под Плащом, — пожал плечами Джеймс. — Правда, когда мы вернулись оказалось, что отмечать нам негде, старина Пивз у нас в комнате всё раскурочил. — Ну, — усмехнулся Фрэнк. — У нас только хаоса навёл, а у Слизней — настоящий потоп, так что я бы ему спасибо сказал за это. — О, Рози, — подбежала к ней Рокси. — Ты уже вернулась, тебя Вик ждёт, хочет высказать тебе за маггловский мордобой. — А ты-то чего радуешься? — спросила Роза кузину. — Да так, — пожала плечами Рокси. — Просто это был твой первый поцелуй Скорпиуса и такой горячий. — Что?! — вспыхнула Роза. — Да вы все сговорились сегодня? У вас весна в одном месте заела? — Ага, — улыбнулся Джеймс. — Я в последнее время чувствую себя рыбой из породы лососевых, которая плывёт на нерест. Роза поспешила к Виктуар. Пусть уж лучше она получит по шее от Старосты Школы, чем послушает ещё хоть слово от родственников с «весенним обострением». Этот разговор дался Розе нелегко, Виктуар целых полчаса распекала Розу, так как это только бабушка Молли умеет. — Мне профессор МакГонагалл сообщила патронусом, — закончила свою тираду Виктуар. — В эту среду, в восемь вечера в Зале Славы. Будешь чистить кубки и без всякой магии, под присмотром завхоза. Роза кивнула. — Ты хоть сама поняла, почему ударила Малфоя? — спросила Виктуар. — Я подумала, что эту шуточку отмочили слизеринцы, — сказала Роза, чувствуя всю глупость собственных мыслей, — а тут Малфой и Альбус попались на верхних этажах, ну я и решила, что они поучаствовали. — И из-за этого ты подставила весь Гриффиндор под удар, — прищурилась Виктуар. — Ты бы видела, с каким апломбом держался Малфой, — сказала Роза. — Я просто не могла смотреть без раздражения на морду этого хорька. — Тогда, почему ты не напала на Альбуса, раз он был рядом с Малфоем? — спросила Виктуар. — Он же тоже слизеринец. — Думаю, что его просто заставляют участвовать во всех их делишках, — высказала то, что мучало Розу уже очень давно. — И ему приходится, чтоб не стать изгоем. — Роза, — вздохнула Виктуар, приседая рядом с сестрой и беря её за руки. — Альбуса никто не принуждает. Ты мне веришь? Роза посмотрела в глаза кузине, в них было столько теплоты и душевности, что Роза просто не могла не поверить. Она кивнула. — А теперь иди спать, — доброжелательно сказала Виктуар. — Завтра начнутся занятия, ты же не хочешь проспать первый день летнего семестра? — Спокойной ночи, Вик, — только и выдавила из себя Роза, когда она спустилась к себе остальные девочки уже спали. Отлично, меньше лишних вопросов. Роза приняла душ, переоделась в любимую пижаму, затянула полог, уткнулась в подушку и разрыдалась. Все события дня обрушились на неё водопадом, а ведь день начинался так хорошо.***
Летний семестр — это одна сплошная подготовка к экзаменам, за оставшиеся два месяца преподаватели нагружают мозг повторением всего пройденного за весь год. Тоски в этом году добавили дожди, из-за чего студенты были заперты в четырёх стенах буквально. Особенно круто приходилось Виктуар, ведь её ждала итоговая аттестация, перед тем как она навсегда покинет стены замка. Также было трудно и Доминик с её СОВами, а ведь им с сестрой приходилось совмещать подготовку к экзаменам со своими обязанностями старост. Даже Фреда и Джорджа не минула чаша сея, и те, пусть и храбрились, но к экзаменам нет-нет да готовились, в те редкие перерывы между тренировками. А Розе ещё пришлось чистить кубки в Зале Славы. Многочисленные имена, старосты, капитаны сборных, большая часть из них так и остались навеки выгравированы на этих щитах и кубках, больше ничем так и не запомнившимися для истории магического мира. Хотя были там кубки с именами Дамблдора или Тома Рэддла, вот уж кто оставил мрачный след в истории, первый своими ошибками, а второй своими страхами и жаждой власти. Но хуже всего было письмо, которое ей прислала мама: «Дорогая дочь, Письмо, которое нам прислала профессор МакГонагалл, повергло нас с отцом в полный шок. Я-то надеялась, что мы с папой тебя хорошо воспитали и ты не проявишь садистских наклонностей по отношению к другим студентам. Я знаю, что Скорпиус Малфой будит в тебе сильные чувства, однако не стоит давать волю рукам. Скажу честно, мы с твоим отцом в твои годы тоже срывались на Малфоя-старшего, но ни я, ни твой отец не считаем это достойным поведением. Я настоятельно тебя прошу, больше не драться с Малфоем, даже если очень хочется и даже если он ведёт себя неподобающим образом. Желаю тебе хорошо подготовиться к экзаменам. Мама. P.S. Цветочек, не переживай по поводу Малфоя, уверен у тебя были причины ему наподдать. Мама хотела тебе отправить кричалку, но я её отговорил, знаю, что тебе приходится сейчас нелегко. И за экзамены не переживай, я уверен, что ты будешь лучшей в выпуске. Твой папа». А недоброй памяти Скорпиус Малфой, ходил по школе с таким видом, словно столкнулся с разъярённым взрывопотамом и каким-то чудом ушёл целым от его массивной туши и взрывного рога. Меньше всего Розе хотелось смотреть на его самодовольную физиономию. Сражение она выиграла, но потеряла целый плацдарм. После, в четверг, они снова последними покинули Дуэльный Зал. — Что, Уизли, — обратился он к ней. — Только и можешь, что кулаками махать? — Ты даже этого не умеешь, — огрызнулась она. — А зачем мне, настоящему волшебнику, марать свои руки маггловскими единоборствами? — Например в маггловском квартале, где палочкой особо не по орудуешь, — сказала ему Роза. — Так для этого есть статья, допускающая применение оборонной магии, — тут Малфой надулся как павлин. — Но, ты же у нас полумаггла, тебе такие преференции не требуются. — Я — волшебница! — рявкнула она на него. — И я с лёгкостью могу тебя одолеть в честной дуэли один на один! — Ты серьёзно, Уизли? — спросил он. — Хотел бы я на это посмотреть. — В следующем году, — прошипела Роза. — В следующем году, в Дуэльном Зале. Тет-а-тет. — Забито, — усмехнулся Малфой, довольный собой. В этой словесной баталии он вышел абсолютным победителем. — Забито! — прикрикнула на него Роза. — Посмотрим, сколько от пола будут оскребать твои чистокровные потроха! — Жду с нетерпением, о, прекрасная леди, — он ей шутливо поклонился, после чего на одних каблуках развернулся и пошёл в сторону подземелий Слизерина. — Придурок, — буркнула она ему вслед, но Малфой этого уже не слышал.
