Приют ночного кота

      Изуку испытывал смешанные чувства, сидя на углу дивана на краю рабочей зоны геройского агентства и наблюдая за разворачивающейся буквально в нескольких метрах от него сценой.       Когда он проснулся около получаса назад (или скорее очнулся от небытия), он почувствовал острую необходимость в воде. Его воспаленное и терзаемое каждым вздохом горло требовало хотя бы временно облегчить его состояние, смочив хоть чем-то. К сожалению, он ранее выпил все то, что принесла ему Ночная Бабочка, поэтому должен был выйти из комнаты в попытке найти еще воды.       Варианта, которыми он мог добыть воду, было два. Изуку помнил, что рядом с его комнатой должна была располагаться ванная, а этажом ниже была небольшая кухня. Он опасался попасться кому-то на глаза, однако, подумав, пришел к выводу, что, включив воду в ванной, он скорее привлечет к себе внимание героев. В то время как ему могло теоретически повезти и внизу никого не будет в этот час. А жажда тем временем становилась сильнее.       По этой причине Изуку начал робкое и тихое движение по направлению к кухне. На первом этаже оказался только один мужчина, который сидел за столом в общей зоне и которого он по началу не узнал. Однако, заметив на одном из соседних стульев захватные ленты, понял, что это должно быть был Сотриголова.       Герой сразу заметил его присутствие, но не проявил к нему никакого негатива. Даже позволил налить себе воды и справился о его самочувствии и о том, принимал ли он лекарства, а также ел ли он.       Изуку не хотел еще сильнее раздражать мужчину и рисковать тем, что тот станет агрессивнее, поэтому постарался не привлекать его внимания к тому факту, что на самом деле он был голоден и чувствовал себя не идеально, хотя ему и стало чуть лучше, чем было во время первого пробуждения.       Судя по его реакции, герой не оценил его старания, но не стал злиться. Напротив, он позволил ему не только налить себе воды, но и дал лекарства и небольшой пакетик с желе. Последний он явно вытащил из своих личных запасов, если тот факт, что он достал его из своего кармана о чем-то и говорит.       Изуку был благодарен, поэтому постарался не мешать Сотриголове заниматься своими делами и, поскольку устал лежать, рискнул остаться в общей комнате, устроившись на краешке стоящего там же дивана. Параллельно он позволил себе проявить робкое любопытство к захватному оружию героя, рассматривая его издалека и сдерживая свое бормотание за счет желе, которым занял свой рот.       И все было относительно хорошо до тех пор, пока дверь, ведущая на улицу, не распахнулась, впуская в себя еще одного мужчину. Это был худощавый блондин, чьи довольно длинные волосы были собраны в пучок на затылке.       Посетитель был одет в кожаную куртку и яркую футболку с логотипом известной музыкальной группы, которая резко начала набирать популярность в Японии пару лет назад. Его голос был немного громче положенного и казался Изуку знакомым. Он определенно раньше слышал его.       Реакция же мужчины на Сотриголову была неожиданной и по всей видимости не предполагала наличия свидетелей. Особенно из числа совершенно посторонних людей, коим для подпольного героя определенно являлся Изуку.       Это заставило его инстинктивно искать выход и сильнее сжиматься на диване в надежде остаться незамеченным. Но когда ему хоть в чем-то везло? Разумеется, мужчина сразу заметил его и на его лице отразилось удивление. Он взглянул на Сотриголову.       - Шо, ты не говорил, что у тебя есть компания, – заметил он, усмехаясь. – Что-то случилось? Почему маленький слушатель сидит тут, а не у себя дома?       Слушатель. Изуку определенно был готов провалиться прямо сквозь диван. И он бы с радостью сделал это, если бы мог. Он вспомнил, почему голос мужчины был ему так хорошо знаком. Это был Сущий Мик и его шоу Изуку слушал еще с того времени, как стал достаточно взрослым, чтобы понимать, что такое радио и как его включить.       Должно быть он очень сильно покраснел, поскольку на лице героя отразилось беспокойство и он подошел ближе. При этом он не переставал улыбаться.       - Хей, слушатель, спокойней, – произнес он. – У тебя определенно нет причин для подобной паники. Ты так покраснел, что, кажется, сейчас загоришься, – герой рассмеялся и, присев на корточки, легко провел рукой по волосам Изуку, между его бровей залегла складка. – Боже, слушатель, ты и впрямь горишь, – он обернулся к Сотриголове. – Шо, слушатель определенно не здоров.       - Я знаю, Заши, – кивнул герой. – Он провел на ночной крыше по меньшей мере три часа, прежде чем его нашел Сумрак, и совсем окоченел. И поскольку никому из нас пока не удалось установить причину подобного времяпрепровождения и связаться с его родителями или опекунами, мы сочли разумным, чтобы он остался здесь. На тот случай, если у него и правда нет иной альтернативы, кроме как остаться на улице.       Слова Сотриголовы еще сильнее смутили Изуку, заставляя краснеть все больше. Сущий Мик поддерживающе улыбнулся ему.       - Боже, слушатель, похоже, что ты попал в беду, не так ли? – заговорил он – Право, если бы я знал, что Шо тут не один, я бы взял побольше еды. Ты хотя бы что-то ел? – спросил он и его взгляд безошибочно упал на пакетик с желе, который Изуку все еще сжимал в руках.       Герой вздохнул, поднимаясь на ноги, и направился в сторону кухни, попутно скинув кожаную куртку на ближайший стул. Сотриголова закатил глаза, возвращаясь к своим бумагам.       - Я вполне могу позаботиться о нем, Заши, – проворчал он.       - Ты не способен даже позаботиться о себе, Шо, когда дело касается еды и сна, – почти крикнул с кухни Сущий Мик, доставая из холодильника продукты. – И, если бы не я, ты бы уже давно траванулся бы, питаясь исключительно кофе. Слушателю определенно нужно что-то более питательное, чем простое желе. И желательно горячее.       Сотриголова только что-то проворчал, но не стал мешать Сущему Мику делать по-своему. Изуку же окончательно перестал понимать то, что происходило у него на глазах. Еще двадцать четыре часа назад он даже не думал о том, что будет находиться в геройском агентстве и Сущий Мик по всей видимости будет собственноручно готовить ему ужин (или завтрак, учитывая то, что он ничего сегодня не ел, если не считать желе). А теперь это просто происходило.       Тем временем голосовой герой принес и поставил на стол горячий еще дымящийся омлет, от одного вида и запаха которого у Изуку уже потекли слюнки. Все же он и правда был голоден. Не говоря уже о том, что в последний раз ему кто-то готовил уже очень и очень давно. Даже до смерти мамы он в лучшем случае разогревал уже готовое, поскольку их графики быстро перестали совпадать, когда он пошел в школу.       - Налетай, слушатель, – улыбнулся ему Сущий Мик и приглашающе махнул рукой. – Здесь не самый богатый выбор продуктов, но голодать тебе тоже не стоит, даже если Шо не очень дружит с готовкой. Твоему организму нужны силы, чтобы справиться с простудой. А если ты не будешь есть, то тебе не откуда будет их взять.       Изуку покраснел. Он не хотел доставлять беспокойств героям, но если еда уже была готова, то может быть он мог бы использовать столь щедро предоставленный ему шанс. Пока еще мог.       По этой причине он робко приблизился к столу и сел на самый краешек стула. Запах еды практически вызывал у него головокружение. Сущий Мик просто улыбнулся, казалось, не замечая ничего странного, и пододвинул к нему тарелку поближе.       Одновременно с этим он толкнул пакет к Сотриголове и выразительно посмотрел на него поверх своих очков. Мужчина только вздохнул и вытащил из него упаковку с едой. На это герой улыбнулся шире.       На несколько минут в комнате повисла тишина, пока Изуку и Сотриголова вместе ели под пристальным наблюдением Сущего Мика, который сам пил чай с лимоном и медом. Изуку предположил, что выбор напитка был в первую очередь обоснован его причудой, которая должна была значительно напрягать его горло и голосовые связки.       Неожиданно герой усмехнулся поверх кружки.       - Верно подмечено, слушатель, – произнес он. – Это довольно точное наблюдение, но тебе все же стоит уделить больше внимания приему пищи, чем рассуждениям о моей причуде, – он подмигнул.       Изуку густо покраснел и сжался на своем стуле. Он знал, что его бормотание всегда было проблемой. И тот факт, что в последнее время он жил один и потому никого не беспокоил этим, привел к тому, что он стал меньше следить за собой в такие моменты.       - П-простите, – пробормотал он едва слышно. – Я… Я не хотел.       Бровь Сущего Мика чуть приподнялась.       - Боже, слушатель, тебе не нужно за это извиняться. Тем более, что твое наблюдение было довольно точным. Конечно, я просто люблю такой чай, но он и правда хорошо помогает мне после активного использования причуды. И поскольку у меня сегодня вечером шоу, мне нужен мой голос. Было бы нехорошо, если бы я просто хрипел в эфире, верно? – он усмехнулся.       Изуку неуверенно кивнул.       - Да… Мне было бы грустно, если бы так случилось. И другим тоже. Хотя злодеи, наверное, были бы этому рады, – пробормотал он.       Сущий Мик рассмеялся.       - Это точно. И, судя по твоим словам, ты тоже меня слушаешь, верно?       - Это очевидно, Заши, – проворчал Сотриголова, когда Изуку снова покраснел. – Мидория буквально сказал тебе об этом. В противном случае подобное построение своих мыслей с его стороны было бы нелогичным.       - Да ладно тебе, Шо. Ты вечно ворчишь, как кот, – усмехнулся Сущий Мик. – Вообще, не знай я тебя так хорошо, я бы не удивился, если бы ты сам оборудовал ту ночную кафешку на крыше, – он задумался. – Хотя, может ты и счел бы подобную трату времени рациональной в перспективе.       Черт, это точно был совершенно добивающий удар по Изуку. У него и без того не укладывалось в голове, что в его мини-кафе заглядывали во время патрулей несколько подпольных героев, а теперь… Сущий-мать-его-Мик знал о его ночном кафе?! Кто дальше? Всемогущий?       - Возможно, Заши, – заметил тем временем Сотриголова. – Но об этом мы никогда не узнаем, поскольку я точно не вижу смысла в том, чтобы создавать то, что уже и так есть. Сумрак и Мидория подсуетились раньше, чем эта абсурдная идея кому-то вообще пришла в голову.       - Сумрак? – тихо пискнул Изуку, наконец кое-что понимая – Так это… Это он «Ночной дозор» на том форуме?       Глаза Сущего Мика распахнулись шире за оранжевыми стеклами очков.       - Боже, слушатель… Ты Кот! – его лицо просияло – Эта милая, самодельная ночная кафешка на крыше твоя? – Изуку, загнанный в угол, с трудом кивнул – Это невероятно мило. Особенно вывеска.       - Вы… Вы были там? – едва слышно спросил Изуку, не чувствуя ни рук, ни ног, и герой энергично кивнул.       - Мне стало любопытно, почему после ночных патрулей от Шо стало почти регулярно пахнуть кофе, – заговорщицки подмигнул Сущий Мик. – Я знаю, что он не носит кофе с собой и что все кафе в его районе закрываются еще за пару часов до начала его патруля. Однако то, что он где-то его достает, было очевидно. Сначала я подумал на ближайшие полицейские управления, но информация не подтвердилась, а потом до меня дошли слухи о маленьком кафе, расположенном прямо на крыше.       - Эти слухи называются допросом, Заши, – проворчал Сотриголова. – Или шантажом.       - Я всего-то пообещал конфисковать все твои запасы желе, Шо, – отмахнулся Сущий Мик. – Не говоря уже о том, что нормальное питание пошло бы тебе только на пользу. Но так или иначе, да, мне стало любопытно взглянуть на это кафе своими глазами и как-то раз или два я зарулил туда после ночного эфира. Пить правда не стал, поскольку планировал все же лечь спать по возвращении домой, но обстановку оценил. И, как я уже говорил, вывеска меня просто сразила.       Изуку определенно с трудом переваривал услышанную информацию. Сущий Мик знал о его кафе и даже лично бывал там. Это не укладывалось у него в голове. Все же мужчина был одним из его любимых героев, а его шоу всегда поднимало ему настроение и не давало отчаяться даже в самые тяжелые времена.       - Теперь же мы пытаемся понять, почему Мидория оказался там ночью, – заметил Сотриголова и атмосфера заметно потяжелела. – Поскольку случилось что-то, что вынудило его остаться там спать.       Сущий Мик ахнул, несколько картинно схватившись за сердце.       - Слушатель ночевал на крыше? – спросил он – Но сейчас же едва начало марта! Да даже будь это июль… Не удивительно, что слушатель заболел. Ты сказал, что вам не удалось связаться с его родителями?       - Согласно последней информации, которую нам удалось получить, мать Мидории умерла немного больше года назад, – произнес Сотриголова, глядя на Изуку своими черными, не выражающими эмоций глазами.       Изуку сжался под этим взглядом и опустил голову. Он знал, что это лишь вопрос времени, когда ему начнут задавать новые вопросы о случившемся. И, кажется, герой решил, что это удачный момент, чтобы прощупать ситуацию.       - Ох… А отец? – тихо спросил Сущий Мик – Другие родственники? Опекуны, в конце концов.       - Информации нет, – ответил мужчина. – Хотя это лишь вопрос времени. Кайто уже послала запрос в органы опеки. Там должны знать, кто был назначен опекуном Мидории после смерти матери.       - Хисаши. – едва слышно пробормотал Изуку, сжимаясь сильнее.       Все это было для него так необычно, но было похоже, что эти герои не отступятся, пока не узнают о ситуации вообще все. Конечно, возможно, после этого они отправят Изуку в приют или даже просто выгонят, как сделал отец. Но в этом случае он может только ускорить процесс, чтобы они меньше злились на то, что он столько времени вынуждал их тратить на него ресурсы и силы вместо того, чтобы помогать кому-то нормальному.       Он не заметил, как оба героя явно и по-видимому рефлекторно дернулись, услышав имя, и потому не придал этому факту какого-либо значения.       - Хисаши? – осторожно и как-то мягко переспросил Сущий Мик – Это… твой отец?       Изуку кивнул.       - Он… Он ушел от нас, когда мне было четыре или около того, – тихо сказал он. – Я не хотел навязываться, но после смерти мамы меня автоматически отдали ему. Я не был ему нужен, но я не мог попасть в приют.       Глаза Сущего Мика чуть расширились, когда он скользнул взглядом по скуле Изуку и старым шрамам на руках, а Сотриголова издал звук, подозрительно похожий на рычание.       - Он бил тебя? – спросил он с какой-то жесткостью и Изуку замотал головой, пытаясь скрыть руки.       - Нет. Это… Это был не он. Это… До него. Одноклассники и другие ребята в школе. Но они не имели в виду ничего такого, я просто им не нравился. Что я постоянно бормочу о причудах и героях, что я часто плачу, что я… – Изуку почувствовал, что его дыхание сбилось, а горло засаднило от нагрузки, речь сменилась надрывным кашлем.       - Боже, слушатель, тише. Тише, – Сущий Мик опустил свою руку ему на плечо, заземляя, и пододвинул к нему свою кружку с остатками чая. – Вот, выпей. Тебе станет полегче. Это хорошее средство при дискомфорте в горле.       Изуку неуверенно взял кружку в дрожащие руки и сделал глоток, попутно пытаясь хоть как-то совладать со слезами, которые так не вовремя выступили на его глазах. Он точно не хотел прослыть плаксой перед своими любимыми героями. Сущий Мик заземляюще поглаживал его плечо, помогая чуть расслабиться.       - Получше? – спросил он и Изуку робко кивнул, он чуть коснулся его скулы – Это тоже одноклассники?       - Нет, это… Хисаши, – Изуку вздрогнул и попытался защитить другого человека. – Но он не виноват, его просто уволили и ему пришлось вернуться в Японию. Он был расстроен. У него был плохой день и я… Просто случайно попал под руку. Это моя вина.       - Это не твоя вина, слушатель. Взрослый человек не должен вымещать свои разочарования и неудачи на ребенке. Никогда, – твердо произнес Сущий Мик и тихо спросил: – Поэтому ты оказался на крыше? Убежал, чтобы не попасть под удар снова?       - И что ты имел в виду под «пришлось вернуться в Японию»? – с плохо скрываемым рычанием в голосе спросил Сотриголова – Когда это произошло?       Изуку опустил голову, сжимая одолженные у героев штаны дрожащими руками. Ему не хотелось об этом говорить, но он понимал, что они все равно узнают. Тем или иным способом. Особенно, если найдут самого Хисаши. А это, как и сказал Сотриголова, лишь вопрос времени.       - Два… Два дня назад, – тихо ответил он. – Это произошло неожиданно и он не был этому рад.       - А до этого? Где он жил до этого? – спросил Сотриголова и Изуку заметил, как сжались его собственные руки.       Изуку пожал плечами. Он не знал точного адреса своего отца в Америке.       - В США, – ответил он наконец. – Хисаши уехал в Америку, еще когда мне было четыре.       На несколько секунд тишина в комнате стала абсолютной.       - То есть, ты хочешь сказать, что этот человек, которого назначили твоим опекуном, просто бросил тебя в стране одного? – теперь Сотриголова даже не скрывал своего рычания, а его причуда активировалась, заставив Изуку вздрогнуть от испуга и одновременно замереть от неуместного восторга – И я знаю, что ты был в Японии, поскольку я еще несколько месяцев назад своими глазами видел, как ты обслуживал свое кафе на крыше.       Изуку пожал плечами.       - Он присылал мне немного денег и оплачивал мое жилье и учебу в онлайн-школе, – сказал он. – В остальном я вполне способен позаботиться о себе. Я уже не маленький.       - Слушатель, тебе явно не больше пятнадцати, – покачал головой Сущий Мик. – Ты определенно не можешь быть совершеннолетним, а значит он, будучи твоим опекуном, обязан быть рядом и, черт возьми, опекать тебя, а не только обеспечивать минимальные потребности. Не говоря уже о том, что, стоило ему вернуться, как ты оказался ночью на крыше. Что случилось в тот вечер? Он ударил тебя и ты убежал из дома?       Изуку хотел ответить, но не смог. В его и так больном горле словно встал ком, а по щекам все же потекли слезы. Все, что он смог, это покачать головой.       - Он выгнал тебя, – жестко констатировал свой вердикт Сотриголова. – Я прав, проблемный ребенок? Поэтому ты оказался на улице?       Изуку смог только кивнуть и окончательно расплакаться. Все же тепло, хорошее отношение и общение с любимыми героями сломало его. Тот стержень, при помощи которого он пытался держать себя в целости после смерти мамы и повторно бросившего его отца, сломался.