Ход королевы

Май

Первые лучи солнца просачивались в комнату сквозь тонкие тюли, падали на кровать, слепили глаза и разогревали щёки. Я с трудом разлепила веки и повернула голову к электронным часам. Два часа дня. Обречённо выдохнув, я потянулась, чувствуя, как ночная скованность с хрустом покидает суставы. Спустив ноги с кровати, я нащупала шёлковый халат, накинула его на плечи и босиком направилась в ванную. Пока зубная щётка механически выписывала круги, мысли настойчиво возвращались к вчерашней работе — той самой, что позволила лечь только под утро. Клиент в этот раз оказался последним отморозком. Попался по пяти статьям, за которые светило минимум тридцать лет строгого режима, а максимум — пожизненное с изоляцией от общества. На кухне я обошла мраморный остров, дотронулась до кнопки кофемашины. Без чашки горького американо день не начинался. Пока аппарат урчал и шипел, извергая тёмную жидкость, я прошла в кабинет. Следовало в последний раз пробежаться глазами по делу. Тоши Мегуми. 35 лет. Дата рождения: 30.01.1983. Обвиняется по статьям УК Японии: 199 — убийство; 205 — убийство путём причинения телесных повреждений; 177 — изнасилование; 235 — кража; 26 — доведение до самоубийства. Обвиняемый имеет право на адвоката и сохранение молчания до судебного заседания. Адвокатом с 11.03.2018 назначена Май Хирано. Ведущий следователь — Наото Тачибана. Суд назначен на 20.04.2018. Вновь пробежавшись по сухим строчкам, я усмехнулась — коротко, беззвучно. Отшвырнув папку на стол, я достала сигарету и прикурила. Курить начала относительно недавно. Оправдывать конченых отбросов общества — не самая приятная работа. Но такие нелюди платят любые деньги, лишь бы не загреметь за решётку. — Хах, на этот раз просто невероятный выблядок, — прошептала я, отрывая сигарету от губ и выпуская ядовитый дым. — Завтра снова предстану перед законом и спасу очередного убийцу. Надеюсь, на том свете я заплачу за все грехи. А здесь… здесь я буду выживать как умею. Сделав последнюю затяжку, я потушила окурок и покинула кабинет.

***

Следующий день не задался с самого начала. Я снова просидела над делом до рассвета, вгрызаясь в каждую строчку, каждый протокол. Доказательства против Мегуми были, но не железные. Он работал чисто, часто — чужими руками. Оправдать или хотя бы смягчить приговор казалось делом техники. Поднявшись со стула, я направилась в гардероб. В суде нужно выглядеть безупречно: изящно, но с холодной, неоспоримой силой. Я выбрала классический серый брючный костюм и атласную рубашку черного цвета. Волосы убрала в низкий пучок, оставив несколько прядей обрамлять лицо. Взяв кожаную папку и накинув бежевое пальто, я вышла из дома. Токио начинал просыпаться от зимней спячки. Снег уже сошёл, на голых ветках набухали почки. Я всегда любила весну — она пахла началом, чистым листом. Хотя мой лист давно был исписан чёрными чернилами, а жизнь переписать уже не удастся. На улицах города за мной закрепились прозвища: «Несущая смерть», «Бездушная гнида». Прохожие отводили взгляд, но я чувствовала их ненависть, густую и липкую, как смола. Доехав до здания суда, я сразу направилась в комнату для свиданий с подзащитным. До заседания оставалось полчаса. Тоши Мегуми сидел на стуле, закованный в наручники, уставившись в пол, будто разглядывая узор на своих дешёвых ботинках. — Добрый день, господин Мегуми, — кивнула я, опускаясь на стул напротив. — Приветствую, Хирано-сан. Как настроение? — его голос был спокоен, почти галантен. Со стороны никогда бы не подумала, что этот человек способен на то, что ему вменяют. Во всяком случае, не выглядел он монстром. — Вполне, — я сделала паузу, доставая документы. — Что ж, господин Мегуми, вам есть что добавить к показаниям? Надеюсь, вы говорили мне исключительно правду. Не люблю сюрпризов в зале суда. — Хирано-сан, я сказал всё, что знал. Ни больше, ни меньше, — его губы растянулись в кривой, масляной улыбке. По спине пробежала волна отвращения, но я не дрогнула. — Я на вас полагаюсь. Ведь вы — лучшая. — Благодарю за доверие. Все мои клиенты осведомлены: я не берусь за дела, которые не могу выиграть. Давайте ещё раз пройдёмся по материалам. Времени у нас в обрез. Вскоре в дверь постучал надзиратель. Взгляд, брошенный мной на Мегуми, был последним. В душе поднимался хаос. Почему? Я не могла отделаться от чувства, будто что-то упустила. Будто Мегуми что-то скрыл. Но ему это невыгодно. Я давно привыкла к этой процедуре, но сегодня внутренний голос настойчиво шептал: Что-то пойдёт не так.

***

Двери зала суда распахнулись. Присутствующие замолчали, десятки глаз устремились на меня, провожая каждый шаг к адвокатскому столу. Я поправила пиджак, села и разложила бумаги с показной неторопливостью, затем кивнула судье. Он ответил тем же. В зал ввели Мегуми. Началось. Пока судья выслушивал вступительные речи прокурора и зачитывал обвинение, я не могла сосредоточиться. Пальцы предательски дрожали, разум витал где-то далеко. — …Таким образом, подсудимый Тоши Мегуми обвиняется в преступлениях исключительной тяжести и должен быть приговорён к пожизненному лишению свободы, — закончил прокурор, удовлетворённо опускаясь на стул. — Сторона защиты, вам есть что сказать? — голос судьи вернул меня в реальность. Я встала по инерции, взяв в руки заранее подготовленный текст. Зачитывая его, я заставляла каждый мускул лица оставаться неподвижным. Не дрогни. «Что-то не так. Тачибана — сукин сын, но он до сих пор не вытащил козырь. У него либо действительно пусто, либо он держит туза в рукаве. Всё идёт слишком гладко.» Я прокручивала в голове возможные сценарии, ища лазейки. Закончив речь, села и встретилась взглядом с Наото. Он едва заметно ухмыльнулся и поднялся. Сученыш. — Ваша честь, я хотел бы представить свидетеля, находившегося на месте убийства Аяки Фудзимото. Что?! Не может быть. Мегуми точно бы избавился от всех свидетелей. — Протестую! — я вскочила, обращаясь к судье. — Ваша честь, на предварительном слушании о свидетеле не было ни слова! Это нарушение процедуры! Требую отложить заседание! Но судья лишь покачал головой, разрешая привести свидетеля. В зал вошла девушка. Лет двадцати, не больше. В её глазах — животный страх, ни капли уверенности. Она встала у ограждения, сжав руки в белые кулаки. — Меня зовут Киоко Фудзимото. Я — младшая сестра убитой, — её взгляд скользнул по мне и замер. Она сглотнула, отвела глаза к судье. — Я была там. Когда они ворвались, Аяка успела спрятать меня на чердаке. Я видела… видела, как этот монстр убивал мою сестру. — Голос её сорвался, глаза наполнились слезами. Она обернулась к скамье подсудимых, и её лицо исказила чистая, нефильтрованная ненависть. — Надеюсь, ты сдохнешь так же мучительно, как она! Я никогда этого не забуду! Буду молиться, чтобы каждую секунду своей жалкой жизни ты прожил в аду! — Её взгляд, полный слёз и ярости, нашел меня. — А ты… ты потеряешь всё, чего добилась. Надеюсь, сгоришь там же, сука! — Увести свидетеля, — раздался ледяной голос судьи. — Суд удаляется для вынесения решения. Удар молотка прозвучал одновременно с глухим ударом в висках. Сердце заколотилось с бешеной силой. Наото действительно припрятал туза. А я, как наивная дура, поверила клиенту на слово. Твою мать. Я влипла. Я никогда не проигрывала. Мой авторитет рухнет со скоростью света. Но была проблема куда серьёзнее: Тоши Мегуми — криминальный авторитет. Его люди сразу узнают о провале. И моя жизнь превратится в кромешный ад. Пока я под защитой суда — меня не тронут. Но эта защита скоро закончится. Не прошло и часа, как судья вернулся. Открыл папку. — По делу подсудимого Тоши Мегуми… суд признаёт виновным по всем пунктам обвинения. Приговор — пожизненное лишение свободы в колонии строгого режима без права на условно-досрочное освобождение. Дело закрыто. Удар молотка. Тяжёлый, окончательный. Моё первое поражение. И оно потянет за собой шлейф необратимых последствий. Воздух в зале стал густым и безжизненным. Война только что началась. А я уже проиграла первую битву.