Реальная сказка — 3. Хозяйка Мордора

      Это называется зашла за садовыми инструментами. Она не рассчитывала, что гномы Эребора помнят о ритуале сидиндарак. Ведь тем событиям больше трёх тысяч лет. С эльфами понятно, но гномы не вечны, чтобы помнить настолько древние ритуалы, да и записывать они не мастера, если только по металлу. Историю они отображали на стенах своих залов. Но в выводах Кира сильно ошиблась.       Сидиндарак был придуман гномами Мории и эльфами Эрегиона и включал в себя соревнование по расколу камней, длилось оно до тех пор, пока один из участников не выдохнется. А, как известно, Аулэ создал своих детей как раз из твердыни и раскрыл им секрет камня, чего нельзя сказать об эльфах. И кто в этом случае победит? Вот останься она в Валиноре, возможно, она бы узнала свойства камня.       Гномы по приказу короля натаскали в зал огромных, с их рост, булыжников и приготовили два топора в красивых кожаных футлярах. Несмотря на то, что эльфы являлись первой расой Средиземья, именно гномы первыми добились наибольшего мастерства в работе с железом, соответственно и в изготовлении оружия, тем самым превзошли эльфов. Но перворождённые не гнушались учиться у подгорных мастеров и знали, насколько остры их топоры.       Эреборцы создали живой круг и гулом поднимали боевой дух. Кире преподнесли один из футляров и открыли. Блики от факелов упали на идеальную поверхность стали. Всё было как на дуэли. Хотя это и была дуэль. Первому показать умение выпала честь тому, кто это затеял. Кирибриан чувствовала себя гладиатором на арене, где противником лежал камень. Хватит ли у неё сил поднять топор? Но слово не воробей, придётся отвечать.       Ахе на удивление оказался лёгким. Как только Кира коснулась деревянной рукоятки, непонятная энергия наполнила её тело. Мельком посмотрела на довольную публику, замахнулась и ударила по камню. Тот раскололся на две части. Гномы с восторгом приняли первый удар. Кто-то даже зааплодировал. Она понимала, что это для них шоу.       — Неплохо для эльфа! Никак, сам Аулэ помогает тебе, — потёр руки Торин, крепко сжал двумя руками ахе и в тот же миг сокрушил свой камень. Гномы криками приветствовали удар короля. Гном усмехнулся: — Твоя очередь!       — Он самый! — И только Кира подняла топор, как, распихивая публику, в центр вырвалась рыжеволосая гноминья и строго прикрикнула:       — Вы что, с ума сошли? Что вы тут устроили? Состязаться с женщиной! Вы что?       Гномы гулом подхватили слова Дисы. Королева обежала всех строгим взглядом и остановилась на муже: — Мне стыдно за вас! Я предлагаю прекратить! Эльфы — наши союзники и когда-то помогли отстоять гору. Вы выслушаете её и без всяких состязаний.       — Но сначала они нас предали, — прищурил глаза король. — Трандуил позволил Смаугу разрушить гору.       — Ещё скажи, что он его подослал.       — Эльфы ничего просто так не делают, они получили свою долю от горы.       — У него были свои причины, — заступилась Кира. — Вы многого не знаете.       — Всё мы знаем. Эльфы — предатели, всё из-за них, — выкрикнули из толпы.       — Молите Аулэ, чтобы он не разгневался за ваши действия.       — За что, Диса? Мы только начали, и не мы это затеяли. Если все будут приходить и призывать нас к ответу… — Гном нахмурился и заглянул в зелёные глаза жены, но уступать не собирался.       — Не всё сводится к золоту. Я предвидела её приход. Эльфы чувствительны к природе, а у нас, вы сами знаете, — беда! Вы хотите, чтобы наш род исчез?       — Чем она может нам помочь? — загудел зал.       Кира незаметно выдохнула и опустила топор: — Я могу спросить: что за беда?       — Никто не смеет касаться священного дерева, — выкрикнули из толпы. Остальные продолжали поддерживать гулом. — Эльфы бросили нас… Никто нас не бросал, нужны они больно… Гнать эльфа… — слышались разные голоса со всех сторон.       — Куда делось гномье гостеприимство? — подняла руку Диса, чтобы остановить словесный потоп. — Раскричались как на ярмарке. Эру даёт шанс, а вы своим пренебрежением лишаете нас его.       Кира догадалась, что речь идёт об умерающем дереве, но какую роль оно играло в жизни гномов, пока не понимала. — Если вы про белое дерево, то я могла бы попробовать помочь, но обещать не могу.       — Она не способна ни на что, — крик из толпы.       — Эльфы не должны касаться его, — вставил слово Торин.       — Именно они нам его и подарили в честь дружбы наших народов. — Диса повернулась к Кире: — Мы будем очень рады принять твою помощь, принцесса Лориэна. — Гноминья кивнула и протянула руку, приглашая пойти за ней.       — Откуда вы это знаете? — брови Киры приподнялись. Прошло больше двухсот лет, как Лориэн опустел, кто, кроме эльфов, помнит об этом крае?       — Я много чего знаю. И как можно не узнать дочь Галадриэль?       — Так это дочь Галадриэль, — послышалось тихое перешёптывание.       — Диса, а как же сидиндарак? — Торин опёрся на топор.       — Избавь меня от своего упрямства! — королева свела тёмные брови. — Я сказала: ничья! Удивляет, что ты вообще помнишь о нём. Все знают, что Элронд тогда уступил поединок своему другу. Вот она, истинная дружба. Мне стыдно за вас. Вы как дети. — Она развернулась и направилась прочь из зала.       Кира посмотрела на короля, тот кивнул, и кольцо из гномов расступилось. Он указал рукой в сторону, куда направилась Диса.       Кира быстро догнала гноминью. Та остановилась возле белоснежного древа и подняла голову. Мягкие лучи света скользили по голым веткам, пытаясь накрыть теплом. Ствол казался прозрачным и безжизненным. Жёлтый лист сорвался и плавно опустился на землю.       — Ну вот! — тяжело вздохнула королева. — Надежда тает на глазах.       — Позволите? — эльфийка указала на дерево, намекая, может ли она приблизиться. Королева тяжело вздохнула. — Скажите, что с ним случилось? — Кира перешагнула каменный, усыпанный драгоценными камнями невысокий бордюр, подошла к дереву, которое стояло в центре круга, и коснулась гладкого ствола.       — Это подарок, который мы сохранили в память о вас.       — Оно болеет, но тепло ещё осталось, — пальцы скользили по коре.       — Мы сами не понимаем, что происходит! Первый лист упал после того, как вы начали покидать Средиземье. Мы винили в этом вас. Я помню, как родители спорили на эту тему и зарекались не иметь никаких дел с эльфами.       — Эпоха эльфов завершилась, и вы это знаете, — добавила Кира. — Им нельзя было оставаться в Средиземье.       — Но вы-то остались.       — Диса, я не обычный эльф. Для меня эти земли роднее, чем Валинор и чем для эльфийского короля, — она опустила голову и незаметно вздохнула. Он остался ради неё. А она?.. — Но слова гноминьи не позволили заняться самобичеванием.       — Как только древо стало увядать, у нас упала рождаемость. Старцы поговаривают, что наше время на исходе. Аулэ создал нас противостоять Саурону. А как известно, Саурона больше нет.       — Гномы — часть этого мира, и вы никак не должны привязывать свою жизнь к кому-то ещё. Вы древний род, и Эа ваш мир.       — Мир сейчас принадлежит человеку. А мы? Мы всё глубже уходим под землю к своим истокам, и наши души превращаются в камень. Мне страшно, я бы не хотела, чтобы мой народ исчез, — гноминья сжала кулачки.       Кира задумалась: а ведь действительно, эльфы — дети природы и с их уходом природа изменилась. Гномы рождены под землёй, и их место там. Орки — с уничтожением зла — должны были исчезнуть, но они не исчезли. Зло не покинуло Эа. А хоббиты, им-то куда деваться?       — Я очень хочу иметь дитя. У вас есть дети?       — Дети? — Кира взглянула на королеву. — Нет. У меня нет детей.       — Какие ваши годы, обязательно будут.       Годы! И тут на эльфийку опустилось видение. По тропинке сада, прогуливаясь, шёл Трандуил, его мантия, как и всегда, подметала каменные дорожки. Его окрикнули, и он остановился.       — Папа, папа, а мама скоро вернётся? — семилетняя девочка, одетая в штанишки и курточку древесного цвета, бежала по тропинке осенней аллеи. За ней вприпрыжку бежал серый крольчонок. Разноцветные астры приветливо встречали маленькую эльфийку, сверкая росой на листьях. Лёгкий ветерок развевал светлые волосы.       — Привет, привет, — кричала она цветам и махала рукой, те поворачивали пёстрые головы в её сторону.       — Лаурелин, сколько раз тебе говорить, чтобы ты не бегала по саду. Пора уже вести себя как подобает принцессам. И почему ты в таком виде?       Подбежав, эльфийка присела перед королём в лёгком реверансе и склонила голову: — Доброе утро! — Потом протянула руки, он поднял и прижал её к себе. Копия Кирибриан обняла отца за шею и захлопала пушистыми ресничками.       — Мама скоро будет…       «Лаурелин», — повторила она про себя и содрогнулась, видение исчезло. — Не все эльфы покинули Эа, и могу сказать с точностью, что магия жива. — Она закрыла глаза и начала шептать на эльфийском, потом перешла на тихое пение, призывая древние корни пробудиться ото сна и подарить надежду.       Луч живого света спустился сверху и обнял Киру. Мягкий, очень знакомый голос пролился с небес. Сердце сжалось от прошлого, и, обжигая щёки, из глаз эльфийки скатились слёзы. — Нора, — беззвучно прошептали губы. В ту же минуту, улыбаясь, появилась богиня. Валиэр ничего не говорила, но Кира её слышала. «Ты на верном пути, дитя моё!» Кире хотелось броситься к ней, но та остановила жестом, что отрываться от дерева сейчас нельзя. Она подошла ближе и коснулась ствола с другой стороны.       — Пусть к корням вернётся сила, древний путь свой не забыла. И уверенность придёт и упрямство отвернёт. Умножает гномий род, пусть не знает он невзгод. Древо разом оживёт и былое им вернёт. Детский смех родится вновь! Призываю я любовь! — Кира будто бы знала слова, что сами всплывали в голове, в один голос с Норой читала заклинание. Убрав руки от сияющего дерева, эльфийка подняла глаза на богиню.       Йаванна улыбнулась: — Аулэ не забудет твоей помощи. Он очень любит своё творение.       — Не уходи, я не справлюсь с Мордором одна. Я многого не понимаю.       — Ты не одна, друзья твои всегда рядом! Напомни земле обо мне. Внутренний свет поможет взрастить то, что когда-то росло.       — Света мало. Расскажи про первые светильники. Ведь это ты их придумала. И зачем вам аэродром?       — Всему своё время! Ородруин откроет свою тайну. Светильники тебе не помогут. Ты лучше светильника, — Йаванна печально улыбнулась и коснулась ладони Киры, ей не хотелось уходить, но время богов ушло. Сказав, она исчезла.       Диса стояла в стороне и наблюдала, как яркий свет исходил от рук эльфийки. Тембр голоса то поднимался, то опускался, словно волны тёплого моря. Дрожь прошла по телу гноминьи, и на её глазах на дереве появился первый зелёный листик.       — Эльфийская магия! — тихо ахнула и прикрыла рот ладонью.       Пока Кира пела, вокруг собрались гномы. Дерево охраняли как зеницу ока, и оно являлось настолько священным, что ни один гном не осмеливался переступить круг. И, видимо, не зря. Его когда-то ростком привезли из Мории и посадили в этом зале. Пробили специально свет и поливали подземной минеральной водой. Удивительно, что Смауг его не нашёл. Хотя! Его интересовали богатства горы, а не древо. Вот уничтожь он его — и всё, гномам пришёл бы конец. И можно было бы навеки забыть о горе.       Кира опустила руки и отступила назад. Но тут силы иссякли и колени подогнулись. Она не заметила, как сознание покинуло её. Очнулась уже на кровати в богато убранной палате. Большие напольные подсвечники освещали комнату.       — Ты спасла наш род! — держа её за руку, рядом сидела королева гномов.       — Я ничего особенного не сделала, это всё богиня Земли!       — Мы любим и уважаем Йаванну!       — Рада была помочь, но мне нужно возвращаться, — Кира попыталась встать, но голова шла кругом.       — Тебе требуется отдых, вот, выпей, это придаст сил, — Диса поднесла бокал из тонкого фарфора. — Я не знаю, как нам тебя благодарить.       — Мне ничего не нужно, — она отпила из чаши.       — Но ты же зачем-то пришла к Торину. Сам Аулэ послал тебя. О чём ты хотела просить?       — Диса, моя просьба покажется вам странной. Но всё же! Мне нужен каркас для теплицы и садовый инвентарь.       Гноминья удивлённо приподняла брови, и большие глаза стали ещё больше: — И всё? Неужто в Лихолесье с этим проблема? Мы действительно забросили своих соседей.       — Нет! Дело не в Лихолесье, а в Мордоре.       — В Мордоре? Объясни.       — Я решила развести там сад. И попробовать восстановить Ормал — первый светильник Аулэ. Вам, случайно, не известно, что за камень он использовал?       Диса пожала плечами: — Мы никогда об этом не задумывались.       — Вот и я не знаю и думаю, что он имеет неземное происхождение.       — Вы хотите сказать, что он упал с неба?       — Возможно! — ответила Кира.       — С небесным телом я не помогу, а вот с остальным мы вопрос решим. Наши мастера за короткий срок сделают для вас каркас. А пока останьтесь нашей гостьей.       — Мне нужно предупредить друга.       — Как пожелаете. — Диса поднялась с края постели и уже у самых дверей резко развернулась: — Мы бы хотели помочь восстановить Ормал. Мы любим нашего Создателя и ценим всё, что он создавал.       — Я буду вам благодарна за помощь. И ещё мне нужны солнечные камни.       Через пару дней каркас в разобранном виде был готов. Гномы вынесли его за ворота и крепко связали верёвками. Король Под Горой лично вышел проводить гостей. Лукас склонил голову в приветствии.       — Спасибо, Кирибриан! Для нас великая честь жить рядом с эльфами на одной земле, — начал король. — Вы уж простите за ребячество.       — Торин!.. Вот, возьмите, — она протянула маленький мешочек, который висел на поясе, и вложила в руки короля. — Спасибо! Гномы всегда выручали и были добрыми соседями. Я надеюсь, так оно и останется.       Он не успел взглянуть на подарок, как она забралась на шею дракона. Лукас расправил крылья, подхватил сооружение и, подняв клубы пыли, взмыл в небо.       — Как тебе удалось уболтать их? — наслаждаясь тёплыми потоками, спросил дракон.       — Дело случая. Теперь, надеюсь, работа закипит.       — Я так и не спросил, что это за сидиндарак?       — Соревнование на выносливость, кто больше разрубит камней.       — И ты победила гнома?       — Ну, нет, конечно. Победил здравый смысл!       — Я верил в тебя! Пока ты там находилась, я кое-куда слетал и кое-что достал.       — Кто бы сомневался.