Реальная сказка — 3. Хозяйка Мордора

      И вот уже огромная теплица выросла, обосновавшись на равнине. Стеклянные мутные окна пропускали слабый, но тёплый свет. Лукасу действительно удалось создать стекло, для этого ему понадобились песок и умение использовать огонь. Откуда такие познания? Да всё просто. Однажды, топча продукт горной породы, который получался в результате воздействия ветра, влаги и перепадов температуры, он чихнул, выпустив пламя. Из частиц кварца образовались жидкие крупицы, которые через короткое время застыли, превратившись в прозрачные камешки разной формы. На один такой тёплый шарик он наступил и расплющил. Отодрал от лапы пластинку, она показалась забавной. Тут до дракона и дошло, что перед ним — стекло.       Внутри сооружения царил умеренный климат, хоть пальмы сажай, чего нельзя сказать о снаружи. Солнечные камни заменили электричество. Правда, воду приходилось возить на санях из реки, которая брала начало в Пепельных горах и, извиваясь, впадала в озеро Нурнен. Снабжением водой занимались кролики, сопровождаемые Шотаром. Хоббиты большую часть времени проводили, копаясь в земле, сажая разные корнеплоды. Сэм в своё время щедро поделился с внуком знаниями. Полурослики даже преображались, когда ухаживали за растениями.       Явор и Кира занялись посадкой деревьев и начали с того места, о котором говорил древоподобный. Слова Норы придавали уверенность, но ничего не хотело прорастать. Земля звала, но не принимала. Коснувшись подбородка, Кира задумалась: что не так? Камни убрали, землю обработали. Энергия тепла стелилась по поверхности. Кира прекрасно понимала, что изменить ландшафт сразу не получится, для этого потребуются годы. Но траву-то она в силах вырастить.       — Чтобы что-то взрастить, надо воссоединиться с землёй, — Явор будто прочитал её мысли, углубил ступни, похожие на корни, в почву и развёл руки-ветки в стороны. Оставалось услышать его «м-м-м-м», как делают при медитации.       — Если она не хочет меняться, то зачем звала? — Кира не дала уйти ему в астрал.       Кленовидный открыл зелёные глаза и взглянул на эльфийку: — Она уже раз менялась, подчиняясь тому, кто создал её. Перемены пугают. Но ты можешь уговорить.       «Как?» — хотела воскликнуть, непонимание скользило, и будущее туманно замерцало. — Ты говоришь о Йаванне или Аулэ? Это они создали твердыню.       — Они всего лишь исполнители.       — Музыка Эру, — прошептала она. Нет ничего проще нарисовать райское место, а вот воплотить и не разочаровать — трудно. — Или ты имеешь в виду Майрона? — В ответ клён слегка кивнул. — Я знаю, что делать! — Кира сорвалась с места в направлении к Роковой горе.       Явор сложил руки на груди: — Всё правильно, давно пора поговорить.       Кира и сама не поняла, как ступила на тропу Саурона, что брала начало у западных врат Барад-дура, устланную пеплом и обломками камней. По обе стороны дороги клубились дымящиеся расселины, она была загромождена и повреждена вулканическими выбросами, и, конечно же, за это время её никто не расчищал.       Железный мост, который когда-то тянулся через глубокую пропасть, был в разрушенном состоянии, мощь сооружения удивляла. Балансируя над бездной, пройти всё-таки можно было. Тёплые воспоминания, как пересекала быстрый Андуин по канатному мосту, сплетённому Берёзкой, заставили улыбнуться. Она посмотрела вниз, и взгляд утонул в темноте пропасти. Один неверный шаг — и враз всё закончится.       Дорога волшебно проявлялась, камни расступались, указывая, куда идти. Тропа от подножия поднималась высоко вверх, вымощенная камнями, и продолжала виться вокруг горы. Путь заканчивался на восточном склоне у входа в Огненные Палаты, которые были обращены к Барад-дуру. Чем выше Кира поднималась, тем сильнее одолевал стах. Страх неизвестности. Что хотела она от этого места? Или место что-то хотело от неё? Найдёт ли ответы на свои вопросы? Но попытается.       Вход в Огненные Палаты встречал высокими сводами. Лукас говорил, что уже успел побывать и натоптать. Именно здесь он обнаружил пыль, которая делала его невидимым. Кире казалось, что она уже тут была. Да, это был сон. Она неосознанно стала свидетелем того, как Тёмный Властелин ковал Единое кольцо.       Вблизи входа пол и стены расщепляла громадная трещина — пропасть, уходящая глубоко в основание вулкана, в котором и по сей день кипела лава. До слуха доносился рокот словно гул моторов. Будто кто-то работал в кузне. Могущество Саурона находилось в сердце огненных палат, именно там Тёмный Властелин черпал своё чародейство, используя силу пламени. После каждого его поражения и возвращения в Мордор Ородруин просыпался и извергался, подтверждая целостность. Вот поэтому кольцо можно было уничтожить лишь в том огне, в котором оно было создано. «Я тебя породил, я тебя и уничтожу».       Каким образом Саурон покорил вулкан, Кира не понимала. Мысли Эру созданы иным способом, чем эльфов и людей. И как сделать, чтобы Мордор принял? Разбудить вулкан?       Она прошла по туннелю и попала в огромный зал. Огненный свет освещал пещеру, блики отражались на неровных стенах, и казалось, что всё полыхает в огне. Спёртый воздух не мешал дышать, а жар казался холодным. В центре кипящего озера лежал остров, соединённый тонким каменным мостом с берегом. Камень в центре напоминал наковальню с покоящимся на ней молотом.       Надпись на пальце, на который когда-то надела кольцо, проявилась ожогом. Эльфийка резко дёрнула рукой и вскрикнула. «Коснись камня», — отозвалось эхо. «Камня?» — повторила, и взгляд упал на наковальню. Туманная дымка поплыла над поверхностью острова. Властелин стоял в образе прекрасного эльфа с молотом в руке. Тёмные волосы спадали на грудь. Удар, ещё удар. Звон разлетелся по округе.       — Ты? — вырвалось у неё.       Он оторвался от работы, посмотрел на Киру и довольно улыбнулся: — Подойди ближе, — и поднял на уровень глаз кольцо. Голос звучал грубо, ведь говорил он на языке Мордора. — Идеально! Ты пришла спросить меня, как приручить Ородруин? — Кира молчала и не могла пошевелиться. — Тут нет секрета. Я же предлагал тебе остаться со мной. Возьми, — он протянул кольцо. Я дарю его тебе.       — Они отпустили тебя? — так же ответила она.       — Меня никто не держит. Смелей, раз уж пришла. Покажи силу, иначе тебе тут не место. Мордор уничтожит.       Кира прошла по мосту и встала напротив майа: — Уничтожит?       Он подошёл ближе и вложил в руку кольцо. — Ты мне напоминаешь её, она побоялась и не взяла, а хотела. Ты думаешь, Фродо случайно попал в Лориэн? Наивно думать, что я не знал, у кого моё кольцо, — улыбка озарила лицо, и маленькие морщинки появились вокруг глаз. — Всё в твоих руках. Ты пришла, чтобы изменить мир, как и я. Что, он на твой взгляд не идеален? — Саурон рассмеялся. — Учти, и самой придётся меняться.       — Трижды до срока воспрянет тьма: след свой оставить в мелодии сущей, в жажде весь мир подчинить сполна. Горше всех — во благо народам несущей. Мощь возродится во чреве чёрном, свет же потонет на дне морском. Первое Зло отпусти покорно — цельность познав, мир замкнётся кольцом, — произнесла Кира.       — Всё верно! Пришло время. Чтобы коснуться света, нужно пройти через тьму. Ты готова? — он шепнул над ухом, тёплое дыхание вызвало у Киры строй мурашек. Она хотела дёрнуться, но он крепко сжал её руку. Сердце от близости быстро забилось. Его взгляд был глубоким, хотелось без боя сдаться и утонуть в этом омуте. Саурон слегка нагнулся, и его губы оказались совсем близко к её. Она закрыла глаза в ожидании божественного поцелуя.       — Кира-а-а. Ты тут? — Голос Лукаса заставил её резко открыть глаза и повернуться. В этот миг Саурон исчез, а на камне осталась лежать железная корона. Кира протянула руку, чтобы коснуться, но всё поплыло перед глазами. Очнулась она уже на воздухе в компании Лукаса.       — Ты чего одна пошла к Роковой горе? Хорошо хоть Явор сказал, где тебя искать.       — А что случилось? — Она разжала кулак в надежде увидеть кольцо, но кольца не было. Почудилось? Слишком реалистично.       — Надо тебя об этом спросить. Ты лежала на камне, я думал — умерла.       — Я видела его, — она приподнялась и облокотилась о друга.       — Кого — его? — нагнув шею и подставив тёплую лапу ей под спину, он сморщил лоб.       — Саурона. Он тут.       — Да нет там никого. Это всё газы. Ты просто надышалась парами от непривычки, хорошо, что не угорела. Давай вернёмся в долину.       После встречи с тёмным хозяином Мордора, земля поддалась и стала слушаться. Как раз о травах и луговых цветах говорил Лукас, когда забирал Киру из Эребора, намекая на мир для насекомых и птиц, а потом уже и животных. Они слетали на восток, насобирали семян и распылили их над Мордором. Ещё дракон приволок парочку диких коз. Начинать с нуля было трудно, но интересно. Но башню Барад-дур оставили в покое. Тёмная энергетика не давала спокойно спать её новым обитателям. Кире снились темницы и замученные эльфы.       Фродо с Пипом не на шутку озабочились построить для себя дом. Выбрав удачную сопку, приступили к работе. Хан первым вызвался им в помощь. Кому, как не кролику, мастерски рыть туннели. Правда, нора по размеру должна была быть намного больше, но хоббиты были рады принять помощь ушастых друзей и стать добрыми соседями. Как ни крути, а что-то общее у них было.       Дом в виде норы рыли все вместе, Явор своим умением связал дизайнерские стены из кустарников и веток карликовых деревьев. А также мебель. Хоббиты от волшебства энта пребывали в восторге: такой лёгкой плетёной обстановки у них ещё не было. Потолки пришлось сделать под рост Киры. Полуросликам нравились просторные помещения. Килион предложил применить солнечные камни вместо свечей. И с посудой вопрос решился легко: глины в Мордоре хватало, а ходячий обжиг сам Эру послал, вернее, Мелькор.       Но и Пух со знанием дела учил внука, как создать уютную, широкую и тёплую нору. Хан внимательно слушал и исправлял согласно замечаниям деда. Молодой кролик ушёл в работу по уши. Земля летела в стороны на метры. Кире вспомнилось, как маленьким Пух, выбрав место под старой яблоней, которая росла возле избушки, начал рыть себе норку, сначала она была небольшой, но потом значительно расширилась. Килион тогда ходил кругами и умирал от любопытства, но, сунув морду в нору, получил комком грязи. Кира долго смеялась над недовольным котом. Никто Пуха не учил строительству, он делал всё сам. Может, и не сразу получалось, но всё было в его лапах. В подарок Хану на новоселье Кира принесла глиняную табличку с надписью на эльфийском: «Дом Кролика». А хоббиты преподнесли горшок с зеленью и поставили возле входа.       Но зима была, как говорится, не за горами. В нашем случае, как раз именно за горами. Хотя горные хребты спасали долину от холодных ветров, но первым снегом всё-таки припорошило. Роковая гора местами подпитывала землю теплом и дарила горячие источники, куда и ходили купаться.       Пушистый снег мягко опускался на долину Горгорот, накрывая собой молодую зелёную траву. Из печной трубы валил белёсый дым, и приятный древесный запах плыл по местности. Кира сидела на скамейке возле дома под плетёным навесом, укутанная в плащ. Рядом, опустив уши, пригрелся Пух. Она хорошо понимала друга и его тоску по Марте, да и Рик тосковал по семье. В паре метров лежал дракон.        — Я хотел на время оставить тебя. Мне нужно хорошенько выспаться. Снова зима-а-а! — протянул Лукас, высунул язык и поймал несколько снежинок.       — И куда ты? А что тебе зима, не в первый раз.       — Я присмотрел уютную пещеру в Мглистых горах.       — Зачем? Почему не тут? Но я понимаю тебя. Ты знал, что именно там, на самой высокой вершине, появился первый дракон. И там нашёл своё пристанище Смауг. — Она скинула плащ и подошла ближе.       Лукас странно сморщил лоб и посмотрел на Киру: — Не поверишь, я чувствую Создателя.       — Мелькора? Ты ближе к нему, чем я думала. Неужели генетическая память? — Что она вообще знала о расе драконов.       — Ты вырастила меня! И тебя, между прочим, я увидел первой. Твои синие глаза сильно напугали поначалу, — дракон улыбнулся и прищурился, — ты казалась такой огромной, а потом ты протянула ко мне руки и вынула меня из скорлупы и сказала: «Привет, малыш! Тебя ждёт огромный мир». Тут я и почувствовал твою энергию.       Кира ответно улыбнулась и коснулась зелёной чешуи: — Малыш вырос! Ты был очень милым, вот и оставайся таким. Саурон сказал, что мне придётся меняться, если хочу изменить эти земли. Смауга погубила жажда золота.       — Ты думаешь, я превращусь в монстра?       — Я не знаю, в кого превращусь сама. Но видела, что могло сделать кольцо Тёмного Лорда с моей матерью, и это всего лишь кольцо. Драконы этого мира — не зло и не добро. Вы сами выбираете свою судьбу.       — Как и вы! — добавил Лукас.       — У меня нет права держать тебя, это твоя судьба, ты стал взрослым. Но я уверена, ты вернёшься, — Кира коснулась его лапы. Он склонил голову. — Возвращайся! Мне будет тебя не хватать. А ну-ка, подожди! — Она повернулась в сторону кролика: — Пух, ты хочешь вернуться домой? — Кролик опустил голову. — Марта переживает, наверное, за вас. Лукас мог бы донести тебя до Лихолесья.       Кролик печально взглянул на эльфийку и поднял уши, в его больших глазах Кира увидела решимость и поняла, что он остаётся, а Марта… Марта всё понимает и ждёт.       Лукас кивнул, поднялся на лапы и отошёл: — Вернусь! — Расправил крылья и взмыл в небо.       — Куда это он? — из теплицы, держа в руках огромную капусту, вышел Пипин и задрал голову. Не дожидаясь ответа, продолжил: — Овощи поспели, сейчас как наварим капустник.       — У него дела. — Ответив, Кира подхватила плащ и вошла в нору. Тепла от очага хватало на весь дом. Чего не хватало, так это запаха свежеиспечённого хлеба. Хоббиты являлись мастерами уюта и отличными поварами, но пшеницу предстояло вырастить.       — Надолго он? — следом вошёл Пипин. Ударив ногу об ногу, отряхивая ступни от налипшего снега, прошёл в кухню.       — Кто его знает, — повесив на крючок плащ, подошла к камину и подставила ладони к огню.       — С ним было спокойно, — вздохнул хоббит.       — Что у вас опять? — в разговор вклинился Килион, лежащий на кушетке возле окна.       — Лукас куда-то улетел, — ответил Пипин и опустил капусту на стол.       — Да скоро вернётся, — спокойно заметил кот.       — Не скоро, — ответила Кира. — Я знала, что рано или поздно сущность проявится.       — Я вам сейчас такое блюдо приготовлю, пальчики оближете, — не обращая внимания на диалог, продолжил Пипин.       — Какая ещё сущность? — опустив продолжение о еде, Килион прищурился.       — Драконья! Он полетел к Мглистым горам.       — Зачем?       — Чтобы выспаться, — она отошла от очага и села на стул.       — И как долго? — не уступал Килион. — Хотя я понял. Можешь не продолжать. Смауг в Эреборе спал шестьдесят лет, возможно, проспал бы больше, если бы не гномы и вы с Бильбо. Он почувствовал кольцо зла и проснулся. А Трандуил предупреждал их, даже в темницу посадил. Вот же упрямые. И чем всё обернулось.       — Чем? — оторвав взгляд от капусты, спросил Пипин.       — Войной, — ответил кот. Потягиваясь, выгнул спину       — Кольца больше нет, — Кира поймала себя на мысли, что думает о кольце, которое вложил ей в руку Саурон. — В Эреборе у меня было видение. — Она замолчала, и взгляд застыл. — Я не могу понять, это будущее или это то, что я упустила. А потом приходила Нора.       Кот поднял голову: — Нора была в горе?       — Она помогла мне вернуть к жизни родовое древо гномов. — Кира вкратце рассказала, что произошло. Странно, что раньше она молчала, да и работа — лучшее средство от разных воспоминаний. Но решение Лукаса заставило впасть в уныние. Если бы не её упрямство, возможно, она уже бы воспитывала дочь.       Лаурелин! Имя ребёнка постоянно всплывало в голове. Но тут нахлынула волна домыслов, и она содрогнулась. А если это не её ребёнок и видела она не своё будущее, а его? Кирибриан резко поднялась и стремительно вышла на улицу. Холод слегка остудил волнение. Надо думать о Мордоре!