Поговори со мной

Лу никогда не видела себя в роли матери. Она никогда не задумывалась о том, хочет ли она стать матерью, хочет ли она завести детей — это неудивительно, ведь псионикам с ранних лет вбивали в голову, что своих детей у них быть не может, что они не фертильны, нечего и мечтать. И Лу, по правде говоря, очень легко приняла этот факт за данность, даже мириться не пришлось — ей было как-то не до того. Выпуск из интерната, первые шаги во взрослую жизнь, работа, роман с Приором Инквизиции, переворот… Даже когда Мартен рассказал правду о фертильности псиоников, персонально для Лу ничего не изменилось — резкого желания стать мамой не появилось. Опять же, было не до того. Главное — победить и выжить. Точнее, защитить Мартена. О себе девушка думала мало. О нем — всегда. — А хрен ли ты не думал. — проводя ладонью по плоскому животу, задавала вопросы воображаемому собеседнику Рид. — Ты же знал. С самого начала знал. Ты же спасал Жонсьера и его дочь. Дурной пример заразителен? — сама себе улыбнулась девушка. Несмотря на то, что во всем ее положении был виновен Иво, Лу на него не злилась. За это — не злилась. За все остальное — что он мудак, урод и козел — да. Но за то, что теперь она как дура гладит свой идеально ровный живот и глупо улыбается, гадая, когда сможет почувствовать малыша — нет. Скорее, была даже благодарна. Несмотря на все предстоящие трудности. Лу никогда не планировала быть матерью, но всегда умела брать ответственность и «впрягаться». Вести себя по-взрослому. Серьезно. Она всегда прикидывала риски и потенциальные проблемы и только потом решала. Да, принимала нелогичное, нерациональное решение, но осознанно. Лу была шокирована, возможно, до конца не осознавала, что внутри нее новая жизнь, будущий человек, но мысли о том, чтобы сделать аборт даже не возникало. Не по моральным соображениям (Лу научилась цинизму у Йонаса). Она просто решила оставить ребенка. Она понимала, что это круто изменит ее жизнь, значительно ее усложнит, возможно, даже ухудшит, но она не откажется от маленького чуда, которое осталось от их любви с Иво. Да, тогда между ними еще была любовь. И, да, Лу уже сейчас любила того, кто формировался где-то внутри нее. Йонасу она запретила кому-либо рассказывать, Догану и Малой сообщит сама. Сначала нужно поговорить с мамой. — Случилось что? — встревожено спросила Энн, наливая Лу чай. Лу удивилась проницательности, которую прежде не наблюдала у матери. Что ж, придется сразу. Ладно. — Да. — спокойно ответила Лу. — Но ничего серьезного, мам, не беспокойся. — тут же добавила девушка, заметив, как напрягается мать. — Я беременна. Пять недель. Энн так и замерла, не зная, или, не понимая, что сказать. — Как это? — непонимающе произнесла Энн. — Так получилось. Я решила оставить ребенка. Вот. — пожала плечами Лу, отхлебывая чай. — Это… от того чистого? — немного оживилась женщина, глаза заблестели. Лу кивнула. — Как он отреагировал? — Он не знает. И я не скажу. Мы расстались. — Лу поставила чашку на стол, посмотрела на мать. — Мам, я правда не хочу это обсуждать. Я приняла решение. Приехала сказать. Я ни о чем не прошу, напрягать не буду… Энн не дала дочери договорить, встала и обняла ее. — Доченька, это так здорово. Разумеется, я тебя не оставлю. Буду рядом. — Спасибо, мама. Спасибо. — приподняла уголки губ Лу. Лу отговорила Энн бросать магазин — женщина давно обдумывала эту идею, псионичка не хотела, чтобы мама бросала все из-за нее, тем более, время еще есть. Йонас помог Лу сдать квартиру, сама девушка мигрировала между Ле Лож и Нью-Пари — Энн снимала маленькую квартирку на окраине Центра, чтобы развивать магазин, псионичка несколько дней жила там, затем возвращалась в их дом в Ле Лож. Мать и Йонас в один голос уговаривали Лу перебраться в Центр, прикрепиться к местной больнице, но Лу напрочь отказывалась. Слишком высокие риски раскрытия. Она не хотела, чтобы об ее положении знал кто-то, кроме друзей и мамы. Она не хотела, чтобы узнал Иво. Вилен Треф очень удивился, узнав, что в Ле Лож есть беременная псионичка. Но грозный взгляд и личность беременной быстро настроили Трефа на рабочий лад, строго настрого запретив трепаться. — Он должен знать. Он отец. — продолжал бесить ее Йонас, ожидая результатов анализов в подсобке. Трефу Йонас не доверял, поэтому перепроверял все сам, если позволяла возможность. Лу шутила, что он такими темпами сменит специализацию, но друг относился к этому крайне серьезно, что иногда раздражало Лу. — Я не хочу. — тупо повторила Лу, поглаживая живот. Это уже вошло в привычку. — А это и не для тебя! — шикнул хилер. — А для ребенка! У ребенка есть отец, который вообще не в курсах, что он отец. Это не норм, Лу. Лу устало отвернулась, уставилась в стену. Иво писал ей с момента ухода. Много раз. Писал, что повел себя некорректно. Был неправ. Извинялся. Просил встретиться. Сожалел. И далее, далее. Лу не ответила ни на одно его сообщение. Не хотела. Не видела смысла. Иво показал свое отношение к ней в те два месяца после переворота. Она все поняла. Повторять не нужно. — Он вообще писал тебе? — словно читая мысли, не унимался Йонас. — Да. Много раз. — вздохнула Лу. — А ты что? — Игнорю. — Лу! — Йонас, я не хочу, чтобы он был со мной только потому, что я залетела. Не хочу чувствовать себя нежеланной в его жизни. — Пока ничего не видно. — пробурчал Йонас, бросая взгляд на ее живот. Шла двенадцатая неделя. — Я подумаю. — обещала каждый раз псионичка и продолжала игнорить. Лу уставала. Непонятно, что было тому виной — беременность, или то, что она крутилась как белка в колесе: помогала маме с магазином и успевала работать на «основной работе». — Где? — ошарашенно переспросил Доган. — В автомобильной мастерской. — раздраженно повторила Лу, отпивая чай. — Здоровая такая, рядом с Ле Лож. Я там байк чинила. Мастер криворукий попался, пособачились. Владелец увидел, восхитился глубиной моих знаний, предложил работу. — Но ты же беременна. — Тина нервно сжимала пальцы. Лу вздохнула. — Я же не таскаю сама мотоциклы. Просто осматриваю, а сейчас все больше сбытом и покупкой моделей занимаюсь, это вторичная функция. Платят хорошо, команда приятная. Все ок. — Только там с начальником не спи. — хмыкнул Йонас, когда все ушли. В него тут же полетела подушка. Лу понимала, что когда-нибудь Иво узнает. Что она не сможет скрывать беременность и ребенка вечно. Либо кто-то увидит с животом, либо всплывет в документах то, что она родила аккурат после отношений с Иво. А Мартен не тупой. Лу все понимала, но говорить не решалась. Девушка правда хотела. В заметках было десяток вариантов сообщений, но ни одно так и не воплотилось в жизнь. Лу хотела, чтобы Иво узнал. Не для того, чтобы сойтись, не ради денег — она чувствовала, что ему важно это знать. Если в начале беременности псионичка боялась, что мужчина настоит на аборте, то сейчас понимала — Иво был бы рад. Возможно, его сообщения этому поспособствовали. Возможно, все дело было в том, что она его уже простила, и сама хотела встретиться. Просто поговорить. Но не знала, с чего начать. Сегодня Лу чувствовала себя так отвратительно, что согласилась остаться дома и не ехать в Центр — псионичка сомневалась, что сможет управлять мопедом. — Уверена, что не нужно вызвать врача? Или хотя бы Йонасу сказать? — обеспокоенно жужжала мать. — Нет, тем более нет! — тут же ответила Лу, кое-как добравшись до дивана. — Мам, просто погода. И я вчера плохо спала. — соврала Лу. Ей было херово последнюю неделю. Скрининг показал, что с малышом все хорошо, но вот ее анализы Трефу не понравились, он даже собирался отправить псионичку в Нью-Пари, если повторные будут такими же. «Заебись» — думала Лу, наблюдая, как плывет в глазах потолок. Девушка зажмурилась, продолжила гладить живот. Зато с ребенком все хорошо. Малыш здоров. Это главное. Хотя бы за эту часть Лу была спокойна. За все остальное — что делать с собственным здоровьем, как дальше быть с работой, как обеспечивать ребенка она волновалась каждый день, каждую ночь ложилась спать с тяжелой головой и просыпалась с мыслью о том, что нужно еще дохуя сделать. Размышления о том, что нужно начинать покупать какие-то вещи, прервал стук в дверь. Девушка тихо проматерилась, неохотно встала с дивана, посмотрела в окно. — Блять. — так и замерла Лу, смотря на черную макушку Иво возле ее двери. — Как же я ненавижу четверг, Единый, дай мне сил. Девушка сделала глубокий вдох, попыталась собраться. Сама виновата, надо было написать. Все равно же узнал. Лу глянула на свой наряд, никак не скрывающий беременность, почему-то улыбнулась. Вот Иво охуеет, конечно. — Я знала, что ты когда-нибудь узнаешь. — вместо приветствия произнесла Лу, открывая дверь. Лу незаметно усмехнулась, увидев на лице Иво выражение полного ахуя — мужчина застыл, как мраморная статуя, вытаращив глаза на живот Лу. Девушка облегченно вздохнула — с Мартеном все в порядке. По крайней мере внешне: немного бледнее обычного, с более четкими синяками под глазами, но вид здоровый. Это хорошо. — Лу. — в своем привычном тоне произнес Мартен, стараясь взять в себя в руки. Карие глаза встретились взглядом с псионичкой. Лу ожидала увидеть гнев. Злость. Обиду или хотя бы недовольство. Но в них не было даже намека на подобные эмоции — Иво смотрел на нее таким теплым, нежным взглядом, каким провожал когда-то на встречу Совета с Жонсьером в ту, решающую ночь. Сочетание заботливых карих глаз и мягкого, бархатного голоса напрочь вытеснили из Лу все сомнения. «Я люблю тебя. Ты даже не представляешь, как сильно я ждала этой встречи. Крэп, ну какая же я дура, надо было ответить, поговорить раньше, по-человечески» — сокрушалась Лу, не отрывая взгляда от мужчины. — Заходи. — лишь произнесла она, приглашая внутрь. Мужчина облегченно кивнул. Они молча сели за стол, Лу налила чай, продолжая осматривать Мартена. Как всегда, в черном, девушка заметила, что сейчас аромат его парфюма не вызывает тошноту, чему была рада. Лу силой отвела взгляд от тугого хвоста, который ей очень хотелось натянуть, распустить. — Как ты? Вы. — поправил себя Иво, нервно тарабаня по краю стола. Он пристально вглядывался, всматривался в Лу, особенно долго задерживался на слегка выступающем животе, словно не мог еще принять тот факт, что внутри нее ребенок. — Семнадцать недель. Скрининг показал, что с ребенком все хорошо. — намеренно холодным тоном. — Но, мне кажется, ты это и так знаешь. — съязвила девушка. «Лу, что ты несешь, разговаривай нормально!» — кричала ей адекватная часть сознания. — Я предпочел узнать от тебя. — спокойно ответил Иво, не сводя с нее взгляда. — Семнадцать недель? Получается… — Залетела в июле. Прямо перед переворотом. — перебила, подтверждая Лу. Девушка заметила, как ненадолго сжались губы мужчины, как он тихо вздохнул, кивнул чему-то. «Не нравится «залетела»? Но правда ведь» — пронеслось в голове у Лу. — Как ты? — черные глаза смотрели прямо в душу. — Я же сказала… — Ты ответила за ребенка. Я хочу узнать, как себя чувствуешь ты. — медленным, уверенным тоном, делая акцент на последнем, продолжил Иво. Пальцы мужчины продолжали нервно постукивать, периодически порываясь пойти дальше, вперед, к руке Лу, но он каждый раз себя одергивал, возвращал руку на место. — Нормально. Справляюсь. — пространно ответила Лу, отводя взгляд. Мартен прищурился. — Иво, к чему этот разговор? Зачем ты пришел? Узнать, как у нас дела? Все отлично. У меня все под контролем. — Я пришел, потому что ты в одиночку заботишься о моем ребенке. Я пришел помочь. Я не намерен бросать вас на произвол судьбы. — в голосе Иво начинали звучать знакомые стальные нотки Приора Инквизиции. Лу как будто дали пощечину, девушка тут же рассвирепела, забыв о том, что пять минут назад готова была зацеловать Мартена. Как она и боялась. Он здесь из-за ребенка. Только потому, что, она залетела. — Это мой ребенок. — Лу вскочила со стула, обхватила ладонями край стола так, что костяшки побледнели. — Это мой ребенок, Иво. Я приняла решение его сохранить, родить, вырастить. Это мой выбор. И моя ответственность. — Лу прикусила губу, покачала головой. — Я не жду и не прошу от тебя помощи. Мне ничего от тебя не нужно. Если ты беспокоишься за это — правда, не нужно, я не собиралась тебя шантажировать, требовать чего-то. Ты можешь жить дальше, Иво, продолжать быть Приором Инквизиции. Я со всем справлюсь. Сама. Скулы Мартена вздрогнули, под ними пролегли тени. Иво нахмурился, губы сжались в тонкую линию. Тонкие пальцы так и замерли, не закончив движение. — Я никому не говорила, если что. Знают только мама и друзья. Никто больше не узнает. — Таким человеком ты меня считаешь, Лу? — неожиданно тихо, печально спросил мужчина. В глазах чернела грусть. — Что я приехал только из-за того, что побоялся, что «все узнают»? Чтобы сохранить репутацию Приора Инквизиции? — горько усмехнулся Иво. — Что я могу просто забить на тебя? На вас. — Ты это уже сделал. — тихо прошептала Лу, в глазах противно защипало. — Ты отрекся от меня сразу после переворота. — Лу… — щека Иво дернулась, слова Лу причиняли ему физическую боль. — Ты даже слушать меня не хотел. Чуть ли из кабинета не гнал. — неожиданно громко продолжила Лу, девушка изо всех сил сдерживала плач, не давала ему обратиться в крик. — Не дал мне высказаться. Просто выставил из своей жизни. Как будто я кусок дерьма. — Прости. — Иво сжал кулаки так сильно, что захрустели костяшки. — Я просил и буду просить за это прощения. Я вел себя недостойно, неразумно. Я сожалею, что причинил тебе боль, и очень, очень хочу это исправить. Если ты… — Ты выбрал Инквизицию вместо меня, вместо нас… Ай… — Лу прервалась на середине фразы, резко схватилась за живот, оперлась второй рукой на стол. — Лу! Иво тут же оказался рядом, мужчина склонился над девушкой, но боялся к ней притронуться, боялся сделать что-то лишнее. — Лу, посмотри на меня, пожалуйста. Нужно вызвать врача? Я могу отвезти тебя в больницу, Лу. Девушка слышала, как беспокойство сводит Мартена с ума, как впервые дрожит его голос. Она покачала головой, медленно разогнулась. — Пошевелился. Так странно. — улыбнулась Лу. От ее ярости не осталась и следа. Девушка посмотрела на перепуганного Иво, тот все еще не улавливал смысл сказанного, переваривал. Она убрала руку со стола, аккуратно обхватила ладонь мужчины, положила себе на живот. — Папа пришел. Иво замер. Осторожно, нерешительно, словно боялся, что Лу передумает, провел пальцами, надеясь нащупать ребенка. — Ничего не чувствую. — тихо, слегка разочарованно произнес мужчина. — Спать пошел. — пошутила Лу. — Решил поздороваться перед сном. Они стояли так с минуту. Иво продолжал гладить живот, но теперь уже всей рукой, более решительно, не боялся, что его прогонят. Лу, наблюдая за этим, не могла не улыбаться. Все еще ошарашенные, до конца так и не осознающую ситуацию, но утопающие в бесконечной нежности карие глаза встретились с внимательными голубыми. Затем мужчина опустился на колени, мягко уткнулся лбом в живот Лу, провел по нему носом, как кот. Лу рассмеялась. — Что ты делаешь? — Навёрстываю упущенное. — невозмутимо ответил Иво. Поднял голову вверх. Заглянул в глаза псионичке. — Лу. — Иво? — Ты позволишь остаться? Присутствовать в вашей жизни. Позволишь быть рядом? — Конечно. — смахивая слезу с края глаза, ответила девушка. Ладонь самостоятельно легла на макушку Мартена, Лу пропустила сквозь пальцы черные шелковистые волосы мужчины.

***

Энн, с испугом, несмотря на уговоры Кея и Баретти, ворвавшаяся в квартиру, так и замерла на пороге, наблюдая, как высокий мужчина в черной форме стоит перед Лу на коленях, поглаживая живот. Заметив взгляд матери, Лу улыбнулась, мол, все в порядке. У Энн отлегло с сердца — у ее внука будет отец. Все решилось. Спустя десять минут она с Иво (так попросил к нему обращаться Приор Инквизиции) обсуждали дальнейшие действия, относительно Лу: оба сошлись на том, что девушке нужно в Центр. Что ей нужен хороший врач. — Мне не нравится ее состояние последнее время. — обеспокоенно сказала Энн инквизитору. Тот слегка нахмурился. — Важно же и здоровье матери, не только ребенка. — Безусловно. — Спасибо, я все еще здесь. И не глухая. — недовольно пробурчала Лу, снова переместившись на диван. Слабость вернулась. — Детка, мы просто волнуемся о тебе. Нужно придумать что-то с жильем… — Я могу пока пожить в нашей квартире. На время обследования. — вклинилась Лу. Если бы она не знала Иво, то не заметила, что он расстроился. Девушка нахмурилась. «Ты же относишься ко мне исключительно как к матери своего ребенка. Чего недоволен-то? Я ж и так согласилась на больничку в Центре. Че тебе не нравится?» — На время обследования? — уточнил Иво. — Ну да. Потом вернусь в Ле Лож. У меня работа здесь. — пожала плечами Лу. Иво молча посмотрел на нее, все еще хмурясь, затем кивнул какой-то своей мысли, вздохнул. — Как скажешь. Но, пожалуйста, не беспокойся по поводу расходов, я возьму все на себя, разумеется. — Я не хочу быть… — Лу, тебе нужно отдохнуть. Совсем посерела. — вдруг запричитала Энн. — Иво, вы извините, но не могли бы мы продолжить этот разговор потом? Мартен учтиво кивнул. Лу, пошатываясь, встала, желая его проводить. — Осторожно. — мягко сказал Иво, придерживая ее за локоть. — Не стоило. Лу поднялась, встретилась взглядом с Иво. Ее тут же окатило волной жара. Иво протянул ей руку, девушка, не колеблясь, приняла ее. — Иво. — у порога обратилась девушка. Мужчина тут же обернулся. — Не говори никому. Даже команде. — Лу положила руку на живот. — Хорошо. — Иво улыбнулся. Впервые за весь их разговор. Коснулся живота, случайно дотронулся до руки Лу. — Я приеду завтра? — Я могу сама добраться. — пожала плечами девушка, всем видом показывая, что ей, мол, не надо. — Я приеду. — снова тепло улыбнулся Иво. Он приехал, как и обещал. Под жутко довольный взгляд матери, Лу, натянув полюбившийся голубой свитер, вышла с привычным рюкзаком для поездок в Центр, с медкартой и минимумом вещей. Иво приветливо улыбнулся, Лу же ограничилась кивком. Мужчина завязал обычный вежливый разговор ни о чем, чтобы скоротать время, но Лу вовлекалась неохотно — ее беспокоила грядущая больница. По правде говоря, ее беспокоило все. Что ей делать с Иво? Разумеется, лично с ним она делать ничего не будет, но как выстраивать с мужчиной взаимоотношения? Что вообще сейчас происходит? Лу уперлась лбом в окно, наблюдая серые бесснежные пейзажи Нью-Пари. Видок так себе. Как и настроение девушки. — Ты задумчива. — решился прервать тишину Иво. — Думаю. — хмыкнула Лу, но на этот раз даже посмотрела на Мартена. Все то же нечитаемое ебло. — Беспокоишься из-за обследования? — Да. — девушка отвернулась. — Не хочу надолго оставаться в Нью-Пари. — Так понравилась деревня? — слегка приподнял уголки губ Иво. — Неа, Ле Лож — дыра полная, если б не ребенок, меня б там не было. — усмехнулась девушка. — Но там спокойнее, что ли. Более предсказуемо. И меня никто не видит. Мартен кивнул, задумался о чем-то своем. Оставшийся путь проехали в тишине. Опасения Лу оправдались — это была вторая по статусу больница Центра со своим собственным институтом гинекологии. Девушка даже представлять не хотела, во сколько обойдется наблюдение там, но осознание того, что пустеет кошелек Мартена, придавало странную удовлетворенность. Так ему и надо. — Лечащий врач и персонал, который будет тебя сопровождать, подписали бумаги о неразглашении. — сказал ей Иво, открывая дверь кабинета. Лечащий врач оказался приветливой женщиной лет сорока. Мадам Тук. — Мне подождать снаружи или пойти вместе с тобой? — спросил Иво. Лу кожей чувствовала его волнение. Иво, пару дней назад узнавший о том, что скоро станет отцом, уже сегодня «впрягался» во все и изо всех сил пытался помочь. «А ему ведь определенно есть, чем заняться. Сколько ночей он потом будет отрабатывать мое посещение больницы? Мог бы просто водителя, сопровождающего направить, но нет, лично приехал, чтобы все проконтролировать» — раздумывала Лу. «Чтобы быть рядом» — снова подала голос ее адекватная часть. — Ты хочешь? — Да. — уверено ответил Иво, не сводя с нее карих глаз. — Но, если тебе неприятно… — Пошли. — усмехнулась Лу, утягивая Иво за собой в кабинет. Началось все с банальных вопросов, уточняющих те или иные данные ее медкарты. Сколько лет, были ли наследственные заболевания (Лу ответила, что, кроме пси, ничего такого не замечала). Иво усмехнулся. Тук — нахмурилась. А потом начался блок вопросов про отца ребенка. — Вам известна личность отца ребенка? Хотя бы потенциальная? — спокойно продолжала Тук, попутно изучая карту анализов Лу. «Ты прикалываешься? Он же перед тобой сидит, алло» — еле сдерживаясь, чтобы не нахамить, негодовала Лу. — Да. Личность довольно… неординарная. — Лу бросила взгляд на Иво, тот невозмутимо сидел, как будто речь шла ни о нем. — Кто? — Вы прикалываетесь? — не выдержала Лу. Иво коснулся ее плеча, успокаивая. — Мадам Тук, давайте следовать протоколу в разумных количествах. Я могу самостоятельно ответить на все необходимые вопросы, незачем тревожить мадемуазель Рид. — императивным тоном произнес Иво. Иво успешно ответил на серию не менее тупых вопросов, в конце добавив, что все необходимые анализы для дальнейшей проверки он сдал и готов предоставить. Тук довольно кивнула, снова перевела взгляд на Лу. — Нам с вами предстоит повторная сдача анализов и узи. Пройдемте в кабинет на сбор крови, пока будем делать узи, все проверится уже. — женщина улыбнулась, но кредит расположения Лу уже потеряла. Иво она отправила ждать в кабинет узи, заверив, что справится без него. Спустя десять минут мужчина неотрывно смотрел в монитор, пытаясь разобрать в непонятной картинке вид своего ребенка. Лу, делающая это далеко не первый раз, все равно довольно улыбнулась, когда дали послушать сердце. Улыбка стала еще шире, когда Тук подтвердила, с малышом все хорошо. — А теперь о вас. — уже в кабинете продолжила женщина. — Боюсь, это не ошибка, показатели действительно вызывают некоторые опасения. Во-первых, у нас тут потенциально конфликт резус-фактора: у мадемуазель Рид он отрицательный, у ребенка положительный. Далее, по витаминам… Лу отключилась после второй минуты. Вся надежда была на Иво, который внимательно слушал, мрачнее после каждой фразы. — … я бы, конечно, перестраховалась и положила б в стационар, но, тут уже зависит от матери. Будет ли вам комфортно, мадемуазель Рид? — вновь обратилась к псионичке Тук. — В больничке? Нет. — тут же покачала головой девушка. Заметила, как сжал губы Мартен. — Усугублять и без того расшатанную нервную систему неразумно. Но лечение проходить необходимо, мы и так сильно опаздываем, роды проставлены на… — Двадцатое апреля. — сказала Лу. — Возможно, потребуется медицинское вмешательство… Лу закатила глаза, Тук развязала еще одну лекцию на полчаса, Иво теперь был не только мрачным, но и беспокойным. Периодически задавал уточняющие вопросы, снова вернулись к теме посещения больницы. — Не ежедневно, конечно, но несколько раз в неделю точно. Если все будет идти хорошо, то сократим до раза в неделю. — уверено сказал Тук. «Я не накатаюсь из Ле Лож столько. Крэп, придется к маме переезжать. Квартира же еще в ебенях от больницы… Сука…» — Лу обреченно уставилась в чашку с какао. Иво убедил ее зайти в кафетерий, «за старания». — Лу? — обратился к ней Мартен. Девушка вздрогнула. — Извини, задумалась. — Лу нахмурилась. — Крэп, эта больница — вот вообще не в тему. — Это твое здоровье. Ты слышала Тук, есть серьезные угрозы. — жестко возразил Иво. Мужчина дернул скулой, голос значительно смягчился. — Нужно прислушаться, она хороший специалист. Я помогу с выбором квартиры, здесь рядом, чтобы ты не уставала от дороги. — Спасибо. — Лу покраснела от смущения, но подобная забота и предусмотрительность мужчины была приятна. Лу нахмурилась: это что, ей еще вещи перевозить? Переезжать? А потом что делать? И вообще, а где она будет с ребенком жить, когда родит? В Центре? — Лу, все в порядке? — Иво придвинул руку чуть ближе, коснулся ее кружки. Хотя целью была явно не она. — Больница, переезд… много всего навалилось. Пока перевариваю. — Лу покачала головой. — Когда там первый сеанс? Я могу из Ле Лож приезжать пока… — Завтра. — Иво внимательно посмотрел на нее. — Ты можешь остаться у меня. Пока вопрос с квартирой не решится. «Я бы хотела остаться у тебя навсегда»

***

Апартаменты нисколько не изменились. Все было ровно так, как Лу запомнила, даже ее чашка стояла в том же углу столешницы. Девушка удивленно вскинула брови. — Ты все это время хранил мою чашку? — Это же твоя вещь. — невозмутимо ответил Иво, чуть ли не бегая по апартаментам. — Твои личные вещи я убрал в коробку, сейчас принесу. Ты, наверное, устала? Сейчас дам полотенце… — Иво, стоп. — Лу встала перед мужчиной, перегородила ему дорогу. — Ты очень… взволнован. Мартен судорожно дышал, его взгляд упал на свитер, скрывающий все еще маленький животик. Ладонь была сжата в кулак. Он был в замешательстве. Осознание того, что меньше, чем через полгода, он станет отцом, что у него, оказывается, уже несколько месяцев есть ребенок, накрыло Иво в полной мере, вызвав шок. Лу прекрасно понимала, о чем сейчас думает Иво. Она проходила через это же. — Спокойно. — девушка положила ладони на грудь мужчины. Очень хотелось провести по ней, прислониться, но Лу сдержалась — они не вместе. У них просто общий ребенок. Всё. — Ребенок появится не завтра. У нас есть время подготовиться. Все под контролем. Иво молчал, не сводя с нее взгляда. Лу взяла его за руку, положила ее на свой живот. Мужчина вдруг улыбнулся. Очень легко, совсем просто. Как обычный человек. Иво легонько провел рукой по ткани свитера, очертил контур живота. — Спасибо. — тихо шепнул Иво. — Паника молодого отца. — пошутила Лу. — Она самая. — Иво замер. Лу слышала, как сильно стучит его сердце. Видела себя в отражении его взгляда. — Полотенца. — напомнила девушка. — Да, конечно, полотенца. Распаренная, в растянувшейся футболке и крайне коротких шортах Лу вышла из ванны, поджимая пальцы из-за холодного пола. Девушка с ногами забралась на диван, проклиная странную систему обогрева в апартаментах Приора. Заметила на себе насмешливый взгляд Иво. — Я постелил тебе кровать. Можешь идти, если устала. — Где будешь спать ты? — выгнула бровь Лу. — Здесь. — Иво кивнул на диван. — Он же неудобный. — Тем более. — Мартен неуверенно приблизился, сел на диван. — Я закажу вторую кровать позже. Пару ночей точно выдержу. — Вторую кровать? Куда? — Лу прекрасно помнила апартаменты Иво: гостиная с кухней, балкон, спальня, ванная и душевая, комната для музицирования, собственный тренажерный зал. Куда должна встать вторая кровать. — В комнату рядом со спальней. — Ты же играешь там на виолончели. — Играл. Сломалась. — коротко ответил Иво. — А если я не устала? — решилась спросить Лу. — Может… еще чая? — слегка приподнял губы мужчина.

***

Каждый день Лу исправно наведывалась в больницу, делала необходимые процедуры, потом гуляла, гоняла на байке (она объясняла это как необходимый ритуал для поддержания внутренней гармонии, поэтому Иво не возмущался). Короче, старалась нервничать меньше. Но каждый раз, когда она встречалась с Иво, каждый раз, когда они начинали какой-то незатейливый разговор, все спокойствие улетучивалось. Иво вел себя эталонно. По-джентельменски. Мужчина делал все, чтобы Лу чувствовала себя комфортно, но, при этом, не позволял себя лишнего. О чем Лу очень жалела. — Ладно, очевидно, у меня остались к нему чувства. — вслух сказала Лу, ковыряя вилкой омлет, приготовленный для нее Иво. — Очевидно. А он что? Ты как думаешь? — Лу улыбнулась, коснулась живота. — Ну ладно, ладно. В теории, я же могу долго выбирать квартиру, так? Сегодня посмотрю, подумаю. Отдохну. На следующей неделе вторую… А мне ж еще напрягаться нельзя. Так, глядишь, и до родов продержусь. А потом… — девушка вздохнула. — Нет, крэп, бред несу. Надо поговорить. Да или нет. Чтобы я просто так слюни не пускала и не облизывалась. Прошла неделя, как Лу приняла волевое решение поговорить и обсудить свои чувства. Конечно, они так и не поговорили. Удивительным образом, Иво, отличающийся нечеловеческой эффективностью, так и не заказал второю кровать, чтобы вернуться в свою постель, продолжал гордо спать на диване. — Ты чего так рано? — удивился Мартен, заметив приближающуюся к барной стойке Лу. — Разбудили. — хмыкнула девушка. — Пинался? Лу подошла в мужчине вплотную, уперлась поясницей о край столешницы, приглашающе выпятила живот. Ладонь Иво легла на него, мужчина замер, в надежде, наконец, почувствовать. — Меня явно недолюбливают. — возмутился Мартен, убирая руку. Теплые карие глаза встретились с насмешливыми голубыми. — Привыкает. Может, стесняется. — Лу заметила, что последняя пуговица рубашки не застегнута, машинально потянулась застегнуть, как делала раньше. Пальцы коснулись тонкой ткани рубашки. Кадык качнулся. — Подойди ближе. Застегну. Иво улыбнулся, видимо, вспомнил. Сделал шаг, упираясь прямо в живот. Руками оперся на столешницу. Теперь Лу была в ловушке. Не выберется. Иво согнул локти, немного наклонился, Лу вдохнула его парфюм. Черные глаза гипнотизировали ее, а тонкие губы так и манили их коснуться. Почувствовать. Лу собрала все доступные ей силы, чтобы отвести взгляд и застегнуть, наконец, пуговицы. — Готово. — дрожащим голосом сказала она. — Спасибо. — бархатный голос звучал так близко, что у Лу подкосились ноги. — Это всё? — Думаю, да. — Как скажешь. Весь день Лу материла себя, что не поцеловала Иво, когда была идеальная возможность. Он был так близко. Так горяч, так хорош собой. И она просто отпустила его работать. Ну гений! — Серьезно? Неделю спит на диване и не распускает руки? — Йонас чуть не подавился кофе. — Либо ориентацию сменил, либо тебя любит, Лу. — Чего? — Ну, не хочет давить. Боится, короче. Все похерить. Что ты снова пропадешь. — Пиздец, Йонас, с каких пор ты на стороне Иво? — впервые произнесла его имя псионичка. — Он себя ровно ведет. Узнал, но не дал заднюю, решился, приехал. Взял ответственность. Лечение тебе устроил. И все это время чинно-благородно спит на диване! Ну респект, че. — ухмыльнулся друг. — Ты до сих пор зла на него? — чуть более серьезно спросил он. — Нет. Наоборот… — Что? — Люблю. Лу недовольно изучала расписание лечебных процедур, которых меньше не стало. Либо Тук решила оторваться по полной, либо дела у Лу до сих пор плохо. Блеск. Размышления о несправедливости жизни прервал буквально ввалившийся Иво. Мужчина устало оперся о стол, потянул шею, повесил на спинку мешающий китель, оставаясь только в рубашке. — Иво, ты чего? — испуганно подскочила Лу. Девушка легонько коснулась его плеча. — Сложный день? — Да. — выдохнул Мартен, поднимая голову. — Не забивай голову, Лу, все в порядке. Просто этот диван… — он злобно посмотрел на причину своих страданий. — Неважно. Как твои дела? Как анализы? — Нет-нет. — покачала головой Лу. — Всю неделю мы только и делаем, что обсуждаем мои дела и мое здоровье. Я скоро икать начну. Время позаботиться и о тебе. — Лу, ты вынашиваешь нашего… — привычно строгим тоном начал Мартен. — Ребенку нужен отец. Здоровый. Со здоровой спиной и шеей. — хмыкнула Лу. — Раздевайся. Иво выгнул бровь. Его губы тронула тень улыбки. — Я заинтригован. — Массаж. Давай на кровати, она больше. — И мягче. Лу открыто пялилась на худощавое, но очень подтянутое тело мужчины. Слава Единому, тот смотрел в другую сторону и не заметил ее подглядываний. Оставшись в одних брюках, Иво лег на одеяло, расправил спину. Лу осторожно опустилась ему на ноги, но садиться не спешила. — Не сильно давлю? — Нет. — Иво улыбнулся. — Не бойся. Не раздавишь. Девушка фыркнула, начала разминать плечи, спину, спустя несколько минут, Иво уже чуть ли не мурчал от удовольствия. — Какие неприличные звуки. — довольно протянула Лу, прорабатывая лопатку. — Какие неприличные мысли. — раздался в ответ насмешливый голос Иво. Лу хмыкнула. Отстранилась. Иво осторожно перевернулся обратно, приподнялся на локтях. Смотрел на нее. Лу поймала его взгляд. — Иво. — тихо прошептала она, собираясь с мыслями. Взгляд мужчины стал более внимательным. Он слушал. — Я… — девушка почти сказала то, что было у нее на уме всю неделю. И долгие недели до этого. Но в последние момент, как обычно, передумала. — Я хотела рассказать. Про Ирму. — Лу, не нужно. — Иво покачал головой, чуть нахмурился. — Нет, пожалуйста. Дай сказать. — Лу внимательно смотрела в чернеющие глаза, проваливалась в такую знакомую, родную тьму. — Я хотела сказать тебе, но испугалась. Испугалась за ребят. Боялась, что им дорога уже заказана, что тебе придется их приговорить, не хотела это видеть. Не хотела видеть, как ты приговариваешь к смерти моих друзей, не хотела, чтобы ты потом выбирал между мной и долгом. Я думала, что сама смогу вытащить. И в итоге выбрала неправильно. Иво молчал. На мгновение прикрыл глаза, а потом резко сел, чуть ли не упираясь носом в лоб Лу. Черные волосы скрывали его лицо. Иво тряхнул головой, смахивая их назад. — Как и я. Только если ты пыталась защитить, то я — обидеть. И в своем выборе преуспел. — горько хмыкнул Мартен. Его лицо выражало такую вселенскую грусть, что Лу стало тяжело на сердце. — И все потерял. Любимую женщину. Семью. — неосознанно, очень тихо прошептал Иво. Сердце Лу замерло. В голове девушке раздался звонок — он все еще чувствует! Крэп, он все еще любит ее! Любил все это время! Поэтому извинялся, писал, поэтому так много раз предлагал встретиться. Ему не нужен только ребенок. Ему нужна Лу. Любая. Иво хочет семью. Иво хочет быть с ней. «Блять, да скажи ты что-нибудь, дура» — орал внутренний голос. Лу не была мастером слов. Не умела признаваться в чувствах. Поэтому просто прислонилась к губам мужчины. Требовательно поцеловала и тут же отстранилась, не давая ему возможности ответить. Иво ошарашенно смотрел на нее, не понимая, что только что произошло. — Я люблю тебя. — закрыв глаза, медленно, почти по слогам, сказала Лу. — Я не хочу никуда переезжать. Я хочу остаться с тобой. Просто остаться с тобой. Прости, что не отвечала на сообщения все эти месяцы. Я … Иво не дал девушке закончить, молча сгреб в охапку, осыпая шею поцелуями. Носом, как кот, терся об скулы. Лу прижалась к его груди, раскрасневшаяся, с глазами на мокром месте. — И я тебя люблю. — улыбнулся ей Иво, аккуратно вытирая слезы. Положил ладонь ей на живот. — Вас люблю. Моя семья.

***

В пчелином улье было спокойнее, чем в голове у Иво. Мысли роились, множились, болезненно пульсировали, кружились вокруг одного человека — Лу. Как она? Насколько велика угроза ее здоровью? Каждый раз, когда Иво смотрел на девушку, он ощущал болезненный укол совести — если бы он был рядом, поддерживал, Лу была бы в порядке. Организм не был бы настолько истощен, обесточен. Она бы так не нервничала. Большую вину мужчина чувствовал только перед тем, кто был внутри девушки. Иво не мог до конца осознать, что будет отцом. Что у него будет ребенок. Должность Приора подразумевала постоянную угрозу жизни не только для него самого, но и близких: Мартен это отчетливо понимал и сознательно жертвовал собственной личной жизнью ради долга. Впервые его уверенность в разумности подобного выбора пошатнула Лу, девушка вдохнула к нему такую невероятную тягу к жизни, вытащила из черных одежд такую страсть, что Иво не мог остановиться, не мог насытиться. Он согласен был рискнуть, согласен был отодвинуть, освободить место в душе — потому что без ее уже не существовало. Все, о чем осмеливался мечтать Мартен — это согласие Лу. На то, чтобы быть с ним. На то, чтобы тоже быть в опасности. Иво мечтал об этом, но не смел требовать. Ребенок. Настоящая, полноценная семья. Очень большая ставка, очень большая слабость, непозволительная слабость для Приора Инквизиции. Но Иво даже не задумывался об этом, как только мужчина увидел любимую женщину, с его ребенком под сердцем, в голове была только одна мысль: «Быть рядом». За ту неделю, что Лу жила у него, мужчина не мог найти себе место, эмоции разрывали его: он хотел прижаться, закутаться в Лу, поцеловать, подарить все ласку, любовь и заботу, на которую был способен. Но не мог, потому что знал, что сделал ей больно. Обидел так, что никогда не вымолит прощения. Иво постоянно думал о ребенке, он перерыл весь интернет, чтобы восполнить пробелы о беременности, о состоянии, что испытывает Лу. Постоянно считал риски. Думал о том, каким отцом он будет. Как позаботиться, обезопасить малыша и Лу. Уберечь от родства с Приором Инквизиции. Иво натурально сходил с ума, но это было сильно лучше того состояния, в котором он пребывал последние несколько месяцев. — Время позаботиться о тебе. — тоном, не принимающим возражения, сказала Лу и увела его в спальню. Иво не знал, что приносит ему больше удовольствия: прикосновения любви всей его жизни или массаж, снимающий последствия этого чертового дивана. Он не выдержал, в открытую любовался девушкой: Лу так красива. Невыносимо. Выпирающий живот, увеличившаяся грудь нисколько не портили, наоборот, еще больше украшали ее. Иво так хотел до нее дотронуться, прижаться, так хотел поцеловать. Особенно сейчас. Когда она так близко. — Я люблю тебя. — одна фраза отправила инквизитора в нокаут. Печаль и тоска, все это время сдавливающие сердце мужчины, мгновенно лопнули, оставив внутри только нежность. Лу простила его. Лу простила его. Она хочет быть с ним. Она любит его. Иво не поверил, пока не заключил девушку в объятия. Пока сам не поцеловал, чуть ли не мурча от удовольствия. Ладони осторожно поглаживали чувствительную грудь, язык исследовал рот, срывая с него стоны. Иво невольно усмехнулся. Всё еще достоин. Мужчина почувствовал, как Лу запускает ладонь в его волосы, ощутимо оттягивает назад, провоцируя. Как вторая проводит по обнаженному торсу, собирая мурашки. Иво не выдержал, придвинулся ближе, обхватил девушку сильнее, аккуратно, чтобы не надавить на живот, уложил на спину, оказавшись сверху. Его губы уже были на шее, руки продолжали ласкать грудь, женские стоны участились. Возбуждение Иво увидел бы даже слепой. Мартен положил руку под футболку, коснулся нежной, бархатной кожи девушки, осторожно сжал грудь. — Тебе не больно? — с заметной хрипотцой спросил Иво, отрываясь от женской шеи. — Мне очень хорошо. — простонала, прикрыв глаза, Лу. Иво продолжал ласкать грудь, наконец, футболка ему надоела, мужчина начал тянуть за край, намереваясь снять, но Лу его остановила. — Я… форсирую события? — возвращая к себе контроль, спросил Иво. — Нет, просто… — щеки Лу покрыл румянец, она отвела взгляд. — Я хочу тебя. Очень. Крэп, ты даже не представляешь, как сильно. Но… — она замялась. — Я на восемнадцатой неделе, Иво. Это далеко не то тело, к которому ты привык. Живот, растяжки, грудь… Иво не стал дослушивать, заставил ее замолчать поцелуем. Долгим, глубоким. Не страстным, но безумно трепетным, чувственным. — Глупости. — тихо ответил Иво, прокладывая дорожку из поцелуев от шеи до живота. — Ты невероятная, Лу. — мужчина задержался на животе, потерся об него носом. — Совершенно шикарная, потрясающая. Тебе нечего стесняться. Мартен оторвался, положил ладонь на живот, под футболку. Пропитанным любовью взглядом смотрел на Лу, ожидая ее решения. Псионичка нерешительно кивнула. Под футболкой у нее ничего не было. Иво отодвинулся назад, любуясь. Без одежды положение Лу было очевидным: слегка надутый живот, отяжелевшая грудь. Девушка, заметив, что ее разглядывают, засмущалась, хотела было скрестить руки, прикрыться, но Иво ее остановил, обхватил тонкое запястье. — Ты прекрасна, Лу. — он поцеловал ее ладонь. — Если не веришь мне, то поверь ему. — пошутил Иво, кивая на свой стояк. Лу ухмыльнулась, прикрыла глаза, пока мужчина водил по ее груди, шипела от возбуждения, когда он касался сосков. Вытянутая мужская ладонь скользнула вниз, под домашние шорты. Единый, как там было влажно. Вскоре ладонь заменили тонкие губы и язык, умело доводящий любимую до экстаза. Иво остановился ровно за секунду до оргазма, Лу возмущенно выгнулась. Иво усмехнулся. Он вошел нарочито медленно, осторожно, как будто бы еще боялся. Задержался, продвинулся дальше. Вошел до конца, заставляя Лу повторить стоны. Движения были быстрыми, рваными, Иво боялся, что слишком глубокими, слегка приподнялся на локтях, чтобы немного «выйти», но Лу тут же выгнулась ему навстречу, не позволяя сокращать глубину. Мартен хрипло выдохнул, впился в шею девушки, продолжая двигаться. Темп нарастал, теперь стонал уже сам мужчина. Последний толчок вышел на удивление медленным, даже плавным, у Мартена перехватило дыхание, он обессиленно завалился набок, Лу тут же прислонилась к нему, начала убирать слипшиеся от пота волосы с высокого лба. Разрядка произошла ожидаемо быстро. — Теперь я знаю, что у тебя никого не было. — словно читая его мысли, подколола Лу. — Мне следует оскорбиться? — театрально поднял бровь Иво. — Я же не сказала, что мне не понравилось. — пожала плечами девушка, кладя голову ему на плечо. Иво улыбнулся, заботливо укрыл ее одеялом. Снова коснулся живота. — Восемнадцать недель. — задумчиво произнес он. — Мне нравится думать, что это случилось в эко-капсуле. — призналась девушка. — Спонтанный секс на природе. — Совершил невероятное чудо. — закончил за нее мужчина. — Спасибо. — он коснулся губами тыльной стороны ладони Лу. — Получается, уже через две недели мы сможем узнать, кто у нас? — Я хотела, чтобы был сюрприз. — Не скажу, что поддерживаю эту идею, но настаивать не стану. — согласился Иво. — Пойдешь со мной следующий скрининг? — Конечно. Лу окончательно переехала к нему. Чтобы девушка не утруждала себя перевозом вещей, Иво предложил ей просто купить новые. На язвительные замечания о том, что она его ограбит, Мартен ухмылялся, желая удачи. Лу упорно продолжала скрывать беременность от команды, пряча растущий живот под свитерами и прочей объемной одеждой. Иво находил это странным, ведь все уж были в курсе, что они сошлись — Лу регулярно выходила посплетничать с Даниэль и Кеем, поругаться с Марком и похихикать с Ришаром. — Я не хочу тебя расстраивать. Но до родов скрывать не выйдет. — хмыкнул Иво, оглядывая уже прилично надувшийся живот. Шла двадцать вторая неделя. Лу постоянно говорила, что он увеличивается в геометрической прогрессии, но Иво качал головой, однако сейчас пришлось согласиться — теперь с каждым днем живот становился больше, заметно отяжеляя худощавую фигуру девушки. Иво был уверен, что уже через неделю, максимум, через полторы, даже свитер не спасет. — Я и не собиралась. — возмутилась Лу, безуспешно пытаясь влезть в старые брюки. — Просто хочу увидеть их офигевшие лица. Наглядно продемонстрировать свою фертильность. — И чем больше живот, тем лучше демонстрация? — хмыкнул Иво. — Именно. — по-хитрому улыбнулась девушка. — Но вряд ли они переплюнут тебя. Твое офигевшее лицо на первом месте, месье Мартен. Иво возмущенно вскинул бровь, обхватил девушку сзади, положил ладони под живот, как бы придерживая. Он очень любил так делать. Как будто бы забирает часть тяжести. — Скоро совсем большой будет. — тихо сказал мужчина, целуя Лу в щеку. — Не-а, еще даже третий триместр не начался. Еще расти и расти. Совсем ни во что помещаться не буду. — вздохнула девушка. — И когда ты планируешь раскрыть нашу тайну? — заговорчески спросил Иво. — Через две недели. Ну, точнее, она сама себя раскроет, такими-то темпами. — Лу придирчиво оглядела себя в водолазке. — Но чтоб прям в шоке было, надо подчеркнуть. Обтягивающее что-то надеть. — Я помогу выбрать. — Обязательно. Иво задумался, вспомнил график своих встреч и собраний. Через две недели как раз почетная зимняя «вечеринка», на которой он хочет не хочет, а должен присутствовать хотя бы пять минут. — Ты задумался. Лу мягко выбралась из его объятий, бросила попытку снять джинсы и просто завалилась на диван. Иво сел рядом. Мысль, к которой он раз за разом возвращался, требовала быть высказанной. Точнее, предложение. Мартен машинально проверил карман, хотя знал, что кольцо на месте — уже месяц там лежит. Мужчина хотел сделать это красиво, романтично, но сезон не позволял устроить это на открытом воздухе, а публичных мест Лу по понятной причине избегала. Иво вздохнул. Что ж, без романтики. Зато практично. Как любит Лу. — Через две недели как раз прием. — наконец ответил Иво. — Да, я помню. Зимняя вечеринка, Сарду отрывается, как может. — И бы хотел тебя пригласить. В качестве моего партнера. — серьезно произнес Иво, глядя в голубые глаза. — Меня? — изогнула бровь девушка, постучала по животу. — Вас. — чуть смягчился Мартен. — Все же сразу все поймут. Что и от кого. — Тебя это смущает? Публичность? — Раньше — да. Сейчас уже нет. Пишут гадости и пишут, даже интересно иногда почитать. — хмыкнула Лу. — Я просто не понимаю, зачем тебе это… Девушка недоговорила, заметив, как губы Мартена сжались в линию. Иво взял ее руки в свои, провел по нежной коже большим пальцем. — Зачем мне ты? Зачем мне наш ребенок? Зачем мне семья? Не знаю. — Иво вновь поднял на нее взгляд. — Я уже не представляю жизнь без тебя, Лу. Без вас. — исправился он. — Ты — моя самая большая удача. Я благодарен судьбе, что у меня есть ты. Я бесконечно благодарен тебе, за все, что ты для меня сделала. — сердце Иво бешено стучало, мужчина, словно в трансе, встал с дивана, подошел к Лу вплотную, затем опустился на одно колено. — Ты мой смысл. Всё, для чего я существую. Лу Рид, я предлагаю сердце, которое уже принадлежит тебе, и руку, на которую ты всегда сможешь опереться. И прошу стать моей женой. Девушка молчала. Иво не двигался с места, пристально вглядываясь в голубые глаза, пытаясь понять, что в них. Лу улыбнулась. — Получается, partner не только in crime ? — псионичка встала, пальцами коснулась скулы Иво, провела вниз, схватила мужчину за подбородок. — Я согласна, Иво. И на вечер тоже. Они расписались в тот же день, почти тайно — Лу не хотела пышных церемоний и свидетелей. Это все было только для них троих. Иво согласился зачесть за свадьбу их выход в свет — поэтому две недели новобрачные выбирали «то самое» белое платье. Лу категорически не нравились типичные свадебные, слишком откровенно вечерние она тоже отмела, в итоге, спустя несколько мучительных дней поиска, платье было выбрано. Как и образ Лу. — Афродита. — довольно улыбнулся Иво, осматривая уже жену. Платье действительно напоминало хитон, совсем не скрывало, а, наоборот, подчеркивало, уже круглый живот, плечи и руки девушки оставались обнаженными, ткань удачно обтягивала грудь. Образ греческой богини дополняли сандалии. — Ты прекрасна. — Иво помог Лу надеть украшения, подал кольцо. На его правой руке уже красовалось собственное. — Готова поражать и шокировать? — улыбнулся мужчина, кивая на дверь в прихожую, где их ждали Кей, Даниэль и Гектор. — Если честно, начинаю сомневаться. Перед ребятами еще ладно, а вот на вечеринке… — усмехнулась девушка. — Я рассчитываю на твой строгий взгляд, отгоняющий все тупые вопросы? — Конечно, мадемуазель Мартен. — Иво взял ее под руку, открыл дверь. — Всегда к вашим услугам. Иво потребовалось все его самообладание, чтобы не рассмеяться, когда он увидел изумленные лица команды. Они растеряно хлопали глазами, немигающим взглядом смотрели на круглый живот Лу, пытаясь осознать то, что видят. Первым пришел в себя Баретти. — Кгхм. — прокашлялся он. — Я буду ждать в машине. Месье Мартен, мадемуазель Мартен. — Конечно, Гектор. — Иво взял Лу за руку. — Лу… — к Кею наконец вернулась возможность разговаривать. — Месье Мартен, Иво, поздравляю… — Я так рада за вас… — еще чуть-чуть, и Дани расплачется от радости. Разговоры и обсуждения продолжились в машине. Отвечала в основном Лу, Иво же периодически улыбался, не убирая руку с живота. — Свет вас заклюет. — предостерегающе сказал Кей, открывая дверь для Даниэль. Иво и Лу выходили с другой стороны. Иво вышел первым, слегка нахмурился от вспышки фотоаппарата. Придержал дверь машины, помог Лу выйти. Усмехнулся, увидев растерянные голубые глаза. Всего секунда, и раздался массовый вздох удивления, а после их оглушила волна шепота. — Уйдем, когда скажешь. — прижимая к себе жену, прошептал ей на ухо Мартен. Девушка улыбнулась, всем видом показывая, мол, все в порядке. Пара рука об руку вошли в самый настоящий пчелиный улей, откуда со всех сторон слышалось: «Поздравляю».

***

Работы было так много, что Иво потерял счет времени, поэтому он не сразу заметил подозрительно долгое отсутствие жены. Лу решила навестить мать, ездить на мотоцикле на ее сроке было уже небезопасно, поэтому Иво предоставил ей свой личный автомобиль, сурово приказав водителю быть осторожным. Смутный ком тревоги начал разливаться по всему телу мужчины, он отложил в сторону очередной отчет, взял в руки телефон, позвонил Лу. Не отвечает. Не желая беспокоить тещу, проверил местоположение машины — стоит на перекрестке в паре километров от Инквизиции. Лу скоро приедет. Иво несколько минут напряженно вглядывался в экран. Машина не сдвинулась с места. Вообще. Тревога начала обретать все более явные очертания. Иво быстро поднялся, потянулся к селектору, но его остановил звук открывающейся двери, ее как будто выбили с ноги. На пороге стояла белая как смерть Даниэль. — Машина попала в аварию. Водитель погиб на месте, Лу в реанимации… Мартен не помнил, что было дальше. Он закрыл глаза в кабинете, а открыл уже в больнице, рядом с операционной, над дверью в которую мигала красная лампочка. Рядом, в коридоре, сидел поникший Кей и такая же Даниэль. Энн и Йонас были на пути к больнице. Иво не мог сидеть на месте, не мог ходить — он просто прижался к стене рядом с дверью, впитывая каждый звук, надеясь услышать голос любимой. Иво не понимал, что происходит. Или отказывался понимать. Отказывался верить в происходящее. Мужчина надеялся, что это сон. Просто очень плохой кошмар, но он сейчас закончится, и Мартен проснется рядом с Лу, привычно поприветствует малыша внутри своим касанием. Громкий, режущий уши крик младенца вернул мужчину в реальность. Иво вмиг собрался, напрягся, дверь открылась, двое женщин в белых халатах и масках выкатили медицинский бокс, внутри которого, обмотанный незнакомыми проводами, лежал младенец. Его с Лу сын. — К…куда? — растеряно спросил Иво, но медсестра даже не обернулась, увезла младенца дальше по коридору. — Подождите, пожалуйста, скажите, как Лу? Что с малышом? — Месье Мартен. — перед ним материализовалась вторая медсестра. — Вашего сына везут в отделение детской терапии. Ситуация требовала хирургического вмешательства, врачи провели мадемуазель Мартен кесарево сечение. За ребенком нужно наблюдать. — А Лу? Как Лу? — упавшим голосом спросил Иво. — Врачи пытаются сохранить ей жизнь. К сожалению, ваша жена потеряла много крови. Состояние тяжелое.