Бачата в одиночестве

Звонкий стук счетов разносился по кабинету. Где-то далеко, на другом конце здания, Субретка тихо напевает несуразную колыбельную. Негромкий лязг металла, редкий мат из подсобки Сандроне. И бой каблуков о ковер на мраморном полу, за которым следуют три четких, но каких то невесомых стука в дверь. Панталоне уже знает кто это, он откладывает перо, поправляет дорогие очки на носу и подходит к двери, медленно открывая. На пороге, как и полагается, стоит Дотторе. Он слегка задумавшись о чем то своём, смотрит в одну точку, невольно подрагивая от настигшего холода вечной зимы. А как видит что дверь распахнулась поднимать голову и слабо улыбается. - Здравствуй, Панталоне. Он нахально, не ждя ответного приветствия входит в кабинет, мигом садясь на излюбленное кресло напротив рабочего места Панталоне. Уроженец Ли Юэ хмыкает и покачав головой прикрывает дверь, поглядывая на полуночного гостя. Тем временем доктор, спокойно подтягивается, выгибаясь, заставляя кости хрустеть. Делец мягко натянул улыбку и слегка прищурился. Доктор повернулся на мужчину который все еще стоял в дверях, наклонил голову смотря прямо в глаза по ощущениям, но из-за маски, понять это было весьма трудно. Он, как всегда, четко выверено произнес с неким смешком в голосе: - Что все стоишь во дверном проёме? Панталоне выровнялся поправив на спине кашемировую накидку, цвета темного индиго и кашлянул. Уже несколько сотен лет он ни может не смотреть на него. Такая резкая, но тягучая как карамель. Влюблённость с привкусом кровавых подтёков от извечных отказов Дотторе. С привкусом вина, которое Панталоне принимал как антибиотик от разбиваний сердца. С запахом таблеток, витающего в воздухе, стафилококка, микобактерий туберкулеза и разрывающего брюхо хеликобактера. Симптомы симпатии были подтверждены и у самого доктора. Врач заразился тем, что пытался вылечить у пациента, по средствам психосоматики, и не желтеет. Они не говорят друг другу напрямую об этом, их влюблённость ярко отображается в редких взглядах, касаниях, в невинных фразах. - Все в порядке, иду. Панталоне элегантно обходит стол, садясь за него, и вновь макая перо в чернила, заполняя какие-то бумаги. Им нравилось просто быть рядом. Молча, без лишних касаний и движений. Дотторе ненароком начал на палец наматывать себе свои волнистые, голубые волосы начиная через пару минут диалог: - Помнишь прошлое собрание? Точнее, первое, после возвращения Капитана в Снежную. - Исправил Доктор сам себя. - Конечно помню. К чему ведешь интригу? - Мы с Пьеро там обговаривали масштабный план. "Плачь Кусанали". Так вот, по поводу его.. - Он прокашлялся и сел ровнее. - Вероятно, я отравлюсь в Сумеру уже во второй половине суток среды. После этой фразы Панталоне резко вздрагивает. Его сердце бьет в сто крат быстрее. По раскадровки плана он звучал невероятно опасно и рисково.. Делец нахмурился, натягивая на себя обеспокоенную улыбку. Он не хотел выглядеть слишком эмоциональным, по этому лишь сказал: - Дотторе... Будь аккуратнее. В комнате воцарилась тишина. В моменте, если прислушаться можно было услышать завывающую вьюгу за окном и перезвон колоколов. Песнь Калумбины затихла, ведь ей на смену пришел ветер. Он нещадно гнал по ночи снег, засыпая им и без того былые улицы. Настенные часы, показывали ровно полночь. Предвестники обменивались тихими взглядами друг с другом не решаясь сказать то, что было на уме у обоих. Тогда Доктор снял с себя маску, убрав волосы за ухо, которые все равно бесполезно растрепались по лицу водопадами, и положил на стол сей предмет. Он медленно, словно кот подошел к Панталоне и смотря на него сверху вниз. Он наклонился к банкиру, нужно, кротко целуя в щеку. Настолько невинный знак, но почему-то невероятно интимный... Панталоне не ожидал. Дотторе всегда откидывал его руки, когда тот хотел невзначай приобнять его за талию, не позволял нарушать его личные границы, и в принципе, был очень закрыт от тем романтики, да секса. - Когда вернусь, подарю тебе свой первый поцелуй в губы. Хохотнул Дотторе и улыбнулся, обнажая острые зубы. Панталоне ярко покраснел и хотел уже притянуть его в еще один поцелуй, взявшись за его рукав, но Доктор лишь помотал головой, кокетливо подмигнув.