Пегасы

Гарри очень жалел, что не взял с собой мантию-невидимку. Конечно, все друзья не поместились бы под ней, но хотя бы Миона и Джинни смогли бы спрятаться. Шатание по коридорам ночью — не лучшее времяпровождение. В этом он убедился ещё на первом курсе... Из размышлений мальчика вывели приглушённые звуки шагов. Ребята подёргали двери ближайших кабинетов, находящихся рядом с ними. Везде было заперто. Когда Гарри полез в карман за палочкой, оттуда выпал кусок пергамента, который ещё в прошлом семестре мальчику вручили близнецы Уизли. «Вот бы нас не поймали! А то ещё на одну прогулку в Запретный лес желания идти у меня нет», — думал он, поднимая бумажку. Когда Гарри взял её в руки, произошло нечто странное. За несколько секунд на пергаменте появилось рисунок, словно чья-то невидимая рука быстро выводила его. — Карта мародёров, — почти беззвучно прочитал он. На бумаге появился, как догадался мальчик, план Хогвартса. Но это была не такая карта, как у магглов. По ней передвигались точки, рядом с которым были написаны имена людей. Гарри быстро нашёл на ней кучку точек с именами Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Джинни Уизли, Невилл Долгопупс и Рон Уизли. К ним приближалась ещё одна точка, подписанная как Римус Люпин. — Что вы здесь делаете в такое время?

***

— А потом он забрал у меня эту карту, — закончил пересказ событий прошлой ночи Гарри. — Так значит близнецы не шутили! — воскликнула Кэсси.— И ты не зря носился с этой бумажкой! — Ты тоже о ней знала? — спросил Драко. Девочка кивнула. — И мне даже не сказала! — Ну я обещала никому не говорить, вот и не сказала, — бросила Кэсси. Её друг выглядел немного разочарованно. — Ладно, прости, не буду так больше. Вернёмся к теме. Гарри, значит, ты считаешь, что на Карте Мародёров видно всех, кто находится в школе? — Да, и видно их местоположение. Когда мы там стояли... — Не могли бы вы обсудить это в другом месте? — прервала его Гермиона. — У нас всех завтра начинается сессия, я пытаюсь подготовиться! Уже следующим утром ребятам раздали расписания экзаменов. Кэсси заметила, что почти каждый день до обеда у них были обязательные уроки, а после — выборочные. На первом экзамене по трансфигурации требовалось превратить фарфоровый чайник в черепаху. Кэсси задание показалось не слишком сложным. Драко и Гермиона тоже хорошо справились, только вот последняя этого не осознавала. Она жаловалась, что её черепаха получилось слишком похожей на морскую. Остальных это жутко раздражало, потому что такие проблемы казались ребятам очень смешными. Черепаха Гарри, например, дышала паром. У Рона превращение частично не удалось: животное вместо хвоста сохранило носик от чайника. А у черепахи Невилла на панцире остался такой же узор, как на посуде. Быстро пообедав, Кэсси, Драко и Гермиона умчались наверх, на экзамен по нумерологии. Задания, заключающиеся в проведении различных математических вычислений, были довольно сложными, но Кэсси с ними справилась. Во вторник на утро были запланированы заклинания, на которых нужно было продемонстрировать свои умения использовать различные чары, например, Веселящие, а на послеобеденное время — уход за магическими существами. На последний экзамен Кэсси и Драко не пошли, потому что не занимались данной дисциплиной. Поэтому после обеда они вдвоем отправились на улицу, захватив с собой книги по астрономии, по которой ночью должна была состояться итоговая практика. Эту науку Кэсси очень любила. Мысли о бескрайнем космосе будоражили её, а вид ночного неба успокаивал и завораживал. Девочка не уставала восхищаться им. Ночь экзамена не стала исключением. Все третьекурсники собрались на Астрономической башне и ожидали преподавателя. Кэсси устремила свой взгляд в небо. — Луна сегодня красивая, правда? — спросил Драко, оказавшийся в нескольких шагах от неё. После его слов Гермиона почему-то подавилась водой, а Гарри принялся аккуратно похлопывать её по спине. — Ага, почти полная... Смотри, даже без телескопа кратеры видны! А ещё она такого цвета сегодня необычного... Жаль я колдокамеру не взяла! — затараторила девочка. Как же она любила людей, которые разделяют её интересы! Вскоре на башню поднялась профессор Синистра и выдала ребятам карты ночного неба, которые нужно было заполнить за час. Весь экзамен Кэсси ловила на себе загадочные взгляды Гермионы и Драко, а потом заметила, что эти двое переглядываются и между собой. Девочка вопросительно посмотрела на Гарри, но тот, похоже, тоже ничего не понимал. Кэсси закончила немного раньше указанного времени, поэтому спустилась вниз по лестнице и, опустившись на скамейку, принялась ждать остальных. Примерно через минуту послышались быстрые шаги, и рядом с девочкой появилась Гермиона. — Что всё это значило? — спросила Кэсси. — Ты о чём? — рассмеялась гриффиндорка. — Не прикидывайся дурой, Миона! Ты всё прекрасно понимаешь! — Ну-у-у, — протянула девочка, — помнишь, Драко тебе сказал, что Луна красивая? — И что? — Некоторые люди так... признаются в чувствах. Романтических, — зная подругу, уточнила она. — Это же бред! — воскликнула Кэсси, чувствуя, как щеки начинают гореть, а по телу разливается приятное тепло. Она что, правда может нравиться Драко? А он ей? — Нет. Не может быть! — Гермиона удивлённо посмотрела на девочку, а та поняла, что произнесла последние слова вслух. — Почему люди не могут сказать просто «Ты мне нравишься»? Какой смысл от этого «Луна красивая»? — Понимаешь... Например, тебе нравится человек, но ты не знаешь, взаимно ли это. Тогда можно сказать эту фразу. Если ты тоже нравишься человеку, то он ответит: «И я тебя». А если нет — можно сделать вид, что тебе реально нравится Луна. — Всё равно какой-то бред. Драко не мог этого знать. Тем более, мы друзья! — Не умеешь же замечать очевидное, — тихо прошептала Гермиона. — Ты что-то сказала? — Нет-нет. Ничего...

***

Этим утром Кэсси, помешивая Морочащую закваску, пыталась подавить зевоту. Такого отношения к его предмету профессор Снегг точно не одобрит! Сегодня только среда, третий день экзаменов, а она уже так устала! Интересно, сколько она пролежала в своих мыслях?.. А всему виной эти слова Гермионы! Понапридумывали магглы себе скрытые смыслы в каждой фразе, а она теперь должна верить в то, что Драко испытывает к ней какие-то «романтические чувства». И вообще, даже думать о таком не надо! Но Кэсси думала. Она не может ему нравится. Но он ей... Девочка долго сбегала от самой себя. Однако этой ночью признала, что влюбилась в лучшего друга. Но это так неправильно! Показать свои чувства она не может, ведь это разрушит их дружбу. Разве Драко захочет с ней общаться, если узнает, что нравится ей? Даже если и захочет, то их взаимоотношения больше не будут прежними. Да и шансов на то, что они начнут встречаться практически нет: Драко почти помолвлен, а родители Кэсси терпеть не могут Малфоев, потому что они служили Тому-Кого-Нельзя-Называть во время войны и до сих пор верят в идеалы, за которые тогда сражались. Но Драко не был таким, каким обычно описывали Малфоев: он не ставил себя выше других, не оскорблял и не унижал никого, не считал, что у магглорожденных нет прав на магию. Из его уст Кэсси ни разу не слышала слово «грязнокровка». Тогда девочка и поняла, что её родители не могут быть такими недалёкими людьми и понимают, что Малфой — нормальная семья. Значит, они это выдумали или додумали, а причина такой неприязни кроется в чем-то другом. Срочно нужно поговорить с родителями ещё раз и разобраться в этом! После обеда был экзамен по Истории Магии, на котором ребятам выдали бланки с заданиями. Здесь Кэсси уже всеми силами пыталась не заснуть. С надеждой хотя бы на «Удовлетворительно», она покинула аудиторию и отправилась в спальню. Зато на следующей день девочка проснулась бодрой и с отличным настроением, что было очень кстати. Первым экзаменом сегодня стояла Защита от Тёмных Искусств, на котором профессор Люпин устроил настоящую полосу препятствий! Надо было перейти глубокую заводь с гриндилоу, преодолеть канавы с красными колпаками, пройти болотные топи с фонарниками. И в самом конце, забравшись в дупло старого дуба, сразиться с боггартом. Друзья справились с испытаниями довольно хорошо. После обеда они разделились: Кэсси, Драко, Гарри и Гермиона ушли на экзамен по древним рунам, на котором требовалось создать артефакт, защищающий от слабых сглазов; Рон отправился на маггловедение; Невилл же поспешил в гостиную, чтобы подготовиться к последнему экзамену. Пятница стала финальным днём экзаменов для третьекурсников. Они, сдав травологию, уже отдыхали в тени деревьев. Правда, второкурсники ещё не закрыли сессию и предпочли лучше подготовиться к ней, поэтому вместе отправились в библиотеку. Невилл также отсутствовал, он отправился на заключительный экзамен по прорицаниям. Вернувшись оттуда, мальчик выглядел бледным и сбитым с толку. — Как прошло? — спросила его Гермиона. — Вообще нормально. Но в конце произошло что-то странное. У Трелони закатились глаза и она заговорила странным резким голосом. Про то, что сегодня ночью Темный Лорд воссоединенится со своим слугой, который провел в заточении двенадцать лет. А потом он «воспрянет вновь, еще более великим и ужасным», чем раньше. Это было похоже на настоящее предсказание. Ребята не на шутку перепугались. — Это же про Волан-де-Морта, да? И про Сириуса? — спросил Гарри. — Не произноси это имя! — одновременно воскликнули Рон и Невилл. Драко вздрогнул, но сохранил самообладание. — Я думаю, да, — сказала Кэсси, которую совсем не смутило то, что Гарри нарушил негласный запрет магов. — Если я не ошибаюсь, Пожиратели Смерти раньше называли его Тёмным Лордом. А Сириус... Это же он провёл двенадцать лет в Азкабане. — И ты веришь, что это предсказание — правда? — поинтересовался Драко. — Кто знает. Может, это просто эффектное окончание экзаменов. Невилл, ты же сам говорил, что она предсказывает скорую смерть Лайзе Турпин из Когтеврана... Да почему вы все такие грустные? Мы всё сдали! Нужно радоваться! Я серьёзно! Давайте прямо сейчас пойдём развеемся и полетаем на мётлах! Долго ребят уговаривать не пришлось. Все они, захватив мётлы, с радостью отправились на поле для квиддича. Дети хорошо проводили время: Кэсси, Драко, Невилл и Рон соревновались в скорости, а Гарри пытался научить летать Гермиону. Ближе к вечеру разыгрался ветер. Он был настолько сильным, что удерживать равновесие на метле стало трудно. Зато у Гермионы стало получаться летать. — Ты уверена, что сможешь сама? — спрашивал её Гарри. — Да, да, отпусти метлу! Дай мне уже попробовать пролететь! Мальчик глубоко вздохнул, но отпустил рукоять. Девочка подняла руки и постепенно стала набирать скорость, не поднимаясь слишком высоко: её ноги парили всего в тридцати сантиметрах над землёй. Гермиона выглядела счастливой. Но внезапный порыв ветра скинул её с метлы. Девочка упала на траву, но сразу же поднялась. К этому времени к ней уже подбежали друзья. — Сильно ударилась? Что болит? — взволнованно спросил Гарри. — Да нормально всё! Только руку немного содрала. — Пойдём в больничное крыло. — Да какое больничное крыло? Это просто пара царапин! — отрезала Гермиона, но Гарри продолжал сверлить её одновременно переживающим и неодобрительным взглядом. — Ой, ладно, давай просто к Хагриду зайдём, бинты у него точно найдутся. Спустя несколько минут друзья уже устроились на стульях и диванчиках в хижине лесничего. Дети делились с ним историями с экзаменов, а сам Хагрид, обработав Гермионе руку, принялся разливать детям чай с молоком. — Вас так много! Ребята, достаньте кто-то ещё один кувшин из того шкафа, а то в этом молоко уже закончилось. Кэсси, сидящая ближе всего к указанному месту, вытащила его из шкафа и аккуратно понесла к столу. Но на полпути она резко остановилась, а потом запустила руку в кувшин. — Рон! Смотри! Это же Короста! — сказала она, сжимая в руке громко визжащий комочек. Мальчик подорвался со своего места и подлетел к подруге. Та передала крысу Рону. Животное отчаянно сопротивлялось и пыталось вырваться из рук хозяина — Всё в порядке, Короста! Здесь нет никаких кошек. Никто тебя не тронет! — успокаивал её мальчик. Потом он засунул подуставшую крысу в карман и уселся за стол. Полчаса пролетели незаметно. Ребята хорошо проводили время: слушали истории Хагрида о родителях, пили чай, Гарри и Невилл даже осмелились попробовать выпечку полувеликана. Рон резко подскочил со своего места. — Что случилось? — спросил у него Гарри. — Короста! Она убегает! Вы её видите? Где она? — Там! — крикнул Драко и указал в сторону окна. Крыса каким-то образом забралась на подоконник и юркнула в открытое окно. — За ней! — воскликнул Невилл, и они с Роном ринулись к выходу. Остальные последовали за ними. — До встречи, Хагрид! — бросила Кэсси, глядя на озадаченного мужчину, закрыла дверь и поспешила догнать друзей. До девочки стали долетать обрывки их диалога: — Уже был отбой, а мы до сих пор не в гостиных! Идёмте быстрее! — Гермиона покрикивала на Рона, застывшего на месте. — Короста... Она... Вырывается... — тяжело дыша, ответил мальчик, всеми силами пытаясь удержать крысу в кармане. Но та вела себя очень странно — визжала, крутилась и пыталась укусить хозяина. Такого поведения за ней Кэсси раньше не замечала. — Пойдёмте уже! Нас оштрафуют, если заметят! Было уже такое! — суетилась Грейнджер. Дети продолжили движение. — Короста, сиди спокойно, — тихо приговаривал Рон, придерживая нагрудный карман, ведь крыса не оставляла своих попыток сбежать. — Что с тобой, дурацкое ты животное? Сиди тихо! Ой! Она укусила меня! Кэсси заметила какое-то движение у своих ног. По траве тихо крался Живоглот. В вечерней темноте казалось, что его янтарно-жёлтые глаза недобро светятся. Тогда слизеринка поверила в слова Рона о том, что кот преследует конкретно Коросту, а не любую крысу. Хозяева животных закричали практически одновременно: — Глотик! Брысь! Пошел прочь! — Короста! Стой! Крыса вывернулась из рук Рона и, оказавшись на земле, поспешила прочь. Живоглот бросился следом, а мальчик побежал за ними. На улице было так темно, что казалось, будто все они растворялись во тьме. Послышалось восклицание Уизли: — Поймал! Ребята поспешили на звук. Но вдруг Кэсси замерла, увидев пару светящихся глаз. Их обладатель, которого девочка не смогла рассмотреть, повалил кого-то на землю, а затем, судя по сдавленному вскрику, кинулся на Рона. Друзья поспешили на звук. На ходу Кэсси вытаскивала свою волшебную палочку. — Люмос, — проговорила она. Первым, что увидела девочка, стала плеть, летевшая прямо в её сторону. Кэсси вовремя успела закрыть лицо свободной ладонью: на неё обрушился удар, а из запястья хлынула кровь. Девочка застонала от боли и встревоженно взглянула на растекающиеся тёмно-красные полоски на руке. Вдруг Кэсси заметила её одну плеть и быстро опустилась на землю. Присмотревшись, она поняла, что на самом деле это была ветвь дерева. Но почему она шевелится, если на улице нет ветра?.. Девочка приподняла голову. В глазах резко потемнело, но она всё-таки смогла определить своё местоположение. Над ухом со свистом вновь пролетела ветвь. Да уж, сень Гремучей ивы отнюдь не лучшее место для отдыха. Темная пелена отступила, и Кэсси ужаснулась происходящему: огромный чёрный пёс затаскивал Рона в нору под ивой. Окликнув друга, Гарри поспешил на помощь, но крупная ветвь откинула его назад. Гермиона, мантия которой была окровавлена, испуганно вскрикнула: — Бежим за помощью! Боль в руке постепенно нарастала, а кровь всё не останавливалась. Тогда девочка натянула рукав мантии на рану и другой рукой прижала её, надеясь, что кровотечение хоть немного уменьшается. — Нет! — возразил Гарри. — Эта огромная тварь может сожрать Рона, помощь не поспеет! — Тогда нам нужно понять, как открыть проход, — прокричал Невилл. За время, на которое Кэсси отвлеклась, отверстие в земле бесследно исчезло. Тут в ночной темноте скользнула рыжая фигура Живоглота. Он с удивительной для себя грациозностью обогнул ивовые ветви и прыжком оказался на стволе дерева, уперевшись в какой-то нарост на нём. И в этот момент оно резко замерло, словно кто-то остановил время. Кэсси даже на всякий случай оглянулась. Друзья тоже недоумевали: Гермиона вцепилась в руку Гарри, старавшегося выглядеть спокойным; Невилл, заламывая пальцы, приближался к ним; Драко встревоженно осматривался по сторонам. Живоглот нырнул в тоннель и махнул хвостом, призывая ребят следовать за ним. — Вперед! — обернувшись, позвал друзей Гарри. Кэсси начала вставать, но голова резка закружилась, и девочке пришлось замереть, разведя руки для сохранения равновесия. — Кэсси! — воскликнул Драко, заметив её положение, и буквально подлетел к ней. По его щеке стекала тонкая стойка алой крови, выглядящей на его бледной коже при свете луны, мягко говоря, жутковато. — Что с тобой? — Голова кружится, — прохрипела она. Мальчик подхватил её руку, но девочка сдавленно вскрикнула от боли. Малфой тут же отпустил её, взглянув на свою кисть, по которой уже расползались красные узоры. — Это... — начал вопрос он. — Оборонялась, — отмахнулась Кэсси, пошатнувшись. Драко подошёл к ней с другой стороны и закинул здоровую руку девочки к себе на плечо, а своей ладонью аккуратно сжал раненое запястье, стараясь остановить кровь. — Залезайте, — крикнул мальчик друзьям, — мы уже подходим. Ребята по очереди съехали по небольшому склону и оказались в узком тоннеле, где пахло сыростью. — Куда он ведёт? — спросила Миона. — Не знаю... Он отмечен на Карте Мародеров, но Фред с Джорджем говорили, что им никто никогда не пользовался. Он ведет за пределы Карты и кончается, скорее всего, в Хогсмиде... — А где Рон? — поинтересовался Невилл. Поттер пожал плечами и, согнувшись пополам, прополз вперёд. Ребята очень спешили на помощь другу, но размеры прохода и ослабшая от потери крови Кэсси значительно замедляли движение. Подземный коридор казался бесконечным! Но все мысли детей занимал Рон, поэтому, даже когда идти становилось очень тяжело, девочка, переступая через боль, продолжала двигаться вперед. Кто знает, что эта псина может сделать с мальчиком... Тоннель поднялся вверх так же внезапно, как в голову Кэсси пришла невероятная мысль: — Гарри! — тишину пронзило её восклицание. — А вдруг этот пёс — анимагическая форма Сириуса? — Бред, — бросил он и развернулся на сто восемьдесят градусов. Ребята, будучи непосвящёнными в семейную тайну, остановились как вкопанные. Лицо Гарри выражало недовольство. — С чего ты взяла? — Странное совпадение, не находишь? Ты уже видел его несколько раз! — И, тем не менее, совпадение. Это просто бешеный пёс, — отрезал Поттер, пресекая дальнейшие попытки Кэсси развить эту тему. Ребята решили не раздражать его ещё сильнее, задавая лишние вопросы. Однако в каждом взгляде, устремленном на девочку, читался немой вопрос. Ей стало некомфортно, ведь друзья ждали ответов, но выдавать все доверенные ей секреты Кэсси не хотела. Драко будто почувствовал это: — Рон всё ещё там, — напомнил он и махнул рукой. — Идёмте. Только тогда Кэсси осознала, в каком положении сейчас находится, и её сердце забилось сильнее. Последние двадцать минут парень, который ей нравится, практически несёт на себе весь её вес. И ведь даже не подал виду, что ему тяжело! А она... Если выражаться прямо, прижимается к Драко всем телом. От этой мысли у девочки покраснели щёки. Ситуация показалась ей одновременно и очень приятной, и жутко неправильной. Кэсси, как дурочка, радуется тому, что парень помогает передвигаться раненной ей. Кто бы поступил иначе? Но четырнадцатилетней девочке этот жест казался волнующим и в некоторой степени даже интимным. И всё же Кэсси почувствовала себя неловко и попыталась хоть немного отстраниться от друга. Вот только Драко не отпустил её, а лишь нежно прижал к себе её сильнее, словно спрашивая: «Куда собралась?». После такого, конечно, свои попытки держать дистанцию Кэсси оставила. После поворота проход расширился, а впереди показался слабый свет. Тихо переговариваясь, ребята проползли в круглое отверстие и осмотрелись. Комната, в которой они оказались, несомненно, много лет не принимала гостей: сломанная мебель, разбросанная по всему пространству так, будто кто-то её крушил, покрыта толстым слоем пыли; весь пол в пятнах грязи; обои местами содраны и клочьями свисают со стен; окна плотно заколочены досками. Справа виднелась открытая дверь, ведущая в тёмный коридор. — По-моему, мы в Визжащей Хижине, — сказала Гермиона. Взгляд ребят ещё раз пробежался по разгромленной мебели. — И это натворили явно не привидения...