Моя малышка рок - н - рол

«Вскрыться»

И вот, тебе пять лет, ты, как по линейке стоишь держа ровно спину и подняв голову. В глаженых брюках и рубашке без единой складки, воротник душит чёрная бабочке, в руках скрипка и смычок. На улице вечер, а напротив, в кресле развалился отец. Он посматривает в горящее пепелище камина, попивая коньяк. Ты кладешь инструмент себе на плечо, ставишь смычок на струны и начинаешь играть. Движения смычка быстрые, аккордов много, ты - маленький мальчик и за всю игру сделал всего две ошибки, но этого хватило, чтобы разозлить отца. Он ставит стакан на твёрдый, деревянный подлокотник и пронзительно на тебя смотрит. - По твоему это хорошая игра? - Но я тренировался весь день – Уныло проговорил Джисон, опуская инструмент вниз. Мужчина нахмурил брови и повысил тон. - Значит и по ночам будешь репетировать! – Мальчик упал духом. Чувствуя подступающие слезы и горький ком в горле, склонил голову. Отец молча и требовательной смотрел на сына. В его глазах отражался пылающий огонь камина, пальцы впились в подлокотник, он готов был избить мальчика, со всей жестокостью. В гостиную зашла мать, держа на руках двухлетнюю дочь, её присутствие потушило яростное желание мужчины убить собственного сына, он опустился на спинку кресла, закатил глаза и помахал кистью правой руки, говоря ей: «убирайся». Джисон пронаблюдал за жестами пальцев и покорно покинул комнату, тяжело пробрался по мраморные ступенькам в свою комнату. Заперев дверь, мальчик бросил инструмент на пол, ели освободил себя от давящей бабочки на воротнике и расплакался. Так продолжалось до тех пор, пока мальчику не исполнилось десять лет и Хан навсегда не решил, что это место больше не будет его домом, эти люди больше не будут его родителями и по их законам он больше жить не будет. На накопленные деньги, что родители давали на карманные расходы, мальчик накупил себе разной косметики, краску для волос, одежду, что была полной противоположностью всем тем вещам, что он раньше носил, а на оставшиеся проколол себе уши. Утром, мальчик предстал перед семьёй с окрашенными в синий цвет волосами, чёрными как ночь тенями на глазах, в косухе с цепями и шипами на плечах, в кожаных брюках и берцах. На руках было по паре браслетов, на пальцах бижутерные кольца. Шею больше не душила бабочка, теперь она была перевязана бархатным чокером. Родители испуганно оглядели когда порядочного и опрятного сына, в то время как в глазах сестры он вызываю уважение и восхищение. Отец ударил руками по столу и медленно встал, а Джисон в свою очередь развалился на стуле и закинул ноги на обеденный стол. - Что ты себе позволяешь, щенок? – Выкрикнул мужчина. Хан скучающе на него взглянул, в груди, на удивление не было страха, была гордость за себя и свой выбор. Мальчик, словно щенок наклонил голову в сторону. – А что? - Что с тобой стало? На кого ты похож! – Джисон раскрыл глаз шире, залез на стол и медленно прошёлся по свежей еде, оставляя на скатерти грязный след ботинок остановился напротив отца. - Теперь я не твой сын, а ты не мой отец – Уверенно говорил Хан. Мужчина пошатнулся, его сбило с толку полное спокойствие и серьезность тихого и зажатого сына, в его новом образе, мужчина видел демона, видел страх, свой страх. Он приблизился к лицу Хана и все, что смог выговорить: - Я лишаю тебя всех карманных денег – на, что мальчик ответил смешком. Мать молча наблюдала, не могла принять новый вид её сына, в их семье такой образ считался чем-то омерзительным и неприемлемым. От таких людей, они максимально огородили себя и детей, но неосознанно или осознанно заперли их в тёмной, сырой и гнилой темнице, угнетая и унижая существование своих детей. Хан спрыгнул со стола, сходил до кухни, набрал себе еды и нагло ушёл в свою комнату. Через время кто-то постучался в дверь. Открыв её, Хан увидел младшую сестру. – Проходи – проговорил мальчик, закрывая за ней дверь. - Джисон, ты был невероятным! – Восхищенно пищала она. - Правда? – С легкой улыбкой спросил он, девочка закивала головой, пристально смотря на брата. Парень прошёл по комнате и уселся в кресло. На столе стояло небольшое зеркало, он взглянул в него, на свое отражение, которое ему безумно нравилось, рассматривал макияж, уши, блестящий, бархатный чокер и неосознанно улыбнулся. Сестра рассматривала переродившегося брата и хотела стать такой же. Джисон на миг задумался и произнес: - Может волосы отрастить? – Они были прямые и короткие, родного, русого цвета, теперь синим и блестящие, а если будут длинными - восторг. - Отрастить волосы? Тебе будет невероятно красиво! – Восхищаюсь девочка. Хан взглянул на неё с особой теплотой и любовью. – Спасибо, Юна – Она широко улыбнулась и щелкнула пальцами: - Давай я буду отдавать тебе половину своих карманных денег? - Нет, не нужно! - Я хочу помо-о-чь – Протянула она. Мальчик ещё раз посмотрел на себя в зеркало, поморщил лоб и согласился. - Хорошо, но потом, я буду давать тебе деньги – Промолвил он. Девочка мигом выбежала из комнаты, а вернулась держа в руках несколько купюр и протянула их брату, тот с долей смущения и неловкостью принял их. Девочка напоследок крепко обняла мальчика и убежала. Джисон облегченно улыбнулся, провожая сестру взглядом. В кулаке он сжимал преданные ею купюры, было легче от мыслей, что она не подражала родителей, оставалась доброй и солнечной, наивной и понимающей в таком маленьком возрасте. Хан взглянул на деньги и прошептал: «Спасибо». Показавшись в таком виде в школе, Хана отправили к директору и вызвали родителей. После беседы ничего не решилось, но так как отец Хана хорошо спонсировали школу директор пошёл мальчику на встречу и сделала исключение. Прошла зима. Наступила пора экзаменов и контрольных, перед тремя месяцами тёплых, летних каникул. Джисон стоял возле небольшого продуктового магазина, попивая виноградный сок. он находился недалеко от школы, он часто. Его волосы здорово отросли, а цвет остался таким же синим. Солнечные лучи пекли чёрные веки, а кольца на руках отражали маленьких зайчиков. Из магазина вышел молодой парень, лет восемнадцати, в одной руке он держал небольшой пакет с продуктами, а в другой только что купленную пачку сигарет. Он распечатал упаковку, избавился от лишнего мусора и достал одну сигарету, он нежно положил ее себе в рот рыская по карманам в поисках зажигалки, но так и не нашёл: - Черт – Ругался он. Парень оглядел по сторонам, рядом был только Хан. – Куришь? – С надеждой спросил он. - Нет – Ответил мальчик. Многие на месте незнакомца вернулись бы в магазин, купили зажигалку и ушли по своим делам, но он остался. Что-то привлекло его внимание, может длинные, цветные волосы или пирсинг, может быть косметика, а может и все вместе. – Ты сильно торопишься? – Поинтересовалась парень. Джисон тяжело вздохнул. - Не особо - Тогда, никуда не уходи, я только зажигалку куплю, ладно? – Незнакомец закинул сигарету за ухо и не дождался ответа, заскочил на порог магазина и скрылся за стеклянной дверью. Через пять минут он вышел с зажигалкой синего цвета. Встав рядом с Ханом, молодой человек взял сигарету, зажал губами и наконец прикурил. - Тебя как зовут? – Выдыхая дым спросил парень. - Джисон, а тебя? - Хонджун – Ответил он. Хо не убрал пачку, а достал ещё один сверок табака и протянул Хану. Мальчик без колебаний взял сигарету. - А говоришь не куришь - Видимо сейчас начну – Молодой человек рассмеялся. Джисон расположил сигарету в своих губах, а Хонджун поднес огонь к окончанию. Хан вдохнул выхлопной дым, он ударил по горлу мальчика и вышел тяжелым кашлем. - Привыкнешь – Улыбаясь проговорил собеседник. - Так сколько тебе лет? – Добавил Джун. - Десять - Ого, а выглядишь ты старше.. - Разве? – Удивился Хан. Хонджун несколько раз кивнул. – Значит в косметике дело - Слушай, а тебе очень идёт этот образ, ты случайно не составишь в какой – нибудь рок – группе? - Рок? Группа? Я даже играть ни на чем не умею, только на скрипке, куда меня с ней возьмут? – Стряхивая пепел размышлял Джисон. Хонджун рассмеялся во весь голос. - Скрипка? Не верю! – Хан бросил на знакомого тяжёлый и холодный взгляд, словно говоря ему: «Прекрати!» и он прекратил. - А хотел бы? Там, на гитара? – Мальчик задумался. А действительно, почему нет? Электрогитара – это сложный и капризный инструмент, неся в себе много теории и аккордов, но если её приручить, если научиться играть на ней, чувствовать ее всем телом. До этого самого момента Джисон никогда не задумывался о таких вещах. Его образ нес всего лишь протест против диктатура родителей, но его путают с рокером, ну, и почему бы тогда им не стать? Хан с полубока развернулся всем телом к Хонджуну и произнёс: - Хочу! – Хо довольно улыбнулся и протянул Хану правую руку. – Тогда, я тебе научу – Юноша удивлённо посмотрел в глаза нового друга и оживленно подал ему руку. Парень вынул телефон из карманов своих шорт и протянул его мальчику. - Запиши свой номер и подпиши себя как – нибудь прикольно – Джисон принял телефон, записал свой номер телефона и подписав себя как: «Джи – будущая рок – звезда» и передал телефон владельцу, протяну взамен свой. – Сделай то же самое – Хо убрал свой аппарат в карман, взял в руки чужой, добавил свой номер, записав себя, как: «Хо – учитель от бога!!» и вернул владельцу. Хан взглянул на подпись и с улыбкой сказал: - Посмотрим, какой ты учитель от Бога – Джун хитро улыбнулся и похлопал приятеля по плечу. – Ты в школьной форме, думаю тебе пора в школу, а мне домой, спишемся Джи - Ты прав, тогда до встречи - До встречи – попрощался Хо, напоследок подарив мальчика тёплой улыбкой и довольной походкой зашагал по улице. Джисон выбросил окурок на асфальт и поторопился в школу. Вечером Хонджун написал Хану и пригласил того на днях к себе в гости. После школы мальчик пришёл на нужный адрес, но долго плутал в поисках входа, пришлось звонить Хо, чтобы он его встретил. Квартира была совсем маленькой, но уютной. На входе открывался вид на гостиную и кухню, в углу была дверь небольшой спальни, а если пройти прямо был туалет и ванна. Хонджун угостил Джисона вкусным ужином, за едой они обсуждали музыку, школу, знаменитостей, делились любимыми фильмами, но не затрагивали тему прошлого и то, о чем говорить совсем не хочется. После, молодой человек показал Хану свою комнату. Односпальная кровать, небольшой шкаф, в дальнем, правом углу, а в левом стоял письменный стол с тетрадями, ручками и разными штуками для игры на гитаре. На стенах рисовались яркие плакаты с рок – группами, на одном из таких Джисон Заметил Хонджуна. Подойдя ближе, мальчик увидел название. - BTS? – Проговорил он вслух. - Да, все верно – Ответил владелец квартиры - Так ты состоишь в рок – группе? - Состою, слышал про них? – Спрашивал Джун. - Конечно слышал. «Молодая рок – группа, что покорила Корею своих меланхоличным звучанием и твердо нацелена на запад» - Удивлялся Джисон, цитируя фразу ведущей новостей. – Так ты там гитарист? – Спрашивал мальчик. - Да – Скромно ответил Хо - Вот дела – Джун в голос рассмеялся. - Хочешь могу с ребятами из группы познакомить? - Так разве можно? – Рассматривая плакат спросил Хан. - Можно, общую тусовку после концертов – Джисон взглянул на парня с надеждой, по глазам все было понятно без слов. – Хах, тогда я тебе напишу – Мальчик довольно улыбнулся. Наверно не очень круто в столь раннем возрасте тусоваться среди взрослых, отбитых людей, но это внушало ему гордость, раз его пригласили – лишним не будет. Над кроватью висела электрогитара. Почему-то Джисон не сразу обратил на неё внимание. Она была полностью черная, в граффити, с разными фразами, кривыми почерками. Хан наконец оторвался от плаката и подошёл ближе к кровати. - Можешь ее снять – Произнёс Хонджун, пряча руки в карманы. Джисон трясущимися ладонями снял гитару, аккуратно держал за гриф и корпус. – Она…великолепна – Шептал мальчик. - А представь, какое это ощущение, когда ты свободно можешь вытворять с ней всё, что захочешь - И что это за ощущение? - Лучше, чем секс - Фу, блин – Противился Джисон. Он искривил свое лицо в гримасу смущения и отвращения, что вызвало у Хо бурный смех. Хонджун долгие часы объяснил Хану все тонкости игры на электрогитаре, показал несколько аккордов, попытались сыграть пару лёгких песен. Закончили они глубокой ночью. Джун проводил мальчика до дома, но сам домой не вернулся. Прошла неделя. Хан почти каждый день приходит домой к Хо, старательно учился, иногда даже оставался с ночевкой. Перед последней контрольной работой Джун прислал смс: «Эй, Джи – Джи, сегодня намечается тусовка, я за тобой зайду где-то около 9, ок?» «Какой я тебе Джи – Джи?» Про себя возмущался Хан и в ответ отправил сухое: «ок» После школы, Джисон зашёл прикупить себе новых вещей. В душу запали черные джинсы - трубы с дырками на коленях и обычная, черная майка с широкими лямками, прикупил также новых цепочек и сережки. «Этого мало» думал он. Не заметив как он набрели на небольшой магазинчик, где продавались несуразные вещи. Холодный томный взгляд Хана растопил пиджак, проколотый булавками, кольцами и шипами. Где-то свисали цепи, а на спине был нарисован огромный череп. Он купил его не раздумывая. По приходу домой Джисон спокойно поел, принял душ, поменял серьги и званого накрасился. Сам погладил себе одежду. Нацепил на себя кольца, браслеты, надел бархатный чокер, что купил не так давно за копейки. Увидев себя в зеркале в полном образе Хан потерял дар речи. В отражении был кто-то невероятно прекрасный и до дикости свободный. Зазвонил телефон. На том конце послышался голос Хонджуна. Он подошёл и ждёт мальчика у ворот. Джисон выскочил из «замка» через окно и побежал к калитке. За пределами высокого забора стоял Хонджун, оперевшись спиной к столбу из кирпичам, курил сигарету. Хан открыл дверь и громко ей хлопнул. - Быстро ты – Удивился Хо. - Ты вовремя пришёл – Улыбаясь проговорил мальчик. Молодые люди зашагали по пустой, ночной улице. По незнакомым переулкам, через парк и лесок, пока наконец не набрели на большой загородный дом. Внутри играла громкая музыка, а с снаружи куча людей крутились возле бассейна. Джун открыл ворота и пропустил Хана вперед. Мальчик неловко прошёл на территорию тусовки и замер. Ноги не хотели идти дальше, там куча взрослых еще и до жути пьяных людей. Тут могут сделать с тобой все, что угодно и им за это ничего не будет. Юноша держал руки в карманах, крепко сжимая пальцы в кулаки. Хо взял его под руку и тепло улыбнулся. - Всё будет хорошо, не нервничай! - Не могу – Волновался Джисон. Хонджун медленно повёл мальчика по участку, мимо девушек в купальниках, дороже какой - нибудь неплохой машины, мимо молодых парней и мужчин с белыми, будто светящимися зубами и татуировками по всему телу. Было куча богатых и знаменитых людей, которые ни в чем себе не отказывали. Хан сгорбился. Попытался так спрятаться от косых взглядов и перешептываний. Оказались внутри, Джисона все больше и больше удивляли маштабы коттеджа и мероприятия. Мальчик не из бедной семьи. Он живет в большом доме, ходит в дорогой одежде и посещает с сестрой элитную школу, но все это меркнет по сравнению с тем, насколько дом был огромный и сколько людей в разы богаче его семьи тут находяться. Просторный первый этаж был битком забит людьми. Шумная музыка расплывалась огромными ударными волнами по каждому коридору и кирпичику здания. Панорамные окна пропускали неоновые огни цветомузыки и громкие звуки, а вдалеке, город отвечал своим светом. В самом сердце этажа располагался танцпол со стойкой диджея. Некоторые стояли у стен небольшими кампаниями или по двое, а несколько и вовсе в полном одиночестве. Джисон почувствовал, что присоединиться к третьим, простояв где-то в углу до самого утра. Пройдя через толпу заряженных и невменяемых от алкоголя людей, Хо и Хан вышли к бару. Там сидела пара молодых парней в компании нескольких девушек. Хонджун стремительно направился в их сторону, таща за собой Джисона. Подойдя ближе, мальчик разглядел лица барабанщика Ни -Ки и басиста Минги “BTS”. Хо громко заговорил, потянулся обнимать друзей попутно вкидывая понятные им шутки, а затем ладонью указал на Джисона. - Ни - Ки, Минги, Это малыш Джисон, он еще ребеночек поэтому не поите его - Шутливо произнес парень. Хан нервно улыбнулся и неуверенно поздоровался. Ни и Мин переглянулись и заулыбались. - Сколько лет ребенку? - Спрашивал барабанщик. - Десять - Ответил мальчик. Парни неодобрительно посмотрели на Хонджуна. - Зачем ты привел реально ребенка? Ладно если бы ему было лет пятнадцать, но не десять, Хо! - Возмущался басист. - Хенджин тоже как бы не особо старше - Возражал Джун - Ханни просто хотел познакомиться с участниками нашей группы - Добавил он. Ни - Ки еще раз взглянул на мальчишку и хмыкнул. - Ладно уж - Молодой человек протянул правую руку, в знак знакомства, Джисон протянул свою в ответ. - Рад знакомству - Взаимно - Мальчик тепло улыбнулся и отпустил ладонь барабанщика. - Чувствуй себя как дома, Джинни - Добавил Минги. - Спасибо - Проговорил Хан. - Ладно, пойдем я посажу тебя на диван и принесу чего - нибудь съедобного - Твердил Хонджун, беря мальчика под руку. Диван, бархатной обивки и цвета молочного шоколада пустел. Джисон сел поудобнее в ожидании Джуна. Вот проходит пять минут, пятнадцать, двадцать, сорок, но Хо все нет. Хан рассматривал веселящуюся толпу, радостные лица людей, страсные и противные поцелуи у стен. Одиноко. Как же так, мальчика просто кинули. Оставили в незнакомом месте, в окружении людей, которым было абсолютно плевать на его существование. Рядом кто-то сел. Хан обрадовался, что это его безответственный друг, как напротив себя увидел Хван Хенджина - бэк вокалиста “BTS”. Он был менее популярен чем остальные члены группы, его особо не продвигали и редко выпускали на сцену в силу его юного возраста. Джисон застыл. Не знал, что говорить и как себя вести. - Не против? – Спросил парень. Мальчик отрицательно покачал головой. - Хорошо - Добавил он - Как тебя зовут? - Хан Джисон - Красиво имя - Спасибо Хенджин быстро оглядел толпу и вновь перевел взгляд на юношу. - А лет тебе сколько? - Десять - Промямлил Хан. - Мне двенадцать, не переживай - Успокаивал Хенджин - Ты чей будешь? - Поинтересовался он. - Я друг и ученик Хонджуна - А-а, так ты тот самый загадочный ученик Хо! Выглядишь круто - Нахваливал парень. Джисон лишь напряженно улыбнулся, но как вспомнил, что Джун просто оставил его тут одного, паник. - Только вот, где он? Час уже жду - Печально говорил Хан. - Если не вернется, советую уйти. Тут куча голодных извращенцав которые мечтают поразвлекаться с ребенком - С отвращением бормотал собеседник. Парень удивленно взглянул на блондина. - Мерзость - Еще та Юноши разговорились. Незаметно пролетело три часа. Солнце стремительно поднималось все выше, освещая улицы, макушки деревьев, заглядывало в окна коттеджа. Спустя еще некоторое время, когда народ потихоньку начал покидать дом, объявился Хонджун. Он странно покачивался, обнимал себя, глазами уставился в пол. Джисон подошел к нему и положил руку на дрожащее плечо. Хо в пьяном угаре взглянул на Хана. - Где ты был? - Возмущенно спрашивал Джисон. - Джи-и-и? прости м-меня.. - Заикаясь извинялся Джун. Хан взволнованно взглянул на Хенджина, а тот в свою очередь невозмутимо пялился на старшего. Хван встал с мягкого дивана и направился к паре. Взяв Джисон под руку тихо проговорил: - Оставь его - Почему? - Тревожно проговорил мальчик. Хван промолчал. Медленно отходя его все дальше от Хо. С момента знакомства Хана и Хонджуна и той странной вечеринке прошло два года. Молодые люди, не смотря на большую разницу в возрасте крепко сдружились. Хо стал родным братом для Хана, хорошим учителем и наставником. Молодой человек обучили мальчика почти всему, что знал. Он верил, что Джисон превзойдет его, хотел этого, жаждал. В одну из зимних прогулок Хан застыл у витрины с музыкальными инструментами, его взгляд и душу влюбила в себя новенькая, черно – белая, глянцевая гитара «Fender Bullet Strat» . Джун встал рядом. – Нравится? – Хан какое-то время молчал, затем ответил: - Не то слово - Хорошая гитара, все друзья – гитаристы советуют её – Поделился Хо. - Нужно копить! – Твердил Джисон. Джун незаметно посмотрел на чарующий профиль мальчика. Глаза болели: внутри что-то ныло, рвалось. Сердце было исколото, покалечено собственными мыслями. Что-то он пытался найти в нем, спасение, семью, может любовь, парень перевёл взгляд на гитару и невидимо улыбнулся. На следующий день Хан получил смс: «Джи – Джи, мне что-то нездоровится, наверное эту недельку пока не сможем видеться :'(», на что Хан ответит: «Окок, не помри только хаха». Иронично. Две мучительные недели спустя. Хонджун не выходил на связь, дома его не было и, что делать и куда себя деть, Хан понятия не имел. Все встало на свои места, когда курьер оставил на пороге огромную посылку с письмом. Джисон ели дотащил громадину до комнаты и принялся читать. Быстрый, но аккуратный почерк перескакивал с одной строчки на другую, лист был в маленьких потертостях, словно кто-то плакал, а особенно много этих шрамов было на последних строчка. «Малыш Джи, ты был настоящим другом и хорошим учеником. Для меня было большой честью с тобой познакомиться. Мне больно это писать, думать об этом. Когда тебя повстречал, такого побитого, лохматого котёнка, захотелось взять себе, укутать в теплый плед, надеть шипастый ошейник с кличкой, но ты вырос в большого и неукротимого черного кота. В этой коробке мой маленький предсмертный подарок. Обклей его наклейками, нацепи цепей, да побольше и играй, играть так, будто тебе осталось жить последний день, наслаждайся своей музыкой, люби так сильно, чтобы до потери пульса думал только о том человеке. Не кури, хотя-бы не так много. Я очень многого тебе на рассказал, не смог, струсил. Я законченный наркоман. Увидев тебя, после очередной ломки, я надеялся спастись ну или оставить после себя что-то, а ещё я гей и сам не заметил как влюбился в тебя, в ребенка, прости меня, я ужасен. Я бы ни за что не стал делать с тобой ужасные вещи и даже признаться в своих чувствах. Но умер я совсем не по этому, это меня только и держало в мире. Убили меня наркотики и затяжная депрессия… я искал выход, но так и не нашёл. Желаю, чтобы кто-то полюбил тебя сильнее меня, чтобы он заботился о тебе лучше, чтобы был единственным о ком ты думаешь, когда засыпаешь и просыпаешься. Сияй на сцене, будущая рок – звезда, я в тебя верю!» - Что..? – Промолвил Хан. Его загнали в тупик, ввели в ступор. Это просто глупая шутка, да? Просто тупой розыгрыш, но вместе с письмом, в конверте было небольшое приглашение на похороны, что состояться уже на этой неделе. – Какие ещё похороны!? – Выкрикнул Джисон. Мальчик в панике нащупал лежащий рядом телефон и набрал номер друга. Гудок, за ним, второй, третий и еще один, наконец их прервал ответ с другого конца: - “Хонджун, что за прикол?! Что за предсмертная записка с подарком?!” – Возмущался Хан. С той стороны послышался глубокий вдох. – “Вы Джисон?” - “Я..” - “Здравствуйте, это мама Хонджуна, к сожалению мой сын покинул нас несколько дней назад от передозировки наркотиков” - “Ч..что?” – Руки Джисона задрожали. Он выронил приглашение и уперся спиной в твёрдый корпус кровати. - “Как это..”– Скрипя зубами вымолвил он. Из глаз потекли горькие слезы, грудь вибрировала и трескалась, больно было дышать. Хан лёг на пол. Женщина оборвала паузу: - “Вы получили приглашение? Будем Вас ждать, а теперь извините, Мне и, думаю Вам, стоит побыть наедине, до свидания” - “До свидания..” – Прошептал Джисон и связь оборвалась. Он не могу в это поверить, не мог осознать, что его друга, учителя, кого-то вселенски близкого больше нет. Теперь есть только сырая могила заваленная цветами, из которых выглядывает памятник с фотографией и это мертвый взгляд, что смотрит на тебя с плиты. И есть лишь воспоминания и фотографии. Хан подумал, что умер. Боль стояла в груди, распространялась параличом по всему телу, даже моргать было невыносимо тяжело, из глаз продолжали лить слезы, они выходили наружу, пытались очистить скверну внутри. Так Джисон провалялся несколько часов, пока его не нашла сестра. Она вызвала скорую, убрала тяжёлый подарок в шкаф, подобрала письмо и приглашение. Девочка так испугалась, не знала, как ему помочь, она просто сидела рядом, крепко держа брата за руку, пока тот полумертвый лежал на мятой постели, почти не дыша. Скорая приехала быстро, на все вопросы, что врач задавал – Джисон молчал. В голове стоял шум, а в глаза почти ничего не видели. Мужчина осмотрела мальчика: зрачки реагировали на свет, пульс был. По физическим факторам парень был абсолютно здоров. - Дома есть взрослые? - Нет, они поздно вернуться - Скажите – Обратился он к Юне – Как давно мальчик так лежит? – Девочка нервно заморгала, забегала глазами по комнате: - Я не знаю, ну думаю несколько часов – Мужчина записал что-то на листок. - Когда я пришла, на полу лежали две бумажки, я даже не расстрела, что там - А сейчас, можете посмотреть? - Да – Юна взяла со стола письмо и приглашение. Прочитав «Приглашение на похороны..» она все поняла. Девочка знала, что у Джисона был друг, который многому его научил, он рассказывал, что считал его своим братом, что тот был ему очень дорог. Она не стала читать письмо, слишком личное. Убрав бумаги в конверт она произнесла: - Умер его близкий друг – Врач качнул головой. Из чемоданчика он достал запакованный шприц и ампулу, набрав лекарства почти полный шприц, он ввел иглу в вену мальчика и влил все лекарство в кровь. Оставив пару шприцов и ампул, он собрал свои вещи и вышел из комнаты в сопровождении Юны. - Я ввёл ему сильное успокоительное, после него он может проспать значительно долго, не тревожьте его, а если повторится.. – Он записал на небольшой листок название препарата и протянул бумажку девочке. – Я написал название успокоительного, в ампулах и таблетках, передай родителям и советую обратиться к психотерапевту - Доктор, скажите, что с ним?– Напугано спросила девочка. - Это было что-то похуже даже панической атаки, Вашь, брат, как понимаю, очень дорожил тем человеком, чья смерть так сильно на него повлияла. Это единичные случаи, больше даже легенды, когда сердце буквально разрывается от душевной боли, от чего человек умирает – Пояснял доктор. - Он..что? - Нет, если вовремя оказать ему помощь и быть рядом, мальчик восстановится – Юна с облегчение выдохнула. Она проводила мужчину до входной двери и несколько раз поблагодарила его перед уходом. Хан проспал двадцать два часа. Лениво открыв глаза, он почувствовал на себе чью-то руку, обернувшись он увидел сестрёнку, которая прижалась к нему как брошенный щенок. «Переживала наверно» подумал мальчик. Он выкарабкался из нежных объятий сестры и подошёл к письменному столу. Не нем стояло небольшое зеркало, кружка из которой торчали ручки, карандаши, ножницы и нож. Сердце также адски болело, все тело окутали дрожь и слабость. Джисон взглянул на свое пустое отражение в зеркале, он выглядел словно живой мертвец, ходячий кусок мяса, у которого внутри ничего нет, что-то из него вырезали, нет, вырвали, поломали все кости, прокрутили в мясорубке и выбросили как испорченное. Перебирая ногами к выходу, кончиками пальцев он задел конверт, тот мигом полетел вниз, заставив Хана остановится. Мальчик медленно развернулся и с ужасом посмотрела на оболочку чей-то смерти. Не раздумывая Джисон схватил нож и исчез из комнаты. Стопы шлепали по кафельному полу. Хан словно тень прошёл в ванну, залез в акриловой джакузи и крепко обнял колени, сжимая в ладони лезвие в пластиковых доспехах. Глаза неотрывно смотрели в одну точку, в ушах шумело. Джисон устроился чуть по удобнее и разглядел свое запястье. Под темноватой кожей проходили синие туннели - вены, сосуды и капилляры. Мальчик медленно вертел левую кисть из стороны в стороны, пока не оголил острое лезвие и беспощадно не прошёлся по своей коже, разрезая ее. Порез был не глубокий, но по руке стекала речка крови, маленькими каплями падала на дно ванны. За одним порезом, последовал другой. Он беспощадно кромсал свою руку, пока не увидел вспоротые и торчащие в разные стороны вены. Собственная кровь большим толчком полилась наружу. Джисон вдруг почувствовал слабость и дрожь по телу, канцелярский ножик выпало из руки мальчика. Хан внимательно наблюдал за вытекающей жидкостью и приближающейся кончине, он лег на дно ванны и прошептал: - Скоро мы встретимся, Хо.. Юна пробудилась от беспокойного сна и кошмаров. Девочка нащупала телефон где-то под подушкой и взглянула на время «4:13», рядом не было брата. Занервничав, девочка соскочила с кровати и побежала искать Джисона. Дверь в ванную комнату была распахнута, Юна без колебаний забежала туда и побледнела. Хан, лежащий в собственной луже кровь, с венами наружу, ели дышал и терял тепло. Девочка завизжала, так, что каждый в этом доме и за его пределами слышал её ужас. На страшные крики прибежали родители. Открыв глаза, Джисон увидел перед собой белую пелену. Постепенно зрение обрело четкость и первое, что он увидел - ослепляющая лампу на потолке. Приподнявшись, мальчик понял, что находиться в небольшой, по видимому VIP - палате. Пахло лекарствами и хлоркой, пылью и сырым бетоном. Хан сел и увидел свое запястье, перевязанное тугим бинтом. Рука сильно ныла и пошевелить ей толком не получалось. - Я жив - Прошептал парень. Он опустил голову, запуская в волосы дрожащие пальцы, задаваясь вопросом: “ Почему?” Потому что о тебе все еще беспокояться. Дверь палаты медленно, с тихим скрипом, открылась. Показалась голова сестры в присутствии голосов родителей. Юна облегченно улыбнулась и с широкой улыбкой подбежала к Джисону. Она громко кричала, крепко обнимала брата. Мать и отец поспешили вслед за дочкой, но в их глазах читалось презрение. Хан тяжело поднял голову, бросил на маму потерянный взгляд. - Скажи, мама, какое сегодня число? - Сегодня воскресенье, шестнадцатое февраля - И сколько я уже тут? - Два дня - Женщина села рядом - Врачи говорили, что ты впал в кому и сегодня собирались подключить к тебе аппарат жизнеобеспечения, но я так так рада, что ты проснулся и сново с нами - На глазах скапливались слезы. Маленькими стеклышками они скатывались по бледному, уставшему лицу матери. Отец молча стоял рядом, не проронив ни слова. - Юна рассказала, что у тебя умер друг…мне очень жаль, сын - Хан склонил голову. Мать подсыпала соли на свежую рану. Медленно моргая и тяжело дыша, мальчик отстранился от сестры, убирая с себя ее руки, которые в моменте начали его душить. Упав на подушку, мальчик повернулся спиной к семье и укутался в одеяло, если вымолвил: - Уйдите.. - Они покорно послушались и покинули палату. Через десять минут дверь вновь открылась. В покои Джисона вошёл психиатр. - Хан Джисон, добрый день, меня зовут.. - Как зовут доктора, мальчик не услышал, да и вообще он мало, что слышал и понимал. - Расскажите мне, как ваше состояние? - Ответа не поступило. Мужчина почесал седую бороду и поправил очки. - Джисон, может что - нибудь скажете? - Почему я живой, почему не рядом с ним? - Послушайте, смерть близкого человека, это самое болезненное, особенно в вашем возрасте пережить такое, расскажите, что Вы чувствовали в момент, когда узнали, что вашего друга больше нет? - Джисон развернулся к доктору лицом и сел. - Что я чувствовал? - Повторил он. - Будто моя грудь окаменела, не сделать ни вдоха ни выдоха, слезы текли сами собой, пока я медленно пытался Дышать - Мужчина записал что-то в карту и продолжил. - Как ты думаешь, с чем связано твоя сильная к нему привязанность? - Хан молчал. Перебирал клубок мыслей в своей голове. Почему? Потому что он был роднее родителей, ближе матери и отца, Хонджун стал семьёй, но так скоро лишил этого чувства Джисона. Мальчик уставился в одну точку, продолжал прокручивать болезненные воспоминания. - Он был..моей семье, а теперь её у меня нет! - Напряжение росло. От горечи и привкуса тоски подбородок и губы задрожали, глаза покрылись осколками души. - Почему он так поступил? Почему? - Спокойный, тихий тон перешел на истеричный крик. Хан схватился за волосы, выдрал несколько прядей, истошно мычал. Доктор понял, что сейчас мальчик не готов разговаривать и вызвал медсестре. В палату ворвались две медсестры с капельницами. уколами и таблетками. Психиатр удалился в свой кабинет.