Волшебные Зимние Ночи

Достигли вершины они незадолго до полудня и решили немного отдохнуть. У самой кромки рощи стояла скамеечка; деревья надёжно защищали путников от порывистого ветра. Там мужчины и устроили привал: съели все припасённые сэндвичи и выпили по чашке чая. Гарри опустил голову на плечо Тома и зажмурился, наслаждаясь лучами солнца. — Обгоришь, — предупредил его мужчина, но Гарри безмятежно пожал плечами. — Просто загорю. А вот у тебя нос покраснел, смотри, как бы не пришлось мазаться сметаной. Том вздохнул и встал, потянув парня за собой: — Тогда пора возвращаться. Вряд ли тебе хочется завершить этот прекрасный день прогулкой по горам в кромешной темноте. — Но ведь ещё только полдень! — возмутился Гарри, но послушно зашагал вслед за Томом по склону. Дорогу расчистили: тропа вела к лыжным трассам, так что добраться было несложно. Гарри мечтательно шёл рядом с Томом и украдкой подглядывал за тёмными прядками, выбившимися из-под красной шапки с помпоном. Яркое полуденное солнце немного растопило наст, а ветер тут же превратил подрастаявший снег в лёд. Вот Гарри не сводит с Тома влюблённого взгляда, а в следующий миг уже катится в пропасть. Когда круговерть прекратилась, а падение остановилось совсем, Гарри распахнул глаза. Из тела словно дух вышибло! Пытаясь отдышаться, он невидяще смотрел в бескрайнее голубое небо. И вдруг его заслонил Том. — Гарри! — мужчина схватил горемыку за плечи и помог сесть. Дышать выходило с трудом, Гарри хрипел, но всё же смог немного успокоиться и глотнуть воздуха. Оглядевшись, он понял, что сидит в небольшом ущелье под самой тропой. — Ты поскользнулся, — пояснил Том, осматривая его на предмет повреждений. — Повезло, что приземлился в сугроб, надеюсь, обойдемся без переломов, — он помог Гарри подняться, но не успел тот сделать и шага, как снова осел, вскрикнув от боли. — Вот же ж срань, я подвернул лодыжку, — выругался парень себе под нос. Том опустился на колени прямо в снег и осторожно осмотрел припухлость: — Лучше не тревожить ногу, пока не вернёмся в отель. Давай, обопрись на меня. Мужчина вновь помог Гарри подняться. Ростом он был выше, так что держаться за его плечо бедолаге было не очень удобно. Но делать нечего. Сделав пару шагов, Гарри уже весь взмок, но стиснул зубы и зашагал быстрее. Не могут же они оставаться здесь и надеяться, что кто-то случайно на них наткнётся. Однако вопреки всем его стараниям, шли они всё равно слишком медленно. Вскоре Гарри не выдержался и взмолился о небольшой передышке. Том помог ему сесть на мягкий снег на обочине, но так парень начал замерзать. Снежинки быстро таяли на штанах, оставляя мокрые, холодные пятна. Гарри сам не заметил, как уже мелко подрагивал. Том встревожено нахмурился: — Так ты простудишься. Давай я тебя понесу. — Том, я тяжёлый. Упадёшь, позвоночник сломаешь, и тогда мы оба погибли. Завтра здесь найдут два милых снеговика. — Да не упаду я, обещаю. Давай, забирайся, а то замёрзнешь насмерть. И не такой уж ты и тяжёлый. Было непросто, но Тому всё же удалось взгромоздить Гарри себе на спину. Первые шаги дались ему с трудом, парень испуганно вцепился Тому в плечи, боясь упасть, но вскоре тот уже побрёл к отелю со своей драгоценной ношей. Солнце уже садилось, когда показались огни Хогвартса. Им несказанно повезло, что удалось вернуться до темноты. Шапка Тома съехала набекрень, он тяжело дышал, но не опустил Гарри на землю, пока не зашёл в фойе. Из ниоткуда появился Северус и сразу закинул руку Гарри себе на плечо, бережно поддерживая, пока Том кратко объяснял произошедшее. Вызвали доктора, которая внимательно осмотрела опухшую лодыжку, констатировала небольшое растяжение и велела отдыхать и не нагружать ногу ближайшую пару дней. На прощание доктор оставила пачку анальгетиков, чтобы боль не мучила Гарри по ночам. — Забавно вышло, вообще-то я как раз и приехал отдыхать, — пошутил Гарри, пока Том и Северус осторожно укладывали его в постель. — Но если бы не приехал, то остался бы здоров. — И мы бы никогда не встретились, — напомнил Том. — Я всё равно сумел бы тебя разыскать, — сонно улыбнулся Гарри. — Не могу поверить, что вселенная так долго оттягивала нашу встречу. Том нежно поцеловал его в лоб и укутал одеялом ноги. Гарри ненадолго задремал, но проснулся, когда в номер вернулся Том с целым подносом сэндвичей и чая наперевес. — Вот это сервис, я будто в пятизвёздочном отеле! — пошутил парень, приподнимаясь на подушках. — Желаешь ужин в постель? — Нет, и так себя инвалидом каким-то чувствую. Если подсобишь немного, с удовольствием поем за столом! Том, разумеется, помог, и вскоре парень уже уплетал сэндвичи. Море начинки и соуса, ароматный, мягкий хлеб: Гарри понял, насколько проголодался, только когда откусил первый кусочек. Том сидел рядом, довольно наблюдая, как парень жадно поглощает сэндвич за сэндвичем. — А ничего, что ты сэндвичи принёс? Здесь вроде не разносят еду по номерам. — Знаешь, когда я заглянул на кухню и посетовал, что один из гостей не может встать с постели из-за вывихнутой лодыжки, тамошние работники буквально завалили меня выбором блюд. Наверное, стоило принести что-нибудь горячее, но я не знал… — Сэндвичи меня более чем устраивают! Спасибо огромное, Том! После импровизированного ужина мужчина помог Гарри пересесть в кресло у окна и принёс ему пенал и альбом для рисования. — Так хоть время не пропадёт зря, — Гарри закинул ногу на подлокотник и принялся рисовать. Том сел напротив, задумчиво подпёр подбородок кулаком, и не сводил с юного художника глаз. Вдруг Гарри опомнился: — Можешь, пожалуйста, достать кое-что из моей куртки? Там пакет во внутреннем кармане. Вскоре Том принёс искомое, и на мгновение Гарри замешкался. Смущённо потупившись, он протянул пакет обратно. — Н-на самом деле, это тебе. — Мне? Гарри, вовсе не стоило… — Знаю. Но мне так захотелось. Откроешь? Под простенькой обёрточной бумагой обнаружился ежедневник в кожаном переплёте. Том сглотнул и погладил блестящую серебряную снежинку. — Гарри… спасибо. А затем он открыл первую страницу и прочитал оставленную Гарри запись: Дружба подобна сказке: помогает позабыть о плохих временах, а хорошие способна сделать ещё краше. А поездка в Альпы обернулась для меня сказкой, потому что здесь я встретил тебя. — Веки вечные буду беречь твой подарок, — торжественно поклялся Том, крепко поцеловав Гарри. — И тебя. Парень густо покраснел. А на следующее утро Гарри попросил помочь ему спуститься в общую комнату отдыха, которая располагалась рядом с рестораном. — А то мхом покроюсь. И вы тоже. Северус надменно сморщил свой грандиозный нос и вытащил из кармана жилета потрёпанную книгу в мягкой обложке. — Тогда отправимся вниз все вместе. Я уже оставил вас наедине, и что из этого вышло? — он негодующе махнул в сторону перебинтованной ноги Гарри. Возразить было нечего. Том сподручно организовал чайник чая и тарелку с печеньем, которые поставил на столик возле их кресел. Гарри прихватил с собой альбом и теперь развлекался тем, что зарисовывал проходящих мимо гостей. А вот Том забавлялся иначе: едко подмечал недостатки каждого бедолаги, которому не посчастливилось попасться ему на глаза. Благо, негромко. От некоторых нелестных эпитетов Гарри и вовсе хотелось расхохотаться в голос, но пока он держался. — Что за дрянь у него на шее? Неужели шарф? Больше похоже на плесень. — Либо на голове у этого джентльмена безвременно почил барсук, либо ему срочно нужен новый парик. — Ради всего святого, что это за чудовищный оттенок? С чего козявки* вдруг стали цветом сезона? Гарри хмыкнул: — Кто бы мог подумать, что ты так разбираешься в женской моде. — И вовсе не разбираюсь, просто у меня есть глаза и голова на плечах: например, я прекрасно вижу, что вон то платье в дюйме от публичного позора. Будущий публичный позор в лице Лаванды бойко подскочил к ним и пригласил Гарри пересесть, однако тот вежливо отказался. — К сожалению, вчера я подвернул ногу, так что не буду мешать тебе и твоим замечательным подругам. А мне и с Томом хорошо, — он приобнял мужчину за плечи, и тот смерил Лаванду торжествующим взглядом. — Ну ладно… — девушка сморщила носик и недовольно упорхнула. Гарри вздохнул. — Никак не пойму, с чего она вдруг взяла, что нравится мне, — он поёрзал, усаживаясь поудобнее, чтобы было лучше видно Тома, и снова взялся за карандаш. Штрих за штрихом — так вырисовывался благородный профиль его друга. Тёмные глаза, тщательно зачёсанные назад волосы, изящные ладони. Карманные часы на тонкой цепочке, перстень на левой руке… Том оглянулся на паренька и обомлел. Гарри так увлёкся рисунком, что даже не заметил взглядов, которыми обменялись мужчины. Северус многозначительно вскинул брови, а Том, на удивление, виновато потупился. — Принесу ещё чая, — заявил Том, прихватив чайник. Гарри лишь рассеянно кивнул, едва заметив излишне быстрый уход мужчины. Покинув комнату отдыха, Том остановился и глубоко вздохнул, силясь успокоиться. Пора рассказать Гарри правду. И тогда они познакомятся заново. Вряд ли Гарри будет долго дуться, этого не в его характере. — Кхе-кхе. Мистер Гонт, прошу за мной. Том невольно поморщился: задумавшись, он даже не заметил коротышку, которая работала на стойке регистрации. Почему она вообще здесь? Караулит его, что ли? — Боюсь, сегодня я слишком занят и не смогу Вам помочь, — холодно произнёс Том. Женщина поджала губы и злобно на него посмотрела. — Либо Вы идёте за мной, либо я вызываю охрану. Мгновение Том раздумывал, стоит ли закатить скандал, а потом вспомнил о Гарри и его больной лодыжке. Шум — последнее, что ему сейчас нужно, пусть отдыхает. Поэтому мужчина просто пожал плечами и послушно последовал за нахальной коротышкой к стойке регистрации. Там же обнаружился белобрысый консьерж, неодобрительно скрестивший руки на груди. — Мистер Гонт, нам поступило несколько жалоб на Вас. Чтобы сохранить мир и покой в нашем прославленном отеле, а также соответствовать высоким стандартам качества наших услуг, мы единогласно решили выселить Вас из номера. Оставшаяся стоимость путёвки будет выплачена Вам наличными. У Вас есть ровно пятнадцать минут, чтобы собрать вещи. Вовсе не удивительная просьба — точнее, приказ, — однако момент больно подходящий. Навевает подозрение. На стойке Том заприметил какую-то записку с солидной пачкой купюр. Похоже, кто-то решительно настроен избавиться от него. Мужчина невесело усмехнулся. — Вот, значит как, — он окинул работников отеля леденящим душу взглядом, и оба вздрогнули: им стало не по себе. — Тогда, пожалуй, я соберу вещи и распрощаюсь с друзьями. Парочке это заявление явно не понравилось. Разумеется, не хочется ведь, чтобы Гарри узнали о здешнем самоуправстве, однако и помешать прощанию они никак не могли. — Если Вы не покинете отель через десять минут, мы будем вынуждены принять меры! –рявкнул белобрысый консьерж, и Том, без лишних слов, побежал собираться. К счастью, скарба он взял с собой немного, потому небрежно побросал вещи в старенький чемодан. По этим мерзким тряпкам скучать Том точно не будет. Единственное, что мужчина аккуратно спрятал во внутренний карман пальто, — это кожаный ежедневник, подарок Гарри. Прихватив чемодан, Том помчался вниз по лестнице: кто знает этих пустоголовых болванов, такие могут вызвать охрану просто так, чтобы поглумиться. Он буквально ворвался в комнату отдыха, а ничего не подозревающий Гарри изумлённо оторвался от рисования: — Том? Что стряслось? — Прости, любовь моя, мне придётся уйти. Работники отеля всё же решились выставить меня вон. — Что? Нет! Они не посмеют! — Гарри, насколько позволяла нога, вскочил с кресла и умоляюще потянулся к мужчине. — Прошу, не уходи, Том! — Тише, тише, любовь моя, не волнуйся так. Не хочу устраивать сцену. Может, они и выиграли битву, но не войну, — Том ободряюще улыбнулся Гарри. — Клянусь, мы обязательно свидимся. Деликатное покашливание у двери заставило Тома обернуться. Коротышка всё же привела охранников: крепких мужчин в форме. Том демонстративно закатил глаза: — Похоже, пора, — он поцеловал Гарри напоследок, многозначительно кивнул Северусу, подхватил чемодан и решительно покинул комнату. Гарри недоумённо смотрел ему вслед. Однако озадаченность быстро сменилось гневом. Да, лодыжка не позволила ему погнаться за другом, но точно не остановит — он сию же секунду покинет этот отвратительный отель! Гарри бросил на Долорес испепеляющий взгляд и молча прохромал мимо, к лестнице. Без Тома номер сразу опустел. Безумно хотелось просто скомкать все вещи и отправить в рюкзак, но Гарри всё же пересилил себя. Пришлось аккуратно сложить пиджак и кофты, иначе ничего попросту бы не влезло. Времени на это дело ушло изрядно, но, наконец, он собрался. Гарри с грохотом спустился по лестнице и с такой силой швырнул ключ от номера на стойку, что Локхарт испуганно подпрыгнул. — Мистер Поттер? А, Вы уже покидаете нас? — Угадали. Ни на секунду здесь не задержусь. Что за обслуживание, как Вы можете позволять себе так обращаться с гостем? — Видите ли, на него жаловались… — Вы и сами прекрасно знаете, что городите чушь, — Гарри глубоко вздохнул, чтобы немного успокоиться. — Думаю, если бы пожаловались на меня, Вы бы меня не выгнали. — Ну, с Вами всё иначе! Вы же не настолько… — Бедный? Что ж, вынужден разочаровать. Я безработный художник. А тот, кто сказал вам, что я сказочно богатый албанский принц, солгал. Хорошего дня, — с этими словами Гарри заковылял прочь. Долорес и Гилдерой переглянулись, преисполненные замешательством и облегчением одновременно. — Так нас разыграли? — Вовсе нет, — раздался спокойный голос позади. Это был профессор Снейп, тоже с чемоданом и уже одетый в пальто. — То есть? Так это Вы звонили? — резко спросила Долорес. — Нет, но знаю того, кто звонил. Вас предупредили, что прибудет гость — победитель конкурса «Морсмордре Inc», который вырядится бедняком. И не солгали. — Но мистер Поттер сказал… — тут Гилдерой смертельно побледнел. Северус же язвительно усмехнулся: — Засим, хорошего вам дня. Наслаждайтесь жизнью, пока можете. С этими многообещающими словами он бросил ключ на стойку и гордо покинул отель. Закрылись входные двери, и разверзся хаос.

***

Примечание переводчика: * booger green буквально козявчато-зелёный. Вы кстати обращали внимание, что Том запомнил Долорес и Локхарта, как «коротышку» и «белобрысого», а Гарри по имени?