To Save The World

      Вот и все. Мидория Изуку собирался умереть.       Он уже чувствовал, как его покидает дух; его сердцебиение замедлялось; его зрение затмевал этот невероятный свет, который он отчаянно пытался принять-       — Еще раз, Изуку.       - а затем этот свет сменился удручающим взглядом Ловро, явно уставшего от выходок Изуку. Мальчик застонал, закрыв лицо руками. Всё его тело болело. Иностранный убийца наконец-то решил, что он готов к сегодняшнему поединку, но, поскольку каждый бой заканчивался тем, что Изуку за считанные секунды оказывался на земле, было нетрудно понять, что что-то не так.       — Что с тобой не так? — спросил Ловро, нахмурившись. — Твои тренировки превзошли мои ожидания, а теперь ты хуже, чем был в начале. Где твоя голова?       Изуку вздохнул, поморщившись, и оторвал себя от земли. Завтра он точно будет чувствовать себя так же – и всю следующую неделю.       — Наверное, я просто немного рассеян сегодня, — признался он. — Скоро экзамены в конце семестра, и на нас оказывается слишком большое давление. Коро-сенсей предложил уничтожить щупальце, если мы станем первыми в школе по какому-нибудь предмету, и в то же время мы поспорили с классом А, кто займёт больше первых мест. И, что ещё хуже, они добавили экзамен на причуду, который просто билет в один конец до моей могилы – ой!       В середине тирады старик протянул руку и ударил Изуку по лицу, снова сбив его с ног. Профессиональный убийца вздохнул. — Ты действительно отвлекся. Ты должен был остановить этот удар еще до того, как он был нанесен. — Ловро цокнул языком, развернулся и снял с дерева свое пальто. — Это ни к чему не приведет. Мы встретимся снова, когда ты перестанешь беспокоиться о таких пустяках.       — Мистер Ловро! Вы ещё не можете уйти! И, кроме того, это не пустяки. Здесь речь идёт о жизни и смерти! Если мы получим больше высших баллов, то защитим себя от жизни в рабстве у 3-А, и увеличим наши шансы на убийство Коро-сенсея в геометрической прогрессии – что, напомню вам, означает спасение мира! Вы не можете злиться на меня за то, что я беспокоюсь о… перестаньте пытаться меня ударить!       На этот раз Изуку удалось блокировать удар, но только в последнюю секунду. Ловро закатил глаза и убрал кулак. — Тебя отвлекает не это, — сказал он, и Изук приподнял бровь, не понимая, на что намекает старик, потому что да, это было так.       Профессиональный убийца поправил свою шляпу-федору и нахмурился. — Ты слишком переживаешь из-за экзамена на причуду. В этом нет необходимости, ты всё равно его не сдашь.       — С-сэр?!       — Ты сам это сказал, Изуку. У тебя нет причуды. На экзамене по причудам тебе нечего показать, так что ты не сдашь. Это неизбежно, — жёстко продолжил убийца, не заботясь о и без того хрупком психическом состоянии своего ученика. — Однако я – один из величайших убийц, которые когда-либо жили на свете, и мои протеже всегда оправдывают моё имя. Я не обучаю неудачников, Мидория Изуку. Ты придёшь туда и покажешь им все свои способности; относись к убийству как к своей причуде. И хотя ты, возможно, не сможешь пройти отбор, ты не оставишь судей равнодушными. Ты понимаешь?       Изуку яростно кивнул, воодушевлённый словами учителя. — Д-да!

***

      Он вышел из комнаты для тестирования бок о бок с Шинсо, чувствуя себя ещё более взволнованным, чем когда входил. Они только что прошли тесты по пяти основным предметам, и теперь пришло время таинственного экзамена на причуду. Хотя слова Ловро придали ему решимости продолжать идти, от этого ему не хотелось меньше блевать.       Для теста их разделили случайным образом, чтобы они проходили разные этапы в разное время. Группу Изуку ввёл в стандартную комнату для тестирования один из учителей Кунугигаоки, которого он смутно узнал; его причуда, похоже, была как-то связана с глазами, если судить по сотням глазных яблок, разбросанных по его телу. Из-за маски на лице он задался вопросом, есть ли у него хоть один глаз на языке.       — Поторопитесь и займите свои места, — приказал учитель, и ученики быстро подчинились. Мужчина раздал всем толстые конверты. — Я буду следить за выполнением теста по теории причуд. Это письменный тест, и у вас есть тридцать минут, чтобы его пройти. Не пытайтесь списывать – я всё вижу.       Изуку моргнул, чувствуя тяжесть теста в своей руке. Тридцать минут на выполнение всего этого?       Учитель нажал на кнопку, запустив обратный отсчёт на доске. — Можете начинать.       Это было похоже на выстрел, оповещающий о начале гонки. Ученики лихорадочно начали открывать свои конверты, некоторые случайно рвали страницы или роняли карандаши. Изуку наткнулся на первый абзац, за которым следовала серия вопросов, и начал читать.       Причуды передаются по наследству генетически, действуя как доминантный и рецессивный гены, которые варьируются от причуды к причуде. Доминантные гены увеличивают силу причуды и уменьшают ограничения, в то время как рецессивные гены ограничивают возможности. Каждая причуда представляет собой комбинацию двух генов.       Наличие двух доминантных генов в генетической структуре может привести к трём результатам: мощная причуда, состоящая из двух частей, с проявлением доминантных генов обоих родителей (крайне редко), мощная причуда, унаследованная только от одного родителя (часто), или случай, когда причуда одного родителя проявляется, но другой доминантный ген противоречит проявившемуся, что приводит к ослаблению общей причуды (редко).       Один доминантный и один рецессивный ген, что является наиболее распространённым результатом, приводит к тому, что родитель, передающий причуду доминантного гена, обладает причудой, но, как правило, она слабее из-за дополнительного рецессивного гена и более ограничена, так как причуда часто опирается на ограничения рецессивного гена.       Две причуды, обусловленные рецессивными генами, могут привести к двум результатам: причуда одного из родителей проявится, но с серьёзными ограничениями, или два рецессивных гена в совокупности уравновесят друг друга, создав новую мощную причуду.       Вопрос 1. Если причуда – это мутация, то есть не является результатом или комбинацией причуд родителей, то какова её генетическая структура?       Изуку сделал паузу, снова пробежавшись глазами по отрывку, чтобы убедиться, что он всё правильно понял. Но, конечно же, в отрывке не было ничего, что напрямую относилось бы к вопросу. Он просмотрел остальные вопросы после отрывка и обнаружил то же самое. Может, он что-то упустил?       Или именно этого и добивались составители теста? Они хотели, чтобы студент запаниковал, дав ему огромный пакет с большими отрывками и косвенно связанными с ними вопросами, чтобы замедлить его. Это была просто приманка. Если он собирался сдавать этот тест, все его знания должны были быть в голове.       К счастью для Изуку, никто лучше него не знал теорию причуд.       Игнорируя длинные отрывки текста, он сразу перешел к вопросам, просматривая их со скоростью, которой мог бы гордиться Коро-сенсей. Незаметно оглядевшись по сторонам, он заметил, что студенты вокруг него все еще зациклины на первых нескольких вопросах, изо всех сил пытаясь понять, что это всего лишь приманка. Другие, которые поняли, вероятно, недостаточно знали теорию причуд, чтобы ответить на вопросы самостоятельно. Единственными, кто продвинулся так же быстро, как он, были его одноклассники из 3-Е. Коро-сенсей тщательно изучил сотни примеров теории и развития причуд, чтобы убедиться, что они могут предсказать все возможные причуды потомства, если есть два родителя, или провести методичный анализ практически любого типа причуды – многое из этого они уже научились делать на занятиях по изучению причуд.       Когда Изуку дошел до последних вопросов, а те, кто сидел рядом с ним, едва добрались до первой страницы, он ухмыльнулся. Вперед.

***

      Несмотря на всё это, его уверенность пошатнулась, когда они перешли ко второй части.       Оказалось, что слухи о том, что тест состоит из трех частей, были вводящей в заблуждение информацией. Хотя было три отдельные части, студентам нужно было сдать только две из трех: письменный тест и либо наступательную практику, либо оценочную практику. А это означало, что Изуку должен сделать выбор. Должен ли он попытаться применить свои навыки убийцы и бойца (но при этом рискуя быть раздавленным и полностью униженным, если тест требует наличия ненормальных способностей), или ему следует пройти оценку и попытаться выдать свои аналитические способности за причуду (также рискуя быть полностью униженным)?       Где был Шинсо, когда он был ему нужен? Обычно прямолинейный мальчик подсказал бы ему простое, до боли очевидное решение, которое Изуку не мог увидеть в панике. Но, к сожалению, они расстались в начале экзаменационной сессии.       — Ты идёшь, Мидория? — спросил Сугино, жестом приглашая его встать в очередь, чтобы пройти на наступательную практику, и что, никто не знает о моей причуде (или её отсутствии), почему Сугино сразу решил, что я пойду туда?-       О.       Потому что, хотя никто в 3-м классе, кроме Шинсо, не знал о том, что у него нет причуды, все знали о его мечте стать героем. А в мире, где доминируют такие герои, как Всемогущий и Старатель, это означало наличие чрезвычайно мощной атакующей причуды.       Слишком взволнованный, чтобы возражать, Изуку бездумно встал в очередь вместе с Сугино на экзамен по наступлению. Он, Сугино и Мурамацу были единственными учениками класса E в очереди, остальные в основном были из классов A, B или C, а также несколько учеников класса D. С другой стороны, в оценочной комиссии были другие ученики из группы Изуку – Накамура, Такебаяши, Нагиса, Фува, Маэхара, Сугая, Мимура и Окуда – и пара оставшихся учеников из основного кампуса, включая сына директора. Ему определённо стоило присоединиться к ним; возможно, ему бы лучше удалось притвориться. Было уже слишком поздно возвращаться, когда их отвели в соответствующие помещения для тестирования. Тревога Изуку возросла в десять раз, когда их привели в слишком большое помещение для тренировок и выстроили в ряд параллельно огромным дверям. Двери медленно со скрипом открылись, и Изуку почувствовал, что его сердце остановилось.       Сущий Мик стоял по другую сторону, уперев руки в бока и широко улыбаясь. Сердце Изуку бешено колотилось в груди.       О боже мой, это Сущий Мик, он действительно здесь, он здесь, чтобы быть нашим судьёй и оценивать нас – о нет, он здесь, чтобы оценивать нас! Я сейчас умру, я сейчас упаду лицом вниз и опозорюсь перед супергероем и умру–       — Мидория, — прошипел Сугино. — Ты снова бормочешь.       Изуку густо покраснел, когда заметил, что несколько учеников бросают на него злобные взгляды. Он снова сосредоточился на Про-Герое, который теперь стоял в нескольких метрах от учеников.       — Приветствую вас, мальчики и девочки! — сказал он громким голосом. — Я пришёл сюда как представитель старшей школы Юэй! Вместе с моим коллегой мы активно преподаём в школе и часто общаемся со студентами курса героев, так что считайте это возможностью для раннего отбора. У Кунугигаоки и Юэй давние тесные связи, и многие из наших лучших студентов приходят из этого превосходного учебного заведения. Сегодня мы оценим вашу работу и поставим вам справедливые и соответствующие оценки. Мы надеемся увидеть ваш успех, поэтому, пожалуйста, делайте все, что в ваших силах!       Сердце Изуку пропустило около сотни ударов, и ему захотелось выблевать всё, что он съел за последнюю неделю. Учителя из Юэй собирались их оценивать? Значит ли это, что всё, что здесь произойдёт, может повлиять и на их поступление в Юэй? Что, если он плохо справится, и они запомнят это и не позволят ему поступить в Юэй, и он никогда не станет героем и…       Удар локтем в бок от Сугино предупредил его о том, что он снова что-то бормочет. Изуку потер лицо и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. О, как бы он хотел, чтобы Шинсо был здесь; он мог бы просто приказать Изуку успокоиться, и ему не пришлось бы бороться со своими дурацкими нервами.       — А теперь, пожалуйста, послушайте, пока мой коллега объясняет суть теста!       Внезапно, словно из ниоткуда, с пола поднялся ярко-жёлтый зверь, и Изуку почувствовал, как его сердце остановилось во второй раз. Нет, этого не может быть – не без маскировки – но кто же ещё это мог быть, кроме – Коро-сенсея?       Но затем жёлтая фигура выпрямилась, и их встретило очень человеческое лицо в очень жёлтом спальном мешке. Изуку казалось, что его мозг перезагружается, пока он пытался прийти в себя после сердечного приступа. Мужчина в спальном мешке вздохнул и выбрался из своего жёлтого кокона, показав длинные волосы, странный белый шарф и тёмную одежду. Судя по простому наряду, он, скорее всего, был подпольным героем, но Изуку понятия не имел, кем именно. Темноволосый мужчина объяснил им суть испытания. Внутри был лабиринт, созданный директором Асано. Их задача состояла в том, чтобы обойти препятствия и выбраться из лабиринта любыми способами – и, конечно, продемонстрировать свою причуду наилучшим образом. Они будут оцениваться по скорости, находчивости и тому, как они используют свою причуду. Бонусные очки можно заработать в лабиринте, правильно преодолевая препятствия.       — Имейте в виду, что этот тест оценивается индивидуально, и каждая секунда на счету. Ваша единственная цель – доказать нам свои способности, — проинструктировал неизвестный герой с непроницаемым лицом. — Отсчёт начнётся, как только откроются двери. Вы не можете начать раньше, иначе получите штраф.       — Удачи, студенты! — Сущий Мик подбодрил их в последний раз.       Загорелся индикатор обратного отсчёта, и все приготовились. Изуку нерешительно встал в стойку для бега, его мысли неслись со скоростью миллион миль в час. Двери открылись, и всё превратилось в сущий ад. Девушка слева от него тут же толкнула его и Сугино на землю, оставив их практически на растерзание. Изуку вскрикнул, почувствовав, как что-то укусило его за спину через футболку, потянулся, чтобы оттолкнуть, и коснулся шерсти. Он поднял взгляд, расслабившись. Это был всего лишь Мурамацу. Морда мальчика-койота уткнулась ему в затылок, когда он помог Изуку подняться на ноги, как мать, несущая своих детёнышей, и протянул руки, чтобы помочь Сугино.       — Спасибо, чувак, — сказал Сугино, морщась и вытирая содранные ладони о штаны. Нехорошо, определённо нехорошо. Всего несколько секунд, и главный источник причуды Сугино был повреждён. — Похоже, здесь препятствий больше, чем внутри лабиринта. Но не волнуйтесь за меня, пошлите!       Они бросились бежать, Мурамацу бежал впереди на четвереньках. Они едва успели пробежать двадцать футов по лабиринту, как из ближайшей стены появилась лазерная пушка и открыла по ним огонь.       — Что за черт? — Мурамацу вскрикнул, сумев увернуться, потому что это был не первый раз, когда они сталкивались с перестрелкой. Другим студентам повезло меньше, их тела застыли, как статуи, под ударами лазера. Все трое нырнули за другую стену в поисках укрытия, в то время как Сугино вытащил из кармана анти-сенсейный бейсбольный мяч.       — Есть причина, по которой я никогда не выхожу из дома без него, — сказал он, прежде чем запустить мяч с реактивной скоростью. Он полетел прямо на пистолет и разнёс его вдребезги. — Бежим!       Сугино рванул вперёд, словно бежал к домашней базе. Мурамацу последовал за ним, но Изуку среагировал на секунду позже и отстал на несколько метров. К сожалению, этого было достаточно, чтобы лабиринт взял над ними верх, и из пола поднялась стеклянная стена, отрезав Изуку от остальных.       — Мидория! — закричал Сугино, ударив кулаком по стеклу. Он размахнулся, чтобы снова бросить мяч, но Изуку покачал головой.       — Это займет слишком много времени! Просто уходите! Я найду другой выход! — сказал он. Мурамацу и Сугино неохотно, но последовали приказу, убежав дальше в лабиринт. Лазерный огонь ударил над головой, когда появилось еще одно оружие, и Изуку пригнулся, проклиная себя. Он ни за что не справится с этим в одиночку. Ему нужно было найти другой выход. Что бы сказал Коро-сенсей ...?       Как будто его учитель прошептал ответ, он вспомнил, как герой в темном сказал, что они могут выбраться, "используя любые необходимые средства". Итак, с учетом этой логики, не имело значения, как он пройдет через лабиринт, главное, чтобы он выбрался...       Это было безумие. Стены были в три раза выше его. Но это был его единственный шанс.       Отступив назад, чтобы разбежаться, он бросился к ближайшей стене. Оттолкнувшись, как учил его Ловро, он вскарабкался наверх и оттолкнулся, перелетев на соседнюю стену. Он оттолкнулся и от неё, набирая скорость. Он ещё раз перепрыгнул зигзагом между стенами, прежде чем оттолкнуться и взмыть вверх, цепляясь за край изо всех сил. Каким-то чудом его пальцы ухватились за грубый кирпич, скрючившись в попытке хоть как-то уцепиться, и острый край впился в ладонь. Трения было достаточно, чтобы он не соскользнул, когда инерция его тела настигла его, ударив правым боком о кирпич. Он поморщился, его бицепсы свело судорогой под тяжестью его тела, но он напрягся, чтобы подтянуться.       Он пошёл на расчётливый риск, полагая, что стены довольно толстые, учитывая, сколько сюрпризов в них может быть спрятано. Его ставка оказалась верной – ширина прохода составляла около 30 сантиметров, чего ему было более чем достаточно, чтобы бежать. Он огляделся и заметил выход чуть в стороне и бросился бежать. Возможно, он не был таким опытным бегуном, как Кимура, но он мог постоять за себя. Он бежал по верху лабиринта, перепрыгивая со стены на стену, и лишь несколько раз испугался, когда переоценил или недооценил расстояние. Учитывая тот ужас, который он испытал ранее, было ещё забавнее парить над соперниками, наблюдая за их бесценной реакцией. Он услышал, как Мурамацу завыл, подбадривая его.       — У тебя получится, Мидория! — Крикнул Сугино, перепрыгивая через голову своего одноклассника, и Изуку улыбнулся. Может быть... может быть, он действительно сделает это. Выход находился всего через несколько стен, и, похоже, он собирался выйти первым. Ему просто нужно было сделать еще несколько прыжков и–       Стена под его ногами обрушилась от взрыва, и он упал на пол. Он перекатился, чтобы смягчить удар, когда ударился о камни, но каждый сантиметр его тела пульсировал болью. Кровь заливала ему глаза, и казалось, что сердце бьётся у него в голове, затуманивая разум. Он не чувствовал, что что-то сломано (кроме, может быть, гордости). Он поднялся на ноги, и суставы протестовали при каждом движении. Он ни за что не стал бы снова взбираться по стене, но выход был так близко. Это уже не имело значения. Он неловко сделал несколько шагов, когда услышал глубокий стон, за которым последовало хныканье. Его кожа покрылась мурашками, когда его давление упало. Он был не единственным, кого задел взрыв.       Девушка, которую он не узнал, со светло-каштановыми волосами лежала на земле, придавленная обломками. Изуку знал, что не должен этого делать. Все преимущества, которые он получил в этом испытании, сошли на нет, и у него уже не было времени. В любом случае, он мало что мог сделать: камень, вероятно, весил 100 килограммов, если не больше, а Изуку не отличался особой силой. Но, наблюдая за тем, как беспомощно борется девушка, он понял, что не может отвернуться от неё.       Ловро собирался убить его за это.       Подползя к ней, он схватил большой камень, придавивший ей ноги. — На счёт три! — крикнул он, и девушка кивнула. — Раз. Два. Три!       С силой, о которой Изуку и не подозревал, он потянул за камень и оторвал его от земли. Камень поднялся не очень высоко – всего на пару дюймов от земли, – но этого было достаточно, чтобы девочка смогла вытащить ноги.       — Спасибо-спасибо большое... — выдохнула она. Изуку покачал головой, отмахиваясь.       — Потом поблагодаришь. Просто беги! — сказал он и бросился прочь. Вскоре стало ясно, что он один, и, вопреки здравому смыслу, он остановился и оглянулся. Девушка неуклюже ковыляла, тяжело опираясь на одну ногу, и Изуку проклял себя за то, что подумал, будто она сможет бежать после того, как её придавило стеной. Вернувшись, он закинул её руку себе на плечо. — Давай, мы сделаем это вместе!       Девушка поперхнулась, её веки взметнулись вверх. — Ты с ума сошла? Я просто замедлю тебя! От этого зависит твоя оценка!       Изуку рассмеялся, сделав первые несколько шагов и приглашая её идти вместе с ним. — Полагаю, ты меня не узнаёшь, но я из класса E, и тебе больно. Моя оценка не имеет значения.       — Лжец. Про-герои смотрят, как ты всё портишь, Деку, — сказал Маленький Бакуго у него в голове.       Девушка моргнула, сдерживая слёзы. — О-окей. Спасибо. Ещё раз.       Они медленно пробирались по лабиринту, стараясь не усугубить травмы девушки. К тому времени, как они выбрались наружу, они были одними из последних, кто пересек финишную черту. Сугино и Мурамацу, которые закончили задолго до них, отчаянно подбежали к нему.       — Вот ты где! Что случилось, чувак? Я думал, ты был главным претендентом на победу! — спросил Сугино, а Мурамацу энергично закивал.       — Так и было, но потом всё взорвалось – буквально. Я остановился, чтобы помочь ей выбраться из-под обломков, — объяснил Изуку. Похоже, что двое других парней из класса E только тогда заметили девочку. Мурамацу заскрежетал зубами.       — Кто ты? — спросил он.       — О, — сказала девочка, неловко отстраняясь, чтобы перестать опираться на Изуку. — Я Урарака Очако из 3-B класса. Рада с вами познакомиться.       Его одноклассники всё ещё смотрели скептически, но Изуку тепло улыбнулся. — Приятно познакомиться, Урарака! Я – Мидория Изуку, класс 3-E. Это Сугино и Мурамацу, они тоже из 3-E.       Девушка оживилась и мило помахала рукой. — Я правда не знаю, как тебя отблагодарить, Мидория-кун! Если бы ты не остановился, я бы, наверное, до сих пор лежала под обломками. Я переборщила со своей причудой в лабиринте, а все остальные, похоже, были слишком заняты, чтобы остановиться…       — Ты удивлена? Вы, ребята из главного кампуса, не очень-то известны как командные игроки, — рявкнул Мурамацу. Урарака поморщилась и попятилась.       — Мне правда жаль, что я тебя задержала, Мидория-кун. Я полностью испортила тебе результат. Может, мне стоит поговорить с судьями и попросить, чтобы они отдали тебе половину моих бонусных баллов… — сказала девушка. Изуку просто покачал головой.       — Сомневаюсь, что они позволят тебе это сделать, Урарака. Пожалуйста, не переживай так сильно. Я всё равно ожидал плохой оценки.       Девушке, похоже, не стало легче, но она, к счастью, больше не настаивала. К девушке внезапно подошёл инструктор и увел её, сказав, что ей нужно немедленно обратиться к медсестре. Прежде чем уйти, девушка обернулась и поклонилась.       — Еще раз спасибо тебе, Мидория-кун!       Изуку помахал в ответ, не обращая внимания на недоверчивые взгляды Сугино и Мурамацу. Он знал, что они не понимают, но им и не нужно было понимать. Изуку поступил правильно – героически. Конечно, он упустил свой шанс получить высокий балл на экзамене по причудам и, возможно, уничтожить одно из щупалец Коро-сенсея, но на самом деле, какие у него вообще были шансы на успех? Он по-прежнему бездарен, как и все в классе E. Возможно, он и был начинающим убийцей, пытающимся спасти мир, но сегодня он стал чьим-то героем. И это лучше любого приза.

***

      На той же неделе они получили результаты тестов. Весь класс затаил дыхание, когда Коро-сенсей объявил результаты.       Накамура начала с того, что заняла первое место по английскому языку, а это означало, что у них было на одно щупальце меньше и на одно очко больше чем у класса А. Изуку, несмотря на свою неуверенность, сумел занять восьмое место в общем зачёте. Ещё более удивительно, что Шинсо занял третье место. Когда его спросили об этом, мальчик с фиолетовыми волосами просто пожал плечами.       — Сучка-сенсей порекомендовала это. Она сказала, что если я буду знать несколько языков, то у меня будет больше шансов получить ответ.       Изуку моргнул. С каких это пор Шинсо слушает мисс Елавич?       Канзаки, несмотря на то, что набрала наибольшее количество баллов по японскому в классе E, в общем зачёте уступила Асано. Один балл у класса A.       Однако Окуда и Исогай пошли и заняли первые места по естественным и общественным наукам соответственно, а это означало, что они гарантированно были, по крайней мере, на уровне А-класса. Теперь всё зависело от экзаменов по математике и причудам.       — По математике лучший в классе E — это… — протянул Коросенсей, делая паузу для драматического эффекта. Изуку почувствовал, как взгляды перемещаются с него на Карму, и задержал дыхание. — Мидория, 99 баллов!       Класс ликовал, а Изуку ярко улыбался, с гордостью принимая свой экзамен. — К сожалению, первое место снова занял Асано Гакушу, который получил высший балл. Тем не менее, это была напряжённая борьба!       Коро-сенсей раздал оставшиеся экзаменационные работы, и Шинсо наклонился вперёд, чтобы похлопать Изуку по плечу. — Интересно, что случилось с Кармой.       Зелёноволосый мальчик с любопытством оглянулся на Карму. Мальчик сжимал в руках тест, бумага была натянута почти до разрыва, а в глазах горела жажда крови, обычно присущая Коро-сенсею. Что бы это ни было, это явно было что-то плохое.       — А теперь экзамен на причуду – и ваш последний шанс отрубить одно из моих щупалец! — возвестил Коро-сенсей, хихикая про себя. Все затаили дыхание, когда учитель медленно огласил результаты. — Первое место в классе E… и во всей школе… Шинсо Хитоши!       Класс разразился аплодисментами, многие похлопывали мальчика с фиолетовыми волосами по спине. Коро-сенсей передал Шинсоу его тест, и тот едва успел взглянуть на него, как Фува выхватил его из рук Шинсо, а половина класса столпилась вокруг, чтобы посмотреть результаты. В отличие от других предметов, класс E считал экзамен по причудам бесполезным; половина из них провалила прошлые экзамены по причудам, и идея получить высший балл во всей школе была похожа на жестокую шутку. По их меркам, Шинсо добился невозможного.       — Высший балл за практику? С директором Асано в качестве судьи? Ты шутишь? — Кимура разинул рот.       Нагиса вздрогнул. — Этот мужчина был таким настойчивым, что я думаю, он обернул мою причуду против меня.       — Тебе так же не хватило всего три балла в письменной части, — отметил Исогай. — С каких это пор ты так хорошо разбираешься в теории причуд, Шинсо?       Шинсо пожал плечами, почесав затылок. Его призрачное лицо потемнело от – неужели это румянец? — Я правда не… я просто каждый день обедаю с этими двумя.       Он указал на Изуку и Нагису. Изуку запрокинул голову и от души рассмеялся. Радость исчезла в тот момент, когда ему принесли экзамен и положили на стол. Ему нужно было просто перевернуть его, но бумага казалась тяжелее грузовика. Он даже не хотел знать, что написано на другой стороне.       Накамура потянулась к нему и сделала это за него. — Ого, ты тоже набрал довольно много баллов, Мидория! Идеальный результат по письменной части и не хватило всего десять баллов на практике.       — Ч-что? — Изуку схватил результаты экзамена, держа их всего в нескольких сантиметрах от лица и внимательно изучая оценку. Но 90% остались на месте, доказывая, что это не игра света и не проблемы со зрением. — Я… я не понимаю… Я был одним из последних, кто закончил практическую часть…       — Эти герои из Юэй, должно быть, были очень впечатлены тем, что ты сделал, обойдя систему, пройдя лабиринт, а затем остановившись, чтобы помочь той девушке из класса B, — заметил Сугино. — Может быть, ты открыл какие-то секретные бонусные баллы или что-то в этом роде.       Глаза Изуку горели, в них стояла тяжёлая пелена, которая всегда предшествовала его слезам. Неужели Про-герои действительно считали его достойным? Без причуды? Ловро был прав в той же мере, в какой и ошибался – Изуку смог произвести впечатление на судей, и он прошёл с блеском. Он перехитрил их всех.       — Любопытно. Ты набрал такой высокий балл на экзамене по причудам, но до сих пор не продемонстрировал её на уроке. Судя по тому, что я понял из твоего выступления, другим оно может показаться впечатляющим, но ничего из того, что ты сделал, не выходит за рамки нормы для убийц, — лениво заметил Карма, сверкая золотыми глазами.       Ну. Может быть, не всех из них.       Все взгляды были прикованы к нему. Он услышал, как стул Шинсо придвинулся ближе, и понял, что друг пришёл ему на помощь.       — Я, э-э-э, ну… — он запнулся. Коро-сенсей задумчиво постучал пальцем по подбородку.       — Не обращайте внимания на детали, — сказал учитель, широко улыбаясь. — Вместо этого сосредоточьтесь на своей большой победе над классом А! И не забывайте, что это значит, что вы можете отрубить четыре моих щупальца. Это не так страшно, как шесть, но…       — Эй, Осьминожка, не списывай нас со счетов так просто, — огрызнулся Терасака, вставая из-за парты. — Может, это и не повлияет на наш рейтинг в классе, но мы с ребятами набрали больше всех баллов по домоводству. Я не гений, но, по-моему, это восемь щупалец.       — Ч-Что-Что-ЧТО?

***

      — Эй, я так и не узнал, кто были те герои, которые оценивали экзамен; они проводили только практические занятия. Все, кто у меня был, – это чувак с кучей глаз и директор Асано, — сказал Шинсо, когда они шли домой из школы.       — О, это было так круто! Там был Сущий Мик – я большой фанат его радиошоу, но а кто нет? – а также какой-то другой учитель-герой из Юэй, которого я не узнал. Думаю, он подпольный герой. Но это было безумие! Когда он впервые появился, то выскочил из ниоткуда в жёлтом спальном мешке, и я подумал, что это Коро-сенсей срывает тест!       — Честно говоря, я удивлён, что он не попытался воспользоваться этой позорной маскировкой Всемогущего, чтобы проникнуть внутрь.       — Без шуток. Но я не узнал его, даже когда он вылез из спального мешка. Хотя у него был очень классный белый шарф на шее.       — Белый шарф… — Шинсо остановился так резко, словно врос в землю. — Подожди. Ты хочешь сказать, что пока я терпел психологические пытки от директора Асано… ты познакомился с Сотриголовой?       — А? Может быть? Я точно не знаю, я никогда не слышал о…       — Ты встретился с Сотриголовой?!

***

      На следующее утро Изуку ждал Шинсо у школы, лениво просматривая новости в приложении, чтобы узнать, что происходит с его любимыми героями, когда у него на затылке зашевелились волосы. Он развернулся, высоко подпрыгнув и взмахнув ножом, ожидая увидеть там своего лучшего друга, готового к бою. Он резко остановился, когда вместо этого увидел Коро-сенсея, садистски ухмыляющегося.       Нога Изуку зацепилась за камень, и он пошатнулся, упав на землю.       — Боже мой, боже мой. Кое-кто в наши дни немного нервничает. Только не говори мне, что все эти дополнительные тренировки сделали тебя параноиком, — сказал он, его злая ухмылка практически сияла. — Хотя, очевидно, что это работает в твою пользу. Признаюсь, я тоже был шокирован, когда увидел твои результаты на экзамене по причудам. Хотя я почти не сомневался, что ты преуспеешь в письменной теории, твой практический балл был поразительно высок, особенно по сравнению со многими твоими товарищами.       Осьминог приблизился, и его ухмылка стала ещё более зловещей. — Ваши одноклассники, которые, должен добавить, последовали моим инструкциям и использовали свою причуду, чтобы совершить покушение перед экзаменами.       Изуку сглотнул. По правде говоря, он ожидал этого разговора, но после того, как Коро-сенсей отклонил обвинения Кармы, он надеялся, что всё сойдёт с рук. Очевидно, удача была не на его стороне. Как и всегда.       — Вы имеете в виду – все – и я... — пробормотал он.       — Принимая во внимание, что мы с Накамурой договорились, что использование ею причуды для того, чтобы занять первое место в английском, будет считаться попыткой убийства, ты остался единственным. Остальные участники старались изо всех сил, и я аплодирую им за это. Как я и пытался научить вас всех в рамках нашего небольшого соглашения, причуда – это не то, чего стоит бояться или стыдиться. Независимо от того, может ли она быть воспринята как слабая или опасная, это ваш дар, и вы должны принять его. Я не просил вас полагаться на это, потому что это просто напрашивается на неприятности – спросите у Кармы. Он думал, что сможет пройти тесты благодаря своей врождённой способности, но это забавно обернулось против него.       Его учитель хихикнул, словно что-то вспомнив, а затем снова стал серьёзным. — Итак, Мидория, я человек слова, но со мной можно договориться. Так что, — осьминог отступил назад, выжидающе протянув щупальца, — если ты используешь свою причуду, чтобы убить меня прямо сейчас, я могу подумать о том, чтобы не наказывать тебя. И поверь мне. Меня устроит любой исход.       Его глаза загорелись красным, и Изуку чуть не обмочился прямо там, на месте.       Вот оно. Унижение или смерть. Он так долго откладывал это, по пути совершив множество потрясающих поступков, но, как говорится, всему хорошему приходит конец. Выдумывать оправдания означало создавать себе ещё больше проблем. Опустив плечи, он признал поражение.       — Дело не в том, что я не хочу использовать свою причуду, Коро-сенсей... просто у меня нет причуды, чтобы убить вас.       Он глубоко вздохнул.       — Я беспричудный, Коро-сенсей.       Вот. Он это сказал.       И он чувствовал себя ужасно.       У осьминога вытянулось лицо, и Изуку опустил голову, чувствуя, как стыд подступает к горлу и обжигает щёки. Туманное жжение вернулось, и из упрямства он сопротивлялся, пытаясь сморгнуть его. Щупальце обвило его талию, такое нежное, такое заботливое, и его битва закончилась напрасно. Потекли слёзы, нескончаемый поток вины, смущения и немного облегчения. Облегчения от того, что всё закончилось, что секрет больше не жжёт ему кожу. Облегчения от того, что Коро-сенсей не улетел от него в отвращении. Учитель крепче прижал его к себе, и Изуку вцепился в его торс, как в спасательный круг. Как будто он боялся, что если отпустит, то Коро-сенсей бросит его, как и многие другие.       — Мидория… почему ты просто не сказал об этом с самого начала? Ты действительно так плохо обо мне думаешь? О своих одноклассниках?       — Я так сильно хотел. Но-но каждый раз, когда я пытался, я просто... я просто не мог не чувствовать, что это будет то же самое. Несмотря на то, что мы в классе E, все почему-то кажутся такими удивительными, такими сильными. Я никогда не смогу сравниться с ними. Они думают, что я стану героем – даже Шинсо, а он знает, что у меня нет причуд, – но всё это просто большая ложь! Мечта... мечта, предназначенная только для сна.       Коро-сенсей достал носовой платок и вытер слёзы Изуку. — Несмотря на твои врождённые способности, я вижу, что ты сильно вырос. Я наблюдал за твоими спаррингами с Шинсо и тренировками с Ловро; ты – сила, с которой нужно считаться, и тебе позавидуют как профессиональные убийцы, так и герои. Неужели ты этого не видишь?       Изуку уткнулся лицом в мантию Коро-сенсея. Его учитель вздохнул, обнимая его с чувством, которое Изуку мог описать только как любовь. Любовь Злодея Номер Один, который заботился о своих учениках больше, чем о собственной жизни.       — Я хочу сказать, юный Мидория, то, что я всегда говорил классу: не важно, с какой причудой ты родился, – важно, что ты с ней делаешь. Это по-прежнему относится к тебе, возможно, даже в большей степени, чем к остальным. Отсутствие причуды не определяет твою ценность или твои ограничения; это лишь чистый лист для величия, которого ты достигнешь.       Внутри Изуку прорвало плотину. Годы отвержения, жестокости и дискриминации, жалости и снисходительности, когда с ним обращались как с глупым малышом каждый раз, когда он говорил о том, что хочет стать героем, вместо того, чтобы относиться к нему как к подростку, которому через год нужно подавать заявку на участие в программе героев. Он принимал все насмешки, ухмылки, хихиканье и лекции с храброй улыбкой, как и Всемогущий, никогда не позволяя ранам, которые они оставляли, помешать его миссии. И всё это время они гноились, накапливаясь, накапливаясь и накапливаясь, ожидая того дня, когда он сломается. Но когда он разбился, Коро-сенсей поднял осколки и собрал его заново, даже лучше, чем прежде. Его добрая похвала и ободряющие слова лечили раны, затягивая их, пока не оставались только шрамы – не полностью исчезнувшие, потому что Коро-сенсей не мог изменить прошлое, но всё же зажившие.       Всё это время Изуку рыдал. Рыдал до тех пор, пока его воспалённые глаза не высохли, а дрожащая грудь не начала болеть. Рыдал до такой степени, что щупальца Коро-сенсея начали опухать – не то чтобы его учитель жаловался или делал что-то, чтобы это остановить.       В этом не было смысла. Как этот человек, этот злодей, казалось, понимал всё, как будто пережил это лично? Откуда он всегда знал, что сказать?       Как мог Изуку убить единственного человека, который так преданно верил в него?

***

      — Я собираюсь сказать классу, что у меня нет причуды.       Шинсо оторвал взгляд от телефона, и его скучающее выражение лица слегка изменилось, превратившись в слишком-крутой-чтобы-быть-взволнованным скучающее, с чуть приподнятыми веками и приподнятым левым уголком рта. Он взъерошил волосы Изуку.       — Я горжусь тобой, Зеленушка. И не волнуйся. Это ничего не изменит.

***

      Это изменило все.       — ЧТО? Ты хочешь сказать, что делал всё без причуды? — в ужасе спросил       Нагиса.       Просто не так, как ожидал Изуку.       Маэхара рассмеялся. — Ты настоящий крутой парень, Мидория! Ты нас всех одурачил!       — Ты хочешь сказать, что у тебя даже нет причуды анализа? — спросила Фува. — Вот это поворот!       Класс был в шоке, не в силах поверить, что «он был таким крутым от природы, а не из-за причуды» (как они выразились). Несколько его одноклассников столпились вокруг экрана Рицу, пока она воспроизводила видео, всё ещё не веря, что это произошло на самом деле.       — Я… я не был с вами честен, ребята, — сказал видео-Изуку, стоя перед классом. — По правде говоря, я не скрывал от вас свою причуду, потому что нечего было скрывать. Я… у меня нет причуды.       — Я не могу в это поверить, — сказал Мурамацу, опустив уши койота. — Ты был лучшим в наших практических занятиях по причудам. Как ты… всё это? Без причуды?       — Подумай обо всех других экзаменах, которые ты сдал лучше, — задумчиво произнесла Хазама, прислонившись своим теневым телом к его стулу. — Это самое большое «Да пошёл ты», которое ты мог бы сказать этим придуркам из главного кампуса. Отличная работа.       Сугино кивнул. — Уважаю, чувак.       Карма ухмыльнулась, глядя на него. — Надо же, даже моя причуда не предсказала этого. Я впечатлён, Веснушка.       У Изуку было смутное подозрение, что «причуда» Кармы не могла понять это по многим причинам, и не из-за ограничений силы. Результаты экзаменов в конце года усилили его подозрения, и это почти подтвердило их. Но пока он сосредоточился на облегчении и радости, которые принесла ему похвала одноклассников. Коро-сенсей улыбнулся, возможно, слишком самодовольно, в то время как мисс Елавич стояла с открытым ртом и указывала пальцем, а Карасума кивнул в знак уважения. Несмотря на то, что он уже выплакал все слёзы, в уголках его глаз выступили новые. — Я же тебе говорил, — сказал Шинсо, опираясь локтем на плечо Изуку. Изуку даже не мог возразить. — Я знаю.

***

      Согласно их пари с классом А, они украли награду, которую школа предлагала классу с самыми высокими оценками: поездку на частный островной курорт на три дня с оплатой всех расходов. Это означало, что класс Е отправлялся в очередное убийственное путешествие.       Перед их отъездом Карасума запланировал для них летние каникулы, полные убийств и тренировок с причудами. Хотя они уже спланировали свой тщательно продуманный план убийства, в котором было так мало места для ошибки, их учитель хотел убедиться, что они готовы к любому известному сценарию. Учитывая возможность уничтожить все восемь щупалец Коро-сенсея и то, что на кону стояла судьба мира, они не могли допустить ошибку.       Изуку как раз тренировался в стрельбе на дальние дистанции, когда знакомый голос крикнул ему: — У тебя снова неправильная стойка, Изуку!       Изуку вздрогнул, и его выстрел прошёл мимо. — Мистер Ловро?!       Его тренер двинулся к нему, явно недовольный. Изуку инстинктивно спрятался за своим пистолетом, а мисс Елавич убежала, прикрываясь своим телом. По крайней мере, страх перед наставником был взаимным.       — Что я тебе говорил о концентрации внимания? — прорычал Ловро.       — Извините, сэр!       Шинсо посмотрел на них. — Серьёзно? Это твой большой секрет?       Изуку смущённо усмехнулся, ковыряя носком ботинка землю. — Эм, почему… почему вы здесь, мистер Ловро?       — Я позвал его сюда, чтобы он помог с тренировками, — объяснил Карасума, подходя к ним. — Я решил, что лучше получить всю возможную информацию, поскольку это может быть нашей единственной возможностью убить цель. Я не знал, что Ловро взял на себя ответственность за развитие некоторых учеников. — Он повернулся к Изуку, явно ожидая ответа.       — Я, э-э, недавно подошёл к мистеру Ловро и попросил его научить меня драться. Я знал, что, поскольку у меня нет причуды, мне придётся работать усерднее, чем всем остальным, чтобы не отставать…       Карасума хмыкнул. — Что ж, учитывая, что ты один из наших лучших бойцов, это показывает, насколько полезен вклад Ловро. Нам повезло, что он у нас есть.       Иностранный убийца хмыкнул и повернулся к классу. — Ваш учитель рассказал мне обо всех ваших причудах, сильных и слабых сторонах, которые я возьму на себя смелость изучить и оценить во время ваших тренировок на этой неделе. Надеюсь, осьминог нас не побеспокоит?       — Нет. Он решил использовать лето, чтобы вновь стать Злодеем номер один, сея хаос по всему миру. В начале этого месяца мы договорились с новостными каналами, чтобы они начали комментировать его отсутствие, зная, что его гордость не позволит ему это проигнорировать, — ответил Карасума.       — Отлично, — протянул Ловро. — А теперь объясните мне свой план.

***

      После того, как Карасума доложил Ловро об их плане убийства, иностранный наёмный убийца подозвал Изуку, пока остальные его одноклассники продолжали тренироваться.       — Этот план очень хорошо продуман. Ты принимал активное участие в его создании, верно?       Изуку старался не дрожать под пугающим взглядом мужчины. — Ах да, Нагиса, Карма и я придумали большую часть, хотя каждый внёс свой вклад.       — Чего и следовало ожидать от одного из моих учеников, — сказал Ловро. — Хотя, должен сказать, у многих в вашем классе есть настоящий потенциал. Я бы не отказался взять на обучение и некоторых из них. Я поражён тем, как развились все ваши таланты за столь короткое время.       Изуку не мог не согласиться. Они начинали как кучка неудачников, но теперь стали многообещающей группой бойцов и обученных убийц.       (И с каких это пор это стало хорошей вещью?)       — Изуку.       — Да, сэр?       Ловро возвышался над Изуку. — Есть техника, которой я хочу научить тебя перед твоим отъездом. Я собирался научить тебя ей на нашем последнем уроке, но из-за твоей рассеянности это было бы бессмысленно.       — Техника? — Эхом отозвался Изуку.       — Да. Считай это подарком от твоего наставника. Это навык, который я передаю только самым многообещающим ученикам. Многие считают его разновидностью причуды, но уверяю вас, это не что иное, как навык убийства в чистом виде, — объяснил иностранный убийца. Сердцебиение Изуку участилось. — Если вы овладеете им, то обнаружите, что он никогда не подводит в бою. Надеюсь, ты хорошо им воспользуешься, Мидория Изуку.

***

      — Итак, — начал Шинсо, когда они, как всегда, вместе шли домой, несмотря на летние каникулы. — Ловро – твой наставник, да? Я удивлён, что такой крутой парень согласился тренировать ребёнка.       — Он не так плох, как кажется, — защищался Изуку, игнорируя скептический взгляд Шинсо. — Тебе просто нужно привыкнуть к нему, вот и всё.       Шинсо фыркнул. — Нет, я думаю, что всё в порядке. Я и так достаточно насмотрелся на пугающих и манипулирующих мужчин в системе.       Изуку стало стыдно за свой вопрос, но он не мог не спросить. — Ну, раз ты знаешь мой секрет, не объяснишь ли ты, что происходит между тобой и директором Асано? Он поставил тебе высший балл за практику – он даже для собственного сына такого не делал.       — Ты слишком остро реагируешь. Клянусь, это ничего не значит, — сказал Шинсо совершенно невозмутимым тоном. Он почти не менял выражения лица – почти. Его взгляд метнулся в сторону, осматривая окрестности в поисках угрозы.       — Шинсо...       Словно копьё, пронзившее его сзади, в сердце Изуку вонзилось чувство тревоги, распространившееся до кончиков пальцев. Изуку замедлил шаг, схватившись за ворот формы. Это было неправильно. Он знал, что такое тревога – на что похожа его тревога. Она была похожа на кастрюлю на плите, которая обычно постоянно кипит, но при достаточном нагреве может начать пузыриться и выкипеть. Его тревога не была похожа на внезапное вторжение, на гигантскую волну, обрушившуюся на сушу.       — Эй, ребята, могу я присоединиться к вам?       Нагиса подошёл с неуверенной улыбкой на лице, нервно теребя в руках сумку с учебниками. — Извините, просто... обычно я гуляю с Кармой, но он решил пропустить дополнительные занятия...       Из-за бешеного стука сердца Изуку не мог придумать ответ. Не мог вымолвить даже простого слова.       Шинсо откашлялся, впившись ногтями в запястье, но, казалось, не собирался уходить. — Конечно, Нагиса.       Следующим пришло облегчение, как ведро ледяной воды после горячей ванны. Изуку снова мог двигаться, думать и говорить как обычно, хотя он слишком боялся озвучивать вопросы, которые вертелись у него на языке. Мне кажется, или эмпатическая проекция Нагисы становится сильнее? Может быть, знание истинных аспектов его причуды увеличило его силу? Такое вообще возможно?       — Эй, Шинсо, это правда, что ты согласился позволить Сучке-сенсею тренировать тебя? — спросил Нагиса. Изуку сосредоточил свои кружащиеся мысли на этой новой, интригующей информации. Шинсо вспыхнул приятным оттенком красного.       — Один! Это всего лишь один урок!       Изуку не смог устоять, вдохновлённый Кармой. Вот что ты получаешь за то, что хранишь свои секреты, когда я рассказал тебе мои. — Ты сильно покраснел, Шинсо. Чем мог закончиться этот урок?       — Ничем!

***

      Пролетела неделя тренировок, и не успел Изуку опомниться, как они уже плыли на лодке к острову, где должны были провести отпуск. Изуку стоял в начале корабля, чувствуя, как ветер развевает его волосы, а друзья стояли по обе стороны от него. Шинсо сидел, ссутулившись, в солнцезащитных очках и толстовке с капюшоном, натянутым на шапку.       — Э-э, Шинсо, ты уверен, что это то, что ты хочешь надеть на пляж? — спросил Нагиса. Шинсо поправил шапку и вздохнул.       — Я не люблю солнце.       Карма расхохотался и оперся локтем о плечо Шинсо. — Что, Шинсо легко обгорает на солнце? Какая жалость.       Изуку наклонился и прошептал на ухо своему лучшему другу: — Всегда следи за тем, чтобы солнцезащитный крем был на месте.

***

      Они прибыли на курорт и устроились на несколько минут, зная, что скоро им придётся начать подготовку к покушению, которое они планировали на сегодня. Персонал отеля предложил всем по прибытии бесплатные напитки, которые Изуку с благодарностью принял, а Шинсо отказался.       — Если в нём нет кофеина, я его не хочу, — заявил он, развалившись под пляжным зонтиком. Изуку закатил глаза и сел рядом с ним, допивая фруктовый напиток.       В течение дня все получали задания, замаскированные под развлечения, чтобы подготовить свой грандиозный план убийства. Изуку был в команде с Нагисой, Кармой и Катаокой, которые притворялись, что занимаются дайвингом, а на самом деле проводили разведку. Шинсо объединился с Ядой, чтобы «убедить» капитана корабельного ресторана отправиться в запланированное ими место.       Настало время ужина, и класс E обедал в роскошном ресторане на борту. С каждым исчезающим лучом солнца, освещающим океан, реальность становилась всё более очевидной. Изуку почти не притронулся к еде, его желудок сводило от нервов. Шинсо растянулся рядом с ним, втирая в кожу успокаивающий крем. Несмотря на все усилия мальчика, он всё равно умудрился обгореть на солнце.       — Не расстраивайся, Шинсо, твой солнечный ожог выглядит не так уж плохо, — попыталась утешить его Курахаши. — По крайней мере, ты не такой, как Коро-сенсей.       Осьминог, очевидно, был очень чувствителен к солнечным лучам и буквально обгорел до черноты. Даже его зубы обгорели.       — Он похож на шар для боулинга, — заметила Катаока.       — Да, на это неприятно смотреть, — сказала Яда, сверкнув глазами. — Ты можешь что-нибудь с этим сделать?       — Ну конечно, я могу. Если вы помните, ученики, я могу линять! — заявил Коросенсей, сбрасывая обгоревшую кожу и заменяя её обычной жёлтой. — Конечно, я могу делать это только раз в месяц, и это отнимает у меня много сил – о.       Их учитель в отчаянии закрыл лицо щупальцами. Изуку покачал головой.       — Знаете, для того, кто знает, что его ученики активно планируют его убить, он делает это слишком лёгким. Нам даже не пришлось доставать танцевальные порножурналы Сугаи, чтобы отвлечь его на причуду Яды, — прокомментировал он.       Шинсо только застонал.

***

      Они привели Коро-сенсея в парящую часовню. Шинсо, один из восьми учеников, которым предстояло уничтожить щупальце, стоял внутри вместе с остальными. Изуку стоял сзади рядом с Кармой, ожидая сигнала, чтобы занять позицию. Через несколько минут Коро-сенсей умрёт. Их цель будет уничтожена, миссия будет признана успешной, и мир будет спасён.       Но в то же время Изуку не мог не бояться успеха. Каким будет будущее без Коро-сенсея, который учил их становиться лучше, становиться лучшими убийцами?       Потому что, в конце концов, что такое убийца без цели?       — Прежде чем мы начнём, — начал Исогай. — Мы хотели бы уделить время просмотру коллажа из воспоминаний, собранных причудой Мимуры. Считайте это нашим прощальным подарком вам.       Коро-сенсей хихикнул. — Цифровой ежегодник, я полагаю? Жаль, что мы смогли провести вместе только половину года.       Осьминог сел на скамейку, и это стало сигналом к началу. Окаджима выключил свет, и Мимура моргнул, активируя свой голографический экран. Мгновенно на экране появилась запись их повседневной школьной жизни, увиденной глазами Мимуры.       — До того, как ты присоединился к нам, мы были кучкой тех, кто вот-вот бросит учёбу, и которые просто пытались окончить среднюю школу, — рассказывал Мимура в прямом эфире, играя на одной из слабостей Коро-сенсея: лести. Трансляция переключилась на записи их тренировок по убийству. — Теперь мы начинающие убийцы с одной целью: убить нашего сенсея.       Это был сигнал для Изуку, чтобы действовать. Он молча вышел через заднюю дверь, наблюдая за происходящим, чтобы убедиться, что всё идёт как надо.       — За время, проведённое вместе, мы многое узнали о себе, о своих способностях, причудах и одноклассниках, — продолжила Мимура. — Но прежде всего мы многое узнали о нашей цели.       Мгновенно голограмма сменилась на видео, на котором Коро-сенсей пытается незаметно читать порнографию на уроке. Высокомерный вид Коросенсея исчез.       — ТЫ СКАЗАЛ, ЧТО СОХРАНИШЬ ЭТО В ТАЙНЕ!       Окаджима и Маэхара подошли ближе, злобно ухмыляясь, пока Мимура показывал различные ролики, на которых он заставал Коро-сенсея за извращениями. Их было так много, что это пугало: Мимура и Хазама объединились, чтобы следить за ним, используя тело девушки в качестве маскировки, но они следили за Коро-сенсеем всего неделю. Сколько же порнографии нужно было этому человеку?       Стыд и смущение Коро-сенсея явно одолевали его; хотя он и был во всех отношениях выше их, теперь он превратился в хнычущего ребёнка, пойманного на нарушении правил. Изуку почти стало его жаль.       — Устраивайтесь поудобнее, Коро-сенсей, — поддразнил Окаджима. — Мимура запасся глазными каплями, и у нас есть больше часа отснятого материала.       — ЦЕЛЫЙ ЧАС?

***

      К тому времени, как фильм закончился, Мимура израсходовал три флакона глазных капель (сомнительно полезных, как бы мальчик ни настаивал), а Коро-сенсею было так стыдно, что он заявил, будто уже умер, и жалко лежал на скамейке. Он совершенно не обращал внимания ни на что другое.       Именно так, как они и планировали.       Начался прилив, и вода поднялась ровно настолько, чтобы намочить щупальца их учителя. Его укачивало, он был смущённым, мокрым и вот-вот должен был лишиться восьми щупалец. Похоже, успех был неизбежен.       Изуку сидел в своей лодке, ожидая сигнала Рицу. Со своего места он едва мог разглядеть Шинсо и остальных семерых учеников, которые целились из своих ружей. Шинсо что-то сказал, горько улыбнувшись, прежде чем выстрелить в правое щупальце Коро-сенсея.       Остальные семеро сделали то же самое, и на экране его телефона появилась Рицу.       — Прошло пять секунд. Вперед!       Изуку и трое других лодочников (Карма, Хара и Такебаяши) разогнались и устремились прочь. Прикреплённые верёвки разорвали часовню на части, полностью обнажив Коро-сенсея. Выполнив свою задачу, Изуку мог расслабиться и наблюдать за развитием сюжета. Катаока в облике русалки перелетела через голову Коросенсея, подняв волну воды и ещё больше намочив его. Курахаши, используя свою способность подражать животным, издала то, что Изуку принял за боевой клич дельфинов, учитывая армию морских существ, которые выскочили из воды и прыгали и плескались вокруг Коро-сенсея, пока он полностью не промок. Атака животных слегка вывела Коро-сенсея из равновесия, но они и это предусмотрели. Окаджима бросился в бой, активировав свою причуду «Снимок». Изуку находился достаточно далеко, чтобы не пострадать, и с удивлением наблюдал, как все движения, даже вода, замирают на секунду. Окаджима толкнул неподвижное тело Коро-сенсея в нужное положение как раз перед тем, как его причуда закончилась.       Наконец-то пришло время нанести удар. Оставшиеся ученики класса E поднялись из океана на реактивных ранцах, заключив своего учителя в гидравлическую клетку. Она закрывала Изуку от Коро-сенсея, но он знал план наизусть. Те, кто отрубил его щупальца, вместе с Рицу в форме робота, начнут стрелять вокруг своего учителя, крепко удерживая его. Когда таймер Рицу отсчитывал последнюю минуту, Изуку задержал дыхание. Он наблюдал, как Чиба и Хаями стреляли из своих снайперских укрытий. Не было никаких сомнений в точности их выстрелов, особенно с учётом их особенностей.       Таймер закончился. Стрельба прекратилась. Изуку вцепился в штурвал, чувствуя, как вина и волнение борются за главенство.       Действительно ли они победили?       Он потянулся за телефоном, чтобы спросить у Рицу, что происходит, но в этот момент в воздухе пронеслась ударная волна. Жизнь превратилась в пустоту, цвета и звуки исчезли.       И тут мир взорвался.