Обречённые

      Изучать европейских попутчиков оказалось весьма поучительно. Сяо провёл весь день в компании своего отца, разговаривая с пассажирами. Встретив раз мистера Стэда, парень узнал, что Итэр сейчас сидит в библиотеке, но не стал тревожить его. Он хорошо помнил ещё со студенческих лет, когда важно оставить друга в покое, если его что-то тревожит. И сейчас Итэра явно что-то тревожило, раз уж нигде на корабле его не было. А библиотека отличное место, чтобы побыть наедине. Иными словами, он уважал решение парня.       Возможно слова Сяо об отношениях оказались достаточно вспыльчивыми, чтобы Итэр растерялся. В итоге к вечеру он не выдержал и направился к каюте знакомого, надеясь застать его там. Только после нескольких стуков, на которые не было ответа, он сдался. Подошедшая горничная спросила, нужно ли что-то передать мистеру Джонсону, но в том не было нужды.       — Можете навестить его утром — я предупрежу мистера, — посоветовала женщина.       Поблагодарив сотрудника, Сяо вернулся в свою каюту. Отец всё ещё сидел в курительной комнате. Надо отдать должное, Чжун Ли после краха страны не впал в отчаяние. Он настойчиво продолжает искать способы, как привнести стабильность, только вот Сяо, кажется, уже понимает, что вслед за падением династии в Китай придёт гражданская война, если уже не пришла. И тогда всё станет ещё хуже и нескольких договоров с европейскими и американскими бизнесменами не смогут урегулировать положение. Особенно после той войны с Европой...       Его жена была из столь же состоятельной семьи. Брак заключался с целью совместить дела и продумать план новой финансовой политики. То, что в его семье планировался ребёнок, это стало неожиданностью для всех — для Сяо в том числе. Они спали в одной постели, но разделили ложе только дважды за пять лет совместной жизни. То, что в 1906 году, после свадьбы, у них не появился ребёнок, было своего рода предзнаменование. Их брак разрушится.       В конце 1910 года семья узнала, что у них будет наследник. Только к тому моменту стало понятно, что вскоре наследовать будет нечего — Китай находился на пороге глобальных изменений, которые постепенно разваливали страну. В следующем году начались революционные восстания, еле как Чжун Ли удалось удержаться на плаву. Свёкр Сяо не смог перенести потрясений и умер, а следом за ним ушла и его дочь. По словам врачей, за несколько дней до рождения ребёнка мать захворала и её сердце не выдержало.       К великому стыду, Сяо не чувствовал горя от потери жены. Ему было больно за неродившуюся дочку. Парень даже думать не хотел, каким образом врачам удалось узнать пол ребёнка.       Скорее всего, у супруги были любовники, но доказать это не удалось. Пока Сяо пытался принять нелюбимую жену, она и не делала никаких попыток. Но даже если любовники имели место быть, парень был признателен, что его суженная всё тщательно скрывала от общественности.       Следующим днём, после завтрака, Сяо совершал утренний моцион. Стандартная процедура, если ты находишься в ограниченном пространстве. Так хоть можно увидеть и узнать что-то новое. На открытой палубе Сяо встретил Итэра в компании мистера Исмея.       — Едва ли я мог сэкономить на материалах корабля, мистер Джонсон, — сказал Брюс. — Мы сотрудничаем с верфью по принципу постоплаты «цена-плюс». Они делают нам суда, а только потом выставляют чек. Но мне интересно узнать, в чём состоит проблема.       — Отец хотел бы знать, кто принял решение пренебречь его рекомендациями, когда заводы выполняли заказ на производство заклёпок. Он заметил это ещё при строительстве "Олимпика". Верфь использовала кованные железные, хотя с учётом микротрещин, которые закономерно получают листы при креплении, разумнее было бы использовать стальные варианты для надёжности. Пароходы идут по маршруту, где борта подвергаются большим температурным нагрузкам. Так крепления прослужат меньше, чем могли бы.       — Ваша компания известна тем, что выполняла заказы на поставку металла для военных судов, такие же листы мы используем и в линейке этих лайнеров. Вы и сами понимаете, что благодаря им корабль будет уверенно держаться на плаву — вспомните хотя бы инцидент с "Олимпиком". Но мне приятно осознавать, что Вы проявляете инициативу в развитии судоходства. Думаю, мистер Эндрюс, как исполнительный директор верфи, выслушает Ваши предложения.       Попрощавшись с директором, Итэр заметил приближающегося Сяо и протянул ему руку.       — Доброе утро, Итэр, — парень ответил на рукопожатие. — И снова ты весь в делах.       — Да просто замечания от директора компании, — смотря вслед мистеру Исмею, блондин фыркнул. — Эти господа из " Уайт Стар Лайн" слишком самоуверены. Их директор в особенности. Сегодня завтракал в компании мистера Стэда, он со мной поделился, что для Брюса Исмея наличие шлюпок на корабле это лишь пустая формальность.       — Нравится наблюдать за тобой, — признался Сяо. — Но лишь за тобой одним. Вся эта британская и американская элита безмерно заносчива — считают себя хозяевами жизни везде, куда ступит их нога.       — Но ведь и ваша страна в начале этого века не отличилась скромностью, — заметил Итэр.       — Это позор на нас, мистер Джонсон, — признался Сяо. — До сих пор тяжело вспоминать, а ведь я в то время уехал на учёбу.       — Не уделите ли сегодняшний день мне, мистер Ли? — неожиданно спросил парень. Похоже нудные политические разговоры ему надоели. — Мы ещё не всё тут осмотрели. Тем более, я ждал тебя утром, а ты так и не пришёл. В итоге стюард снова извинялся передо мной, а я не люблю такое.       — Ну вот, мой косяк, — признался Сяо. — Хотел как раз посетить Зимний сад. Там сейчас мой отец разговаривает с каким-то американским бизнесменом.       — Отлично, а потом после обеда сходим в бассейн, — предложил Итэр.       — Разве тебе не надо отправить телеграмму семье?       — Да вот, дойти никак не могу.       — Тогда отправишь сразу после обеда.

***

      Беседы в Зимнем саду прошли в приятной обстановке. Несмотря на прошлые события, джентльмены адекватно встретили путешественников из Китая. Или по-крайней мере, делали вид, что всё нормально.       Мистер Гуггенхайм заинтересовался предложением Чжуна Ли о сотрудничестве и решил составить компанию мистеру Джонсону в радио рубку, чтобы передать деловое сообщение.       — Мистер Джонсон, впервые отправились в качестве представителя компании? — спросил Бенджамин. — Должен признать, я всё это время думал, что Вы из тех самых людей, что идут наперекор семейному делу. Вы бы могли поддерживать дела своего отца на расстоянии.       — Я слишком сильно привязан к дому. Должно пройти много времени, прежде чем я свыкнусь со своим существованием вдали от Англии.       — Все мы в нужное время от чего-то отказываемся, — подвёл мужчина и посмотрел на Сяо. — Правда, мистер Ли? Вы совершили грандиозное путешествие, чтобы в итоге оказаться здесь.       — Могу смело сказать, что в этом путешествии я приобрёл куда больше, — ответил Сяо, смотря на Итэра. — Мы с мистером Джонсоном давние университетские друзья. На шесть лет жизнь развела нас в разные стороны, но в итоге мы столкнулись здесь.       — Ну это же великолепно! — воскликнул Гуггенхайм. — Вот вам и "Титаник". Я, кажется, всем это уже сказал и повторюсь ещё раз: этот корабль вовсю оправдывает своё название. Роскошный, огромный лайнер. Уверяю вас, господа, он открыл нам эру безграничного процветания.       «=Разговор с мистером Исмеем прошёл относительно нормально, но необходима встреча с главным конструктором для внесения поправок. Подробности расскажу в письме. Итэр=»       — Ну что, — Итэр вышел в коридор, где его ждал Сяо и сверился со временем. — Можем идти в бассейн. Дамское время закончилось ещё полтора назад.       Компания направилась в Справочное бюро, где оплатила билет. Спустившись двумя палубами ниже, они оказались в просторном помещении с длинным бассейном.       — Бассейн открыт для вас с 14:00 до 18:00, — объяснял сотрудник, протягивая плавательные костюмы. — Вода комфортной температуры.       — Благодарим, — кивнул Итэр. Парни пошли переодеваться, слыша как в помещение зашли ещё пара мужчин. Бассейн на корабле был неслыханной роскошью, подобно телеграфу, поэтому каждый день сюда приходили, чтобы избавиться от тесных костюмов и расслабиться.       Окунувшись в воду, Итэр с Сяо задержались у бортиков, разговаривая.       — Что ты на меня так уставился? — заметил Сяо, смутившись.       — Да просто думаю, что семейная жизнь нисколько тебе не навредила, — признался Итэр. — Я помню, каким ты был во времена университета. За тобой девушки толпами бегали.       — Можно подумать, с тобой этого явления не было. Твоё положение было куда выгоднее на тот момент.       — И тем не менее, едва ли я обращал на них внимание.       Совершив заплыв, блондин попытался ненадолго прервать этот разговор. Вокруг было много других пассажиров, которые бы норовили завести светскую беседу, а Итэру эти формальности уже поперёк горла стоят.       — И твои родители не спрашивали с тебя за будущую семейную жизнь?       — Они даже ещё Уильяма с этим вопросом не достают. А вот над хорошей партией для Люмин уже думают и мне тревожно от этого.       — Она не хочет?       — Почему же? Хочет, да только он из другой страны. Она когда-то успела познакомиться с одним графом из России и до сих пор ведут переписку. Как-то раз он приглашал её в свою страну, но отец не дал позволения. Вот я и думаю, а не поехать ли мне в Россию вместе с Люмин — так и родителям спокойней будет и сестра увидится со своим "другом по переписке".       — Ну, а ты?       — Я же уже говорил — в свободном плавании. Сейчас, уже, в буквальном смысле.       — И вообще не думал об этом?       — Господин Ли, я знаю, к чему Вы ведёте, — заметил Итэр. — Едва ли я не видел, что Вы слишком внимательно меня рассматриваете.       — Лишь рассматриваю, руки не распускаю, — уточнил Сяо.       — Я думал об этом, — начал Итэр. — Чем я весь вчерашний день занимался?       — Сидел в библиотеке.       — Мистер Стэд выдал, — парень ахнул от возмущения и покачал головой.       — Но я не стал тебя тревожить. Хочу услышать твоё решение.       — До него пока ещё рано. Тогда, я себя так извёл, что казалось, будто бы выхода вообще нет.       Обернувшись, Итэр заметил как в помещении стало достаточно людно. Поприветствовав несколько джентльменов, парни прошли в душевую, где сполоснулись от морской воды и уже через пятнадцать минут они поднялись к каюте Итэра.       — Всё равно промокли, — осмотрев мокрые волосы, парень недовольно фыркнул. — Долго сохнуть будут — воздух прохладный.       Блондин открыл дверь и прошёл в каюту, обернувшись к стоящему на пороге Сяо. Одним кивком он пригласил его к себе и недовольно пробормотал: — Нечего мне каюту морозить.       — Включи камин, — Сяо усмехнулся, принимая приглашение. Причина, по которой он оказался в апартаментах Итэра до ужаса притянута за уши.       Проследив, как парень достаёт свои любимые часы на цепочке, Сяо готов поклясться, что это стало самым приятным и умиротворяющем зрелищем. Взяв из ванной комнаты полотенце, Итэр подошёл к брюнету и протянул его: — Поможешь?       — Конечно, — приняв ткань, он накрыл светлые волосы, вытирая их. Он старался, что вода не попадала на и без того мокрый пиджак. — Не думал отстричь длину?       — Ни в коем случае! — воскликнул Итэр. — Меня брат и без того достал этими предложениями, но я слишком люблю свои волосы.       — Тебе бы пошло и со стандартной причёской, — признался Сяо. — Пиджак лучше сними, а то совсем промокнет.       Парень стянул с себя пиджак, оставаясь в рубашке. Едва ли его в данный момент волновало состояние своей одежды. Когда Сяо стоял так близко к нему, в голову снова лезли непрошенные мысли, которые сейчас были вообще не кстати. Они же хорошо общались о своей жизни, своём прошлом, непринуждённо флиртовали. Кажется, никто из находящихся тогда людей вообще не понял, что между ними был флирт. Они сами не сразу это осознали.       И если сейчас Сяо хоть как-то затронет эту тему, Итэр просто упадёт в бездну Атлантического океана, по которому они в данный момент плывут. Если только...       — Можно поцеловать тебя? — тихий голос был для парня подобно оглушительному выстрелу. Он вздрогнул от неожиданности, только сейчас заметив, что брюнет уже давно не вытирает его волосы. Теперь он стоял ещё ближе, а его дыхание касалось открытой кожи на шее.       Затаив дыхание, будто бы перед прыжком, Итэр дал себе всего, несколько секунд, чтобы взвесить все "за" и "против", прикинуть все возможные последствия, которые приходили ему в голову.       — "Это же просто поцелуй", — пронеслось в голове и ответ сорвался вместе с выдохом: — Да.       Сяо наклонился, касаясь губами шеи. Пальцы нашли верхние пуговицы и расстегнули их, открывая воротник. Поцелуями парень перешёл в сторону, поднимаясь выше. Итэр прикрыл глаза от приятных ощущений, наклоняя голову в сторону.       — Кажется, мы опоздаем на ужин, — рассеяно произнёс Итэр, но, не смотря на свои слова, прерывать брюнета не спешил. Когда поцелуи перешли на линию подбородка, он поддался навстречу, чувствуя как его нижнюю губу аккуратно захватывают зубами. Всё ещё колеблясь, Итэр встретил поцелуй, поворачиваясь к парню. Сяо взял в ладони лицо блондина, целуя ещё жарче.       Наваждение росло с каждой секундой и Итэр очень надеялся, что какой-нибудь стюард не решит вдруг постучать к нему. Когда Сяо осторожно направил их к кровати, Итэр не стал возражать, ровно как и не возражал, когда с него начали снимать одежду. Он дал согласие на всё, что они намеревались сегодня сделать.       Мать с отцом назвали бы это распутным поведением — переспать с парнем, которого не видел шесть лет... Начать бы с того, что они с ума сойдут, когда узнают в каких отношениях состоит их сын. Об этом всём Итэр думал уже после, лёжа на кровати, прикрытый одеялом. Сяо лежал рядом, тяжело дыша и задумчиво крутя в руке бутылочку, которая совсем недавно хранила в себе масло.       — Наверное, я должен сказать Люмин "спасибо", — усмехнулся брюнет и перевёл внимание на партнёра. — Как ты?       — В смятении, — признался Итэр. — Тяжело представить себе будущее. Да и не хочется даже.       — Да, всё произошло чертовски быстро, — согласился Сяо. — Но Итэр, я уверен в своих желаниях. И если ты доверишься мне, я обещаю, что никогда не оставлю тебя.       — Как шесть лет назад?       — Я говорю серьёзно. Тогда мы оба до конца не понимали и были молоды.       — Да я не то, чтобы и сейчас всё понимал.       — Зато я понимаю. И уже думал над этим, если ты примешь моё предложение.       — Мы с Вами разделили ложе, мистер Ли, — усмехнулся Итэр. — Думаю, это вполне себе ответ. Иначе я бы не пригласил тебя к себе.       — То есть, ты согласен?       — Ну я же не знаю, что ты там придумал. Поэтому слово Вам.       — Давай останемся в Нью-Йорке? — заявил Сяо. В комнате на мгновение повисла напряжённая тишина так, что Итэр снова слышал вибрацию механизмов и снова напомнил себе, где они находятся. Встав с кровати, он взял лежащий на диване халат, периферическим зрением замечая, как за ним наблюдают.       Нет, Сяо не заострял внимание на его обнажённом теле — он лишь терпеливо ждал решения Итэра. Ему хорошо известно, как сильно блондин любит Англию и такое коллосальное расстояние от родного дома будет настоящей пыткой. Но жизнь там для них будет слишком тяжёлой. Даже если они не будут слишком часто появляться перед общественностью, новость о них разлетится в один день. А семья Джонсон достаточно известны в Европе.       Сначала ему необходимо получить ответ. Он не станет ничего предпринимать наперёд, с нынешним переменчивым миром это едва ли возможно.       — Мне в любом случае необходимо объяснить всё семье, — наконец ответил Итэр, садясь на кровать. — И обратно в Англию тоже придётся плыть. Для этого. Рассказывать о таком в письме за столько миль это неуважение и трусость. А я должен дать понять, что мои желания чисты.       — И чего ты хочешь?       — Остаться с тобой, — Итэр улыбнулся. — Я даже рад, что являюсь вторым сыном. На мне лежит не так много ответственности, да и пора бы уже наконец идти своей дорогой. Только что на это скажет господин Чжун Ли? Он же наверняка захочет вернуться в Китай, а ты должен помогать ему держать ваше дело. У вас сейчас очень нестабильное положение.       — Сейчас в Китае всё на грани и возвращаться туда для нас сродни самоубийству, — Сяо пожал плечами. — Быть может, мы остановимся в Америке. А насчёт нас... Ты прав, когда говорил, что надо признаться в этом, хотя бы своим родным. Надеюсь, отец сможет принять и эту мою сторону.       — Точнее, меня в качестве твоего любовника?       — Мы в одинаковом положении, Итэр. Наши родители, без сомнений, на нашей стороне, но неизвестно насколько сильно они расстеряются от этой новости.       — О, они расстеряются точно... — поднявшись с постели, Итэр достал из лежащего на диване пиджака часы и услышал, как Сяо засмеялся. — Что?       — Ты постоянно боишься что-то упустить, — заметил он. — Столько раз достаёшь свои часы. Но мне нравится эта твоя привычка.       — Да? А я недавно заметил, что меня это начало нервировать.       — Так и что? Мы успеваем на ужин, господин мажордом?       — Вот уж не ожидал от тебя такой шпильки, Сяо! — Итэр возмущённо ахнул и направился в ванную. — Ещё успеваем, но нам надо привести себя в порядок.       Сяо надел свой костюм и покинул каюту парня, замечая, как суетящийся рядом стюард обратил на него внимание. Едва ли кто-то мог услышать, чем парни занимались — они были настолько тихими, насколько это представлялось возможным.