Memories

      Мой дорогой Вилле, любимый, я даже не могу описать, как сильно я рад за тебя, что ты наконец стал свободным, что ты вернулся к себе, и что ты, наконец, можешь быть тем, кем всегда был внутри. Я так надеюсь, что ты действительно счастлив, что ты чувствуешь себя в своей тарелке. Фелис, конечно, убеждает меня, что тебе без меня тяжело, что ты потерян и скучаешь, но, малыш, я понимаю тебя. Я понимаю, что тебе сейчас непросто, что ты стремишься к счастью, но порой кажется, что это просто невидимая для тебя реальность. Ты пережил столько всего, и все эти годы ты искал, не зная, что на самом деле тебе нужно. Но я точно знаю, что ты счастлив, потому что ты наконец обрел свою личную свободу. Я помню тот день, когда я увидел тебя год назад, и ты выглядел просто прекрасно, как никогда раньше. Даже тогда, когда по всем пабликам и новостным каналам бушевала новость, что кронпринц больше не принц, что ты просто часть Королевской семьи и теперь занимаешься какой-то легкой должностью, я не мог не радоваться за тебя. Я видел, что ты смог выйти из этой огромной клетки, и мне было так тепло на сердце от одной лишь мысли, что ты смог. Тогда я чувствовал, что ты сделал первый шаг к своей свободе, и я верил, что однажды ты обретешь ее окончательно, обретешь свою собственную жизнь. Я знаю все, что происходило с тобой, я понимаю, как тебе было тяжело, как ты терялся и чувствовал себя разбитым. Но несмотря на все это, я всегда верил в тебя. Я знал, что ты справишься, что ты найдешь путь, даже если в какой-то момент было невозможно увидеть его. И знаешь что? Я был прав. Ты смог. Ты справился, и теперь ты свободен. Я так горжусь тобой, Вилле, и я так люблю тебя.       Все это время мне тоже было сложно, и я не мог не чувствовать, как тяжело мне дается каждый день и каждая минута. Но в этой бесконечной борьбе меня согревала лишь одна мысль, которая как светлый огонёк горела в моем сердце — что где-то там, неподалеку, существует мой маленький Вилле. Ты, как и я, борешься за свою свободу, за свою жизнь, за право быть собой, любить и быть счастливым. Это давало мне силы, Вилле, и я чувствовал, что ты тоже где-то внутри расправляешь крылья и обретаешь свободу. Твоя борьба за себя была моим вдохновением, тем, что помогало мне идти дальше.       Я был разбит. Я был сломлен. Все, что я когда-то знал, казалось разрушенным, но в глубине души я понимал, что не могу позволить себе сдаться. Я не мог быть слабым. Я должен был жить дальше, несмотря на боль, несмотря на потерю. Это была борьба за каждое утро, за каждый шаг. Я прошел через немалые усилия и длительные разговоры с близкими, психологом и самим собой, и все это ради того, чтобы не впадать в истерику, когда случайно сталкивался с тобой или слышал что-то о тебе. Да, мне понадобилось несколько месяцев, чтобы научиться с этим справляться, чтобы не потерять себя в этих чувствах. Это было трудно, но я смог. Это стало моим маленьким достижением. Я закончил старую школу, поступил в университет в Стокгольме, нашел квартиру. Я снова стал улыбаться, пусть и не часто, но это было первое ощущение, как будто я живу снова, что я ещё могу чувствовать счастье. Возможно, я до сих пор имею на него право? Даже после того, что сделал.       Если честно, то я не планировал заводить отношения, Вилле. Я планировал дождаться тебя, надеясь, что ты однажды найдешь свой путь к свободе, и, возможно, снова будешь со мной. Но жизнь не всегда даёт нам выбор. В один из тех вечеров, когда мир казался особенно темным, я, в состоянии алкогольного опьянения, дал зеленый свет отношениям с однокурсником. Я был уверен, что это ошибка, и в следующие дни пытался расставить все по своим местам, приписывая всё к пьяным действиям. Я думал, что это не имеет значения, что это просто мимолетное увлечение, но мне не поверили. Он настоял, чтобы я дал нашим отношениям шанс, и я, в конце концов, уступил. Сколько же я тогда переживал. Я просто подумал, что ты теперь свободен, что ты больше не нуждаешься во мне. Полгода года без тебя — и я убедил себя, что ты нашел своё счастье и забыл обо мне. Поэтому я позволил этим отношениям быть. Но как же всё перевернулось, когда я узнал, что ты всё знаешь. Ты узнал обо всём, Вилле, и ты был разбит. Как мне было горько, как тяжело мне стало в тот момент. Я ведь только начал верить, что ты обрел счастье, что, возможно, ты нашел кого-то, кто будет с тобой. Но нет, ты не забыл. Какого черта, Вилле? Почему ты снова вспомнил обо мне? Или, может быть, ты никогда меня не забывал? Я был так запутан. Я думал, что если ты имеешь право на своё счастье, то и я тоже могу позволить себе его найти. Но ты вернулся в мою жизнь. Ты стал частью моих мыслей, моих чувств, и я не мог не думать, что, возможно, ты все-таки не отпустил меня.       Затем, как гром среди ясного неба, я узнал, что ты снял квартиру где-то совсем рядом. Мой бойфренд сказал, что видел тебя в нашем районе, и эта новость сразу же пробудила во мне бурю эмоций. Сначала я не знал, как реагировать, но чем больше я об этом думал, тем хуже становилось. Мое сердце сжалось, и в груди встал какой-то тяжёлый, почти осязаемый камень. Всё, что я хотел в тот момент — это найти тебя, обнять, сказать, что ты справился, что я горжусь тобой. Я так мечтал о встрече, о том, чтобы снова быть рядом с тобой, услышать твой голос и почувствовать, что всё, что было, не исчезло. Но в тот момент меня охватило другое чувство — я вдруг понял, что, возможно, тебе это уже не нужно. Ты, наверное, уже слишком далеко, чтобы снова вернуться ко мне. Ты был сильным, ты пережил всё, ты теперь свободен, а я... Я просто не мог себе позволить быть рядом.       Но потом, снова и снова, я сталкивался с тобой. Я видел тебя, чувствовал твой взгляд, который я так хорошо знал — взгляд преданного щенка, полного надежды и тоски. Он был полон чего-то, что я не мог полностью понять, но что-то тянуло меня к тебе. И в этот момент я будто был одновременно рядом и очень далеко. Я пытался не смотреть в твою сторону, не замечать твоих глаз, полных эмоций, которые я не мог объяснить. Я притворялся, что не вижу тебя, что мне всё равно, что ты рядом, что всё уже прошло. Но на самом деле, как только я переставал смотреть в другую сторону, я чувствовал, как в груди что-то сжимается от боли и беспомощности.       Ты был так близко, и вместе с этим я почувствовал, как моя жизнь утратила всякий смысл. Я перестал спать, будто ночи стали длинными, пустыми и бесконечными, как часы, полные отчаяния. Я не мог больше просто существовать, зная, что ты где-то рядом, что твоя жизнь идет параллельно моей, и что, возможно, ты тоже разбит. Может, даже так же, как и я. Эта мысль сводила меня с ума. Это было так отвратительно, что я не мог понять, почему я чувствую себя таким слабым. Ведь я был тем, кто тебя отпустил, кто не смог быть рядом в самый важный момент, и теперь я не мог понять, почему мне так трудно вернуть тебя, почему я не могу взять тебя за руку и вернуть все на свои места.       Я знал, что ты где-то ждешь, что, возможно, ты тоже скучаешь, что, может быть, ты, как и я, боишься сделать первый шаг. Но почему-то всё, что я чувствовал — это беспомощность. Почему я не могу вернуть всё? Почему я не могу исправить свои ошибки, когда я знаю, что ты, возможно, ждешь этого?       Но все это не так страшно. Все это терпимо и пережиточно. Самое страшное то, что...